ВУЗ: Не указан
Категория: Не указан
Дисциплина: Не указана
Добавлен: 16.10.2020
Просмотров: 12605
Скачиваний: 36
2. Имея право делать записи и пользоваться ими при подготовке в совещательной комнате ответов на поставленные перед присяжными заседателями вопросы, присяжные не могут иметь при себе книг, включая тексты законов, а также какие-либо письменные руководства.
3. Присяжные заседатели могут общаться с председательствующим по поводу обстоятельств рассматриваемого уголовного дела только в установленных законом рамках судебного заседания. Если, например, председательствующий вступил в тихий разговор с одним из присяжных, задержав его, когда остальные заседатели уже прошли в свою комнату, это может расцениваться как нарушение обязанности, предусмотренной пунктом 3 части 2 настоящей статьи. Возникает вопрос, вправе ли председательствующий при необходимости (например, для проверки сделанных им распоряжений; при подозрении в нарушении присяжными их обязанностей; в случае внезапного заболевания кого-либо из присяжных и т.п.) войти во время перерыва в судебном заседании в комнату присяжных? Думается, что он может это сделать лишь предварительно предупредив стороны либо, при отсутствии их в данный момент, объявив о факте такого контакта при возобновлении судебного заседания. При этом в протокол судебного заседания следует занести причины и обстоятельства, заставившие его сделать это.
4. Присяжные заседатели не вправе собирать сведения по уголовному делу вне судебного заседания (выходить для ознакомления с местом происшествия, беседовать со свидетелями, изучать средства массовой информации с целью выяснения подробностей по данному делу и т.д.). Однако и во время судебного заседания они могут получать относящуюся к делу информацию только в установленных процессуальных формах. Так, например, недопустимы вопросы, которые присяжный заседатель попытался задать свидетелю уже после дачи свидетелем показаний. Запрет присяжным на непроцессуальное получение сведений начинает действовать лишь с того момента, когда они приняли на себя выполнение своих обязанностей. Не является нарушением данной нормы непреднамеренное получение присяжным сведений, от восприятия которых он не имел возможности уклониться (передача их по радио или телевидению и т.п.).
5. Случайная передача председательствующему старшиной присяжных вместе с ответами на поставленные вопросы также листа с обозначением на нем против фамилий каждого из присяжных данных им ответов может, на наш взгляд, рассматриваться как нарушение тайны совещания и голосования присяжных. Если же при этом ответы конкретных присяжных были помечены таким образом, что это допускает различное толкование (крестики и т.п.), то это не может расцениваться как разглашение этой тайны.
6. Исходя из ст. 117, в случаях неисполнения участниками уголовного судопроизводства процессуальных обязанностей, предусмотренных этим Кодексом, на них может быть наложено денежное взыскание. В соответствии с ч. 3 ст. 333 за неявку в суд без уважительной причины присяжный заседатель может быть подвергнут денежному взысканию в порядке, установленном ст. 118, согласно которой если нарушение допущено в ходе судебного заседания, то взыскание налагается судом в том судебном заседании, где это нарушение было установлено, о чем выносится определение или постановление суда (Определение СК по УД ВС РФ N 1-011/03 по делу Белецкого).
Статья 334. Полномочия судьи и присяжных заседателей
Комментарий к статье 334
1. О содержании и порядке постановки вопросов присяжным заседателям см. ком. к ст. 339.
2. Остальные вопросы, названные в ст. 299, за исключением тех, которые указаны в части 1 настоящей статьи, разрешает председательствующий. Смотрите об этом ком. к ст. 299.
Статья 335. Особенности судебного следствия в суде с участием присяжных заседателей
Комментарий к статье 335
1. Содержание пунктов 2 и 3 ком. статьи на первый взгляд дает основание предполагать, что государственный обвинитель и защитник лишь предлагают свое мнение о порядке исследования представленных ими доказательств. Такая формулировка создает впечатление, что решение о порядке исследования доказательств принимает суд, однако это не так. Как и при общем порядке судебного следствия, очередность исследования доказательств определяется стороной, представляющей доказательства суду (ч. 1 ст. 274).
2. По смыслу закона председательствующий судья вправе и обязан исключить недопустимые доказательства не только в стадии предварительного слушания, но и в стадии судебного разбирательства, в том числе и после состоявшегося их исследования. Вопрос об исключении недопустимых доказательств решается председательствующим в отсутствие присяжных заседателей, которые на это время должны быть удалены из зала судебного заседания. Если при этом возникнет необходимость проверки данных о нарушении закона при получении таких доказательств путем проведения следственных действий, оглашения документов, то это также должно происходить в отсутствие присяжных, поскольку по общему смыслу закона суд не должен знакомить присяжных заседателей с содержанием недопустимых доказательств. С учетом положения ч. 4 ст. 88 при обсуждении вопроса об исключении доказательств как недопустимых применяются правила ч. ч. 5, 8 ст. 234 (см. ком. к ней).
