Файл: Понятие и принципы исполнения обязательств (подробно).pdf

Исполнение обязательства полностью одним из солидарных должников прекращает его и тем самым освобождает перед кредитором всех должников. Однако последние в силу закона, если иное не вытекает из отношений между солидарными должниками, обязаны возместить исполнившему обязательство причитающиеся с них части долга. При этом доли должников предполагаются равными, т.е. сумма долга делится на всех солидарных должников, включая и должника, исполнившего обязательство.

Охарактеризуем субсидиарные (дополнительные) обязательства, которые используют для обеспечения гарантий имущественных интересов кредитора в надлежащем исполнении обязательства со стороны должника. Юридическая природа таких обязательств состоит в том, что на субсидиарного должника возлагаются действия по, например, возмещению имущественного вреда, если основной должник не произвел возмещения в установленный срок (ст. 399 ГК РФ).

Такие обязательства могут возникать как по соглашению сторон (ст. 363 ГК РФ допускает возможность установления соглашением сторон субсидиарной ответственности поручителя по долгам основного должника), так и в силу прямого указания закона (ст. 1074 ГК РФ – субсидиарная ответственность законных представителей за вред, причиненный несовершеннолетним).

В ходе исполнения обязательства его субъектный состав не всегда остается стабильным: на место первоначально вступившего в обязательство кредитора или должника может заступить новый участник. Юридическое основание перемены лиц может быть, например, слияние юридических лиц, выделение из состава корпорации отдельной организации либо в рамках наследственного правопреемства, когда юридическая личность наследодателя замещается на субъектном уровне его наследниками.

В гражданском законодательстве существуют две формы перемены лиц в обязательстве – уступку требования (цессию) и перевод долга (делегацию).

Уступка требования (цессия) - договор между управомоченной стороной в обязательстве (цедентом) и новым субъектом (цессионарием) о передаче последнему права требования к должнику. Например, арендодатель на период отъезда передает своему доверенному лицу право на получение арендной платы от арендатора (нанимателя).

Законом (ст. 383 ГК РФ) не допускается цессия в отношении прав, имеющих неразрывную связь с личностью кредитора: права на получение алиментного содержания, права на возмещение морального вреда и вреда другим нематериальным благам.

Ввиду того, что цессия происходит на уровне управомоченной стороны и фактически не затрагивает интересов обязанной, общее правило закона не требует для осуществления уступки права получения согласия должника (за исключением случаев, предусмотренных законом или соглашением сторон) [13, С. 15-18]. Например, цессия недопустима в отсутствие согласия должника по отношению к требованию в обязательстве, где личность уполномоченной стороны имеет существенное значение (п. 2 ст. 382 и п. 2 ст. 388 ГК РФ).

Так в пункте 3 ст. 382 ГК РФ предусмотрено письменное уведомление должника о том, что состоялось соглашение о цессии. В противном случае должник, который исполнил обязательство первоначальному кредитору, будет признан надлежаще исполнившим обязательство. При этом должник может воздержаться от исполнения обязательства новому кредитору до тех пор, пока ему не предоставят доказательства о переходе имущественного права (ст. 385 ГК РФ).

Перевод долга (делегация) – это договор между управомоченной стороной, обязанной стороной и принимающим на себя обязательство лицом о переходе к нему долга, что фактически означает замену таким лицом должника в обязательстве. Ввиду того, что делегация существенно затрагивает интересы кредитора, обязательным требованием закона (п. 1 ст. 391 ГК РФ) для ее осуществления является согласие кредитора на осуществление перевода долга [4, С. 191].

С другой стороны, при переходе долга в силу прямого указания закона (реорганизация юридического лица, наследственное правопреемство) для перевода долга согласия кредитора не требуется.

По общему правилу при переводе долга первоначальный должник выбывает из обязательства. Однако при переводе долга по обязательствам, которые связаны с осуществлением предпринимательской деятельности, закон устанавливает варианты: либо первоначальный должник выбывает из обязательства (привативный перевод долга), либо первоначальный и новый должники отвечают перед кредитором солидарно (кумулятивный перевод долга). Соглашением сторон также может быть предусмотрена субсидиарная ответственность.

Согласно разъяснениям, данным Верховным Судом РФ в постановлении Пленума от 21.12.2017 № 54 «О некоторых вопросах применения положений главы 24 Гражданского кодекса Российской Федерации о перемене лиц в обязательстве на основании сделки», если из соглашения кредитора, первоначального и нового должников по обязательству, связанному с осуществлением предпринимательской деятельности, не ясно, привативный или кумулятивный перевод долга согласован ими, следует исходить из того, что первоначальный должник выбывает из обязательства [4, С. 191].

