Добавлен: 22.04.2023
Просмотров: 346
Скачиваний: 2
Д.А. Липинский представляет авторскую позицию выделения видов ответственности с учетом отраслевого критерия на конституционную, уголовную, административную, гражданско-правовую, трудовую, финансовую, уголовно-процессуальную, уголовно-исполнительную и гражданско-процессуальную[19].
Некоторые ученые не согласны с тем, что отраслевая принадлежность юридической ответственности является необходимым критерием классификации[20].
В.М. Сырых пишет, что традиционное деление юридической ответственности на четыре вида – уголовную, административную, дисциплинарную и гражданско-правовую является неполным[21].
Основным делением юридической ответственности является ее разделение на два вида:
- имущественную (правовосстановительную);
- штрафную (карательную).
Указанные виды юридической ответственности различаются по основаниям возникновения, а также по порядку осуществления и функциям.
Имущественная ответственность осуществляется так, что в случае причинения имущественного вреда либо нарушения договора на правонарушителя возлагается обязанность по возмещению вреда, уплате неустойки или возмещению убытков.
Выделяют следующие виды имущественной ответственности:
- гражданско-правовая ответственность;
- материальная ответственность работников организаций;
- имущественная ответственность иных объединений граждан.
Приведем примеры из судебной практики по указанному виду ответственности.
Так, как установил суд, причиной залива принадлежащего истцу жилого помещения послужило ненадлежащее исполнение управляющей компанией обязанностей, предусмотренных Правилами содержания общего имущества, утв. Постановлением Правительства РФ от 13.08.2006 N 491. Прорыв трубы произошел по стояку, который находится в зоне эксплуатационной ответственности истца - управляющей компании. Таким образом, руководствуясь положениями ч. 1 ст. 7, ч. 1, 2, 3 и 5 ст. 14 Закона РФ "О защите прав потребителей", суд частично удовлетворил требования о возмещении имущественного вреда, взыскании неустойки, штрафа, компенсации морального вреда, указав, что имеются основания для возложения на истца гражданско-правовой ответственности за причинение вреда[22].
Руководствуясь положениями ст. 14 Закона РФ "О защите прав потребителей", суд отказал в удовлетворении требований заявителя. Суд пришел к выводу о недоказанности обстоятельств оказания истице услуги ненадлежащего качества, находящейся в причинно-следственной связи с фактом падения с гироскутера и причинением тяжкого вреда здоровью, влекущих наступление гражданско-правовой ответственности[23].
Как указал суд, ответчик является обслуживающей организацией в настоящее время, в связи с чем должен надлежащим образом исполнять обязанности по содержанию и текущему ремонту кровли, факт протечек подтвержден собранными по делу доказательствами, а из материалов дела не следует, что состояние кровли после передачи дома в управление обществу не позволяло обеспечить ее надлежащую эксплуатацию путем устранения неисправностей в рамках текущего ремонта. Условиями договора управления обязанность по надлежащему содержанию общего имущества многоквартирного дома возложена именно на управляющую организацию. При этом суд признал необоснованной ссылку ответчика на то, что кровля нуждается в капитальном ремонте, поскольку необходимость проведения капитального ремонта не освобождает управляющую организацию от обязанности по проведению работ по текущему ремонту в объеме, обеспечивающем безопасное состояние кровли в соответствии с нормативными условиями, и не является основанием для освобождения ответчика от ответственности за причиненный истцу ущерб (ст. 14 Закона РФ "О защите прав потребителей"). Таким образом, суд частично удовлетворил требования истца о возмещении ущерба, причиненного заливом квартиры, взыскании компенсации морального вреда, штрафа[24].
Суд отказал в удовлетворении требований истца, действующего в своих интересах и интересах несовершеннолетней, к обществу о возмещении расходов по исправлению недостатков, образовавшихся в результате недобросовестно оказанных услуг по техническому обслуживанию и ремонту автомобиля. Как указал суд, в силу ч. 5 ст. 14 Закона РФ "О защите прав потребителей" вред, причиненный вследствие недостатков работы или услуги, подлежит возмещению исполнителем, который освобождается от ответственности, если докажет, что вред причинен вследствие непреодолимой силы или нарушения потребителем установленных правил использования, хранения или транспортировки товара (работы, услуги). Судом назначена экспертиза, из заключения которой следует, что действия ответчика при выполнении им ремонтных работ не могли стать причиной возникновения неисправности автомобиля истца, таким образом, требования истца отклонены[25].