3. В случаях изменения государственным обвинителем в ходе судебного заседания обвинения в сторону смягчения либо при частичном отказе от обвинения председательствующий судья должен вынести постановление о продолжении разбирательства дела в объеме обвинения, поддерживаемого государственным обвинителем <1>.
--------------------------------
<1> См.: п. 9 Постановления Пленума ВС РФ от 22.11.2005 N 23 "О применении судами норм Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, регулирующих судопроизводство с участием присяжных заседателей".
4. По общему смыслу закона, исходя из его состязательных начал (см. ком. к ст. ст. 15 и 244), суд с участием присяжных заседателей, как правило, не должен по собственной инициативе собирать новые доказательства, выявлять как уличающие, так и оправдывающие обвиняемого, а также смягчающие и отягчающие его ответственность обстоятельства. Вместе с тем он не связан мнением сторон о пределах исследования доказательств в случаях, когда по просьбе старшины присяжных заседателей, возвратившихся из совещательной комнаты в зал судебного заседания, председательствующий возобновляет судебное следствие для дополнительного исследования каких-либо обстоятельств, имеющих существенное значение для ответа коллегии присяжных заседателей на поставленные вопросы (ч. ч. 5, 6 ст. 344). Кроме того, обязательному исследованию подлежат заключения экспертов по вопросам, перечисленным в ст. 196.
Статья 336. Прения сторон
Комментарий к статье 336
1. Прения сторон в целом проводятся в общем порядке (см. об этом ком. к ст. 292). Исключением из общего порядка прений сторон в суде с участием присяжных заседателей является то, что они проводятся в пределах, определяемых вопросами, составляющими компетенцию присяжных: доказано ли, что имело место деяние, в совершении которого обвиняется подсудимый; доказано ли, что деяние совершил подсудимый; виновен ли подсудимый в совершении этого преступления (п. п. 1, 2, 4 ст. 299).
2. Нельзя признать не исследованным в судебном заседании обстоятельство, если председательствующим или присяжным заседателем был предложен подсудимому какой-либо относящийся к этому обстоятельству вопрос.
3. Представляется, что стороны в своих речах не вправе:
- ссылаться на показания свидетелей, данные на предварительном следствии, но не исследованные в следствии судебном, либо указывать на противоречие устных показаний в судебном разбирательстве показаниям того же лица на предварительном следствии, если последние не были оглашены в судебном заседании;
- ставить под сомнение показания свидетеля или потерпевшего, указывая на такие порочащие обстоятельства, которые не упоминались при установлении его личности и допросе в судебном заседании;
- противопоставлять заключению эксперта мнения известных в науке или судебной практике специалистов (например, из трудов по криминалистике, судебной медицине и т.д.), если они не приводились во время судебного следствия. Вместе с тем стороны вправе ссылаться на общеизвестные факты, даже если они ранее не упоминались (см. о них п. 3 ком. к ст. 73).
Статья 337. Реплики сторон и последнее слово подсудимого
Комментарий к статье 337
Определение от 18.12.2003 N 497-О об отказе в принятии к рассмотрению жалобы гр-на А.Р. Резе на нарушение его конституционных прав положениями ч. 1 ст. 51, п. 7 ч. 1 ст. 53 и ст. 337 УПК РФ
Смотрите ком. к ст. ст. 292, 293.
Статья 338. Постановка вопросов, подлежащих разрешению присяжными заседателями
Комментарий к статье 338
1. В части 1 ком. статьи сказано, что вопросы, подлежащие разрешению присяжными заседателями, судья формулирует с учетом результатов судебного следствия и прений сторон. Однако согласно ч. 1 ст. 252 судебное разбирательство проводится лишь по предъявленному подсудимому обвинению. Состязательный процесс должен дать ответ главным образом на вопрос об обоснованности или необоснованности предъявленного обвинения, которое является предметом уголовного процесса. Поэтому именно обвинение является первым основанием для постановки вопросов присяжным заседателям. Учитывая сказанное, представляется, что председательствующий не вправе отказать обвинителю в постановке присяжным вопросов согласно выводам обвинительного заключения. При изменении государственным обвинителем обвинения на более мягкое и не отличающееся существенно по фактическим обстоятельствам от ранее предъявленного председательствующий обязан поставить соответствующие вопросы присяжным заседателям на основании измененного обвинения. Результаты судебного следствия и мнения сторон, высказанные в прениях, могут служить основаниями для постановки вопросов тогда, когда эти результаты и мнения изменяют или развивают выводы обвинения (конечно, при условии недопустимости поворота обвинения к худшему). Формулировки вопросов не должны допускать при каком-либо ответе на них признание подсудимого виновным в совершении деяния, по которому государственный обвинитель не предъявлял ему обвинение либо не поддерживает обвинение к моменту постановки вопросов (п. 6 ст. 339).
