ВУЗ: Не указан
Категория: Не указан
Дисциплина: Не указана
Добавлен: 23.10.2020
Просмотров: 3173
Скачиваний: 7
Почему люди совершают преступления
долго». П р и повторных квартирных кражах У. перестал входить
квартиру через дверь, даже если ту было легко открыть. Он специ
ально проходил по карнизу высокого этажа, спускался с к р ы ш и по
веревке и придумывал все более рискованные способы проникнове
ния в помещение. Выходя с украденным, он старался попасться на
глаза милиционеру, отчего испытывал еще большее чувство риска и,
л и ш ь оказавшись вне поля зрения посторонних, выбрасывал укра
денное, после чего наступало облегчение «депрессии». У. отмечал,
что в последнее время ему было «достаточно любого замечания что
бы впасть в депрессию», а «рискованных ухищрений» при соверше
нии кражи требовалось все больше, отчего он «устал». В последние
несколько месяцев перед задержанием, пытаясь воздержаться от во
ровства, наносил самопорезы. Перед совершением одного из хище
н и й У. нанес самопорезы, и, не дожидаясь, пока окончательно оста
новится кровь, начал взбираться на балкон 2-го этажа, где находи
лась квартира, из которой намеревался совершить кражу, и испытал
более я р к и е ощущения, чем обычно. Он сообщил, что при этом «ви
дел т о л ь к о балконную дверь и ничего вокруг», была только одна
мысль — «открыть, забрать» и не помнит, что было в квартире, как
он выходил обратно. Обратил внимание на то, что идет обратно зна
комой дорогой, ему «легко, в коленях слабость, в руках — пальто и
приемник». После двух следующих эпизодов краж самопорезы «уже
не помогали». У. помнил произошедшее в деталях. После задержа
н и я У. заявил, что «рад, что закончился этот круговорот».
На этом этапе у л и ц с клептоманией происходила смена основно
го синдрома нарушения влечений, в 4 наблюдениях — на расстрой
ства сексуального предпочтения (фетишизм, эксгибиционизм, рап-
т о ф и л и я , п е д о ф и л и я ) . Н е р е д к о р е а л и з а ц и я п а р а ф и л ь н ы х а к т о в
сопровождалась совершением краж у жертв, которые один подэкс-
пертный объяснил необходимостью «усиления ощущений». В 5 на
блюдениях на этой стадии произошла спонтанная редукция клепто
мании, где на смену пришел синдром зависимости от психоактив
ных веществ. Еще в 6 наблюдениях клептоманию «вытесняли» про-
гредиентные психические расстройства психотического регистра
(органическое заболевание головного мозга, эпилепсия).
В группе Д В у подэкспертных преобладающим аффективным фо
ном в межделиктном периоде становилось напряженное, тоскливо-
злобное настроение с раздражительностью, вспышками ярости. На
этом этапе в основном совершались кражи со взломом, сопровожда-
278
Глава IV. Причины отдельных видов преступного поведения...
ющиеся избыточно разрушительными действиями, поджогами. На
блюдалось чередование краж и разбойных нападений и грабежей.
Подэкспертные часто пользовались предметами для разрушения пре
пятствий (куски железной арматуры, кирпичи, лом). П р и снижении
эффекта от самой кражи они испытывали эмоциональную разрядку
от совершения деструктивных действий — взлома дверей, разбития
стекол, разламывания на куски и разбрасывания приборных пане
лей при кражах из автомобилей, намеренного разбивания угнанных
автомобилей. В нескольких наблюдениях они избивали соучастни
ков, унижали их, демонстрируя им свою силу и превосходство. Кра
жи превращались л и ш ь в привычный повод для подобной разрядки.
Отмечавшиеся в двух случаях состояния измененного сознания от
носились не к моменту хищения, а к моменту совершения деструк
тивных действий.
