Файл: Становление и основные положения социологической теории права.pdf

Ниже приводятся имена некоторых социологов и их идеи о существе общества и перемен в нем:

Жан Бодрийяр (Jean Baudrillard, 1929-2007): общество потребления;

Ульрих Бек (Ulrich Beck, 1944-2015): общество риска;

Мануэль Кастельс (Manuel Castells, р. 1942): сетевое общество;

Никлас Луман (Niklas Luhmann, 1927-1998): мировое общество;

Норберт Элиас (Norbert Elias, 1897-1990): общество индивидов;

Джордж Ритцер (George Ritzer, р. 1940): макдональдизация общества;

Сергей Кравченко: играизация общества^[10].

Итак, не все тенденции являются устойчивыми и не все из них в равной мере привлекают внимание социологов. Если бы подобный список составлялся десятилетием раньше или позже, он был бы существенно иным.

2 Социологические теории права Л.Дюги и С.А. Муромцева

2.1 Социологическая теория права Л. Дюги

Труды Леона Дюги, этого блестящего французского ученого правоведа начала XX столетия, профессора юридического факультета университета Бордо, одного из фундаторов и первых представителей социологического направления в праве, автора доктрины юридического солидаризма занимают уникальное место в истории мировой политикоправовой мысли. В своих работах «Государство, объективное право и положительный закон» (1901), «Конституционное право: общая теория государства» (1908), «Социальное право, индивидуалное право и преобразование государства» (1909) Дюги
исходит из того, что основой развития общества, права, государства является именно социальная солидарность.

Заметим, что доктрина Леона Дюги произвела огромный резонанс в современной ему политической и правовой науке и породила множество споров и дискуссий. Особую известность приобрели идеи Дюги между двумя мировыми войнами, когда сформировалась «реалистическая школа права», вдохновлявшаяся его идеями.

Некоторые последователи Дюги отважились даже заявить, что придет день, когда науку о праве будут разделять на два больших периода: один до Дюги, другой после него^[11].

По утверждению современных теоретиков права, представители социологического направления в праве того времени, к которым, без сомнения, можно отнести и Леона Дюги, пытались создать не совсем откровенную теорию государственного абсолютизма, выдвинув идею о сознательном и добровольном самоограничении государственной власти. Гарантии соблюдения такого добровольного самоограничения они видели в развитой системе объективного права, а так же в существовании судебных органов^[12].

---

Перед тем, как, собственно, перейти к анализу государства в теории Леона Дюги, необходимо, с нашей точки зрения, обратить внимание на тот факт, что особое отношение в научных кругах Западной Европе того времени к вопросам государственного устройства было вызвано многочисленными объективными причинами, в том числе и практического характера. Это, например, переход от феодального устройства общества к капиталистическому, индустриализация, поиски оптимальной модели государства, дискуссии о правах человека. На рубеже XIX XX столетий государство во многом оставалось предметом исследования философской науки, но, несмотря на сохранение его метафизической ауры, оно вступило на путь демистификации и трансформации в земной, прагматический институт управления.

В научной литературе большинство исследователей склоняются к мысли, что переход от метафизического начала к научному стал возможным с появлением позитивизма, который, будучи влиятельнейшей доктриной
второй половины XIX столетия, заполонил разнообразнейшие направления человеческой мысли, в том числе и правовой. Такие авторитетные российские правоведы, как М. Казмер^[13], В. Нерсесянц подчёркивали, что на обществоведение XIX столетия (в том числе на науку о государстве и праве) существенное влияния имели идеи французского мыслителя, создателя социологической науки О. Конта о необходимости для исследователя опираться в научных разработках на факты, выявлять закономерности исторического процесса, изучать социальные институты и структуры.

Итак, Леон Дюги настаивал на том, что право есть специфической социальной функцией общественных групп, каждая из которых осознаёт свою обязанность по обеспечению солидарности, являющейся «истинной
основой» возникновения как права, так впоследствии и государства.

Как видим, государство, согласно теории Леона Дюги, является производным от права, поскольку право возникает и вполне может существовать и без государственности. К такому выводу учёного привел детальный анализ развития общества. Он исходил из того, по его мнению, бесспорного факта, что человек живет в обществе, всегда жил в обществе и может жить лишь в обществе себе подобных, что человеческое общество есть первичный и естественный факт, а не продукт человеческой воли. Следовательно, всякий человек является, являлся и всегда будет являться лишь частью какой-нибудь человеческой группы. Если же человек существует и может существовать лишь в обществе, то само общество существует благодаря солидарности, которая может быть сведена к одному из следующих существенных и основных
элементов. Люди одной социальной группы солидарны друг другу:

---

1) потому что у них есть общие нужды, удовлетворить которые они могут лишь общей жизнью;

2) потому что у них есть различные нужды и различные способности, и что они обеспечивают удовлетворение своих различных нужд путём обмена взаимными услугами, создаваемыми развитием и применением их различных способностей.

Первый вид солидарности это солидарность по сходству (механическая солидарность); второй солидарность по разделению труда (органическая солидарность). По определению учёного, благодаря прогрессу солидарность первого вида постепенно утрачивает свое значение, поскольку люди в большей мере становятся отличными друг от друга, отличными по своим способностям, нуждам, потребностям, вследствие чего и обмен услугами становится более частым и сложным, соответственно, и связи социальной солидарности делаются все более тесными.

Исходя из этого, для человека, живущего в обществе, обязательным становится правило поведения, которое формулируется следующим образом: не делать ничего, что приносит убыток социальной солидарности в любом из её видов и делать все, что сможет осуществить и развить социальную солидарность^[14].