Руководствуясь ст. ст. 4, 7, ч. 1, 5 ст. 14 Закона РФ "О защите прав потребителей", суд частично удовлетворил требования истицы о взыскании материального ущерба, компенсации морального вреда, штрафа. Основываясь на заключении эксперта в области пожарной безопасности, суд установил, что взрыв бытового газа в квартире истицы произошел в результате непрофессиональных действий слесаря организации-ответчика, который оказал услугу по ремонту газовой плиты, не соответствующую требованиям безопасности, чем потребителю причинен материальный ущерб и моральный вред. Доказательств надлежащего ремонта слесарем газовой плиты и передачи потребителю соответствующего результата услуги, пригодного для целей, для которых услуга такого рода обычно используется, ответчиком не представлено. При этом суд разъяснил, что истица проявила достаточную степень заботливости и осмотрительности при эксплуатации газовой плиты[26].
Суд принял во внимание, что ответчиком спорный автомобиль был принят к перевозке, взятые на себя обязательства по доставке груза в надлежащем состоянии не исполнены, при этом доказательств, подтверждающих, что порча груза произошла вследствие обстоятельств, которые ответчик не мог предотвратить и устранение которых от него не зависело, последним не представлено. Руководствуясь положениями п. п. 1, 3, 5 ст. 14 Закона РФ "О защите прав потребителей", суд пришел к выводу об удовлетворении заявленных истцом требований о взыскании ущерба, неустойки, компенсации морального вреда, штрафа[27].
В правовом регулировании нередки ситуации неопределенности юридической природы того или иного института. Одним из таких институтов является налоговая ответственность. Проблемы его определения не раскрыты ни в теории, ни в законодательных нормах. Непосредственно законодателем правовая сущность ответственности за налоговые правонарушения не определена. Создается впечатление, что вопросам о налоговой ответственности не уделяется должного внимания. Очевидно, что законодатель недооценивает реальную общественную опасность налоговых правонарушений (преступлений), в итоге такой подход сводит к минимуму ценность проделанной работы по их расследованию.
Согласно мнениям ученых, таких как А.А Гогин, А.В. Брызгалин правовую природу налогового правонарушения следует определять исключительно как самостоятельную область права. При этом большинство ученых определяют присутствие в законодательстве Российской Федерации двух систем ответственности за совершение налоговых правонарушений. Первая система относится к налоговому законодательству и регламентируется Налоговым кодексом РФ (гл. 16), а вторая – это часть административного права (КоАП РФ гл. 15). Такой подход приводит к наличию в законодательстве пересечений отраслей права. Также выделяются налоговые преступления, которые регулируются Уголовным кодексом РФ.
В этой связи, создается феномен дискретности юридической ответственности. В этой ситуации целью настоящей статьи является определить правовую природу налоговой ответственности, а также обозначить ее место в системе юридической ответственности. Например, А.А. Гогин придерживается точки зрения о том, что налоговая ответственность должна считаться самостоятельным видом юридической ответственности. По его мнению, налоговая ответственность содержит в себе два составных элемента: позитивный, который имеет постоянных созидательный характер и негативный, представляющий собой временное явление.
А.В. Брызгалин, уточняя указанную точку зрения, утверждает, что в российском праве, на данный момент, сформировалось ярко выраженное явление, как ответственность за налоговые правонарушения, которую вполне уместно обозначить как налоговую ответственность. Проанализировав обе точки зрения, можно сделать вывод о том, что авторы рассматривают ответственность за налоговые правонарушения как налоговую ответственность. Соответственно налоговую ответственность, по мнению ученых, следует считать отдельным видом юридической ответственности.
Обратного мнения придерживается С.Г. Пепеляев, который считает, что рассматривать налоговую ответственность целесообразно только, как комплексный институт, при котором защита от налоговых правонарушений будет осуществляться при взаимодействии норм различных отраслей права. В таком случае при нарушении налогового законодательства в зависимости от вида и тяжести деяния будут применяться меры административной и уголовной ответственности.