На этом этапе в группе ДВ также наблюдался неодолимый харак
тер влечения. Однако это не было влечением к кражам, поскольку
разрядка происходила от деструктивных или гетероагрессивных дей
ствий. У трети подэкспертных группы ДВ заместительная активность
носила аутоагрессивный характер — о н и наносили самоповрежде
н и я , в основном самопорезы, реже — ожоги, бились головой о стену,
что объясняли нарастанием напряжения, «маетой», «бессильной зло
стью». Аутоагрессия сосуществовала или чередовалось с криминаль
ной активностью. У всех л и ц из группы ДВ на этом этапе происходи
ло формирование иных видов зависимого поведения — синдрома за
висимости от ПАВ, вандализма, синдромов расстройств сексуального
предпочтения (чаще — сексуального садизма), гомосексуального по
ведения. Эти виды поведения в своем развитии проходили те же зве
нья развития аддикции. Смена зависимости происходила у группы
Д В чрезвычайно быстро и во всех наблюдениях на третьем этапе про
изошла трансформация зависимого корыстного поведения в иные
виды зависимого поведения или расстройства влечений.
У л и ц с клептоманией на третьем этапе влечение к кражам также
носило неодолимый характер. Однако порой наряду с совершением
клептоманических краж имели мето корыстные кражи или кражи из
гнева или мести, что уже не соответствовало критериям клептома
нии. Это было связано с прогрессированием аддикции, когда закре
п и в ш и й с я к р и м и н а л ь н ы й паттерн становится одним из способов
личностного реагирования. К р и м и н а л ь н о е к о р ы с т н о е поведение
могло к а к прогрессировать (в 3 набл.), так и трансформироваться в
279
Почему люди совершают преступления
новые ф о р м ы аддикции или в и н ы е синдромы н а р у ш е н и я влечений
или редуцироваться самопроизвольно либо вследствие значительного
утяжеления имеющегося психопатологического расстройства (напри
мер, эпилепсии).
На этой стадии становится очевидно, что д и н а м и к а девиантной
активности при аддиктивном типе имеет автономный характер и не
зависит от динамики предлежащего расстройства. Наличие компуль-
сивного характера влечения, выраженность э м о ц и о н а л ь н ы х рас
стройств, явления диссоциации в период деликта, недостаточность
прогностических функций (отсутствие ожидаемого эффекта от со
вершаемой активности, что вело к эксцессивности и встраиванию
и н о й активности в рисунок деликта), начинающаяся рационализа
ция криминальной активности (снижение критических ф у н к ц и й )
свидетельствуют о с н и ж е н н о й способности к произвольной регуля
ц и и деятельности на этом этапе.
К последним, терминальным звеньям развития зависимого пове
дения могли быть отнесены при настоящем исследовании л и ш ь 3 на
блюдения группы КВ. Каждый подэкспертный обвинялся в совер
ш е н и и 6 и более эпизодов краж.
На настоящем этапе было характерно «избыточное» прибегание
к аддиктивной активности, которая полностью определяла поведе
ние, стиль жизни, отношения с окружающими и становилась основ
ным модусом реагирования личности на самые разнообразные сти
мулы. Влечение рационализировалось, переставало быть субъективно
тягостным, теряя дистонический и приобретая с п а я н н ы й с личное
тью характер. Систематические хищения оправдывались необходи
мостью или какими-либо «благими целями». Появлялись заметны
специфические негативные личностные изменения.
Каждый подэкспертный совершал кражи и по корыстным моти
вам, и по и н ы м . Двое были «профессиональными» ворами и относи
лись к своей активности, как к «любимой работе». П о м и м о этого они
совершали и кражи ненужных вещей, однако трехфазный эмоцио
нальный рисунок здесь был нарушен. Напряжение перед кражей не
ощущалось, п и к положительных э м о ц и й приходился на момент при
нятия решения совершить кражу или, напротив, сдвигался на вы
полнение появившихся ритуальных действий. Все свое время и энер
г и ю п о д э к с п е р т н ы е т р а т и л и л и б о н а р е а л и з а ц и ю а д д и к т и в н о й
активности, либо на размышления по этому поводу. В отличие от пре
дыдущих этапов кражи, совершаемые в корыстных целях, здесь тща-
280
Глава IV. Причины отдельных видов преступного поведения...
тельно планировались, осуществлялись слежки за владельцами ве
щей, использовались технически сложные и изощренные приспо
собления — сканеры автомобильной сигнализации, универсальные
отмычки и т. п. Совершавший к а р м а н н ы е кражи подэкспертный за
нимался ежедневными многочасовыми упражнениями с шариками
для тренировки кистей рук, особым образом стриг и подпиливал ног
ти. Хищения совершались всегда в одиночку. Аддиктивные «профес
сиональные» воры отказывались от работы «в цепочке» или «по за
казу» и сбывали похищенное в разных местах несмотря на заведомо
низкое вознаграждение. К р а ж и в отместку или «для удовольствия»
совершались с п о н т а н н о . Раскаяния эти л и ц а не высказывали, на
против, равнодушно или с бравадой называли себя «ворами».
