Файл: Субъективная сторона правонарушения. Форма вины (Характерные черты юридического состава правонарушения).pdf
Добавлен: 31.03.2023
Просмотров: 277
Скачиваний: 1
В юридической литературе делались попытки классифицировать понятие вины с точки зрения ее содержания. Выделялись: 1) психологическое содержание вины; 2) социально-политическое и 3) уголовно-правовое.
Психологическое содержание вины основывается на изучении процессов, объективно происходящих в психике людей. Речь идет о реально существующем психическом отношении человека к окружающей действительности. Здесь значительную роль играет психология.
Социально-политическое содержание вины «базируется на материальном определении преступления как виновно совершенном общественно опасном деянии, запрещенном уголовным законом под угрозой наказания».[15]
Уголовно-правовое содержание вины заключается в том, что «будучи отражена в уголовном законе, вина приобретает значение признака субъективной стороны состава преступления, выражаемого в умысле и неосторожности и обязательного для любого состава».
Очевидно, что такая классификация имеет определенные основания, так как строится с учетом различных признаков, характеризующих понятие вины. Однако интерес она представляет исключительно для теории уголовного права.
Формы вины определены законодателем (ч. 1 ст. 24 УК) и представляют собой определенное сочетание интеллектуальных и волевых признаков, характеризующих отношение виновного к совершенному им общественно опасному действию (бездействию) и его последствиям.
Помимо содержания и форм вины в уголовно-правовой литературе и правоприменительной практике используются и такие понятия, как «степень вины» и «сущность вины».
Степень вины – количественная категория, относящаяся к оценочным понятиям и свидетельствующая о большей или меньшей степени опасности не столько самого деяния, сколько лица, его совершившего.
В теории уголовного права высказывалось мнение, что в статью о понятии вины должна быть включена следующая часть: «Степень вины лица, т.е. мера пренебрежения охраняемыми законом правами и интересами граждан, государства, общества, выраженная в разновидностях вины и мотивах деяния, учитывается при квалификации преступления, назначении наказания и применении иных уголовно-правовых мер».
Понятие «степень вины» широко употребляется как в теории уголовного права, так и в судебной практике. Степень вины определяется совокупностью формы и содержания с учетом всех особенностей психического отношения лица к обстоятельствам преступления.
3.2. Умышленная форма вины
УК характеризует умысел как психическое отношение, при котором лицо осознавало общественную опасность действий (бездействия), предвидело возможность либо неизбежность наступления общественно опасных последствий и желало их либо сознательно допускало наступление этих последствий.
Содержанием умысла является отражение психикой виновного противоправного характера деяний. Однако сознание противоправности нельзя отождествлять с сознанием запрещенности деяния той либо иной нормой УК РФ.
Осознание уголовной противоправности означает, что лицо знало об уголовной ответственности за деяния, которые оно совершало (хотя бы в общих чертах), и о том, что они запрещены под страхом наказания.
Сознание признаков, характеризующих самого субъекта, не входит в содержание умысла. Так, 15-летний, полагая, что ответственность за разбой наступает с 16 лет, будет нести ответственность за совершенное разбойное нападение. Однако умысел включает сознание свойств специального субъекта, которые являются обязательными признаками преступления (к примеру, преступления против государственной власти). В этих случаях сознание признаков специального субъекта является необходимой предпосылкой сознания совершаемого деяния, поскольку они связаны с нарушением специальных обязанностей, возложенных на виновного.
С сознанием противоправности связано сознание, хотя бы в общих чертах, признаков объекта преступления. При совершении умышленных преступлений содеянное следует квалифицировать в соответствии с тем объектом, который сознавался виновным, хотя реально посягательство было направлено на другие общественные отношения. К примеру, виновный сознает, что он посягает на жизнь сотрудника правоохранительного органа, а реально убивает гражданина, не состоявшего на службе в этих органах, – он будет отвечать за покушение на жизнь сотрудника правоохранительного органа.[16]
Предвидение последствий своего деяния (действия либо бездействия) включает предвидение их наступления и предвидение их противоправного характера. При этом субъект предвидит последствия не «вообще», а последствия определенного характера, которые являются признаком преступления.