Ввиду того, что долги возлагаются на нового должника без каких-либо изменений, он вправе выдвигать против требования кредитора возражения, основанные на отношениях между кредитором и первоначальным должником (ст. 392 ГК РФ).

Исходя из всего вышесказанного, можно сделать вывод, что в содержание обязательства входят права кредитора и обязанности должника. Их отношения регулируются нормами обязательственного права. Структура обязательства состоит из элементов: субъекты, предмет, объекты, его содержание.

Субъектами обязательственных правоотношений являются кредитор и должник. Должник выступает как обязанная сторона, а кредитор – сторона, которая вправе требовать от должника определённых действий.

Когда на стороне обязательства присутствуют несколько субъектов, то такое обязательство называется обязательством с множественностью лиц.

В период действия обязательства возможна замена лиц. Замена кредитора называется уступкой требования, а замена должника — переводом долга. Такая замена влечет за собой составление дополнительного договора.

Предметом обязательственных правоотношений являются действия должника или воздержание от определенных действий.

Содержание обязательственного правоотношения — права и обязанности кредитора и должника по выполнению обязательства.

Основанием возникновения обязательственных правоотношений служат сделки, причинение вреда лицу, неосновательное обогащение, судебные решения, события.

Принципы исполнения обязательств

Понятие, значение и становление принципов исполнения обязательств

Под принципами исполнения обязательств имеются в виду только те общие положения, которые призваны организовать именно этот гражданско-правовой институт, т. е. институциональные принципы. На рассматриваемую сферу осуществления прав кредитора и исполнения обязанностей должника воздействуют и общеотраслевые принципы (общегражданские, так называемые основные начала гражданского законодательства, закреплённые в ст. 1 ГК РФ), и подотраслевые принципы, т. е. принципы такой подотрасли гражданского права, как обязательственное право, институтом которого и является исполнение обязательства. Последние, безусловно, распространяют своё действие и на сферу исполнения обязательств, но не отражают его специфики и смысла [14, С. 61].

В российском законодательстве в разные исторические периоды по-разному решался вопрос о нормативном закреплении принципов исполнения обязательств. Как известно в Своде законов Российской Империи не было такого раздела, в котором были бы закреплены принципы исполнения обязательств.

Он предлагался в Проекте Гражданского уложения Российской империи. «Общие положения», расположенные в главе «Исполнение обязательств», предусматривали в числе прочего требования добросовестного исполнения должником обязательства «согласно принятому в деловых отношениях порядку» (ст. 1609) и недопустимость отказа одной стороны от исполнения обязательства, «насколько такой отказ, по обстоятельствам дела, не согласуется с доброй совестью» (ст. 1610) [14, С. 62].

В ГК РСФСР 1922 г. в разделе «Обязательственное право» подраздел I «Общие положения» не содержал каких-либо норм принципов. Не было даже формального указания на необходимость надлежащего исполнения обязательства. Было несколько знаковых норм, среди которых обычно вспоминают ст. 117 («В случае неисполнения должником обязательства он обязан возместить кредитору причинённые неисполнением убытки») и ст. 120 («В случае неисполнения должником обязательства, предметом коего является предоставление в пользование индивидуально-определённой вещи, кредитор вправе требовать по суду отобрание вещи у должника»). Однако это не мешало доктринальному выявлению принципов исполнения обязательств, каковыми чаще всего объявлялись принципы надлежащего и реального исполнения обязательств (исполнение в натуре) [14, С. 62].

ГК РСФСР 1964 г. в ст. 168 «Общие положения» уже предусматривал некий состав принципов исполнения обязательств: надлежащего исполнения, экономичности и содействия. Доктрина того периода указывала ещё на один принцип исполнения обязательств – принцип реального исполнения обязательства (исполнения в натуре), который был закреплён в ст. 221 ГК РСФСР в следующей словесной форме: «Возмещение убытков не освобождает должника от исполнения в натуре» [14, С. 62].

Ныне действующий ГК РФ в его первоначальной редакции обязательственного права в ст. 309 упоминал лишь одно общее положение исполнения обязательств: «Обязательства должны исполняться надлежащим образом…». Во времена, относящиеся к моменту принятия ГК РФ 1994 г., это, как правило, воспринималось как достоинство, избавление от наследия советской плановой системы, уход от ненужной декларативности, поскольку «в этом сейчас нет необходимости. Изменились экономические условия, субъекты рынка реализуют частные интересы. Их цель – получение прибыли», «в условиях рынка происходит «естественный отсев» предприятий… действующих неэкономично», а в условиях конкуренции кредитор, не получивший от должника исполнения в натуре, может поручить исполнение более надёжному лиц, поэтому принцип реального исполнения обязательства утратил «в определённой мере своё значение» [14, С. 63].