Негативные личностные изменения представляли собой безразли
чие, несвойственную ранее черствость, эмоциональную холодность к
тому, что не связано с реализацией аддиктивной активности, утратой
прежних интересов, увлечений и привязанностей. Суждения обсле
дованных отличались субъективизмом и во всех наблюдениях моно-
тематичностью. Наблюдались выраженные колебания настроения с
обязательным присутствием апатического компонента. Обращала на
себя внимание мозаичность личности — отгороженность, нелюди
мость, монотонность, чувство самодостаточности, бездеятельность,
высокомерие, недоверчивость сочетались с крайним эгоцентризмом,
инфантильностью, неустойчивой самооценкой, склонностью к немед
ленной реализации необдуманных, сиюминутных решений, импуль
сивным поступкам, реакциям отказа, самовзвинчиванию. Безразлич
ные и холодные, когда речь заходила о воровстве, они оживлялись,
улыбались, становясь многословными и гротескно монотематичны-
ми. В двух случаях подэкспертные «одушевляли» объекты кражи —
автомобили, говорили о них, как о живых. Отношение к объекту кра
жи в случае моноклептизма было сверхценным.
Так, подэкспертный Д., 27 лет, обвинявшийся в краже 11 автомо
билей, рассказал, что автомобили ему нравились с детства, но воро
вать их начал с 18 лет, после смерти матери, к которой был сильно
привязан. Вначале делал это «для риска, чтобы выйти из тоски». Че
рез год для усиления ощущений начал прибегать к рискованному вож
дению и намеренно разбивать м а ш и н ы . Постепенно тяга к угонам
стала неодолимой, «мешала жить». УД. выработалась привычка после
угона обязательно проехать по «счастливому маршруту». В периоды
воздержания от краж он стал испытывать «апатию и бессилие», что
281
Почему лк(ди совершают преступления
«было хуже тоски». Когда у Д. родился ребенок, «решил сделать сво
наваждение работой» и стал продавать автомобили, которые «тепер
угонял только у плохих людей». Д. сообщил, что мог потратить сут
для того, чтобы «в воспитательных целях» угнать недорогую автома
шину и чувствовал себя хорошо «не от кражи, а от того, что поступил
справедливо». Д. уверял, что м а ш и н ы «чувствуют» и говорил о них,
как об одушевленных предметах. Во время экспертизы Д. был без
деятелен, к общению не стремился, но интересовался у каждого со
беседника, имеет ли тот автомобиль и какой марки — у одних он
выражал намерение угнать автомобиль «за плохое отношение к лю
дям», другим, напротив — подарить.
Зависимое поведение как при клептоматических, так и при де
линквентных кражах, имеющее непатологические и патологические
формы, развивается на основе различных психических расстройств,
но приобретает особую автономную динамику, часто не совпадаю
щую с д и н а м и к о й основного расстройства. Интегративный подход к
оценке состояния подэкспертного в этих случаях предполагает не
только оценку изначального психического расстройства, но и уста
новление этапа д и н а м и к и зависимого поведения и ф е н о м е н о в , при
сущих этому этапу, что позволит точнее оценить способность субъекта
к произвольной регуляции своих действий, а знание тенденций ди
намики зависимого поведения поможет представить более надежный
прогноз в отношении как основного психического расстройства, так
и зависимого криминального поведения для своевременного приме
нения профилактических мер.
Таковы данные, полученные О.В. Леоновой, которые характери
зуют особенности личности и субъективных стимулов поведения лиц,
попавших в психологическую зависимость от собственного влече
н и я к совершению краж и некоторых иных антиобщественных дей
ствий. Сама природа такого влечения еще не ясна до конца, но мож
но предположить, что здесь на «совершенно» бессознательном уров
не действует, в одних случаях, страх не состояться без обладания
какой-либо вещью, а в других — острая потребность в игре, ощуще
н и е опасности и угрозы, т. е. переживание страха. В л ю б о м случае
соответствующие влечения носят патологический характер, причем
они вполне способны сочетаться в одном человеке. Но тогда можно
обнаружить их амбивалентный характер: страх не состояться, т. е. уйти
от опасности, переплетается с противоположным стремлением пой
ти навстречу опасности, т. е. испытать страх. Это дает основание ду-
282
Глава IV. Причины отдельных видов преступного поведения.
