Файл: Организация общественной власти в первобытном обществе (Общая характеристика первобытного строя).pdf

Институт вождества: расцвет патриархальной власти

Институт вождества является наиболее значимым в потестарной организации. Его господство началось под влиянием, скорее всего, палеодемографических обстоятельств: в небольшой мере и допуская оговорки, можно говорить о санкционированном плавным переходом матриархата к патриархату росте численности общинного населения. Увеличение людского состава общины привело к большей, нежели раньше, надобности в пропитании и, соответственно, к повышению роли охоты. В среднем палеолите охота стала едва ли не главным источником обеспечения общиной потребности повседневного первобытного провианта. Собирательство с его матриархальной направленностью снизошло на фоне биологически важной потребности всей общины: матриархат уступил своё доминативное (иначе, доминирующее) положение патриархату.

В праобщине патриархат представляет собой примитивное, монолинейное доминирование одного самца на всеми членами группы. Самец подчинял себе буквально всё в общине. Ключевыми критериями для характеристики самца здесь выступают отношение самца к женскими особям и выстроенный им правопорядок («система ценностей») внутри общины. Главный самец имел доминативное право в выборе импонирующего ему партнёра противоположного пола. О каком-либо паритете здесь не говорить не приходится; но доминанта самца-альфы есть временное явление, ибо вождь мог заболеть, пораниться, ослабнуть и тем самым дать повод для свержения его с «высшего поста». Происходившая конкуренция за самок выявляла в процессе борьбы наиболее способного мужчину, который и брал узды правления общиной в свои руки. В этом, вероятно, и проявляется легитимность данной составляющей потестарной организации.^[23]

Прогресс первобытного общества несколько гуманизировал определение вождя, но породил ряд других противоречий, в частности экономического характера. Знать, выделившаяся, узко говоря, на основе геронтократов-ремесленников и влиятельных охотников, с полным правом присваивала себе поначалу излишки производства, а потом непосредственно наращивала материально-производственный потенциал собственного состояния. Механизмы приобретения ими такого высокого социального статуса текстологически весьма объёмны, и приводить их в аргументации особого смысла не видно. Как факт нужно отметить, что появилась некоторая социально-экономическая разница между персональной патриархальной властью и остальной общиной, заключавшаяся в производственно-экономических потенциях.

С развитием и усложнением разнонаправленной структуры общества власть становится ярко выражено бигменной, т. е. харизматико-лидерской.^[24]

Лидер в общине обладал определённой влиятельностью, именно поэтому здесь уместно говорить о харизматике представителя власти. Харизма явилась ещё одним фактором в копилку подъёма института патриархального права. Выделяющийся по личным властным качествам лидер, основываясь уже не на тяготеющих общину отношениях прямого господства и подчинения, а на идеологической (насколько это было возможно в условиях первобытности) подготовке собственной политики и обоснованности своих потестарно-политических методов в глазах общины, а также следуя личным канонам политических убеждений, формально возглавлял и руководил находящейся под его «опекой» группой людей. Со временем бигменная организация численно охватила больший состав группы, выносивший интересующие вопросы на внутрикруговую дискуссию. Эволюция власти прослеживается и на этой стадии: круг влиятельных мужчин, или бигменов, подневольно дифференцировал его представителей по разным признакам, что привело к постепенной иерархизации властной структуры. Ближе к эпохе классообразования стратификация властителей представляла собой ещё весьма аморфное, не разграниченное политическими функциями и статусом образование. Тяжело сказать, параллельно ли проходил этот процесс с социальной дифференциацией по общественно значимым признакам или нет. Но одно ясно — появление первых цивилизаций с отходом от политических первобытных традиций резко дистанциировало в иерархичности высшие лица государства, правящий аппарат и обычное население. Последние в свою очередь волею власти ещё более понизились в своём политическом статусе, положив начало окончательному тенденциозному укоренению классобразовательных процессов.^[25]

Выделение привилегированной власти вызывало адекватную реакцию общества — вполне объяснимое недовольство. Глубокий и извечный корень проблемы взаимоотношений будущей аристократии («богатых») и лишённого политико-экономической полноправности населения («бедных») вырос ещё в раннем геронтократическом вождестве, а позже, будучи наслоенным социаль-ными противоречиями, распространился широчайшим образом, обострив и без того натянутые отношения между общиной и знатью.

