было даже мысли о возможности совершения ими такого рода преступления. Иными словами, и для са­мого преступника его действия субъективно оказыва­лись внезапными.

Для понимания личности этой категории насиль­ников и причин их преступных действий необходимо рассмотреть также особенности их поведения и реаги­рования в детстве. По нашим данным, у многих из них наблюдались внезапные немотивированные побе­ги из дома. Условия в семье были, как правило, неблагоприятными. Отношения между родителями, если они были, отличались скандалами, иногда драка­ми; отец, а иногда и мать злоупотребляли алкоголем. Поэтому побеги из дома носили чаще всего характер протеста против таких условий жизни и являлись для ребенка или подростка простейшим выходом из си­туации.

Такие несовершеннолетние рано попадают в улич­ные компании с антисоциальной направленностью, на­ходя в их поддержке замену своим родителям. В дет­стве у подобных лиц можно отметить также наличие мелких правонарушений, чаще всего краж. В школе они учились плохо, не успевали по многим предметам, часто прогуливали, рано начали курить и употреблять алкогольные напитки. Таким образом, можно отме­тить, что социализация преступников рассматриваемо­го типа уже в детском и подростковом периоде была нарушена и их развитие происходило в крайне небла­гоприятных микросоциальных условиях. Уже тогда они сталкивались с явлениями насилия и жестокости.

Поскольку основными методами воспитания в семье (а также в интернате или сходных заведениях) были окрик, насмешка, побои, другие проявления же­стокого отношения, то формируется постоянная внут­ренняя эмоциональная напряженность, которая при­водит к возникновению внезапных импульсивных ре­акций типа побегов из дома и агрессии. Можно обоснованно предположить, что протест у этих детей первоначально был направлен против подобных ме­тодов, но, возможно, со временем в психике метод ассоциировался с нормами поведения и проявлялся протест уже против самих норм, поскольку за ними стояло насилие. Именно поэтому у личности подоб­ного типа существует неосознаваемый^ привычный протест против любых ограничений своего поведения

201

---

и импульсивное, внезапное реагирование в конфликт­ных или неблагоприятных ситуациях.

Среди представителей импульсивного типа можно выделить особую категорию преступников—социо-культуральный подтип. Его составляют лица, совер­шающие изнасилования женщин как представительниц другой общности, другой культуры, прежде всего на­циональной, чем утверждают себя в качестве предста­вителя более высокой, более престижной культуры. Эта общность и ее национальная культура субъектив­но воспринимаются насильником (как, впрочем, и убийцей или грабителем) как нечто, стоящее ниже той культуры, к которой он относит себя сам, а поэто­му не заслуживающее уважения, признания и доверия, даже враждебное ему. В связи с этим к представителям такой национальной общности, в частности к женщи­нам, необязательно, а во многих случаях и неприем­лемо такое же отношение, как к представителям своей собственной национальной группы. Негативное, пре­зрительное восприятие «чужой» общности в целом, убежденность в том, что она недостойна иного от­ношения якобы в силу присущих ей особенностей, пер­сонифицируются к отдельным ее представителям, де­лают их вполне «приемлемыми» объектами насилия, грабежа или другого тяжкого преступления.

Конечно, это не отношение одной нации к другой. Это—установки отдельных представителей конкрет­ных субкультур, в рамках которых развиты нацио­налистические тенденции, проповедь своего нацио­нального превосходства, обывательская психология и идеология, узкое, чрезвычайно ограниченное видение мира. Носители и особенно проповедники такой суб­культуры, как правило, не имеют личного опыта меж­национального сотрудничества и помощи, отличаются низким уровнем общей культуры, склонны к застре­ванию на мелочных обидах, не умеют объективно оценивать ситуации, возникающие в межличностном общении. Они не желают, а чаще не умеют понять, что за национальной спецификой, бытом, обычаями и традициями других народов стоит длительный ис­торический путь развития, объективные условия жизни этих народов.

Особенно опасны такие люди в период обострения межнациональной вражды и, конечно, во время войны. Как известно, в этих условиях изнасилования—до-

202

---

вольно распространенное явление. Однако изнасилова­ние женщин, представительниц других наций, имеет место и при обычных обстоятельствах, например в ку­рортных и туристических местностях Закавказья, чему иногда способствуют неосторожность, излишняя до­верчивость, а иногда и аморальное поведение жертв.

Представляется, что преступное поведение насиль­ников социокультурального подтипа можно рассмат­ривать как проявление соответствующей групповой субкультуры, что не исключает других аспектов анали­за. Разумеется, не каждый случай изнасилования жен­щины другой национальности укладывается в эти рам­ки, оно может не иметь к ним никакого отношения. Вместе с тем мы полагаем, что здесь нужно видеть не проявление конфликта национальных культур, даже частное, а именно выражение ненормальной, даже антиобщественной групповой субкультуры. Действия насильника или, например, грабителя ни в коем случае не отражают позиции всего народа, к которому они себя причисляют, а только той его части, как правило, небольшой, к которой они принадлежат. Более того, и эта часть обычно прямо не предписывает совершение убийств, изнасилований или разбоев, она формирует лишь общие негативные, враждебные установки, что само по себе весьма важно.