мать, что здесь мы имеем дело со страхами разной природы, выпол
н я ю щ и м и для личности различные ф у н к ц и и .
Н е л ь з я не отметить у аддиктивных п р е с т у п н и к о в очевидную
склонность к игре, клишированность, стереотипность действий, со
вершаемых, как правило, на определенной территории, причем не
которые такие действия носят символический характер. Подобное
поведение свидетельствует о возврате человека к более р а н н и м ста
диям своей жизни. Это — в основном инфантильные личности. О н и ,
естественно, не осознают наличие у них упомянутых черт и, главное,
их роли в совершении общественно опасных действий. О н и функ
ционируют бессознательно.
Причины террористического преступного
поведения и роль бессознательного
1
Если попытаться дать общую психологическую характеристику
террористам, то можно придти к выводу, что они принадлежат к эк-
стремистскому^иттусознания. Однако подобное суждение выглядит
достаточно общим и расплывчатым, если не назвать конкретные пси
хологические черты, которые присущи именно террористам и могут
расцениваться в качестве их преступного поведения. Между темдеп-
potTHCjOB уже .неоднократно квалифицировали
кяк
шизофреников,
садистов, фанатиков, ущербных личностей, самоутверждающихся,
пожираемых амбициями, морально глухих и даже бескорыстных и
чистых мучеников за идею. О террористах же как об отдельном пси
холого-психиатрическом и даже социальном типе можно говорить
л и ш ь в том случае, если будут найдены такие их черты, совокупность
которых свойственна именно им, а не другим типам.
Тогда можно будет обоснованно судитлГбЛиотиващп*т
£
ррористи-
ческого поведения. В целом же психологов
1сихиа
гричёская инфор
мация о личности террориста нужна для решения многих практи
ческих задач в ходе о п е р а т и в н о - р о з ы с к н о й и оперативно-боевой
деятельности, расследования преступлений террористического ха
рактера и их профилактики, задержания преступников и проведе
ния с ними отдельных следственных действий, построения следствен
ных версий, для ведения переговоров с террористами и т. д.
283
Почему люди совершают преступления
За п о с л е д н и е годы н а к о п л е н а з н а ч и т е л ь н а я н а у ч н а я инфор
м а ц и я о личности террориста и субъективной детерминации пре
ступного т е р р о р и с т и ч е с к о г о п о в е д е н и я . Хотя с о о т в е т с т в у ю щ и е
исследования еще не носят систематического характера, а психо
логические и психиатрические сведения о террористах достаточно
отрывисты, они все-таки могут использоваться в теоретических и
практических целях.
По мнению большинства исследователей, террористьуге состав-
ляют специфическую диагностико-психиатрическую группу. Хотя в
некоторых работах среди террористов обнаружены отдельные рас
стройства психической деятельности, значительная часть сравнитель
ных исследований не выявили н и к а к о й явной психической ненор
мальности в большинстве случаев. Тем не менее, на путь терроризма
чаще становятся люди со специфической личностной предрасполо
женностью, которая не приводила бы ни к каким негативным по
следствиям, если бы не воздействие микросреды.
Приводимые ниже данные основаны на изучении группы лиц, об
виняемых в терроризме, захвате заложников и похищении людей. Для
их обследования специально была составлена анкета, в которую вно
сились данные биографического, криминологического, психологи
ческого и психиатрического характера. П р и этом ш и р о к о использо
вались клинические беседы и психологическое тестирование. Если
суммировать результаты исследований, наиболее характерными для
террористов особенностями являются следующие.
Общая черта многих террористов — тенденция к экстернализа-
ции, поиску вовне источников личных проблем, а поэтому такие ис
точники становятся объектами агрессии. Хотя эта черта не является
явно паранойяльной, имеет место сверхсосредоточенность на ней.