Аристократия и неравенство: предпосылки появления власти государства

Первобытность, естественно, ещё не знала аристократию с противную своею последственностью в виде социального неравенства, принявшего неограниченные масштабы в дальнейшем. Но с появлением персональной патриархальной власти человеческая природа обусловила разделение населения на знатных и незнатных, на богатых и бедных, на образованных и неграмотных. Всё это, конечно, больше относимо к первым цивилизациям, но предпосылки тому уже появились — в хронологически приграничном к ним позднем неолите. Не углубляясь в терминологию аристократии, можно точно говорить, что организация власти в поздненеолитическом обществе восходит к вождеству, геронтократии и бигменной организации, в сумме окончательно и бесповоротно обеззубевшей общественную солидарность к власти.

Власть всегда имела как побочную, так и максимально продуктивную стороны. В архаичное время существования человека «кратос» имел самые примитивные формы, но уже тогда осознание могущества властных функций породило, вероятно, мысль о злоупотреблении ею и выстройке ценностей, противопоставляющих элиту остальной части общества.^[26]

Первоначально механизмы власти крепились на постулативных биологических принципах естественного отбора и инстинктов, но их главенствующая роль сохранялась в лучшем случае до прекращения доминирования материнского права (т.е. до начала патриархального господства). Правоверность властных функций сошла на «нет» с вытеснением категорией «богатство знати» категории «общинная собственность». Другими словами, произошла переоценка ценностей, и во главу угла вместо общинного выживания встала уже не пережиточная коллективная ответственность, а биологическое сохранение сначала семьи, а потом и самого индивида. Прежние общинные интегративы прекратили своё существование: началась эпоха классообразования, инерциально продолжавшаяся вплоть до появления первых цивилизаций.^[27]

В общественном сознании на границе догосударственного и государственного (цивилизационного) этапа, по-видимому, сложилось чёткое представление о сущности власти. Высшая юридическая сила власти этого времени подвела черту под рациональным распределением властных полномочий в раннюю первобытность, на долгие годы вперёд определив крайность и глубочайшую нерасчётливость положения аристократии. Государство только развило эти детерминативы, а насколько пагубным оказалось такое воздействие власти, можно судить по реакции общественности в форме восстаний, заговоров, кровопролитных войн и т. д., чего, естественно, в первобытности не наблюдалось.

Заключение

Первобытнообщинный строй был самым длительным по времени (более миллиона лет) этапом в истории человечества. Определить его нижнюю грань сколько-нибудь точно нелегко, ибо во вновь обнаруживаемых костных останках наших далеких предков большинство специалистов видит то предчеловека, то человека.

Проведенное исследование позволило сделать следующие выводы:

1) Основной формой социальной организации первобытнообщинного строя — был род (первобытная родовая община), отличавшийся последовательным коллективизмом в производстве, управлении и уравнительном распределении совместно добываемых благ.

2) Особенностью социальной власти в догосударственный период являлось то, что она входила в саму жизнедеятельность людей, выражая и обеспечивая социально-экономическое единство рода, племени. Это было связано с несовершенством орудий труда, низкой его производительностью. Отсюда необходимость в совместном проживании, в общественной собственности на средства производства и в распределении продуктов на основе равенства.

3) Для социального регулирования необходимо было развитое сознание, способность оценивать, обобщать и формулировать наиболее рациональные варианты поведения в виде общеобязательных образцов. Основными разновидностями социальных норм первобытного общества являлись: обычаи, нормы морали, религиозные нормы, сакральные (священные, магические) предписания (табу, зарок, заклинания, проклятия), агрокалендари.