Такие виды юридической ответственности в определенных случаях могут применяться за нарушение или при обстоятельствах, связанных с нарушением налогового законодательства. Таким образом, ответственность за совершение налоговых правонарушений предлагается рассматривать как межотраслевой институт. На наш взгляд, возможное объединение нескольких институтов ответственности – административного, налогового и уголовного, наиболее возможная ситуация, но возникнет два основных вопроса: целесообразность и соответствие результата особенностям налоговых отношений.
Во-первых, сравнив между собой налоговую ответственность и административную ответственность, можно выявить отличия по характеру применяемых санкций. За нарушение налогового или административного законодательства наступает такая мера ответственности, как штраф. Непосредственно, размер налогового штрафа определяется или в твердой сумме, или в процентном соотношении к размеру налогового обязательства (гл. 16, 18 НК РФ). Но административный штраф представляет собой меру наказания, которая зависит от тяжести соответствующего правонарушения.
Во-вторых, производство по делу об административном и налоговом правонарушениях имеет между собой кардинальные различия, как отмечает Н.В. Арсеньев, это выступает «важнейшим условием для их эффективного функционирования, поскольку объединение норм об ответственности в силу их специфики сделает рассматриваемые нормы нежизнеспособными, а их применение - затруднительным, а в ряде случаев и практически невозможным». Например, если КоАП РФ предусматривает составление протокола о совершении административного правонарушения должностными лицами налоговых органов и дальнейшее рассмотрение дела судьей, то нормам НК РФ предусмотрен иной порядок процессуальных действий – от составления акта налоговой проверки до вынесения решения руководителем или же заместителем руководителя налогового органа.
Как уже отмечалось, законодатель напрямую не определяет правовую природу налоговой ответственности, уделяя этой проблеме объективно меньше внимания чем того требуется для определения места института налоговой ответственности в законодательстве. Однако, следует обратить внимание на то, что законодатель не считает дифференциацию налоговой ответственности от административной ошибочным шагом, поскольку положения об ответственности за налоговые правонарушения обособлены в едином кодифицированном законодательном акте федерального уровня - НК РФ.
Таким образом, наличие таких различий дают основание предполагать о целесообразности разграничении правовых институтов административной и налоговой ответственности. При этом основные различия между ними сводятся к следующему: характер применяемых санкций, основания привлечения к ответственности и производства по делу о налоговой и административной правонарушениях. Делая вывод, следует сказать о том, что среди ученых нет единого мнения о юридической природе налоговой ответственности, а также что система ответственности в данной отрасли права является незаконченной и требует дополнительной проработки.
Можно предложить следующие меры, которые направлены на проработку механизмов установления и привлечения к ответственности за нарушения налогового законодательства о налогах и ссорах:
1. законодательно закрепить в НК РФ такие понятия, как: налоговая ответственность, ответственность за нарушение налогового законодательства о налогах и сборах;
2. детально регламентировать все стадии производства по делам о налоговых правонарушениях, которые могут быть структурированы в отдельную главу НК РФ.
Институт конституционно-правовой ответственности является неотъемлемой частью предмета конституционного права России на современном этапе исторического развития. Причем институт этот интенсивно развивается, наполняется новым содержанием, эволюционирует более быстро, нежели многие традиционные институты конституционного права.
На протяжении последних более чем 40 лет в российской юридической литературе достаточно активно идет процесс исследования теории юридической ответственности. Однозначно можно сказать, что теория ответственности в конституционном праве обогатилась значительным количеством (приближающимся к 100) научных статей и монографий, посвященных данной проблеме, при этом в советский период эти работы можно было пересчитать на пальцах одной руки. За прошедшие двадцать с небольшим лет были защищены около 30 кандидатских диссертаций, имеющих в названии термин "конституционно-правовая" и "конституционная" ответственность, и три докторские диссертации. При этом, к большому сожалению, до сих пор остаются нерешенными многие теоретические и практические вопросы института конституционной ответственности: от выработки понятия ответственности до обстоятельств, освобождающих от ее наступления. Достаточно напомнить, что до сих пор в теории не выработано единого научного понимания определения юридической ответственности, а кроме того, не существует и законодательной легализации понятия юридической ответственности в конституционном праве. Например, Н.М. Колосова использует термин "конституционная ответственность", В.А. Виноградов - термин "конституционно-правовая ответственность", а М.В. Баглай в равной мере оба термина[28].