Файл: Задачи оперативно-розыскной деятельности (Понятие оперативно-розыскной деятельности).pdf

ГЛАВА 3. АНАЛИЗ ЗАРЕГИСТРИРОВАННЫХ ПРЕСТУПЛЕНИЙ

3.1. Анализ динамики числа зарегистрированных преступлений за три года

Таблица 1 ­ Число зарегистрированных преступлений

1. До 2007 г. - терроризм.
2. До 2016 г. – преступления, предусмотренные ст. 290, 291, УК РФ, в 2017 г. – преступления, предусмотренные ст. 290, 291, 291.1 УК РФ.

В 2017 г. зарегистрировано: 86 фактов бандитизма, 374 факта похищения человека, 105,1 тыс. преступлений экономической направленности, из них 29,1 тыс. совершенных в крупном или особо крупном размере, либо причинивших крупный, особо крупный ущерб.

1. В январе - ноябре 2018 года зарегистрировано 1841,3 тыс. преступлений, или на 4,1% меньше, чем за аналогичный период прошлого года. Рост регистрируемых преступлений отмечен в 27 субъектах Российской Федерации, снижение – в 58 субъектах.

2. 92,8% всех зарегистрированных преступлений выявляется органами внутренних дел, причем 4,7% из них – на стадии приготовления и покушения. Всего на этих стадиях выявлено 79,9 тыс. преступлений (+3,1%).

3. Значительная часть (78,5%) преступлений регистрируется в городах и посёлках городского типа – всего 1,4 млн., пятая часть (21,0%) – в сельской местности, где зарегистрировано 386,5 тыс. преступлений, что на 6,9% меньше, чем за январь - ноябрь 2017 года.

4. В результате преступных посягательств погибло 24,0 тыс. человек (-12,1%), здоровью 37,1 тыс. человек причинён тяжкий вред (-21,8%). На сельскую местность приходится 40,8% погибших (9,8 тыс. чел.), на города и посёлки городского типа – 67,6% лиц, здоровью которых причинён тяжкий вред (25,0 тыс. чел.).

5. Ущерб от преступлений (по оконченным и приостановленным уголовным делам) составил 491,8 млрд. руб., что на 36,7% больше аналогичного показателя прошлого года. Причём 89,2% ущерба приходится на преступления, зарегистрированные в городах и посёлках городского типа.

6. Удельный вес тяжких и особо тяжких преступлений в числе зарегистрированных вырос с 22,0% в январе - ноябре 2017 года до 22,6%.

7. Половину всех зарегистрированных преступлений (51,3%) составляют хищения чужого имущества, совершённые путём: кражи –694,8 тыс. (-5,9%), мошенничества – 197,4 тыс. (-3,7%), грабежа – 46,4 тыс. (-15,0%), разбоя – 6,8 тыс. (-20,7%). Каждая четвёртая кража (24,9%), каждый двадцать третий грабёж (4,3%) и каждое девятое разбойное нападение (10,8%) были сопряжены с незаконным проникновением в жилище, помещение или иное хранилище. Каждое тридцать восьмое (2,6%) зарегистрированное преступление – квартирная кража. В январе - ноябре 2018 года их число сократилось на 26,6% по сравнению с аналогичным периодом прошлого года.

8. Количество выявленных преступлений, связанных с незаконным оборотом оружия, по сравнению с январем - ноябрем 2017 года сократилось на 4,4% и составило 25,6 тыс. Также сократилось (-6,9%)количество в явленных фактов хищения и вымогательства оружия, боеприпасов, взрывчатых веществ и взрывных устройств (1046 фактов). В январе - ноябре 2018 года с использованием оружия совершено 5,5 тыс. преступлений (+9,9%).

9. В январе - ноябре 2018 года зарегистрировано 22,3 тыс. экологических преступлений, что на 1,8% меньше, чем за аналогичный период прошлого года.

10. По сравнению с январем - ноябрем 2017 года на 4,7% увеличилось число преступлений экономической направленности, выявленных правоохранительными органами. Всего выявлено 107,3 тыс. преступлений данной категории, удельный вес этих преступлений в общем числе зарегистрированных составил 5,8%.Материальный ущерб от указанных преступлений (по оконченным и приостановленным уголовным делам) составил 361,3 млрд. руб. Тяжкие и особо тяжкие преступления в общем числе выявленных преступлений экономической направленности составили 59,8%.

Подразделениями органов внутренних дел выявлено 92,1 тыс. преступлений экономической направленности, их удельный вес в общем массиве преступлений экономической направленности составил 85,9%.

11. В январе - ноябре 2018 года выявлено 186,1 тыс. преступлений, связанных с незаконным оборотом наркотиков, что на 4,5% меньше, чем за аналогичный период прошлого года. При этом сотрудниками органов внутренних дел выявлено 178,4 тыс. преступлений (-4,1%). По сравнению с январем - ноябрем 2017 года на 4,0% выросло число выявленных преступлений, совершённых с целью сбыта наркотических средств, психотропных веществ или их аналогов, также увеличился их удельный вес в числе преступлений, связанных с незаконным оборотом наркотиков с 51,3% в январе - ноябре 2017 года до 55,8%.12. В январе - ноябре 2018 года зарегистрировано 1566 преступлений террористического характера (-12,7%) и 1238 преступлений экстремистской направленности (-13,1%).