Причем необходимо отметить, что экстернализация присуща прак
тически всем категориям террористов: политическим, сепаратистс
ким, этнорелигиозным и др. Такая особенность является психологи
ческой и идеологической основой для сплачивания террористов и
несомненно принадлежит к числу ведущих. Она активно питает не
нависть к представителям иных национальных, религиозных или со
ц и а л ь н ы х групп, п р и п и с ы в а н и е им самых отвратительных черт,
объяснение собственных недостатков, неудач и промахов только ко
варством и злобой врагов. Отсюда особая жестокость при совертпе-
н и и террористических актов, отсутствие сопереживания их жертвам.
К а к показали проведенные нами обследования конкретных лиц, об-
Глава IV. Причины отдельных видов преступного поведения...
виняемых в терроризме
1
, им непереносимо признать себя источни
ком собственных неудач.
Другие характерные психологические черты личности террорис
тов _ постоянная оборонительная готовность, чрезмерная поглощен
ность собой и незначительное внимание к чувствам других, иногда
даже их игнорирование. Эти черты связаны с паранойяльностью тер
рористов," которые склонны видеть постоянную угрозу со стороны
«друтиха^и-^т-вечать на нее агрессией. Так, для 88% обследованных
нами лиц, обвиняемых в совершении преступлений террористичес
кой направленности, типична агрессия как реакция на возможную
опасность со стороны среды. $
0
^ р а н о й я л ь н о с т ь у террористов сочетается с глггидностью, заст-
реваемостью эмоций и переживаний, которые сохраняются на дли
тельный срок даже после того, как исчезла вызвавшая их причина.
Ригидные явления и процессы ведут как бы автономные от личности
переживания.
Многие террористы испытывают болезненные переживания, свя
занные с нарциссическими^влечениями, неудовлетворение которых
ведеТкТтедостаточному
_чУВСТву
^ самоуважения и н е а д е к в а т н о й л н -
Т5фац^ии'личности,.Зообще нарщис^сизм имманентно присущ терро
ристам, причем не только лидерам террористических организаций,
но ц рядовым исполнителям. Эту черту можно наблюдать как у по
литических, так и этнорелигиозных террористов, особенно в их выс
казываниях, в которых звучит явное торжество по поводу их принад
лежности к данной группе. О н и убеждены в своем совершенстве, в
своих выдающихся личных особенностях и превосходстве над дру
гими только или главным образом по той причине, что они принад
лежат к данной этнорелигиозной (политической, социальной) груп
пе, которая является единственно «правильной». Чтобы доказать это
себе и другим, такой террорист совершает дерзкие нападения и пре
небрегает общечеловеческими ценностями.
Собственно говоря, это нарциссизм, причем в самом опасном об
личье — групповом, проистекающем из принадлежности к большой
социальной группе.
Нарциссические личноста в о с г г о и н и м а ^
^ е л о 1 ю Т Х в с е 1 т р и ч ^ и о ш и б о к видят только в окру-
жающем их мире: им1Тонятно, что названные причины никак не м о -
1
Эмпирическое изучение личности террориста осуществлено совместно с
Б.В. Шостаковичем, Э.А. Биджиевой и В.И. Поливановым.
285
284
Д
Почему люди совершают преступления
гут быть порождением их личности и тем более собственной группы.
Вот почему они отщепляют от своей личности низкооцениваемые и
п р и ч и н я ю щ и е психотравму части и проецируют их на другие нацио
нальные и религиозные группы, на культуру, которую о н и считают
враждебной, и уже в таком качестве воспринимают ее. Другая куль
тура и ее носители поэтому вполне могут стать объектом нападения.
Для многих людей, профессионально занимающихся террором, ха
рактерна замкнутость на своей террористической группе, ее ценнос
тях, целях, активности. Такая сосредоточенность вроде бы свидетель
ствует о цельности и целостности личности, но на самом деле ведет ее
к культурологической изоляции, накладывает жесткие ограничения
на индивидуальность человека и свободу его выбора. Он начинает еще
более резко делить весь мир на свой и чужой, постоянно преувеличи
вая опасности, грозящие со стороны других культур.