2. Вопросы, сформулированные председательствующим судьей на основании поддерживаемого государственного обвинения, результатов судебного следствия и прений сторон, должны быть изложены в письменном виде и после обсуждения их сторонами приобщены к делу. Государственный обвинитель, а также потерпевший, гражданский истец, гражданский ответчик и их представители, подсудимый и защитник могут предложить поправки к сформулированным вопросам и просить о постановке других вопросов. Решение по предложенным поправкам принимается председательствующим судьей после выслушивания мнения участников судебного разбирательства. Окончательно сформулированные председательствующим судьей вопросы излагаются в вопросном листе, который утверждается подписью судьи. Если по делу обвиняется несколько лиц, вопросы, подлежащие разрешению коллегией присяжных заседателей, могут быть изложены в нескольких вопросных листах (по числу подсудимых) либо в одном вопросном листе, но в отношении каждого подсудимого отдельно.
3. В соответствии с ч. 2 настоящей статьи судья не вправе отказать подсудимому и его защитнику в постановке вопросов о наличии по уголовному делу фактических обстоятельств, исключающих ответственность подсудимого за содеянное или влекущих за собой его ответственность за менее тяжкое преступление. Нарушение этих требований закона влечет за собой отмену обвинительного приговора. Однако те же самые нарушения в случае вынесения присяжными заседателями оправдательного вердикта и постановления оправдательного приговора не могут являться основанием для отмены последнего <1>.
--------------------------------
<1> См.: п. 27 Постановления Пленума ВС РФ от 22.11.2005 N 23 "О применении судами норм Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, регулирующих судопроизводство с участием присяжных заседателей".
Статья 339. Содержание вопросов присяжным заседателям
Комментарий к статье 339
1. При формулировании в вопросном листе вопросов, подлежащих разрешению коллегией присяжных заседателей по каждому деянию, в совершении которого подсудимый обвиняется государственным обвинителем, постановка указанных в части 1 настоящей статьи трех основных вопросов: доказано ли, что соответствующее деяние имело место; доказано ли, что это деяние совершил подсудимый; виновен ли подсудимый в совершении этого деяния, - является обязательной. Допускается возможность постановки одного основного вопроса о виновности подсудимого, однако при его формулировании надлежит строго соблюдать требование закона (часть 2 данной статьи) о том, что такой вопрос должен являться соединением всех трех основных вопросов, указанных в части первой.
2. Прежде всего формулируется вопрос, доказано ли, что в определенном месте, в определенное время имело место событие, образующее конкретное деяние: например, доказано ли, что в таком-то месте, в такое-то время N было нанесено 17 колото-резаных ранений ножом в область грудной клетки и живота, что повлекло его смерть на месте происшествия? Далее формулируется вопрос, доказано ли, что данное деяние совершил подсудимый: например, если на первый вопрос дан положительный ответ, доказано ли, что в такое-то время, в таком-то месте подсудимый М. имевшимся у него ножом нанес гр. N 17 колото-резаных ранений ножом в область грудной клетки и живота, что повлекло его смерть на месте происшествия. После этого формулируется вопрос, доказано ли, что подсудимый М. виновен в совершении определенного совершенного им деяния, признанного фактически имевшим место по результатам положительных ответов на два предшествующих вопроса: например, если на первый и второй вопросы дан положительный ответ, доказано ли, что подсудимый М., нанося ножевые ранения N, осознавал общественную опасность своих действий, предвидел возможность наступления смерти N и желал лишить его жизни. Когда фабула совершенного деяния несложна, указанные три вопроса могут быть объединены в один основной вопрос, например: доказано ли, что подсудимый М. в такое-то время, в таком-то месте, осознавая общественную опасность своих действий, предвидя возможность наступления смерти N и желая лишить его жизни, имевшимся у него ножом нанес N 17 колото-резаных ранений ножом в область грудной клетки и живота, что повлекло его смерть на месте происшествия?
