Файл: Понятие правонарушения (Виды и состав правонарушения).pdf

3.1. Преступление

Преступлениями называются виновно совершенные общественно опасные деяния, запрещенные уголовным законодательством под угрозой наказания. Испокон веков целью уголовного правосудия признается охрана общества в целом. Поэтому любое деяние, подлежащее уголовному суду, считается общественно опасным.

За преступления применяются наказания наиболее строгие меры государственного принуждения, существенно ограничивающие правовой статус лица, признанного виновным в совершении преступления (лишение или ограничение свободы, длительные сроки исправительных работ или лишение каких-либо специальных прав, крупные штрафы и др.). За особо тяжкие преступления, посягающие на жизнь, применяется исключительная мера наказания смертная казнь. Уголовное наказание применяется не только за совершение преступления, но и за покушение, приготовление, соучастие, а по некоторым составам за укрывательство и недонесение о преступлении. Давность привлечения к уголовной ответственности в зависимости от тяжести преступления может достигать пятнадцать лет (к лицам, совершившим преступления против мира и человечества, сроки давности не применяются).

Признать виновным в совершении преступления и назначить наказание может только суд в установленной для того процессуальной форме (уголовно-процессуальный кодекс). Отбывание наказания регулируется специальным (уголовно-исполнительным) законодательством. После отбытия наказания у лица, осужденного за преступление, длительное время (в зависимости от тяжести преступления и соответственно отбытого наказания) сохраняется «судимость» - особое правовое состояние, являющееся отягчающим обстоятельством при повторном преступлении, отражающееся на моральном и правовом статусе лица, считающегося судимым.

Отличие преступления от других видов правонарушений заключается в его повышенной степени общественной опасности. Степень общественной опасности преступлений, позволяющая их отграничить от других правонарушений зависит от ряда объективных и субъективных признаков. Большое значение при этом имеет учет таких признаков, как объект посягательства, его важность, ценность объективных признаков правонарушения (повторность, систематичность, промысел, характер преступных последствий), степень вины, мотивы и цель деяния, особенности личности правонарушителя (состояние психики субъекта).

Малозначительное деяние не является преступлением при наличии одновременно двух условий. Первое: оно должно формально подпадать под признаки преступления, предусмотренного уголовным законом. Иными словами, в нем чисто внешне должна присутствовать уголовная противоправность. Второе: в нем отсутствует другое свойство преступления − общественная опасность. Как правило, она отсутствует потому, что ущерб, причиненный деянием, мизерный. Отсюда деяние в целом оказывается непреступным. Чаще всего определенный вред, некоторая анти-социальность в малозначительных деяниях имеют место. Но они не криминальной степени, а гражданско-правовой, административной, дисциплинарной, аморальной. Поэтому, прекращая дело или не принимая его к производству ввиду малозначительности деяния, следователь или суд рассматривает вопрос о возможности иной, не уголовно-правовой меры ответственности за него.

Малозначительные деяния лишь тогда не признаются преступными, если малозначительность была и объективной, и субъективной, т.е. когда лицо желало совершить именно малозначительное деяние, а не потому, что по не зависящим от него обстоятельствам так в конкретном случае произошло. При расхождении фактически совершенного и умысла лица ответственность наступает за покушение на то преступление, совершить которое лицо намеревалось. Так, в случае, когда лицо замышляло совершить крупное хищение из сейфа сберегательного банка, но там оказалось лишь пять рублей, которые оно похитило, ответственность наступает за покушение на крупное хищение. Уголовное дело не прекращается за малозначительностью деяния − кражу пяти рублей.

Глава 4. Юридическое определение правонарушения

Юридическое понятие правонарушения имеет своей исторической и логической предпосылкой его социологическое определение. С точки зрения юриспруденции, правонарушение - общественно опасное противоправное виновное деяние. В плане формальной логики его характеристика как общественно опасного деяния указывает на родовой признак правонарушения, противоправность и виновность образуют его видовые отличия.

Вместе с тем непосредственно правонарушение не затрагивает общественное отношение как таковое. Правонарушитель посягает, например, не на производственные отношения и даже не на общественные отношения собственности, а на вещи. Он покушается не на политические отношения вообще, а совершает, к примеру, террористический акт против конкретного государственного или общественного деятеля. Он дестабилизирует не гражданский оборот как таковой, а не выполняет договорные условия купли-продажи товаров. Число подобных иллюстраций можно было бы многократно умно жить. Но и сказанного достаточно, чтобы понять, почему законодатель, стремясь воспроизвести объективные юридические свойства правонарушений, многие их составы построил таким образом, что в качестве объекта в них указываются не общественные отношения, а либо их элементы (например, субъекты политической деятельности), либо то, по поводу че го они, общественные отношения, складываются (например, Частное имущество).

