Файл: "Понятие, признаки и правовое регулирование банкротства".pdf
Добавлен: 14.05.2023
Просмотров: 271
Скачиваний: 2
Введение
Актуальность темы очевидна с учетом перехода России к рыночным методам экономики, важнейшим из которых является наличие современной и эффективной системы защиты интересов дебиторов. С 1930-х гг. в России правоотношения, связанные с несостоятельностью предприятий, практически не регулировалась. Официальная доктрина не признавала институт банкротства, поскольку при плановой социалистической экономике нет места несостоятельности. В начале 1960-х гг. нормы о банкротстве вообще были исключены из законодательства СССР.
В законодательстве Российской Федерации институт банкротства получил правовое закрепление в 1992 г. в Законе РФ от 19 ноября 1992 г. №3929-1 «О несостоятельности (банкротстве) предприятий».
Так, главными причинами необходимости реформирования законодательства о банкротстве явилось отсутствие опыта его применения и нецелесообразность заимствования практики у иных, более развитых в экономическом и политическом плане стран без учета российской действительности. В результате этого была создана российская правовая система регулирования несостоятельности. Федеральный закон от 8 января 1998г. №6-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» был в большей степени направлен на защиту интересов кредиторов. В результате он из средства оздоровления экономики превратился в источник конфликтов, привел к разорению многих платежеспособных предприятий, способствовал рейдерской деятельности. Нередко кредиторы были заинтересованы не в осуществлении мер по финансовому оздоровлению предприятий, а в их банкротстве и овладении их имуществом.
Эти и многие другие обстоятельства вызвали необходимость разработки и принятия нового Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» 2002г.
Целью курсовой работы является рассмотрение вопросов о несостоятельности организаций.
Для достижения указанной цели были поставлены следующие задачи :
1. Изучить Российское законодательство о несостоятельности (банкротстве);
2. Рассмотреть понятие, критерии и признаки несостоятельности (банкротстве)
При подготовке работы были изучены нормативно-правовые акты Российской Федерации, материалы юридической практики и периодической печати по данной теме.
При выполнении данной работы использованы такие методы исследования, как метод сравнения и метод анализа.
Объектом исследования выступает финансовая несостоятельность предприятий.
Предметом исследования выступают нормативно правовые акты регламентирующие разгосударствление и приватизацию объектов государственной собственности в РФ, Федеральный закон от 26 октября 2002 года N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" с изменениями и дополнениями (далее - Закон о банкротстве).
При написании настоящей курсовой работы использована методическая и научная литература, относящаяся к теме банкротства как на территории Российской Федерации, так и исследована литература, раскрывающая аспекты банкротства сопредельных и зарубежных стран, исследующая вопросы исторического развития понятия банкротства.
-
Понятие банкротства
1.1 Историческое определение термина «банкротство».
Интересное определение банкротство присутствует в «Толковом словаре живого великорусского языка» В.И. Даля, который дает такое определение банкротства – «банкрутство – это несостоятельный торговец, лопнувший неплательщик». При этом, как указывает в словаре Даль, «банкрут бывает или случайный, несчастный или же лживый, подложный, злостный. Разница между ними точно такая же, как между обокраденным или погоревшим и вором».[1] То есть, уже в словаре Даля, далеком от юридических актов было разделение на добросовестных и умышленных банкротов.
В словаре С.И. Ожегова банкротство определено, как несостоятельность, сопровождающаяся прекращением платежей по долговым обязательствам (причем банкротство фирмы – злостное банкротство (умышленное).[2].
«Словарь современного русского международного языка», изданный в 1950 году гласит, что «банкротство – это отказ от выполнения долговых обязательств; банкротство – это разорение; банкротство – это официально установленная и юридически признанная неплатежеспособность субъекта».[3].
Однако для нас боле важным является понятие банкротства, выведенное в юридической науке и закрепленное в нормативных актах.
Прежде чем перейти к современным нормативным актам содержащим понятия банкротство, следует совершить исторический экскурс в развитие данного понятия.