3. В соответствии с ч. 5 ст. 339 перед коллегией присяжных заседателей не могут ставиться вопросы, требующие от присяжных заседателей юридической квалификации статуса подсудимого, а также собственно юридической, т.е. уголовно-правовой, оценки при вынесении присяжными заседателями своего вердикта. Исходя из этого недопустима постановка вопросов с использованием таких юридических терминов, как умышленное или неосторожное убийство, умышленное убийство с особой жестокостью, умышленное убийство из хулиганских или корыстных побуждений, умышленное убийство, совершенное в состоянии сильного душевного волнения, убийство при превышении пределов необходимой обороны, изнасилование, насильственный половой акт в извращенной форме, развратные действия, разбой и т.п. Вместе с тем если от наличия того или иного юридического признака зависит в дальнейшем само признание деяния преступным (например, терроризм), то вопрос о нем должен ставиться в понятных присяжным заседателям терминах.
4. Поскольку в силу п. 5 ч. 3 ст. 340 выводы присяжных заседателей не могут основываться на предположениях, перед ними не должны ставиться вопросы о вероятности виновности подсудимого в совершении деяния.
5. Согласно ст. 352 настоящего Кодекса, в случае, когда в процессе разбирательства дела судом присяжных выявлены обстоятельства, дающие основания считать, что подсудимый в момент совершения инкриминируемого ему деяния был невменяем либо что после совершения преступления у подсудимого наступило психическое расстройство, делающее невозможным назначение или исполнение наказания, председательствующий судья выносит постановление о прекращении рассмотрения дела с участием коллегии присяжных заседателей и рассмотрении его в порядке, предусмотренном гл. 51. Это означает, что в вопросы, которые ставятся на разрешение присяжных заседателей, не может быть добавлен вопрос, касающийся наличия у подсудимого психического расстройства или иного болезненного состояния психики, лишающего его возможности отдавать себе отчет в своих действиях или руководить ими.
6. Согласно части 3 настоящей статьи допускается постановка присяжным вопросов, позволяющих установить виновность подсудимого в совершении менее тяжкого преступления, если этим не ухудшается положение подсудимого и не нарушается его право на защиту (о недопустимости ухудшения положения обвиняемого см. ком. к ст. 252). При этом необходимо учитывать, что в соответствии с ч. 2 ст. 338 судья не вправе отказать подсудимому или его защитнику в постановке вопросов о наличии по уголовному делу фактических обстоятельств, исключающих ответственность подсудимого за содеянное или влекущих за собой его ответственность за менее тяжкое преступление.
7. В соответствии с частью 3 ком. статьи после основного вопроса о виновности подсудимого могут ставиться частные вопросы о таких обстоятельствах, которые влияют на степень виновности либо изменяют ее характер, влекут за собой освобождение подсудимого от ответственности. Под обстоятельствами, которые влияют на степень виновности, в данном случае не могут пониматься обстоятельства, смягчающие или отягчающие наказание (ст. ст. 61, 63 УК), поскольку в силу п. 6 ч. 1 ст. 299 и ч. 2 ст. 334 их разрешение относится к полномочиям судьи. В компетенцию присяжных входит лишь вопрос о том, заслуживает ли подсудимый снисхождения или особого снисхождения. Представляется, что обстоятельства, изменяющие характер виновности, - это те обстоятельства, которые являются фактическим основанием для вывода об иной форме вины (неосторожность вместо умысла) или иной разновидности одной и той же формы вины (косвенный умысел вместо прямого; легкомыслие или небрежность). Такие вопросы присяжным заседателям могут ставиться при одновременном соблюдении двух условий: а) если этим не может быть ухудшено положение подсудимого и нарушено его право на защиту; б) государственный обвинитель поддерживает обвинение с измененным характером вины, либо обвинение, которое было предъявлено обвиняемому, не конкретизировало разновидность умысла или неосторожности. Парадокс состоит в том, что вопросы присяжным заседателям об обстоятельствах, которые влекут за собой освобождение подсудимого от ответственности, не могут включать в себя вопросы об обстоятельствах, указанных в п. п. 3 - 6 ч. 1, ч. 2 ст. 24; п. п. 3 - 7 ч. 1 ст. 27; ст. ст. 25 и 28; ч. 7 ст. 246 настоящего Кодекса, поскольку они относятся к полномочиям судьи, прекращающего при их наличии уголовное дело (ст. 254, п. 1 ст. 350). Таким образом, вопросы, связанные с освобождением подсудимого от уголовной ответственности в связи с истечением сроков давности уголовного преследования, ввиду акта амнистии, в связи с примирением сторон, деятельным раскаянием и т.д., не должны ставиться присяжным заседателям. Вопросы о таких обстоятельствах, как необходимая оборона, крайняя необходимость, физическое или психическое принуждение, и других указанных в гл. 8 УК могут ставиться (в понятных присяжным заседателям, "неюридических" формулировках), однако они не являются обстоятельствами, влекущими освобождение подсудимого от ответственности, поскольку вообще исключают ее вместе с преступностью деяния.