Файл: Договорное и законное представительство.pdf

Введение

Актуальность темы исследования. В условиях развития рыночных отношений, области применения представительства охватывают обширный круг как имущественных, так и неимущественных отношений. Представительство в значительной степени расширяет и облегчает приобретение и реализацию субъективных прав и обязанностей, а для недееспособных лиц является основным средством участия в гражданском обороте.

Представительство расширяет и территориальные рамки деятельности, предоставляет возможность одному и тому же лицу, имеющему несколько представителей, вступать в правовые отношения одновременно с различными партнерами, в один и тот же период времени становиться стороной нескольких договоров. Таким образом, представительство выступает как важнейшая гарантия реального и полного осуществления участниками правоотношений своих прав и исполнения обязанностей.

Учитывая, что представительство может «вторгаться» в процесс составления и исполнения большинства сделок и совершения других юридических действий, от точного соблюдения требований, связанных с оформлением доверенностей и осуществлением полномочий, зависит правовая судьба данных сделок. Эти аспекты и определяют, безусловно, высокую значимость института представительства.

Степень разработанности темы. Вопросы правового регулирования представительства являлись и являются объектом внимания многих учёных, среди которых В.К. Андреев, К.Н. Анненков, С.Н. Братусь, А.О. Гордон, В.П. Грибанов, О.С. Иоффе, М.В. Карпычев, С.А. Кузнецов, И.О. Нерсесов, К.И. Скловский и др.

Несмотря на множество научных исследований, посвященных специальным правовым аспектам анализируемой проблематики, в настоящее время испытывается нехватка работ по системному исследованию теоретических и практических проблем применения на практике норм института представительства, основанного на современном российском законодательстве.

Объект и предмет исследования. Объектом исследования являются правоотношения представительства, т.е. правоотношения, возникающие между представителем, представляемым и третьими лицами. Предметом исследования являются особенности правового регулирования института представительства нормами российского гражданского права, а также практика их применения.

Актуальность темы исследования, недостаточность ее разработки, а также объект и предмет исследования определило цель и задачи работы.

Цель работы заключается в исследовании правового регулирования института представительства. Указанная цель предопределила задачи исследования:

• дать определение понятие и рассмотреть юридическую сущность представительства;
• выявить специфику субъектного состава и проанализировать виды представительства;
• исследовать юридические основания возникновения и особенности оформления отношений представительства.

Нормативную базу исследования составили Конституция России, Гражданский кодекс РФ (части первая и вторая), Гражданский процессуальный кодекс РФ, а также иные законы и подзаконные акты, регулирующие отношения представительства и составляющие предмет настоящего исследования.

Теоретическую основу работы составили исследования российских авторов в сфере проблем института представительства: А.В. Баранова, М.И. Брагинского, В.В. Витрянского, А.А. Кузьмишина, А.П. Сергеева и др. Особую помощь в написании работы оказала серия научных статей Е.Л. Невзгодиной, посвященная различным вопросам института представительства.

Методологическая основа исследования. Данное исследование базируется на совокупности методов научного познания: диалектическом, комплексном, историко-правовом, системного анализа, формально-логическом и др.

Практическая значимость исследования состоит в том, что проведённый анализ законодательства, а также судебной практики позволили расширить знания в сфере гражданско-правового представительства и других смежных институтов. Сформулированные выводы, содержащиеся в заключении, могут использоваться при изучении курсов «Гражданское право» и «Предпринимательское право», а также проведении более глубоких исследований затронутых в работе проблем.

Структура работы обусловлена целью исследования и вытекающими из нее задачами, а также необходимостью последовательного изложения материала. Работа состоит из введения, двух глав, заключения, списка использованных источников и приложений.

1. Общая характеристика представительства как гражданско-правового института

1.1. Возникновение и становление института представительства

Гражданско-правовой институт представительства в наши дни воспринимается как одно из привычных частноправовых средств. Это порождает ошибочное представление об извечности и постоянстве данного института. Между тем представительство в современном понимании было окончательно признано в континентальной Европе лишь в Новое время, причем не благодаря, а вопреки наследию римского права. В рамках данного исследования представляется возможным остановиться лишь на некоторых ключевых моментах этого длительного и сложного процесса.

Имеющиеся в нашем распоряжении правовые источники позволяют утверждать, что правопорядку Древнего Рима представительство в современном значении не было известно. Обращает на себя внимание отсутствие в юридической латыни термина, который соответствовал бы тому, что в современных правовых системах Европы именуется представительством.

С формальной точки зрения, признанию представительства препятствовало два запрета: стипулировать (обязывать посредством стипуляции) в пользу третьего лица и приобретать права через посторонних лиц. Оба они отражены в позициях юристов классического периода. Первое правило восходит к словам Ульпиана, который объясняет данное ограничение отсутствием интереса кредитора в подобном договоре: «Никто не может стипулировать в пользу другого (Alteri stipulari nemo potest), за исключением (стипуляций) раба в пользу хозяина (и) сына в пользу отца. В самом деле, обязательства созданы для того, чтобы каждый приобретал себе то, что в его интересах. Если же (я стипулирую), чтобы (нечто) было дано другому, то (в такой стипуляции) нет моей заинтересованности».^[1]

Заинтересованность кредитора имела принципиальное значение для защиты его права в суде. В Древнем Риме действовал принцип денежного присуждения ответчика (condemnatio pecuniaria), в силу которого судья оценивал каждое требование в звонкой монете. К тому же в формулярном гражданском процессе классического периода отсутствовала исковая формула в пользу третьего лица. Судья не имел возможности удовлетворить требование кредитора по стипуляции дать определенную вещь или денежную сумму в пользу кого-то помимо кредитора-истца.

