ВУЗ: Не указан
Категория: Не указан
Дисциплина: Не указана
Добавлен: 16.10.2020
Просмотров: 3253
Скачиваний: 10
6. Легкомысленное отношение к правилам безопасности далеко не исчерпывает мотивационную сферу рассматриваемых преступлений. Во взаимодействии с пренебрежением к этим правилам, которое подкрепляется надеждой (легкомысленной) избежать последствий, выявляется и конкретный мотив нарушения как осознанное побуждение, связанное со стремлением (обычно ситуативно возникшим) достичь какого-то личностно значимого преимущества или иного результата. Например, сэкономить время, сократить расстояние, продемонстрировать свои качества умелого водителя, мощность машины и пр.
7. При наличии вины в форме небрежности виновный совершает нарушение как бы "незаметно для себя". Эта ситуация возникает, если в реализацию функции участника движения вплетается посторонняя деятельность, связанная с переключением внимания. И следовательно, с нарушением наиболее общих правил безопасности, запрещающих ослабление контроля за обстановкой и собственными действиями. В этих случаях небрежность проявляется уже не только в отношении последствий, но и в отношении соблюдения конкретных правил движения на дороге, ее пересечения и пр. Эта небрежность является результатом ориентации на ситуационно более значимые для лица действия, нежели требуемые правилами безопасности. Разговор по мобильному телефону, интерес к окрестностям как бы замещают побуждения, ориентирующие на безопасное для себя и других участие в движении.
8. Нельзя говорить, что виновный в автотранспортном преступлении не осознает общественной опасности своих действий, реального развития причинной связи. Виновный осознает или должен осознавать типичное развитие причинной связи между нарушением правила и последствиями, т.е. направленность нарушаемого им правила на предотвращение этих последствий для него очевидна. Однако прогноз реальности такого развития событий и, следовательно, оценка своих действий как общественно опасных остаются в свернутой форме, четко не вычленяются - этому противодействует расчет на то, что "ничего не произойдет".
9. Исходя из психологического аспекта характеристики понятия вины в уголовном праве как включающего три компонента: осознание, предвидение, желание, можно констатировать, что:
а) при совершении рассматриваемых преступлений по легкомыслию налицо два первых компонента; третий же действует в отношении нарушения, но не его последствий;
б) при вине в форме небрежности имела бы место та же ситуация, но из-за невнимательности осознаваемым и прогнозируемым оказалось не нарушение, непосредственно повлекшее аварийную ситуацию, а нарушение более общего правила - о внимательности, бдительности при участии в движении.
10. При решении вопроса об индивидуализации и дифференциации ответственности и основаниях освобождения от нее необходимо иметь в виду, что ответственность наступает за нарушения, вызвавшие предусмотренные законом последствия, а не последствия как таковые. При таком подходе существенными становятся обстоятельства, характеризующие позицию участника движения относительно самого нарушения: осознавал ли или мог ли осознавать; не связано ли неосознание или запоздалое осознание с обстановкой движения, временными функциональными состояниями организма, индивидуально-психологическими особенностями, действиями третьих лиц. Эти же обстоятельства существенны и для решения вопроса, мог ли он успеть и суметь овладеть ситуацией, создавшейся в результате нарушения при неосознании или запоздалом осознании последнего.
11. В силу большого значения для практики остановимся на разграничении случаев преступной неосторожности в форме легкомыслия и невиновного причинения вреда при наличии некоторых внешних признаков такого легкомыслия, фактически относящихся к объективной, а не субъективной стороне деяния.
Представляется возможным выделить три обстоятельства, исключающих уголовную ответственность участника движения.
Во-первых, крайняя необходимость, т.е. мотивация нарушения, связанная со стремлением устранить опасность общественным интересам, личности или правам лица, других граждан, если эта опасность не может быть устранена другим путем и если причиненный вред при этом менее значителен, чем предотвращенный (ст. 39 УК). Типичные ситуации в этой связи: перевозка больного или раненого с нарушением правил движения для оказания неотложной помощи. При аварии, не повлекшей смерть, уголовная ответственность здесь не должна иметь место.
Во-вторых, грубое нарушение другим участником движения правил безопасности. В этих случаях вопреки сложившейся практике речь идет не о совместном совершении неосторожного преступления, а об исключительной вине нарушителя. То обстоятельство, что, попав в созданную не им аварийную обстановку, водитель не сумел предотвратить тяжкие последствия, не может быть поставлено ему в вину, так как степень предусмотрительности оператора всегда базируется на предположении о соблюдении всеми участниками эксплуатации источника повышенной опасности предписанных правил безопасности.
В-третьих, сбои в работе регулирующих устройств (например, в режиме переключения светофора, опускания шлагбаума), приводящих к невозможности осознать допускаемое нарушение или к его осознанию в тот момент, когда уже не осталось времени для выбора правильного решения.