При совершении изнасилований представителями социокультурального подтипа достаточно четко просле­живается стремление к реализации сексуальной потреб­ности, что и было одним из оснований отнесения этого подтипа к импульсивному типу. Вместе с тем здесь можно видеть элементы мотива самоутверждения путем уничтожения (многие такие изнасилования заканчива­ются убийствами), унижения, обесценения потерпевших. Поскольку же объектом нападения является не просто женщина, а женщина, как представительница чужого «племени», можно предположить наличие мотивов по­давления, обесценения, унижения этого «племени».

К числу лиц с дефектами в сфере межличностного общения можно отнести так называемых отвергаемых лиц. Это те, которые не могут по объективным причи­нам удовлетворить свою половую потребность социа­льно приемлемым путем. Прежде всего к ним относят­ся олигофрены, а также лица, имеющие физические недостатки, делающие их внешность отталкивающей для женщин.

203

---

Основную массу этой категории преступников со­ставляют олигофрены (только в степени дебильности). Имеющиеся у них психические дефекты, интеллекту­альная недостаточность, мешающие усвоить социаль­ные нормы, часто сопровождаются уродливым, не­ряшливым внешним видом, что, естественно, препят­ствует установлению контактов с женщинами, а тем более вступлению с ними в половую близость. Все это порождает стремление удовлетворить половую по­требность любым путем, а в сочетании с иными психо­логическими качествами олигофренов, о которых по­дробнее мы сказали выше, может привести к изнасило­ванию.

Отличительной особенностью преступного поведе­ния этой категории насильников является то, что пре­ступления совершаются ими внезапно, как правило, без предварительной подготовки и продумывания, иногда в таких ситуациях, которые заведомо обречены на быстрое установление и задержание виновного. Следы преступления олигофрены чаще всего не пыта­ются скрыть, но иногда после изнасилования соверша­ется убийство потерпевшей, особенно если та была малолетней. Встречаются случаи, когда изнасилование сопровождается жестоким избиением жертвы, актами садизма, глумлением над трупом. В качестве потерпе­вшей здесь может оказаться практически любая жен­щина независимо от возраста, даже престарелая или девочка.

Объяснения причин совершенного преступления олигофрены обычно не приводят или же продолжают утверждать, что потерпевшая сама добровольно всту­пила с ними в половую связь. Но это почти всегда противоречит объективным данным, установленным в ходе предварительного расследования и судебного разбирательства. Почти всегда подтверждается пред­положение, что нормальная женщина не может добро­вольно вступить в половую связь с олигофреном, ко­торый обладает малым словарным запасом, низким интеллектом и, зачастую, отталкивающей внешно­стью. Тем более это невероятно, если половой акт происходит в неподходящих условиях, например, зи­мой на улице или в подъезде.

Пожалуй, насильники «отвергаемого» типа состав­ляют именно ту категорию преступников, которая во­обще не задумывается о последствиях для себя совер-

204

---

шаемых преступлений. Подчеркнем, что умысел на изнасилование у них возникает внезапно в связи с об­стоятельствами, которые они субъективно оценивают как благоприятные.

Примером, иллюстрирующим преступное поведе­ние и психологические особенности насильников-оли­гофренов, может служить Г., который осужден за из­насилование и убийство шестилетней девочки, своей соседки. Потерпевшей было нанесено множество те­лесных повреждений, что вызвало ее смерть. Он встре­тил ее зимой одну на окраине деревни и, воспользовав­шись тем, что вокруг никого не было, изнасиловал.

По данным судебно-психиатрической экспертизы, наследственность Г. психическими заболеваниями не отягощена и до двухлетнего возраста он рос и раз­вивался нормально. В возрасте двух лет стал беспокой­ным, часто кричал, с трудом успокаивался. В школе учился с трудом, не мог самостоятельно сформулиро­вать свои мысли, оставался на второй год. После окончания восьмого класса работал учеником электро­монтера, затем электромонтером. Был малоинициа­тивным, но к работе относился добросовестно.

Во время обследования на призывной комиссии военкомата у него было выявлено несоответствие запа­са знаний полученному образованию; он с трудом выполнял арифметические действия, не мог объяснить смысла пословиц и поговорок и т. д. По заключению комиссии была признана дебильность средней степени, от службы в армии освобожден.

Психическое состояние Г. характеризуется тем, что он правильно ориентирован в пространстве и времени, относительно собственной личности. В социально-бы­товых вопросах также ориентирован. Крайне неохотно говорил о преступлении, становился напряженным, волновался. Согласно заключению судебно-психиатри­ческой экспертизы, у Г. обнаружены последствия ор­ганическое поражения головного мозга, легкая сте­пень дебильности с психопатизацией.

Психологическое изучение Г. обнаружило у него ограниченный запас знаний, интеллектуальную недо­статочность. Он эмоционально неустойчив, отсутству­ет четкое представление о том, как вести себя в той или иной ситуации, плохо прогнозирует последствия своих поступков. Г. дезадаптирован в социально-психологи­ческом плане, обнаруживается слабая включенность

205

---

Смотрите также файлы

• Skachat_Sitkovskaya_O_D___Novye_napravlenia_sudebno-psikhologicheskoy_expertizy.doc

• Skachat_Sitkovskaya_O_D___Psikhologia_svidetelskikh_pokazaniy.doc

• Stelmakh_V_Yu_Problemy_protsessualnoy_reglament.pdf

• Taktika_ugolovnogo_presledovania_i_professionalnoy_zaschity_ot_nego.doc

• Ugolovny_protsess_A_V_Grinenko_Bakalavr.pdf