Иными словами, Леон Дюги при объяснении причин возникновения права отметил, что оно основывается не на приказе или воле государства, а не посредственно на социальной солидарности, которая и
связывает людей между собой.

Учёный считал, что само по себе государство и власть его факт, но они получают правовой характер в том смысле, что лица, в руках которых находится государственная власть, должны осуществлять её, руководствуясь высшим принципом права: идеей общественной солидарности в обеих её формах. По его словам только доктрина солидаризма в состоянии разрешить вопрос об ограничении государства правом во всей его ширине, только она одна также в состоянии устранить вызывающее столько споров учение о юридических лицах, искусно и правдоподобно объясняя юридически без помощи фикций те или иные феномены жизненных человеческих отношений^[15].

В подтверждение этого Леон Дюги в своих трудах много внимания посвящает доказыванию примата права «1а regie du droit» над государством. Он признаёт, что «государственная власть есть факт господства сильных над слабыми. Но эти сильные правители, должны действовать, руководствуясь высшими принципами права на основе общественной солидарности. Они ограничены правом, и в этом смысле можно говорить о правовом ограничении государства. Частные лица должны повиноваться правителям лишь потому, что действия последних соответствуют правовой норме. Правители
как таковые не имеют власти над частными лицами и не могут ими повелевать. Но раз известное действие частного лица или органа власти соответствует правовой норме, все обязаны содействовать его осуществлению и правители более всего как лица, в руках которых сосредоточена материальная власть»^[16].

---

Перечитывая его сочинения, находим, например, такие слова: «необходимо признать постулат существования права, которое предшествовало государству и находится выше государства. Современное правосознание признаёт, что нормы права настолько же обязательны для носителей государственной власти, как и для подчинённых им граждан», или, «ни у кого нет права приказывать другим: ни император, ни король, ни парламент, ни народное большинство не могут делать обязательной свою волю; их акты могут стать обязательными лишь в том случае, если они согласованы с правом»^[17].

Из вышеизложенного становится очевидным, что к разрешению волнующего многих учёных прошлого и настоящего времени вопроса о назначении и целях государства, или, точнее, политической власти, Леон Дюги
подходил следующим образом: «целью политической власти является реализация права; право обязывает её делать все то, что в её силах для обеспечения царства права. Государство основано на силе, но эта сила закон на только тогда, когда она согласована с правом», иными словами, обязанность власти «не делать ничего против социальной солидарности и по мере возможности способствовать её реализации. Способствовать же реализации социальной солидарности означает способствовать культуре, работать для прогресса цивилизации и, вместе с тем, осуществлять право, поскольку, с одной стороны, делая это, применяют норму права, а с другой само право рождается из социальной солидарности»^[18].

Л. Дюги писал: «когда государство заботится о народном образовании, предоставляет помощь неимущим, заведует транспортом людей и товаров, то нет ни какого смысла выискивать в его функциях что-то, что напоминало бы право повелевать, мы его не найдем». Этот тезис учёного, по словам российского правоведа первой половины XX столетия А. Гольденвейзера^[19], наложил свой отпечаток на все функции государства, поскольку только теория JI. Дюги в состоянии была объяснить факт связанности государства им же созданы ми законами. Такую связанность невозможно понять, если считать закон приказом, исходящим из суверенной власти государства, ведь никто не может отдавать приказы самому себе. Однако любая сложность исчезает,
если видеть функции государства в обеспечении общественных служб. В связи с этим Леон Дюги отмечал, что «правители перестали быть повелителями, проявляющими свою суверенную власть над управляемыми. Они перестали быть органами государства, лишь отдающими приказы, и стали уполномоченными управителями общественных дел», а «задачей основной массы законов является организация общественных предприятий и обеспечение их непрерывного функционирования»^[20].

---

По словам того же А. Гольденвейзера, согласно теории юридического солидаризма Л. Дюги, назначение современного ему государственного аппарата заключается, в основном, в управлении общественными группами. Соответственно этому новому заданию, юридическая сущность государственной деятельности испытала на себе радикальные видоизменения. Законы стали как бы регламентами общественных предприятий, административные акты распоряжениями по управлению этими предприятиями. Важнейшим и наиболее явным атрибутом государственной власти стало уже не её право повелевать, а её обязанность проводить чисто практические мероприятия^[21].

Исходя из такого понимания целей существования государства, Леон Дюги различал следующие функции государства: законодательную, юридикционную и административную. Интересно, что государственное устройство будущего Леон Дюги рисовал следующим образом: «наверху правители, представляющие действительно большинство индивидов, составляющих общественную группировку: им принадлежит не право государственной власти, а обязанность употреблять наибольшую силу на реализацию права в наиболее широком смысле слова, так как их действие сводится к выполнению технической работы по надзору и контролю.

В обществе синдикальные группы, сильно интегрированные, соединившиеся в федерации по профессиям и имеющие политическое представительство, обеспечивающие сильное ограничение правящих сил. Борьба классов прекращена или, по крайней мере, ослаблена конвенциональным установлением регламентов, определяющих взаимные отношения классов, проникнутых точным осознанием своей независимости. Государственная служба, выполняемая и направляемая корпорациями чиновников, ответственных за свои ошибки по отношению к частным лицам и находящихся под контролем и надзором правящих лиц»^[22].

Таким образом, будучи сторонником максимальной свободы личности от государства, учёный, несомненно, идеализировал сущность и функции государства, рассматривая его как одну из организаций в числе про
чих и без права превосходства. Однако в тоже время он хотел создать теорию государства, не требующую жертвовать индивидом на благо общества во имя какой-либо социальной гармонии, а построенную на представлении о свободном служении, о взаимном дополнении свободы и ответственности. Не это ли достойный пример для наследования современными политиками и государственными деятелями?

---