Файл: Соотношение государства и гражданского общества (Понятие, признаки и структура гражданского общества).pdf

Деструктивное взаимодействие, которое может доходить до состояния открытого конфликта, в том числе вооруженного (гражданская война) чревато серьезными последствиями, вплоть до полного уничтожения государства и такого обескровливания, ослабления гражданского общества, при котором оно вовсе прекращает свое существование (например, ослабленное и раздробленного гражданское общество и, соответственно, государство, может пасть жертвой зарубежного захватчика либо превратиться в ряд мелких раздробленных государств)^[44].

В связи с этим следует подчеркнуть особую значимость понимание
диалектического взаимодействия признаков автономии и взаимозависимости
с государством в характеристике гражданского общества. Недооценка
второго при чрезмерном выставлении на первый план первого способно
повлечь тяжелые негативные последствия для самого гражданского общества^[45].

Соответственно, особое значение приобретает достижение конструктивного взаимодействия государства и гражданского общества.

Согласимся с В.Ф. Фетюковым, который отмечает, что «конструктивное
взаимодействие государства и гражданского общества отвечает
потребностям времени, поскольку, с одной стороны, обеспечивает
эффективность государственной деятельности, а с другой - гарантирует
защиту интересов и достижение индивидуальных целей членов гражданского
общества, а также коллективных целей гражданского общества.

При этом процесс взаимодействия обеспечивает динамика связей (отношений) между структурными элементами (частями) государства и гражданского общества. Система этих элементов (частей), очевидно, образует механизм взаимодействия государства и гражданского общества»^[46].

Таким образом, механизм взаимодействия государства и гражданского общества – система государственных образований (установлений), а также образующих гражданское общество институтов и свободных личностей, совместная деятельность которых направлена на взаимный учет интересов и достижение целей, решение задач государства и гражданского общества^[47].

При этом автор особенно подчеркивает, что сформулированное им определение адекватно проявлению лишь конструктивного взаимодействия государства и гражданского общества.

Отношения между государством и гражданским обществом могут иметь форму взаимного противодействия и противопоставления. Однако взаимодействие в такой форме вряд ли соответствует современной тенденции сближения государства и стремительно развивающегося гражданского общества^[48].

---

На наш взгляд, проблемы во взаимодействии государства и
гражданского общества есть в любой стране, налаживание отношений между
ними и выстраивание, настройка оптимальной модели таких отношений -
процесс перманентный, никогда не позволяющий достигнуть идеала в силу
сложности человеческого общества, полного противоречий, а также из-за
постоянного изменения внешних условий, в которых осуществляется такое
взаимодействие^[49].

Однако речь идет о выборе самой парадигмы, точки зрения на такое
взаимодействие.

Из-за наличия практических недостатков не следует отказываться от самой парадигмы, поскольку она задает вектор развития и точку зрения на сами принципиальные основы взаимоотношения между государством и гражданским обществом. На наш взгляд, парадигма взаимообусловленности все же здесь является предпочтительной по сравнению с парадигмой автаркии, поскольку не несет столь очевидного конфронтационного потенциала^[50].

В структуре гражданского общества можно выделить ряд элементов,
которые имеют для него особое значение, поскольку в них воплощается
квинтэссенция самоуправляемости гражданского общества как его
сутеопределяющего признака.

Например, одним из таких элементов является развитое местное
самоуправление.

Так, отмечается, что «единство народовластия, разделенного системно, дополняется частыми изменениями основ местного
самоуправления - территориальными, функциональными, компетенционными^[51].

Следует признать огосударствление местного самоуправления как объективную реальность. В связи с этим институты гражданского общества приобретают особое значение, носящее характер компенсационного соучастия.

2.2.Соотношение гражданского общества и государства

Необходимо отметить, что в современной литературе встречаются
различные подходы к вопросу о соотношении гражданского общества и
государства, которые, в основном, сконцентрированы вокруг двух основных парадигм, отражающих крайние точки зрения, которые, на наш взгляд, можно обозначить как «парадигма автаркии» и «парадигма взаимообусловленности»^[52].

В рамках первой парадигмы постулируется по сути, что гражданское
общество создается только в противовес государству, причем
подразумевается под этим нередко не просто государство, а конкретные
властные институты. Гражданское общество в таком понимании автономно,
независимо, самостоятельно^[53].

---

Например, отмечается, что «гражданское общество составляет
самостоятельную по отношению к государству силу, способную «выработать
механизм общественного производства, распределения, управления,
контроля, обеспечения социальной согласованности и стабильности»; оно,
собственно, и возникает в качестве «противовеса» государству, для оказания
давления на него с целью приведения его функционирования в правовые
рамки.

При этом речь идет не о государстве вообще, а о конкретном государственно-властном субъекте (или конкретных государственно-властных субъектах), функционирование которого (которых) в данных
культурно-исторических условиях воспринимается в качестве неправового, а
потому - нуждающемся в ограничении правом для обеспечения справедливого порядка, основанного на признании неприкосновенности
собственности и автономности общества от государства^[54].

С учетом изложенного механизм права гражданского общества в самом общем виде может быть охарактеризован как механизм ограничения субъектов, осуществляющих государственную власть, посредством адаптации их функционирования таким образом, чтобы в процессе реализации их интересов обеспечивалась (гарантировалась или по крайней мере сохранялась) возможность осуществления правомерных интересов подвластными»^[55].

