Файл: Неоконченная война.pdf

642 

руководить всеми низовыми войсковыми и флотскими ин­
формационными структурами. Поэтому за мою работу в ни­
зовом пресс-центре Приволжского военного округа все пять 

вышестоящих «руководящих» органа направили всего четы­
ре (!) телеграммы с указаниями по информационной работе. 

Похоже, что постоянное недовольство высшего воен­

ного руководства страны своим ведомством по связям с об­
щественностью и средствами массовой информации вызы­
вается его пассивным, небоевым характером. Но недоста­

ток этот функциональный, заложенный с момента появле­
ния на свет в российской армии информационных струк­
тур времен решительной «деполитизации» наших воору­
женных сил и ломки армейских и флотских политорганов. 

«ОСВЕЩЕНИЕ» 

И Л И «ОБЕСПЕЧЕНИЕ» 

Показательна оценка деятельности наших информаци­

онных органов со стороны высшего военного руководства. 
Процитирую два высказывания генерал-полковника Иго­
ря Родионова. Еще будучи начальником Военной академии 
Генерального штаба Вооруженных Сил РФ, он в феврале 

1995 г. писал о неспособности федерального правительства 

хоть как-то влиять на средства массовой информации и до­

водить через них свои решения: «К подобному состоянию 
мы шли давно под развернутыми знаменами псевдоре­
форм... Разрушив прежнюю систему политической работы 
в армии, мы оказались без сколько-нибудь эффективного 
аппарата духовно-идеологического воздействия на личный 
состав. Информационно-психологическое обеспечение 
боевых действий в Чечне практически не ведется. Нам не­
чего противопоставить враждебной пропаганде. Ни свой, 
ни зарубежный опыт организации психологических опе­
раций мы не используем...» 

Но за полтора года военных действий ничего не изме­

нилось. И в конце августа этого года на сборе руководяще­
го состава Северо-Кавказского военного округа, остановив­
шись на важнейших направлениях морально-психологичес­
кого обеспечения боевых действий объединенной группи-

643 

ровки федеральных войск в Чеченской Республике, гене­
рал-полковник Игорь Родионов был вынужден признать, 
что «мы проиграли информационную войну в Чечне, а 

выводов не делаем. Мы не сумели средствами информаци­

онного воздействия поддержать наши войска, влиять на 
формирование общественного мнения». Подобного рода 

негативные оценки делались также секретарем Совета бе­
зопасности РФ Александром Лебедем, начальником Гене­

рального штаба вооруженных сил генералом армии М. П. 
Колесниковым и некоторыми другими высшими руководи­
телями. 

В чем же причины информационных поражений феде­

ральных войск? Нам, на местах, в войсках они видятся в 
том, что лишив военные информационные органы пропа­

гандистских функций, реформаторы, по сути, выхолости­
ли их, оставили армию и флот без мощного средства мас­

сового воздействия на свои войска, на свое население и на 

население противостоящей стороны. В результате таких 

«реформ» вместо информационно-пропагандистского 
обеспечения боевых действий в Чечне проводилось лишь 
их «объективное освещение» в средствах массовой инфор­

мации. В общем, если информационно-пропагандистское 
ведомство Мовлади Удугова занималось делом, то наше при 

этом лишь свечку держало: «освещало», так сказать. 

Сегодня, в условиях открытого демократического общества 

и свободы печати, информационно-пропагандистское обес­

печение действий войск, прежде всего в ходе локальных войн 
и военных конфликтов и при проведении миротворческих 

операций наряду с боевым, техническим и тыловым стано­
вится самостоятельным видом обеспечения боевых действий. 

Незакомплексованные нашей военной «деполитизаци-

ей» генералы Пентагона считают необходимым вносить 
вопросы взаимоотношений со СМИ в ряд руководящих 

боевых документов. Например, в полевой устав США FM-

100-5 «Операции». А с июня 1992 г. специальной директи­

вой министра обороны США в действие введены «Прин­
ципы информационного освещения операций Министер­

ства обороны». В итоге, несмотря на отдельные накладки, 

американские военные после информационного и военно-

го поражения во Вьетнаме добились положительных ре-

644  

зультатов в целом ряде военных конфликтов и войсковых 
операций — на Гаити и Гренаде, в Панаме, Персидском за­

ливе, в Сомали и Боснии. Показательно, что самый выс­
ший военный чин американской армии, председатель ко­

митета начальников штабов генерал Джон Шаликашвили 
в период гаитянского кризиса 1994 г. вполне откровенно 
заявил: «Мы не побеждаем, пока Си-Эн-Эн не говорит, что 
мы побеждаем». За 80 лет — с 1916-го по 1996-й — отноше­
ние числа репортеров к числу воюющих «джи-ай» в США 
изменилось в 1000 раз (!). По данным журнала «Милитэри 
ревью», если в первой мировой войне один журналист при­

ходился примерно на 20 тыс., то в ходе операции в Бос­
нии — примерно на 20 американских солдат и офицеров. 

Думается, что и российские генералы по примеру сво­

их американских коллег могли бы более удачно использо­
вать возможности СМИ при проведении тех или иных вой­
сковых операций. Уже не вызывает сомнений, что сегодня 
внесение этого вида обеспечения боевых и миротворчес­
ких операций в руководящие документы (соответствующие 

уставы, наставления, положения и руководства) становит­

ся настоятельной необходимостью. 

