ВУЗ: Не указан
Категория: Не указан
Дисциплина: Не указана
Добавлен: 14.10.2020
Просмотров: 5802
Скачиваний: 21
Представляется, что и в настоящее время субъектами должностных преступлений против военной службы могут являться только субъекты преступлений против военной службы: военнослужащие или граждане во время прохождения военных сборов. Они должны иметь правовое положение "воинских должностных лиц" (подробно это будет рассмотрено ниже).
Преступления воинских должностных лиц, совершенные с использованием служебного положения, представляют большую общественную опасность для воинского правопорядка, нарушают нормальную деятельность аппарата военного управления, наносят ущерб интересам обеспечения постоянной боевой готовности войск. Этим определяются особенности должностных преступлений, совершаемых воинскими должностными лицами, что позволяет в целом говорить о возможности выделения из должностных преступлений относительно самостоятельной группы - должностных преступлений против военной службы (воинских должностных преступлений). Однако круг таких преступлений нуждается в уточнении.
В общем учении о должностных преступлениях общепризнанным является положение о том, что, наряду с общими преступлениями по службе, указанными в гл. 30 УК РФ, в других главах имеются специальные их составы. Таким образом, выделяемые нами воинские должностные преступления также могут быть первоначально разделены на две группы: 1) общие воинские должностные преступления и 2) специальные воинские должностные преступления.
Все общие должностные преступления имеют одинаковый объект уголовно-правовой охраны. Непосредственным объектом должностных преступлений, рассматриваемых в гл. 30 УК РФ, принято считать нормальную деятельность публичного аппарата управления. В воинских должностных преступлениях, предусмотренных в специальных нормах, объектом посягательства называли правильную деятельность аппарата военного управления (Е.В. Прокопович, Ю.А. Шульмейстер). Такой подход к непосредственному объекту должностных преступлений против военной службы сохранился и в настоящее время, несмотря на то что ответственность за них установлена в УК РФ по общим статьям гл. 30 данного Кодекса <90>.
--------------------------------
<90> Волженкин Б.В. Служебные преступления. М., 2000. С. 98.
При определении непосредственного объекта воинских должностных преступлений необходимо учитывать, что все они (даже если и не включены в гл. 33 УК РФ) взаимосвязаны, с одной стороны, с преступлениями против военной службы, с другой - с общими должностными преступлениями. Взаимосвязь с воинскими преступлениями прослеживается на уровне родового объекта воинских преступлений. Должностные преступления против военной службы нарушают порядок прохождения военной службы, причиняют вред военной безопасности государства. К общим должностным преступлениям они примыкают как общественно опасные деяния, совершаемые в сфере публичной управленческой деятельности. Таким образом, получается, что непосредственный объект воинских должностных преступлений условно дважды специфичен: он является, во-первых, одной из сторон военной безопасности государства, а во-вторых, неотъемлемой частью публичной управленческой деятельности в государстве.
Исходя из вышеизложенного объектом должностных преступлений против военной службы являются интересы публичной управленческой деятельности в военной организации государства по обеспечению военной безопасности. Как видно, объект воинских должностных преступлений не изолирован полностью от объекта общих преступлений по службе (это обстоятельство, как отмечалось, видимо, и определило решение законодателя об объединении этих двух групп преступлений). Интересы публичной управленческой деятельности в военной организации заключаются прежде всего в четком, полном и своевременном выполнении задач публичного управления, стоящих соответственно перед каждым командиром (начальником). Сущностную характеристику этих интересов можно уяснить, обратившись к положениям Федеральных законов "Об обороне", "О воинской обязанности и военной службе", "О статусе военнослужащих", общевоинских уставов, где говорится о принципах, на которых основано военное управление, и обязанностях командиров (начальников).
С учетом изложенного к общим воинским должностным преступлениям, предусмотренным в гл. 30 УК РФ, бесспорно могут быть отнесены злоупотребление должностными полномочиями (ст. 285 УК РФ), превышение должностных полномочий (ст. 286 УК РФ) и служебная халатность (ст. 293 УК РФ) <91>. В частности, воинская специфика порядка управления в военных организациях государства позволяет к общим должностным преступлениям против военной службы относить нецелевое расходование бюджетных средств (ст. 285.1 УК РФ), нецелевое расходование средств государственных внебюджетных фондов (ст. 285.2 УК РФ), получение взятки (ст. 290 УК РФ) и служебный подлог (ст. 292 УК РФ).
--------------------------------
<91> Воинская специфика порядка управления в военных организациях государства может проявляться и в нецелевом расходовании бюджетных средств (ст. 285.1 УК РФ), нецелевом расходовании средств государственных внебюджетных фондов (ст. 285.2 УК РФ), получении взятки (ст. 290 УК РФ) и служебном подлоге (ст. 292 УК РФ). Как представляется, нуждается в дополнительном исследовании вопрос о возможности отнесения указанных деяний к общим должностным преступлениям против военной службы.