Действительная сложность объекта правонарушения обусловливает и трудности его воспроизводства в теории. Напри мер, науке уголовного права пришлось ввести в свою теорию понятия общего, родового и непосредственного объектов преступления. Под общим объектом преступления понимается вся совокупность общественных отношений как таковых. На конец, под непосредственным объектом чаще всего разумеют отдельные общественные отношения, на которые покушается преступник. Для обозначения же того, на что непосредственно посягает правонарушитель, теория пользуется понятием предмета преступления. Под ним понимаются те материальные предпосылки или элементы общественного отношения, которые становятся предметом прямого преступного посягательства (например, вещи, люди и т.д.).

Различение общего, родового и непосредственного объектов методологически оправдывается тем, что, по существу, оно представляет собой частный случай вскрытого гегелевской философией противоречия между общим, особенным и единичным. Имеет оно под собой и чисто эмпирические основания. Скажем, вор, укравший в магазине какую-либо вещь, посягнул, во-первых, на саму эту вещь (предмет посягательства), во-вторых, на отношения владения, собственности, ибо украденная вещь находилась в обладании магазина (не посредственный объект преступления), в-третьих, на отношения собственности, поскольку лишил магазин возможности владеть, пользоваться и распоряжаться своим имуществом (родовой объект), и, наконец, в-четвертых, на сами принципы обмена, выражающие глубинную сущность современного общественного строя (общий объект преступления).

Однако такой подход все еще продолжает оставаться слишком абстрактным, чтобы прийти к решению ряда важных, но более конкретных проблем. Так, если и в самом деле "объект правонарушения есть тот необходимый признак его состава, который в значительной мере определяет природу данного преступления и степень его общественной опасности", то изучение именно этого элемента состава должно привести к познанию и механизма посягательства на общественное отношение, и способов его правовой защиты, и социальных условий эффективности юридической нормы. Отправляясь же от абстрактного понятия "объект правонарушения", хотя бы и подразделенного на общий, родовой и непосредственный, мы не получим ответа на все эти вопросы. Между тем путь дальнейшего развития науки большинство специалистов в области права видит в углубленном изучении именно объекта право нарушения.

Причина такого положения современной юридической теории коренится вовсе не в недостатке внимания к общественным отношениям как объекту правонарушения. Дело, на наш взгляд, заключается в том, что исследовательская мысль все еще не вышла за пределы собственно правовой сферы и наше знание этой области не стало результатом комплексного изучения предмета средствами не только юриспруденции, но и других наук.

Среди них в первую очередь должна быть названа социология, ибо изучение общественного отношения ее непосредственная задача.

На первый взгляд, развиваемая здесь точка зрения на объект правонарушения как общественное отношение не в состоянии использоваться в правоведении. Оставаясь, например, на позициях традиционной теории права, против нее как будто бы можно основательно возразить: коль скоро общественное отношение не есть отношение между вещами, более того, коль скоро оно является без личностной природы, посягательство на имущество (вещи) или даже на отдельного человека общественных отношений никак не затрагивает. Любое общественное отношение как нечто "нематериальное" в принципе не зависит от грубого материалиста-правонарушителя, который всегда имеет дело с конкретными вещами и людьми и в огромном большинстве случаев даже не подозревает о том, что его могут обвинить в посягательстве на эти неуловимые, неосязаемые "общественные отношения". Даже террорист, убивший политического деятеля, ничего не меняет в существе системы политических отношений, ибо на месте убитого тотчас оказывается другой.

Обществу безразлично, кто персонально займет позицию предпринимателя или наемного рабочего, кто станет депутатом парламента, мэром города, боссом партийной группировки и т.д., лишь бы принявший на себя социальную роль исправно защищал интересы социального целого.

Приведенные возражения выдвигают вопрос: коль скоро даже удачливый вор и террорист как крайние случаи не могут изменить природу общественного отношения, то правилен ли вообще тезис, что оно объект правонарушения, а стало быть, и объект закрепления, регулирования и охраны? Более того, не опровергают ли указанные факты правомерности самого социологического подхода, ибо для него общественное отношение отправной пункт всех дальнейших теоретических построений?