При умысле предвидение последствий может носить характер предвидения неизбежности их наступления и предвидения реальной возможности их наступления.
Лицо предвидит неизбежность последствия, когда между деяниями и последствием имеется однозначная причинная связь, развитие которой осознает виновный.
При предвидении реальной возможности наступления последствий субъект осознает, что своими действиями он создает такие условия, которые могут повлечь, но могут и не повлечь последствия. Эти последствия не связаны однозначно с действиями (бездействием), а являются следствием стечения ряда обстоятельств, в том числе и не зависящих от виновного. Предвидение последствий предполагает осознание субъектом, хотя бы в общих чертах, развития причинной связи между деяниями и последствиями.
Волевое содержание умысла в действующем законодательстве определяется как желание, сознательное допущение последствий преступления либо как безразличное к ним отношение.
Желание как признак умысла заключается в стремлении к определенным последствиям, которые могут выступать как конечная цель, промежуточный этап, средство достижения цели и необходимый сопутствующий элемент деяния.
Желание как стремление к определенным последствиям имеет место, когда последствия доставляют виновному внутреннее удовлетворение, когда при внутреннем отрицательном отношении к последствиям виновный стремится причинить их, так как они являются неизбежными на пути к удовлетворению потребности, ставшей побудительным мотивом (убивает в целях завладения имуществом). Последствия являются желаемыми и в случае, когда они представляются для виновного неизбежными сопутствующими деяния.
При совершении преступления, обязательным признаком которого не являются последствия (формальные преступления), волевой элемент умысла определяется волевым отношением к самим противоправным деяниям.
Сознательное допущение последствий предполагает, что виновный своими действиями обусловливает определенную цепь событий и при этом сознательно, т.е. намеренно, допускает объективное развитие вызванных им событий и наступление последствий.
Основное различие между прямым и косвенным умыслом коренится в волевом элементе.
Для прямого умысла характерно желание, а для косвенного – сознательное допущение преступных последствий (ч. 3 ст. 25). Действуя с косвенным умыслом, лицо сознательно допускает преступное последствие, но это последствие не является ни целью, ни средством ее достижения, ни этапом на пути достижения цели. Виновный в этом случае занимает пассивную позицию по отношению к последствиям, поэтому преступления с косвенным умыслом (при прочих равных условиях) принято считать менее опасными, чем преступления, совершаемые с прямым умыслом. Совершая преступление с косвенным умыслом, лицо может надеяться, что последствия почему-либо не наступят (надежда на «авось»), а также рассчитывать на какие-то обстоятельства, позволяющие предотвратить последствия.
При косвенном умысле виновный может безразлично либо отрицательно относиться к последствиям, активно желать их ненаступления, может надеяться, что они не наступят, – все это разновидности отношения к преступным последствиям, которое характерно для косвенного умысла. При этом необходимо установить, что лицо предвидело преступные последствия и рассчитывало их предотвратить.[17]
Косвенный умысел предполагает определенное психическое отношение лица к возможности наступления преступных последствий (сознательное их допущение), а поэтому область совершения преступлений с этим видом умысла ограничена только так называемыми материальными преступлениями (объективная сторона которых содержит последствия в качестве обязательного признака).[18]
3.3. Неосторожная форма вины
Неосторожные преступления вполне обоснованно считаются менее опасными по сравнению с аналогичными умышленными. Умышленные убийство или причинение вреда здоровью характеризуются более высокой степенью общественной опасности, нежели такие же деяния, совершенные по неосторожности. Однако, неосторожные преступления в совокупности представляют значительную опасность для общества и особенно в период ускорения научно-технического прогресса в связи с внедрением новых технологий, увеличением потока транспортных средств, использованием новых источников энергии и т.д. Эти процессы обусловили весьма неблагоприятную динамику неосторожных преступлений. Их количество увеличивается за счет таких, например, как нарушение правил, обеспечивающих безопасные условия труда, экологические преступления, нарушение правил дорожного движения.