Если обратиться к Банкротскому Уставу 1753 г., то интересен факт разделения понятий несостоятельности и банкротства, при этом разделение производится опять же по форме умысла субъекта. Так в Банкротском Уставе 1753года употребляются оба понятия «несостоятельность» и «банкротство», но когда речь идет о каких-то неправомерных действиях торговцев, употребляется только понятие «банкротство». Например, в Уставе описывается распространенная в то время ситуация, когда «купцы набирают в долги немалые суммы деньгами и товарами, а затем объявляют себя банкротами, через некоторое время таким похищенным чужим капиталом снова пускаются в торговые обороты и наживают состояния, не думая удовлетворить своих кредиторов, а когда те к ним обращаются, они отвечают, что после приключившегося с ними несчастья некоторые капиталы получили по наследству или другим образом».[4]. В таком контексте данный Устав ни разу не говорит о «несостоятельности» употребляя исключительно понятие «банкротство».
Преемственность данного разделения присутствует и в Банкротском Уставе 1763 г. В нем указано «особую необходимость в данном Уставе имеет займодавец, который обманится в своем «занимателе», думая, что он человек «добрый и состоятельный».
Тем не менее, уже в Банкротском Уставе 1768 г., терминология меняется и указано «непорочный банкрот» термином «упадший», «которое звание должно обозначать в нем несчастного, а не дурного человека». Таким образом, термин «банкротство» предназначался для торговцев, виновных в том, что впали в несостоятельность.
Окончательно этот вопрос не был решен и в Уставе 1832 г., но из анализа его положений можно сделать вывод о том, что банкротство не является обязательным признаком несостоятельности. Такого мнения придерживались многие русские юристы. Так, П.П. Цитович, говоря о способах прекращения юридических лиц, отмечал, что «компания может быть объявлена несостоятельною, конечно, без квалификации несостоятельности в банкротство».[5].
Таким образом, в дореволюционном конкурсном праве обязанности по определению свойства несостоятельности лежали на органах конкурсного производства. Вопрос о наличии признаков банкротства (преступных действий) должника сначала решался конкурсным управлением (причем тогда, когда все гражданское производство будет окончено), затем общим собранием кредиторов. Окончательно этот вопрос решал гражданский суд, решения которого были принципиальными для возбуждения уголовного преследования[6].
Однако на практике такое решение вопроса о банкротстве не имело положительного значения, поскольку конкурсное управление призвано было осуществлять совсем не свойственные ему функции публичного обвинения. Это привело к бездействию конкурсного управления в этом направлении. А.Ф. Трайнин в связи с этим приводит интересные данные: с 1902 по 1908 гг. в среднем по России за банкротство было осуждено менее двухсот человек, причем количество оправданных по обвинению в банкротстве составило 87,7 %, в то время как средний процент оправданных по остальным преступлениям был 36,5%. Все эти факты говорили о том, что решить дело о банкротстве было крайне сложно, поскольку все материалы попадали в уголовный суд слишком поздно, уже на завершающем этапе конкурсного производства.
Некоторые ученые говорили, что нельзя предоставлять конкурсу и собранию кредиторов возможность решать вопрос о несостоятельности, поскольку это означает «перенесение судебных функций с суда государственного на установление частное, что никоим образом не может быть допущено»[7]. Такого мнения придерживался Н.А. Тур, говоря что «обсуждение в порядке конкурсного производства вопроса о виновности должника в банкротстве, с одной стороны излишне усложняет конкурсное производство, с другой - без основания стесняет преследование должника в уголовном порядке»[8].
А.Ф. Трайнин видел решение данной проблемы в необходимости установления вмешательства прокурора в дело непосредственно после объявления судом несостоятельности, с тем, чтобы освободить конкурсное управление от необходимости решать вопрос о свойстве несостоятельности и не потерять время, необходимое для доказывания самого факта банкротства. А.Ф. Трайнин также считал, что отделение гражданского производства о несостоятельности от уголовного производства о банкротстве максимально обеспечит интересы должника обезопасив его от личного усмотрения кредиторов[9]
Очень четко понятия «несостоятельность» и «банкротство» разграничивались во Франции. Из истории известен следующий интересный факт: при обсуждении в Государственном совете проекта соответствующего закона Наполеон настаивал на том, что банкротом следует называть каждого несостоятельного, пока он не докажет отсутствие намерения причинить вред кредиторам и не получит от суда свидетельства, его оправдывающего. Однако это предложение было признано слишком суровым и не вошло в закон. К.И.. Малышев отмечал, что некоторые колебания в терминологии остались после принятия Уложения о несостоятельности, но они окончательно исчезли как во французском законодательстве, так и в литературе после 70-х годов XIXв.[10]
При исследовании проблемы понятия банкротства слово "несостоятельность" используется автором настоящей работы, если не оговорено иное, именно как синоним слова "банкротство".