Специальные должностные преступления, которые расположены за пределами гл. 30 УК РФ, совершаются конкретно в законе определенными должностными лицами либо в определенной, указанной в законе сфере деятельности. В юридической литературе указываются следующие виды специальных должностных преступлений: 1) преступления, совершаемые только должностным лицом, специально выделенным в диспозициях статей (например, ст. ст. 140, 149, 169, 170 УК РФ); 2) преступления, совершаемые с использованием служебного положения, на что указывается в диспозициях статей (ч. 2 ст. 128, ч. 2 ст. 136, ч. 2 ст. 137 и другие статьи УК РФ); 3) преступления, в которых в качестве исполнителя назван конкретный субъект, права и обязанности которого имеют должностной характер, - член избирательной комиссии; лицо, на котором лежали обязанности по соблюдению правил техники безопасности и охраны труда и др. (ст. ст. 142, 143, 145.1, 156, 176, 177, 195 и другие статьи УК РФ); 4) преступления, в которых субъект не назван, но сам характер деяния таков, что оно может быть совершено только должностным лицом (ст. ст. 299, 301 и другие статьи УК РФ); 5) преступления, которые могут быть совершены как должностными лицами с использованием служебного положения, так и частными лицами.
Из названных видов в гл. 33 УК РФ можно выделить несколько составов специальных воинских должностных преступлений:
а) неисполнение приказа (ст. 332 УК РФ), которое может выразиться не просто в бездействии по службе, а в неиспользовании организационно-распорядительных или административно-хозяйственных полномочий. В этих случаях неисполнение приказа воинским должностным лицом может выступать разновидностью превышения должностных полномочий (ст. 286 УК РФ);
б) оскорбление начальником подчиненного во время исполнения или в связи с исполнением обязанностей военной службы (ч. 2 ст. 336 УК РФ), которое является специальной разновидностью превышения должностных полномочий;
в) оставление погибающего военного корабля командиром, не исполнившим до конца свои служебные обязанности (ст. 345 УК РФ), которое может являться разновидностью злоупотребления должностными полномочиями (ст. 285 УК РФ) или халатности (ст. 293 УК РФ).
Вместе с тем рассмотренную выше классификацию специальных должностных преступлений представляется возможным дополнить еще одной разновидностью, обладающей весьма своеобразным характером. Речь идет о преступлениях против военной службы, предусмотренных в гл. 33 УК РФ, которые могут совершаться как воинскими должностными лицами, так и их подчиненными в специальной (обособленной) сфере военной деятельности, участниками которой они являются. При этом в статьях гл. 33 УК РФ, как правило, отсутствует непосредственное указание на должностных лиц, но характер деяния позволяет их выделять в качестве субъектов.
К такому виду специальных должностных преступлений относятся преступления в сфере порядка несения специальных видов военной службы (ст. ст. 340 - 344 УК РФ). В этих нормах говорится о лицах, входящих в состав того или иного наряда (например, караула, вахты). Анализ соответствующего военного законодательства позволяет утверждать, что в субъектный состав данных преступлений входят как лица, обладающие должностными (организационно-распорядительными) полномочиям (начальник караула, дежурный по части, начальник войскового наряда и др.), так и подчиненные им по данной специальной службе военнослужащие.
К примеру, согласно ст. ст. 158, 159, 165 УГ и КС ВС РФ 2007 г. начальник караула обладает властными полномочиями в отношении лиц, не находящихся в служебной зависимости от него. Суть их заключается в том, что начальник караула в определенных условиях может применять оружие сам или составом караула в случае нападения, устанавливать личность, производить краткий опрос, а при необходимости и досмотр задержанных подозрительных лиц, принимать меры к восстановлению порядка, если вблизи охраняемого объекта или караульного помещения нарушается общественный порядок. Те же правомочия предоставлены помощнику начальника караула и разводящему.
Однако в теории высказывалось и другое мнение: к воинским должностным преступлениям не следует относить преступления воинских должностных лиц с использованием своего служебного положения в различных специальных сферах военной службы <92>. Данное утверждение было основано на отрицании наличия у должностных преступлений других объектов посягательства, кроме правильной деятельности государственного аппарата. Единственным объектом посягательства воинских должностных преступлений (ст. ст. 260, 260.1 УК РСФСР 1960 г.) признавалась правильная деятельность аппарата военного управления, на основании чего делался вывод, что разные основные непосредственные объекты составов воинских должностных преступлений и преступлений в сфере несения специальных видов военной службы не позволяют считать последние разновидностью воинских должностных преступлений. Данная позиция является спорной.