13. В общественных местах зарегистрировано 646,1 тыс. преступлений (-5,3%). На улицах, площадях, в парках и скверах зарегистрировано 397,6 тыс. (-8,3%) преступлений, в том числе: 20,6 тыс. (-23,6%) грабежей, 149,5 тыс. (-8,4%) краж, 2,4 тыс. (-22,6%) разбойных нападений. На дорогах и трассах вне населенных пунктов совершено 63 разбойных нападения (-24,1%), 132 грабежа (-30,9%), выявлено 109 фактов незаконного приобретения, передачи, сбыта, хранения, перевозки или ношения оружия, его основных частей, боеприпасов (+11,2%). 14. В январе - ноябре 2018 года раскрыто 1001,7 тыс. преступлений (-2,9%), в том числе 434,2 тыс. – следствие по которым обязательно (-3,4%) и 567,5 тыс. – следствие по которым необязательно (-2,5%).

Сотрудниками органов внутренних дел предварительно расследовано 813,8 тыс. преступлений (-3,2%), что составляет 81,2% всего массива предварительно расследованных преступлений, сотрудниками следственных органов Следственного комитета Российской Федерации – 134,1 тыс. преступлений (-0,8%), что составляет 13,4% всего массива, сотрудниками службы судебных приставов – 46,9 тыс. (-3,3%).

15. Не раскрыто 739,3 тыс. преступлений, что на 3,2% меньше аналогичного показателя за январь - ноябрь 2017 года. Из этого количества на тяжкие и особо тяжкие преступления приходится 22,5% (в январе - ноябре 2017 года – 21,8%). Остались нераскрытыми 448 убийств и покушений на убийство (-17,8%), 969 фактов умышленного причинения тяжкого вреда здоровью (-22,7%), 402,3 тыс. краж (-4,0%), 13,4 тыс. грабежей (-19,6%), 1,3 тыс. разбойных нападений (-27,5%). 720,7 тыс. преступлений (-3,4%) остались нераскрытыми в связи с не установлением лица, подлежащего привлечению в качестве обвиняемого.

16. Преступлений прошлых лет в январе - ноябре 2018 года раскрыто 45,8 тыс., что на 4,4% меньше, чем за аналогичный период прошлого года. Четвертую часть (25,1%) из них составляют тяжкие и особо тяжкие преступления (всего - 11,5 тыс.).17. Выявлено 857,7 тыс. лиц, совершивших преступления (-3,7%), удельный вес лиц без постоянного источника дохода уменьшился с 65,9% до 64,9%, а удельный вес ранее судимых лиц увеличился с 28,3% до 29,1%.

18. Почти каждое второе (58,0%) расследованное преступление совершено лицами, ранее совершавшими преступления, каждое третье (32,5%) – в состоянии алкогольного опьянения, каждое двадцать шестое (3,8%) – несовершеннолетними или при их соучастии.

Организованными группами или преступными сообществами совершено 14,8 тыс. тяжких и особо тяжких преступлений (+20,4%), причём их удельный вес в общем числе расследованных преступлений этих категорий увеличился с 6,0% в январе - ноябре 2017 года до 7,5%.

19. Иностранными гражданами и лицами без гражданства на территории Российской Федерации совершено 35,9 тыс. преступлений, что на 5,2% меньше, чем за январь - ноябрь 2017 года, в том числе гражданами государств-участников СНГ – 31,9 тыс. преступлений (-4,6%), их удельный вес составил 88,9%.

Количество преступлений в отношении иностранных граждан и лиц без гражданства сократилось на 26,5% и составило 14,5 тыс. преступлений.

ЗАКЛЮЧЕНИЕ

В современных условиях защита личности, общества и государства
от противоправных посягательств затруднительна без активного использования результатов ОРД. Недооценка фактических данных, полученных оперативными подразделениями органов внутренних дел, часто становится причиной приостановления уголовных дел в связи с неустановлением лица, подлежащего привлечению в качестве обвиняемого, возврата уголовных дел на дополнительное расследование, переквалификации содеянного в сторону смягчения наказания, прекращения уголовных дел. В этой связи только уголовно-процессуальных действий при раскрытии и расследовании преступлений явно недостаточно, поэтому существенно возрастает роль и значение оперативно-розыскной деятельности, в ходе которой оперативным путем добывается информация, которая может быть использована при проведении расследования уголовных дел как доказательство