12. Изучение психологических механизмов совершения неосторожного транспортного преступления через анализ особенностей отражения объективных условий в зависимости от личностных особенностей, временных изменений психической деятельности позволяет преодолеть некоторые традиционные представления о сущности неосторожных преступлений, частично игнорирующие индивидуальные различия между людьми и своеобразие форм субъективного отражения в сознании объективных условий деятельности и потому угрожающих объективным вменением вредных последствий. Поэтому психологический анализ субъективной стороны по этой категории уголовных дел может способствовать устранению случаев объективного вменения, внедрению в практику по этим делам ориентации на психологический анализ отношения лица к нарушению и его последствиям, а не на фиксацию только факта нарушения и факта последствий. Общепринятое положение о толковании сомнений в пользу обвиняемого, о необходимости прекращения дела при отсутствии достаточных доказательств вины (а ее доказанность не равнозначна доказанности только факта нарушения) в полной мере должно распространяться на практику по этим делам.
13. Для установления объективной истины при расследовании и судебном разбирательстве уголовных дел о неосторожных преступлениях в сложных случаях целесообразно проведение психологической экспертизы для установления:
1) реальных способностей субъекта понимать требования ситуации;
2) его возможности предвидеть наступление последствий деяния в зависимости от способности к установлению причинно-следственных связей и общего уровня интеллектуального развития;
3) возможности совершать действия по предотвращению опасных последствий в зависимости от психического состояния и индивидуально-психологических особенностей;
4) диагностики аффекта, иных эмоциональных состояний и определения их возможного влияния на характер осознания ситуации, способность субъекта руководить своими действиями.
14. Сложным является вопрос о влиянии на наличие и степень ответственности временного функционального состояния организма (утомление, соматические расстройства и др.) либо индивидуально-психологических особенностей и особенностей высшей нервной деятельности (степень эмоциональной устойчивости, быстрота реакций, способность к концентрации внимания, а также склонность к риску, завышенная самооценка и пр.), которые могут затруднять адекватную оценку обстановки движения, сужать объем внимания и предусмотрительности. Ключевой вопрос здесь - осознание участником движения своего состояния, адекватной оценки психологических особенностей. Если, осознавая болезнь, сильную усталость и подобные состояния, лицо берется за управление транспортным средством либо, зная за собой замедленность реакций, не проявляет повышенной осторожности, преступная небрежность может иметь место (в данном случае в отношении предшествующего конкретному нарушению звена причинной цепочки аварии). Лицо, обладающее нормальной профессиональной и общей предусмотрительностью, не может не понимать, что пребывание за рулем или управление автотранспортным средством в болезненном состоянии создает угрозу аварийной ситуации.
15. Установление экспертом-психологом особенностей высшей нервной деятельности и характерологических свойств, облегчающих попадание в аварийную ситуацию, может влиять на оценку степени ответственности лица. В то же время здесь нельзя автоматически строить вывод по схеме: лицо имело эти особенности (свойства), но село за руль, значит, оно несет всю полноту ответственности. Дело в том, что лицо могло и не осознавать их наличие, так как средний уровень самосознания в этом отношении достаточно низок, и, кроме того, лицо, получая права, склонно полагать, что самим фактом их выдачи снимается необходимость каких-то особых предосторожностей.
16. Для индивидуализации ответственности важно решение вопроса с участием эксперта или консультанта-психолога о том, в каком эмоциональном состоянии находился участник движения, действия которого стали предметом уголовного дела. Констатация дезорганизации поведения, состояния аффекта, приводящего к сужению сознания в момент аварийной ситуации или в предшествующий момент, может существенно повлиять на оценку степени ответственности. Ведь она зависит и от поведения в уже созданной аварийной ситуации: лицо может либо продолжать действовать бесшабашно, безответственно, эгоистически, либо, наоборот, пытаться свести к минимуму вредные последствия содеянного, либо действовать импульсивно, в том числе под влиянием аффекта.
17. При решении вопроса об ответственности и наказании за совершение преступления, предусмотренного комментируемой статьей, необходимо иметь в виду, что субъект чаще всего находился под воздействием особой экстремальной ситуации (см. комментарий к ст. 26).
О факторах, оказывающих влияние на поведение в экстремальной ситуации, см. комментарий к ст. 26.
18. На практике по делам о неосторожных преступлениях нередко возникает необходимость в психологическом исследовании и оценке способности субъекта осознавать требования конкретной (особо сложной, неожиданной и пр.) ситуации, способности руководить своими действиями, предвидеть их последствия. В подобных случаях во избежание объективного вменения целесообразно применять специальные психологические познания в форме психологической экспертизы.
Справедливое решение вопроса об ответственности и наказании требует тщательного соотнесения характера и размеров применяемых мер как с особенностями содеянного, так и с особенностями самого механизма преступного поведения, в том числе обусловленного личностными и другими факторами, влияющими на избирательность поведения.