Человек - непременный участник, субъект всех социальных процессов. И никто не оспаривает, что в конечном счете люди, население необходимая предпосылка общественных связей. И коль скоро юридические нормы не продукт научной мысли и законодатель скорее практик, чем теоретик, в социальной действительности оказывается, что право закрепляет и охраняет прежде всего то, что имеет практическое значение эмпирические предпосылки существования общественных отношений. К их числу относятся люди, среда их обитания (экология), общие условия их существования.

Второй элемент состава правонарушения образует его объективная сторона. Она охватывает деяние, т.е. отдельный поведенческий акт, находящийся под контролем сознания и воли субъекта, причиненный им вред, который делает это деяние общественно опасным, и причинную связь между деянием и наступившим социальным ущербом.

Ясно, что мускульное движение человека не есть деяние в том смысле, в каком о нем идет речь в юриспруденции. Оно может, в частности, сложиться из нескольких движений. Одно деяние, образующее состав правонарушения, иногда складывается из движений и деяний многих субъектов. Определение всего значение того или иного понимания деяния проявляется в практике применения уголовно-правовых норм: преступления как самый опасный вид правонарушений издавна привлекали наибольшее внимание теоретиков права. С этой проблемой, в частности, связана трактовка простого, длящегося, продолжаемого и сложного преступлений, проблема их реальной и идеальной совокупности, вопрос о соучастии и т.д.

Различия в стадиях развития действия, в степени его интенсивности как критерия его общественной опасности обусловливали возникновение таких уголовно-правовых институтов, как приготовление к преступлению и покушение на него. Естественно, что в преобладающем большинстве случаев общественная опасность приготовления и покушения меньше, чем общественная опасность оконченного правонарушения.

То обстоятельство, что субъект правонарушения, по определению, изолированное лицо, как правило, влечет за собой повышение ответственности за общественно опасное деяние, совершенное совместно двумя или более лицами. При этом большую общественную опасность представляют собой устойчивые объединения (например, банда).

Однако и здесь речь идет не о том, что коллектив становится субъектом правонарушения (субъектом уголовного преступления может быть только физическое лицо), а лишь о повышенной общественной опасности коллективной противоправной деятельности.

Применительно к уголовному праву социологическое и юридическое значение института соучастия заключается и в том, чтобы обосновать ответственность лиц, которые непосредственно не совершали преступления, но вместе с тем своими действиями умышленно способствовали совершению преступления иным лицом или иными лицами. Для определения степени прикосновенности к преступлению и соучастия в нем служит различная степень интенсивности действия каждого из соучастников как мера его индивидуальной общественной опасности (исполнитель, организатор, подстрекатель), заранее не обещанное укрывательство и недонесение о достоверно известном готовящемся или совершенном преступлении-виды прикосновенности, устанавливаемые уголовным правом).

Наконец, само собой разумеется, что оконченным право нарушение будет тогда, когда его объекту-общественным отношениям причинен какой-либо вред. Действия, не посягавшие на общественные отношения, с теоретической точки зрения правонарушениями не являются.

Объективная сторона-это то, в чем правонарушение получает свое внешнее выражение. В теории государства и права должны рассматриваться при анализе не все элементы объективной стороны правонарушения. Например, обстановка, место, время, условия совершения правонарушения имеют огромное значение для исследования любого правонарушения и определение характера и общественной вредности деяния. Но все они очень индивидуальны и поэтому не учитываются при общем анализе объективной стороны.

Некоторые элементы объективной стороны имеют универсальное значение. Таковыми являются деяние, то есть поведение находящиеся под контролем воли и разума человека и выражающееся в действии или бездействии. Действие характеризуется признаками, предусмотренными в соответствующих составах правонарушений. В соответствии с этими признаками противоправное действие выступает как определенный, сложный акт внешнего поведения, вредный для правопорядка. Бездействие будет правонарушением тогда, когда лицо обязано было действовать. Обязанность действовать может быть указана в законе (врач обязан оказать помощь больному), может вытекать из договора (подрядчик обязан вести строительные работы), может быть профессиональной обязанностью (водитель перед выездом из гаража не проверил техническое состояние машины). Мысли, убеждения, намерения, которые внешне не проявились, не признаются действующим законодательством объектом преследования.