При этом подчеркивается, что «гражданское общество не является
постоянно существующей системой, оно, в сущности, представляет собой
образование, консолидирующее относительно автономные в других
условиях группы, процессы и институты для ограничения избыточного или
произвольного давления государства.

В этой связи и право гражданского общества нельзя рассматривать в качестве права, перманентно действующего^[56]. Оно изначально нацелено на ограничение произвола и своеволия государства, и в этом смысле само его возникновение следует рассматривать как реализацию стремления к «переучреждению» государства.

Однако когда цель, для достижения которой механизм права
гражданского общества приводится в действие, оказывается реализованной,
смысл в дальнейшем функционировании гражданского общества в качестве
сложной системы утрачивается.

То, что принято называть гражданским обществом, «рассыпается» в сложную мозаику групп и институтов, соединенных между собой достаточно слабыми связями и функционирующих в своих собственных целях и интересах. Соответственно, и право гражданского общества перестает действовать»^[57].

---

Как видится, такой подход есть за что покритиковать - при таком
подходе государство и гражданское общество рассматриваются по обратно
пропорциональной зависимости - чем сильнее гражданское общество, тем
слабее государство, и наоборот, чем слабее гражданское общество, тем
сильнее государство.

Т.е. такой подход изначально деструктивный, он предполагает обязательный ущерб одной из сторон и не содержит в себе возможности развития ситуации, при которой сильное государство опирается на сильные институты гражданского общества^[58].

В частности, говорится о том, что «эффективное функционирование
права гражданского общества неизбежно ведет к ослаблению государства.

Оппозиционность права гражданского общества государственному праву предопределяет то, что в условиях эффективного функционирования первого второе снижает свою эффективность в силу отчужденности государства от власти, его подконтрольности и несуверенности.

В этих условиях и право гражданского общества фактически перестает действовать. Если такое право и обнаруживается (в виде закрепившихся в правовой практике принципов и обычаев), то его механизм в реальности оказывается «мертвым», недействующим»^[59].

Между тем, хотелось бы отметить, что если многие институты,
отстаивавшие свободы общества, исторически действительно создавались в
противовес государству, то в современном демократическом государстве,
которое воспринимается нередко в русле идеи «сервисного государства» с
его принципами «демократии участия» и «открытого правительства» уже не
вполне вписывается в такую концепцию.

Как видится, на сегодняшний день имеются все предпосылки для того, чтобы парадигму автаркии заменить парадигмой взаимообусловленности и рассматривать гражданское общество как опору государства, а государство, в свою очередь, как инструмент гражданского общества, обеспечивающий его безопасность и развитие в современных сложных экономических и геополитических условиях.

Как видится, именно такой конструктивный подход обладает необходимым творческим потенциалом для дальнейшего развития концепции гражданского общества^[60].

На наш взгляд, концепции обратно пропорционального соотношения
государства и гражданского общества сегодня можно и нужно противопоставить концепцию функционирования государства и гражданского общества по принципу сообщающихся сосудов.

---

Возможно, в истории и наблюдались такие зависимости, что чем
сильнее становилось гражданское общество, тем слабее - государство и
наоборот.

Но, как видится, в более зрелом человеческом обществе на новых
этапах развития его государственной организации такие зависимости неизбежно должны усложняться, и следует «уходить» от простой линейности^[61].

Учитывая, с какими сложными вызовами сегодня сталкивается государство, оно уже не может справиться с ними без общества, равно как и общество не может справиться без государства.

Экстремизм, терроризм, возникновение разнообразных сект, популяризация нездорового образа жизни и вредных для здоровья вещей и продуктов питания, разрушающие семью идеологии и установки, межнациональная рознь, иные деструктивные идеологии в современном информационном обществе распространяются намного быстрее и приводят к намного более тяжелым последствиям, чем в предыдущие эпохи^[62].

Следовательно, сегодня зависимость меняется: сильное государство,
чтобы справляться с подобными вызовами, нуждается в сильном, здоровом
гражданском обществе, в котором сильны естественные защитные механизмы самооздоровления, в том числе препятствующие проникновению
деструктивных идеологий «извне».

В свою очередь, со многими вызовами и деструктивными воздействия
гражданское общество также не может сегодня справиться в одиночку, для
этого оно вынуждено прибегнуть к помощи силовых и кадровых ресурсов и
иных инструментов государства, включая правовые механизмы.

Таким образом, следует согласиться с выводом А.А. Лагуткина, о том,
что «важной задачей, стоящей одновременно перед государством и
обществом конкретной страны, является устранение «треугольника
недоверия»: у государства - к обществу и бизнесу, у бизнеса - к государству
и обществу, у общества - к государству и бизнесу»^[63].

Нам ближе позиция Л.Ю. Грудцыной, согласно которой «существование и развитие гражданского общества немыслимо вне сложной системы общественных отношений и без участия (прямого или опосредованного) государства, в частности посредством издания и применения норм частного и публичного права^[64].

Также влияние на гражданское общество оказывает политическая система государства, от качества которой в конкретный момент времени зависят модели развития общества.

---