Возможность человека действовать в соответствии с правовыми нормами определяет правовое порицание неосторожно действующего субъекта, причиняющего вред правоохраняемым интересам, поскольку он должен был и мог избежать этого. Любой вменяемый человек способен принимать решения со знанием дела, выбирать варианты поведения, учитывая при этом действие внешних причин. Поэтому неосторожное причинение вреда правоохраняемым интересам и благам влечет за собой правовую ответственность.
Социальные корни неосторожности тесно связаны с установками, взглядами, принципами личности, т.е. с ее социальной позицией. Невнимательность, недисциплинированность, легкомыслие, проявляющиеся в неосторожном причинении ущерба правоохраняемым интересам, коренятся в недостаточной значимости этих интересов для виновного, отсюда – в недостаточно внимательном к ним отношении.
Совершение неосторожных преступлений объясняется главным образом социальной безответственностью, недисциплинированностью, беспечностью, завышенной самооценкой некоторых лиц, их пренебрежительным отношением к выполнению своих обязанностей и правил предосторожности, невнимательным отношением к жизни и здоровью окружающих, принятием на себя функций, которые виновный не способен осуществлять по состоянию здоровья, отсутствию опыта или иным причинам. Иногда, значительно реже, неосторожные преступления совершаются в особом психофизиологическом состоянии личности: усталости, забывчивости, неустойчивости внимания, замедленной реакции и т.д.
Законодатель предусмотрел два вида неосторожной вины: легкомыслие и небрежность.
Легкомыслие характеризуется тем, что виновный предвидит возможность наступления общественно опасных последствий своего действия (бездействия), но без достаточных к тому оснований самонадеянно рассчитывает на предотвращение этих последствий (ч. 2 ст. 26 УК РФ). Таким образом, из данного определения следует, что интеллектуальным элементом легкомыслия является предвидение виновным возможности наступления общественно опасных последствий своих действий (бездействия).
Так, по мнению суда, по смыслу закона (ч. 2 ст. 26 УК РФ) при совершении преступления по неосторожности расчет виновного лица, ожидающего, что последствия не наступят, должен опираться на реальные обстоятельства, которые дают основание предполагать такой исход. Как при этом отметил суд, в рассматриваемом случае при сбрасывании потерпевшего с балкона второго этажа дома у осужденных не было оснований рассчитывать на то, что смерть потерпевшего от их действий не наступит. Они осознавали общественную опасность своих действий и предвидели возможность наступления общественно опасных последствий в результате своих действий, не желали наступления смерти, но относились к этим последствиям безразлично, то есть смерть потерпевшему причинили умышленно.[19]
Волевой же элемент законодатель определяет как самонадеянный, без достаточных оснований расчет виновного на предотвращение общественно опасных последствий своих действий (бездействия).
Определяя интеллектуальный элемент легкомыслия, законодатель говорит лишь о предвидении возможности наступления общественно опасных последствий и не указывает, в отличие от определения умысла, на осознание лицом общественно опасного характера действия (бездействия). Это дало основание одним ученым утверждать, что в данном виде неосторожности отсутствует осознание опасности самого деяния, а другим, наоборот, – что лицо при легкомыслии осознает общественную опасность своих действий. Однако законодатель, определяя легкомыслие, не включил в интеллектуальный элемент отношение субъекта к действию (бездействию), поэтому решение данного вопроса не имеет уголовно-правового значения. При данном виде неосторожности субъект либо осознает фактические обстоятельства дела (напр., торопясь, сознательно превышает скорость, рассчитывая на свой опыт), либо не осознает их (напр., в силу невнимательности не замечает запрещающего сигнала светофора). И в том и в другом случае, при отсутствии предусмотренных ст. 264 УК последствий, совершается административное правонарушение. Общественно опасный характер поведения, влекущего уголовную ответственность, обнаруживается при наступлении определенных, как правило, достаточно серьезных последствий. Ответственность за неосторожные преступления в подавляющем большинстве случаев наступает лишь при наличии общественно опасных последствий или при угрозе наступления таких последствий. Вопрос же об осознанном или неосознанном нарушении правил предосторожности имеет значение лишь при индивидуализации наказания.