В литературе того периода активно обсуждались вопросы оптимального состава принципов исполнения обязательств и их будущего нормативного закрепления. Достаточно распространённым являлось представление о значимости в качестве принципов исполнения обязательства законодательного требования надлежащего исполнения обязательства и недопустимости одностороннего отказа от исполнения обязательства. Особенное внимание привлекал принцип реального исполнения обязательства, действие которого было существенно ограничено в постсоветском гражданском законодательстве случаями ненадлежащего исполнения обязательства (п. 1 ст. 396), а также неисполнения обязательства передать индивидуально-определённую вещь (ст. 398), кроме того безусловное право требовать исполнения в натуре было предоставлено Законом РФ от 7 февраля 1992 г. № 2300-1 «О защите прав потребителей» гражданину-потребителю (п. 3 ст. 13) [14, С. 63].

Судебная практика также свидетельствовала о наличии интереса участников к исполнению обязательства в натуре. Чаще всего такие требования были связаны с передачей недвижимости, уникального оборудования, документации, необходимой для совершения каких-либо юридических действий, технической документации, разработанной по заданию заказчика, осуществлением строительных и монтажных работ и т. д. (Определение ВАС РФ от 20 марта 2009 г. № 3765/09; Определение ВАС РФ от 16 марта 2010 г. № 2564/10; Определение ВАС от 5 мая 2010 г. № ВАС-6333/10 и др.) [14, С. 63].

Среди принципов, которые призваны организовать исполнение обязательства, обосновался и принцип добросовестности / разумности, который должен определять деятельность как кредитора, так и должника, адресуя ему требования экономически обоснованных затрат по исполнению обязательства, учёт интересов кредитора, например, характера деятельности кредитора, которая обслуживается должником [14, С. 64]. Однако большинство авторов высказывали понимание общегражданского (общеотраслевого), а не специального (институционального) значения этого принципа и пытались лишь конкретизировать его действие для сферы исполнения обязательства [14, С. 64]. Так, в частности, признавалось, что советские принципы сотрудничества и экономичности исполнения обязательства являются проявлением требования добросовестности [14, С. 64].

Реализация обязательственно-правового блока Концепции развития гражданского законодательства Российской Федерации была осуществлена Федеральным законом от 8 марта 2015 г. № 48-ФЗ «О внесении изменений в часть первую Гражданского кодекса Российской Федерации», который изменил редакцию норм общей части обязательственного права. Собственно, норма, посвящённая принципам, – ст. 309 ГК РФ «Общие положения», с которой начинается глава 22 «Исполнение обязательств», не претерпела каких-либо значимых изменений. Во-первых, ст. 307 была дополнена п. 3: «При установлении, исполнении обязательства и после его прекращения стороны обязаны действовать добросовестно, учитывая права и законные интересы друг друга, взаимно оказывая необходимое содействие для достижения цели обязательства, а также предоставляя друг другу необходимую информацию». Это новелла не сводится к простому повторению общегражданского принципа добросовестности для обязательственных отношений. В этом действительно нет надобности ввиду заявленного п. 4 ст. 1 ГК РФ широкого, всеобъемлющего диапазона действия принципа добросовестности – при установлении, осуществлении, защите гражданских прав и исполнении обязанностей. Очевидно, что им охватывается и сфера исполнения обязательства. Действительная законодательная новелла – это определение содержательной стороны принципа добросовестности для сферы обязательственных отношений. Предложенное определение требования добросовестности для сферы обязательственных отношений включило в себя требование необходимого содействия, тем самым обязывая стороны оказывать содействие друг другу для того, чтобы достичь цели обязательства. Таким образом, общие положения об обязательствах подтвердили действие общеотраслевого принципа добросовестности и конкретизировали его содержание, в том числе и для сферы исполнения обязательства: добросовестность при исполнении обязательства представляет собой требование соблюдения не только формально закреплённых в нормативных или локальных актах правил поведения, но и соответствие «ожидаемому от любого участника гражданского оборота» поведения, которое учитывает не выраженные в позитивном праве, так называемые надправовые требования, в частности оказания содействия стороне обязательства, а также, как отмечено в литературе, и экономичности исполнения обязательств как части требования добросовестности и одного из её критериев [10, С. 176].