4) Социальная власть родовой организации имеет ряд особенностей. Власть носила общественный характер, исходила от всего общества в целом (это проявлялось в том, что все важные дела решались общим собранием рода). Власть строилась по кровнородственному принципу, т. е. распространялась на всех членов рода независимо от места их нахождения. Не существовало особого аппарата управления и принуждения (властные функции выполнялись в качестве почетной обязанности, старейшины и вожди не освобождались от производительного труда, а выполняли параллельно и управленческие, и производственные функции — следовательно, властные структуры не были отделены от общества). На занятие каких-либо должностей (вождя, старейшины) не влияли ни социальное, ни экономическое положение претендента, их власть базировалась исключительно на личных качествах: авторитете, мудрости, храбрости, опыте, уважении соплеменников. Выполнение управленческих функций не давало никаких привилегий. Социальная регуляция осуществлялась при помощи особых средств, т. н. мононорм.

5) Организация власти была следующей: постоянным органом власти был совет, состоявший из старейшин родов, позднее — из избирательных старейшин. Народное собрание созывалось для решения важных вопросов, каждый мужчина мог брать слово. Решение здесь принималось поднятием руки или восхищением. Собранию принадлежала верховная власть в последней инстанции. Третьим звеном были военачальники. Формами организации власти были матриархат, власть старейшин, институт вождества, переходным к государственности стало появление аристократии.

Список литературы

1. Алексеев В. П. История первобытного общества: Учеб. по спец. «История» / В. П. Алексеев, А. П. Першиц. — М.: Высш. шк., 2001. — 318 с.
2. Алексеев В. П. Становление человечества / В. П. Алексеев. М.: Политиздат, 1984. — 462 с.
3. Артемова О. Ю. Личность и социальные нормы в раннепервобытной общине/ О. Ю. Артемова. — М.: Наука, 1999 г. -197 с.
4. Вспомогательные исторические дисциплины: учеб. для студентов вузов / Г.А. Леонтьева, П.А. Шорин, В.Б. Кобрин / Под ред. Г.А. Леонтьевой. — 2-е изд., испр. и доп. — М.: Гуманитар. изд. центр ВЛАДОС, 2015. — 381 с.
5. Графский В. Г. Всеобщая история государства и права: учебник для вузов/ В. Г. Графский. — М.: Норма, 2010. - 816 с.
6. Думанов Х. М., Першиц А. И. «Мононорматика и начальное право», / Государство и право, 2000 № 1. С. 98-108.
7. Кашанина Т. В. Происхождение государства и права. М.: Высш. шк., 2004. - 325 c.
8. Куббель Л.Е. «Очерки потестарно-политической этнографии» / Л. Е. Куббель. — М.: Наука, 1988. — 272 с.
9. Маркс К., Энгельс Ф. Полное собрание сочинений т. 39 «О государстве». // Маркс, Энгельс. — М: 1978 г.
10. Матузов Н. И., Малько А. В. Теория государства и права / Матузов Н. И., Малько А. В. // Учебник. — М.: Юристъ, 2016 г. – 528 с.
11. Малахов В.П., Горшенёва И.А., Иванов А.А. Теория государства и права: Учебное пособие для студентов вузов, обучающихся по специальности «Юриспруденция», М.: изд-во ЮНИТИ-ДАНА, 2015. – 159 с.
12. Мортон Ф. Политическая антропология. // Мортон, — М., Слово, 2002.
13. Морган Л. Г. Древнее общество. Монография, Л.: Издательство института народов Севера ЦИК СССР, 1935. – 368 с.
14. Нагих С. И. Нормативная система догосударственного общества и переход к государству. // Юридическая антропология. Закон и жизнь(сборник статей), Москва,2000,с.39.
15. Оксамытный В.В. Общая теория государства и права: Учебник для студентов вузов, обучающихся по направлению «Юриспруденция». М.: ЮНИТИ-ДАНА, 2015. – 511 с.
16. Радько Т. Н. Методологические вопросы правоведения. / Т. Н. Радько // Саратов. «Наука», 1998. — 312 с.
17. Радько Т.Н. Теория государства и права. Учебник для бакалавров "Издательство "Проспект", 2013 г. - 637с.
18. Сырых В.М. Теория государства и права. Учебник для юр. вузов. - М.: Юстицинформ, 2012. – 704 с.
19. Шерстобитов А. Е. От первобытного строя к государству /Шерстобитов А.Е. // М., Монография, 1993 г.