Следует отметить, что доказательства, полученные с нарушением требований уголовно-процессуального законодательства, относятся к недопустимым доказательствам и не могут быть использованы в процессе доказывания. Более категоричны в этом плане указания ст. 89 УПК РФ, где сказано, что в процессе доказывания запрещается использование результатов оперативно-розыскной деятельности, если они не отвечают требованиям, предъявляемым к доказательствам нормами УПК РФ. Сохранение согласованности организационных и тактических аспектов проведения ОРМ с требованиями УПК РФ будет способствовать устранению ряда практических ошибок и снизит уровень ненужных дискуссий о месте и значении оперативно-розыскной деятельности в противодействии преступности в уголовном судопроизводстве. Со дня принятия закона, регламентирующего оперативно-розыскную деятельность, фактически не осталось явных противников использованияее результатов в уголовном судопроизводстве. И, тем не менее, как показывает практика, назрела необходимость более четкой законодательной регламентации вопросов взаимодействия органов предварительного и судебного расследования с оперативными подразделениями органов внутренних дел в период использования материалов, полученных в ходе оперативно-розыскной деятельности. В этой связи должны строго соблюдаться принципы взаимодействующих сторон. Во-первых, в процессе взаимодействия необходимо достигнуть такого сочетания деятельности сторон, которое обеспечило бы максимальный эффект в борьбе с преступностью и исключило бы нарушение конституционных прав граждан.

Во-вторых, разделение компетенции между субъектами взаимодействия направлено на необходимость наиболее квалифицированного расследования.

В-третьих, организующая роль следователя (дознавателя) заключается в том, что он направляет действия оперативных сотрудников и других участников взаимодействия на раскрытие преступлений.

В-четвертых, на протяжении всего процесса расследования преступления участники взаимодействия реализуют собственные силы, средства и методы для получения доказательств, сведений, которые используются в процессе расследования.

В тоже время в процессе этой деятельности не следует забывать конституционные требования о том, что при осуществлении правосудия не допускается использование доказательств, полученных с нарушением федерального закона. В УПК РФ четко прописано, что в уголовном судопроизводстве подлежит исследованию любая информация, имеющая доказательственное значение для выявления, предупреждения и раскрытия преступлений и изобличения виновных независимо от способа и формы ее получения, за исключением случаев прямо запрещенных федеральным законом. Однако следует заметить, что в федеральном законодательстве отсутствуют процедуры проведения оперативно-розыскных действий, позволяющих получать сведения, могущие стать судебными доказательствами.

В них (процедурах) было бы целесообразно заложить такие нормы, которые бы отвечали требованиям составления процессуальных документов, в которых бы указывалось:

- кто проводит оперативно-розыскные действия;

- в чьем присутствии составляется документ;

- в каком порядке производится оперативно-розыскное действие;

- каким образом фиксируются ход и результаты оперативно-розыскного действия и т.п.

К сожалению и в УПК РФ, где среди допустимых доказательств не назван документ, который бы закреплял порядок и условия осуществления оперативно-розыскных мероприятий.3 Представляется, что таким документом мог бы стать протокол, составляемый по результатам ОРМ, который могут составлять и подписывать уполномоченные на то должностные лица на основании и в соответствии с действующим УПК РФ и федеральным законом «Об ОРД». Введение такого процессуального документа избавит оперативных сотрудников при документировании ОРД составлять различного рода справки, рапорта, акты, меморандумы, не имеющие четких процессуальных параметров.
Требует своего дополнительного разрешения и такая проблема, как порядок представления и использования результатов ОРД в уголовном процессе. Не смотря на то, что такой порядок регламентируется федеральным законом и совместным приказом силовых ведомств от 27 сентября 2013 года, утвердившим Инструкцию, регламентирующую рассматриваемую процедуру, в то же время, как показывает практика, оперативные подразделения, органы предварительного следствия и дознания не всегда четко соблюдают установленный порядок представления и использования результатов ОРД, не принимают должных мер по защите сведений о лицах, внедренных в организованные преступные группы и сообщества (организации), о штатных негласных сотрудниках, а также о лицах, оказывающих содействие на конфиденциальной основе. Особую тревогу вызывает и то обстоятельство, когда суды, рассматривая уголовные дела, доказательства по которым получены в результате ОРД, зачастую не принимают должных мер по защите от расшифровки этих сведений. А отсутствие разъяснений Пленума Верховного Суда РФ по данной проблеме приводит к судебным ошибкам, которые активно используются подсудимыми и их защитниками. И, тем не менее, анализ практики взаимодействующих сторон в процессе использования результатов ОРД, показывает, что за период применения федерального закона «Об ОРД» и уголовно-процессуального законодательства постепенно вырабатываются определенные меры и порядок защиты сведений конфиденциального характера. В частности, по ходатайству следственных органов, ведущих расследование и оперативных подразделений ОВД федеральные суды в целях защиты штатных негласных сотрудников и агентов, внедренных в организованные преступные группировки, используют различные варианты анонимного допроса. По некоторым уголовным делам такие лица не вызывались в судебные заседания, а судьи ограничивались оглашением показаний, содержащихся в протоколах допроса (следственных действий), которые допрашиваемые подписывали присвоенным псевдонимом. Практике известны случаи, когда вместо указанных лиц в судебном заседании допрашивались руководители оперативных подразделений органов внутренних дел, которые давали показания, ссылаясь на материалы, полученные из конфиденциальных источников, в рамках дела оперативной разработки.