Л и ц а , склонные к терроризму, принадлежат к л ю д я м т о г о с к л а -
да, д л я к о т о р о г о х а р а к т е р е
, н 1 т р и м а т
- . . э м о ц и й ^ н а д - р а з у м о м , не
п о с р е д с т в е н н ы х а к т и в н ы х р е а к ц и й н а д е й с т в и т е л ь н о с т ь над е е
осмыслением; предвзятость о ц е н о к , н и з к и й порог терпимости и о т -
сутствие должного самоконтроля, они достаточно легко и естествен
но сживаются с идеей насилия. Не случайно среди обследованных
нами преступников террористической направленности 44% отли
чаются я в н о й э м о ц и о н а л ь н о й неустойчивостью, а для 80% харак
терны э м о ц и о н а л ь н о н а с ы щ е н н ы е ассоциативные образы. 51 % об
с л е д о в а н н ы х с к л о н н ы с к о р е е д е й с т в о в а т ь , ч е м о с м ы с л и в а т ь
происходящее и строить о б о с н о в а н н ы й прогноз. Разумеется, ука
з а н н ы е особенности л и ч н о с т и террористов не исключают проду
м а н н о с т и и рациональности их агрессивных действий, что еще раз
свидетельствует о п о л и м о т и в а ц и и последних. Так, среди обследо
ванных н а м и л и ц , причастных к терроризму, 68% двигали корыст
ные стимулы, а 24% — достижение таких конкретных целей, к а к
освобождение арестованных и осужденных соучастников и и н ы х
л и ц , связанных с террористами.
Среди террористов много тех, кто движим бессознательными иг
ровыми мотивами. Для них участие в террористических актах — игра:
с обстоятельствами, врагом, правоохранительными органами, судь
бой, даже со смертью. Особенно это характерно для молодых людей,
в том числе подростков. Не исключено, что это может быть черта
национального характера, связанного с трудной и противоречивой
исторической судьбой народа.
286
Глава IV. Причины отдельных видов преступного поведения...
Исследуя конкретных террористов, можно было убедиться, что боль
шинству из них присущи предельная нетерпимость к тем, кто думает
иначе, и фанатизм, порожденный максималистскими идеями «спасе
ния» свой этнорелигиозной группы, ее торжества и полного посрамле
ния и уничтожения ненавидимых врагов. Им свойственна твердая уве
ренность в обладании абсолютной, единственной и окончательной ис
тиной или в то, что те, кому они подчиняются, конечно же, обладают
ею. Отсюда вера в свое мессианское предназначение, в высшую и уни
кальную миссию во имя «спасения» и счастья своей нации или сторон
ников своей веры. Убежденность вевоей миссии может быть «темной»,
чисто эмоциональной, а может основываться на «рациональных» идео
логических постулатах, святости традиции, мудрости лидеров. Подоб
ная убежденность отличает истинных террористов от «попутчиков»,
которые согласились совершать террористические акты из корыстных
соображений, и от темных, неосведомленных, попавших под чье-то влия
ние людей.
Полагаем, что предельная н е т е р п и м о с т ь о б ы ч н о порождается
CTpjrxoitfj№iTb
ш и ч т о ж е н н ь ш , что, кстати, свойственно многим ма-
л ы м народам, особенно тем, кто вынужден постоянно отстаивать
свою независимость.
В целом этнорелигиозные террористы принадлежат к закрытому
типу личности, что исключает всяческую критическую мысль и сво
боду выбора, поскольку они видят м и р только в свете предустанов
л е н н о й «единственной истины». Логическим следствием «закрыто
сти» и фанатизма является подчас поразительная парадоксальность,
узость, односторонность, стереотипность, ведущие к максималистс
кой абсолютизации частного, произвольно вырванного из общей
системы связи и совершенно не учитывающего другие п о з и ц и и и
представления. Очень часто вследствие этого мир теряет реальные
очертания, само же сознание и его образы становятся мифологизи
рованными. Формирующиеся в нем символы приобретают бытий
ное значение, а поэтому посягательства на них, действительные или
м н и м ы е , воспринимаютея-крайне болезненно.
Психолого-психиатрические особенности личности террориста во
многом определяются тем, что он непосредственно соприкасается со
смертью, которая, с одной стороны, влияет на его психику, поступки и
события, в которые он включен, а с другой — его личностная специ
фика такова, что он стремится к ней. Террорист начинает соответство
вать ей, разрушает последние преграды, отделяющие от нее, как бы
287