--------------------------------
<92> Прокопович Е.В. Борьба с должностными злоупотреблениями в Вооруженных Силах СССР (уголовно-правовое и криминологическое исследование): Дис. ... канд. юрид. наук. М., 1965. С. 156 - 159, 212.
На наш взгляд, основные непосредственные объекты рассматриваемых преступлений хотя и не совпадают полностью, но пересекаются в части интересов управленческой деятельности в военной организации государства. Управленческая (властная) деятельность воинских должностных лиц, входящих в состав наряда (караула, вахты), является неотъемлемой частью охраняемого в ст. ст. 340 - 344 УК РФ порядка несения специальных служб. Порядок деятельности аппарата военного управления в сфере несения соответствующей специальной службы является составной частью видового объекта охраны ст. ст. 340 - 344 УК РФ и одновременно выступает специальной разновидностью объекта охраны гл. 30 УК РФ - порядка деятельности аппарата военного управления в целом.
При этом необходимо также отметить, что интересы управленческой деятельности не могут рассматриваться в качестве дополнительных непосредственных объектов в составах преступлений против военной службы, поскольку без управления немыслима вообще военная служба, в том числе и специальные ее разновидности. Порядок осуществления управленческой деятельности допустимо признать неотъемлемой частью основного непосредственного объекта в ст. ст. 340 - 344 УК РФ. Налицо смешанный (комплексный) объект уголовно-правовой охраны <93>.
--------------------------------
<93> Зателепин О.К. Конкуренция уголовно-правовых норм при квалификации некоторых преступлений против военной службы // Российский военно-правовой сборник. 2004. N 1.
К специальным воинским должностным преступлениям, предусмотренным в гл. 33 УК РФ, должны быть отнесены и преступления, совершаемые воинскими должностными лицами в сфере порядка эксплуатации военно-технических средств (ст. ст. 350, 351 и 352 УК РФ).
Профессор Ф.С. Бражник правильно писал, что, например, нарушение правил эксплуатации военных машин, совершаемое воинскими должностными лицами (ст. 350 УК РФ), конкурирует с деяниями тех же лиц, ответственность за которые установлена статьями УК РФ об общих должностных преступлениях (ст. 285 - злоупотребление должностными полномочиями, ст. 286 - превышение должностных полномочий, ст. 293 - халатность). В тех случаях, когда воинские должностные лица злоупотребляют должностными полномочиями, превышают должностные полномочия или проявляют халатность в процессе эксплуатации боевых, специальных и транспортных машин, содеянное подлежит квалификации по ст. 350 УК РФ и совокупности преступлений с деяниями, предусмотренными в гл. 30 УК РФ, не образует. При этом Ф.С. Бражник подчеркивал, что при такой квалификации содеянное не должно выходить за пределы нарушений правил эксплуатации конкретной машины. Например, допуск к управлению лиц, не имеющих права на управление машиной; выпуск в рейс компетентным начальником, дающим заключение в путевом листе о технической исправности машины, технически неисправной машины; допуск начальником или старшим машины к управлению машиной лиц, заведомо не подготовленных к вождению данного типа машин либо по своему физическому или психическому состоянию (опьянение, чрезмерная усталость, болезнь и т.п.) не способных управлять машиной; отдание начальником или старшим машины распоряжений, явно противоречащих правилам безопасности движения. Нарушение порядка хранения, межремонтных сроков, перевода с зимней на летнюю смазку и наоборот всех видов военной техники, досрочное списание с эксплуатации машин и т.п. образуют составы общих должностных преступлений <94>. Эти рассуждения могут быть в целом применимы и к ст. ст. 351 и 352 УК РФ.
--------------------------------
<94> Военно-уголовное право: Учебник / Под ред. Х.М. Ахметшина, О.К Зателепина. М., 2008. С. 264 - 265.
Таким образом, ответственность за специальные воинские должностные преступления в гл. 33 УК РФ предусмотрена в ст. ст. 332, 336, 340 - 344, 345, 350 - 352 УК РФ.
Разграничение общих и специальных воинских должностных преступлений имеет большое практическое значение для правильной квалификации преступлений воинских должностных лиц (более подробно этот вопрос будет рассмотрен ниже).
§ 2. Субъект должностных преступлений против
военной службы (воинское должностное лицо)
Субъектом рассмотренных выше воинских должностных преступлений являются воинские должностные лица. В юридической литературе понятие должностного лица раскрывается в основном применительно к общим должностным преступлениям, и почти не уделяется внимания воинским должностным лицам. Вместе с тем последняя категория, находясь в родовидовых отношениях с общим понятием должностного лица, обладает существенными специфическими ("воинскими") особенностями. Игнорирование этого обстоятельства ведет либо к необоснованному расширению, либо к сужению круга лиц, ответственных за воинские должностные преступления. Правильное определение понятия "воинское должностное лицо" является актуальной квалификационной проблемой.