Правильное понимание банкротства будет затруднено, если не определить место совокупности правовых норм о банкротстве в системе права. Как отмечает Е.А.Васильев, несостоятельность представляет собой комплексный правовой институт: с одной стороны он включает в себя нормы материального права, а с другой - процессуального права[11]. Действительно, законодательство о банкротстве содержит нормы, регулирующие материальные отношения "должник - кредитор", а также процессуальные отношения "должник - суд", "кредитор - суд" и др. Их единство, внутренняя юридическая согласованность заключается в связи регулируемых ими материальных и процессуальных отношений с банкротством субъекта хозяйствования. Поэтому с мнением Е.В.Васильева в части комплексного характера права несостоятельности нужно согласиться. Но можно ли совокупность норм о банкротстве называть институтом права? Дело в том, что комплексный, или смешанный правовой институт представляет собой составную часть данной отрасли права, которая содержит в себе отдельные элементы метода правового регулирования иной отрасли права[12]. Комплексный институт права предполагает определенный отраслевой предмет правового регулирования, а предмет права несостоятельности - разноотраслевой. Таким образом, при использовании таких классических системообразующих факторов, как предмет и метод правового регулирования, совокупность норм о банкротстве нельзя поместить в определенную отрасль права или в определенный, даже комплексный, правовой институт. Поэтому право несостоятельности следует, на наш взгляд, именовать не комплексным правовым институтом, а комплексным нормативным образованием, что подчеркивает отраслевую разнородность регулируемых им отношений и не связывает нас требованиями, которые предъявляются к понятию "комплексный институт права".
Такая двойственная природа права несостоятельности отражается и в попытках рассматривать "несостоятельность" как материально - правовую, так и процессуально - правовую категорию. Так, в решении английского суда по делу 1835 года Parker v. Gossage было определено, что несостоятельность означает неспособность заплатить долги по наступлении срока их платежа[13]. В судебной практике Австралии в деле 1924 года судья отметил, что "несостоятельность", помимо значения как неспособность оплатить долги, означает правовую процедуру, которая начинается в отношении неплатежеспособного должника. Аналогичный подход можно проследить и в судебной практике США. Так, в деле Phipps v. Harding несостоятельность определена как абсолютная неспособность оплатить долг безотносительно времени, а в деле Bernhart v. Curtis судьей было указано, что термин несостоятельность означает с одной стороны - неспособность заплатить, а с другой - правовую процедуру, в результате которой прекращаются долги[14].
Одним из способов уяснения содержания какого-либо термина является его этимологический анализ. Слово "банкрот" заимствовано из немецкого языка, куда в свою очередь пришло из итальянского, и представляет собой сращение итальянских слов "banko" (банк, конторка, стол менялы) и "rotto" (разбитый)[15]. Этимологический анализ позволяет предположить, что банкротство есть некое состояние банка, конторки, стола менялы, характеризующееся его повреждением, разрушенностью. Как видим, этимологический анализ не приводит к современному пониманию термина "банкротство", но он имеет значение в историческом смысле, поскольку раскрывает генетические корни данного явления. Во время возникновения этого термина для должника, который не мог исполнить свои обязательства перед кредиторами, наступали крайне негативные последствия имущественного и личного характера. Законодательство некоторых европейских стран эпохи феодализма разрешало кредитору отрезать у несостоятельного должника какую-либо часть тела[16]. В Германии эдикты Карла V, изданные в 1531 и 1540 годах, приравнивали несостоятельных должников к ворам, которых можно было подвергнуть немедленной казни[17]. Даже в 1836 году во Франции Франциск I своим указом предписывал, что "против банкротов должно быть строгое производство ... их следует подвергнуть телесному наказанию, наложить на них ошейник и поместить у позорного столба".