Александр Крайнев, 

полковник Генерального штаба ВС РФ 

НВО, 10 окт. 

ПСИХОЛОГИЧЕСКАЯ  В О Й Н А 

В

 ходе боевых действий в Чечне боевики Джохара Ду­

даева развернули активную информационно-пропагандис­
тскую работу, во многом упредив как пресс-центры феде­
ральных войск, так и информаторов из госструктур. Идео­
логам сепаратистов приходилось решать весьма сложные 
задачи — расширять круг сторонников, пополнять число 
добровольцев в своих рядах, повышать боевой дух боеви­
ков, формировать позитивное отношение к ним у россий­
ской и международной общественности. Надо сказать, что 
им это удалось сделать, причем в первые же недели после 
ввода войск в Чеченскую Республику. Федеральные войска 

оказали им в этом плане поистине неоценимую услугу. 

645 

Основательно разрушенные города стали благодатным 

пропагандистским материалом. Практически ежедневно 
по всем телеканалам мира демонстрировались панорамы 

поверженных городов, улицы, усеянные трупами. Все это 

производило неизгладимое впечатление на мировое обще­
ственное мнение, побуждая его вставать на сторону чечен­

ских сепаратистов. Хотя нередко разрушения в чеченских 
городах были произведены самими дудаевскими боевика­

ми. Они специально подрывали заводы, фабрики, жилые 
дома, железнодорожные пути, нефтепроводы и вводили в 

заблуждение общественность. 

Лидеры боевиков приложили значительные усилия для 

того, чтобы информация об обстановке в Чечне проходи­
ла исключительно через их руки. С этой целью они развер­

нули в ряде стран так называемые «Чеченские информа­

ционные центры», выполнявшие прямые распоряжения 
Дудаева и целенаправленно снабжавшиеся соответствую­

щими видеоматериалами и текстами заявлений правитель­
ства непризнанной Республики Ичкерия. Основное финан­

сирование этих центров в Польше, Литве, Эстонии и дру­

гих странах осуществлялось исламскими организациями 

Саудовской Аравии, Иордании и Турции, а также за счет 
средств, полученных от незаконной продажи российской 

нефти. 

Одна из задач информационных центров состояла в 

том, чтобы инициировать в зарубежных средствах массо­

вой информации антироссийскую пропагандистскую кам­
панию, посредством которой возложить ответственность 

за неурегулированность конфликта в Чеченской Республи­
ке на федеральную сторону и убедить Запад в живучести 

чеченского сопротивления. В информационных центрах 
устраивались встречи с журналистами и правозащитника­

ми, проводились международные конференции, тематичес­
кие семинары и «круглые столы». При одном из наиболее 

активных информационных центров, действовавших в 

Кракове (Польша), была развернута радиостанция «Сво­
бодный Кавказ». 

Много внимания боевики уделяли журналистам, кото­

рым удавалось проникнуть в контролируемые ими районы. 

Корреспонденты не встречали отказа ни в одной просьбе 

646 

об интервью, что частенько случалось в стане федераль­
ных войск. Им активно помогали в сборе материалов, за­
ботились об их охране и пропитании. В результате дудаев­
цам удалось завоевать доверие представителей средств 
массовой информации, создать впечатление того, что им 
предоставляется возможность получения эксклюзивной 
информации. В обстановке, как правило, негативного от­
ношения к представителям прессы в федеральных войсках 
восприятие журналистами происходящих в Чечне событий 
было соответствующим. 

Журналисты в подавляющем большинстве случаев по 

достоинству оценивали внимательное к себе отношение 
чеченских сепаратистов и в долгу не оставались. Лидеры 

боевиков регулярно появлялись на каналах многочисленных 
телекомпаний, их голоса постоянно звучали в радиоэфире. 

Помимо культивирования позитивного отношения к 

боевикам, их идеологи умело распространяли дезинфор­
мацию. Она использовалась всякий раз, когда надо было 

убедить общественность в том, что федеральная авиация 

наносит удары по школам, больницам, жилым домам и т. д. 
Вплоть до последнего времени журналисты передавали 
материалы, в которых занижались потери боевиков и со­
общалось лишь об их военных успехах. 

Со страниц газет, из теле- и радиоэфира на российских 

военнослужащих обрушивался поток материалов о звер­
ствах федералов, якобы заливших кровью гордую и свобо­

долюбивую Чечню. Особо подчеркивалась низкая бое­

способность российских воинских частей. Ни слова не го­
ворилось о том, что Дудаев три года целенаправленно 
готовился к войне, а его боевики, по сути, представляют 
собой отлично подготовленную профессиональную ар­
мию. В российских средствах массовой информации под­
черкивалась бездарность командиров, бестолковость 
солдат, звучали обвинения в садистской жестокости и ма­
родерстве. Смаковались плохая оснащенность и низкая 
обученность военных. Замалчивалась информация о звер­
ствах дудаевцев. 

Излюбленной темой стал отказ некоторых солдат от 

направления в Чеченскую Республику, практически неза-
вуалированная пропаганда дезертирства, призыв к солдат-