Как отмечает Е.Д. Невзгодина, римское право допускало представительство в узкой сфере - лишь «при владении, вещных сделках и при вступлении в наследство, в сфере же обязательственного права оно не допускало представительства и только знало весьма несовершенный суррогат представительства - ответственность представляемого наряду с представителем».^[2] К.И. Скловский отмечает, что римское право имело ряд инструментов, позволявших действовать для принципала, в том числе мандат с его уступкой прав (цессией), полученных поверенным, в пользу доверителя, «но отказывалось признать непосредственное возникновение прав и обязанностей принципала из действий представителя, тем самым отрицая наличие у представителя полномочия».^[3]

Устанавливая причины такого непринятия института представительства римским правом, В.М. Хвостов приходит к выводу, что «римское право, вероятно, опасаясь осложнений и опасности для прочности оборота, с которым связано непосредственное действие представительства, и не ощущая особой нужды в этом институте, главным образом вследствие существования рабства, которое давало возможность непосредственно приобретать через рабов имущественные права, в принципе не допускало такого действия».^[4]

Основоположником современной концепции представительства нередко называют великого голландского правоведа Гуго Гроция. Подчеркивая значимость воли сторон в договоре для возникновения правовых последствий, автор трактата «О праве войны и мира» (1625) утверждал: «Обычно возникают противоречия относительно акцепта, сделанного за другое (лицо): в таких (случаях) следует отличать данное мне обещание передать вещь другому от обещания, данного на имя того, кому следует передать вещь».^[5] Но Гроций не был первым, кто осмелился поддержать идею прямого представительства. Он опирался на опыт предшествующих столетий.

В частности, в сборнике законов Ordenamiento de Alcala, составленном по распоряжению кастильского короля Альфонсо XI Мудрого в 1348 г., имеется титул о заключении обязательств. В него включен единственный закон: «Если окажется, что некто намерен связать себя обязательством в пользу другого посредством обещания, или договора, или иным способом, то он обязан исполнить обещанное и не может защищаться ссылкой на то, что не было совершено стипуляции, т.е. не дано обещание в соответствии с установленными законом формальностями, или на то, что обязательство или договор заключены между отсутствующими; не вправе он ссылаться и на то, что (обещание) между отсутствующими в пользу другого дано не в присутствии должностного лица или иного свидетеля - частного лица, или что он обещал одному дать или сделать что-либо для другого. Обязательство или договор, несомненно, действителен, если явствует, что некто (обещающий) намерен связать себя в пользу другого лица, заключив с ним договор».^[6]

Признавая обязательства в пользу третьих лиц, кастильский законодатель прекрасно осознавал, что новый закон противоречит римскому. Поэтому он специально запретил должнику ссылаться на факт акцепта обещания другим лицом - не выгодоприобретателем, а посторонним лицом (extraneus). Кроме того, закон запрещал отказываться от исполнения обязательства под предлогом того, что бенефициар и акцептант не являются одним и тем же лицом. Принятие закона, отступающего от римской правовой традиции, было решительным поступком, к которому подталкивали экономические потребности кастильского общества XIV в.

Таким образом, тезисы Гуго Гроция не отличаются принципиальной новизной. Однако несомненная заслуга известного правоведа состоит в доктринальной разработке этого сложного, по тем временам революционного, но крайне необходимого правового института. Так, в главе «Об обещаниях» трактата «О праве войны и мира» автор ставит частный вопрос об акцепте обещания не бенефициаром и в процессе его анализа переходит к общим рассуждениям о значении обещания, его обязательности, отзывности и др.

Дальнейшее развитие гражданско-правовых отношений обусловило поступательное развитие института представительства, допущение его при осуществлении не только вещных, но и обязательственных прав, что и нашло свое отражение во французском Гражданском кодексе, который, урегулировав представительство, предусмотрел также договор поручения и доверенность, не установив, однако, четкого соотношения между этими правовыми категориями. Четкое разграничение представительства, договора поручения и доверенности, правовое значение одобрения сделки, совершенной представителем при отсутствии полномочия, представляемым нашли отражение в германском гражданском уложении, где были также установлены юридическая значимость пороков воли представителя; презумпция в пользу необходимости личного осуществления полномочия представителем; основания прекращения договора поручения (и представительства), исходя из лично-доверительного характера отношений, складывающихся между доверителем и поверенным; а также выделены особенности правового положения торгового представителя.^[7]

В России представительство находило применение уже с начала средних веков. В качестве примера представительства Н. Нерсесов приводил, в частности, заключение представителем от имени монастыря договора купли-продажи, по которому монастырь приобрел право собственности на проданную ему землю.^[8] Однако в дореволюционном гражданском законодательстве России (т. Х ч. 1 Свода законов) содержалось весьма небольшое количество норм, регулирующих представительство (представительство родителей и опекунов, представительство при наследовании). Существенное развитие институт представительства получил в проекте гражданского уложения, разрабатываемом с последней четверти XIX в., где было разграничено обязательное и добровольное представительство, закреплен его личный характер, урегулирован безвозмездный и возмездный договор поручения (договор доверенности), определено юридическое значение полномочия и одобрения, пороков воли при осуществлении представительства, достаточно подробно определены основания прекращения представительства и правовые последствия его прекращения.