Файл: lyubavina_m_a_kvalifikatsiya_prestupleniy_predusmotrennykh_s.pdf

120 

рактеристике действия, образующего превышение должностных 

полномочий, и разграничении превышения должностных полно-
мочий и злоупотребления должностными полномочиями.  

Действие

 — 

это активное поведение должностного лица. По 

содержанию  это  властное  волеизъявление,  которое  может  быть 
устным или письменным (принятие единолично или коллегиаль-
но  нормативного  или  иного  правового  акта,  издание  приказа, 

распоряжения,  заключение  договора,  визирование  документа, 
устное  или  письменное  требование,  предписание  и  т.  д.)  При 
превышении  должностных  полномочий  действие  должностного 

лица может также выражаться в применении насилия, специаль-
ных средств, оскорблении потерпевшего.  

Превысить должностные полномочия может только долж-

ностное  лицо,  обладающее  определенной  совокупностью  управ-
ленческих  полномочий,  предоставленных  ему  в  официальном 
порядке,  обеспечивающей  ему  выполнение  управленческих  функ-

ций  и  делающей  его  правомочным  субъектом  управленческих 
отношений,  что  должно  найти  отражение  в  процессуальных 
документах. Поскольку должностное лицо наделяется полномо-

чиями  для  решения  определенных  управленческих  задач,  то  и 
превысить  полномочия  можно  только  в  процессе  служебной 
деятельности  и  в  связи  со  служебной  деятельностью.  Игнори-

рование  этого  условия  ведет  к  ошибке  при  квалификации  пре-
ступления.  Поэтому  когда  мы  говорим  о  превышении  долж-
ностных  полномочий,  мы  говорим  о  служебном  поведении 

должностного  лица,  а  не  о  совершении  им  общеуголовных  пре-
ступлений  вне  служебной  деятельности.  Не  случайно  в  п.  19 
постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации 

«О  злоупотреблении  должностными  полномочиями  и  о  превы-
шении  должностных  полномочий»  при  перечислении  вариантов 
превышения должностных полномочий обращается внимание на 

то, что преступление совершается «при исполнении служебных 
обязанностей». 

Судебная коллегия Верховного Суда Российской Федерации нашла ошибоч-

ным осуждение М. по пп. «а», «б» и «в» ч. 3 ст. 286 УК РФ и указала следующее. 

Квалифицируя действия осужденного по указанной статье, суд исходил из 

того, что М. совершил убийство Г. А. при превышении должностных полномо-

чий. Между тем из приговора усматривается, что М. распивал спиртные напит-
ки с членами банды, а затем пригласил их в поселок <…>, чтобы «разобраться» 

121 

с татарином, который ему надоел. Суд пришел к выводу, что уже при выезде в 

поселок  <…>  М.  не  имел  намерения  выполнять  свои  должностные  обязанно-

сти,  а  собирался  разобраться  с  Г.  А.  Судом  установлено,  что  М.  сразу  начал 
грубо разговаривать с Г. А., поэтому между ними и началась ссора. При таких 

данных приговор в части осуждения М. по пп. «а», «б» и «в» ч. 3 ст. 286 УК РФ 

подлежит отмене, а производство по делу — прекращению.

91

Если должностное лицо воспользовалось для совершения об-

щеуголовного  преступления  фактическими  возможностями,  ко-
торые  оно  имеет  в  силу  занимаемой  должности  (информация, 
служебное  удостоверение,  форма,  оружие,  кабинет  и  т.  д.),  то 

состав  превышения  должностных  полномочий  отсутствует. 
Например, если сотрудник милиции, задумав совершить мошен-
ничество, вызывает гражданина повесткой в свой кабинет, сооб-

щает гражданину, что в отношении его якобы поступило заявле-
ние  о  совершении  преступления,  и  предлагает  ему  заплатить 
деньги, чтобы заявление было уничтожено, то он совершает по-

кушение на мошенничество с использованием служебного поло-
жения. И напротив, если при допросе следователь угрожает под-
следственному  применением  насилия  или  применяет  насилие  к 

подследственному в целях получения признательных показаний, 
он превышает свои полномочия, совершая в процессе служебной 
деятельности то действие, на совершение которого не имеет пра-

ва ни одно должностное лицо. 

Разграничение  злоупотребления  должностными  полномо-

чиями и превышения должностных полномочий. 

Злоупотреб-

ление  должностными  полномочиями  и  превышение  должност-
ных  полномочий  —  виды  управленческих  преступлений,  при 
совершении  которых  преступные  действия  должностного  лица 

непосредственно связаны с его должностным положением и вы-
полнением функций  представителя  власти  либо  административ-
но-хозяйственных или организационно-распорядительных функ-

ций.  

Оба  преступления  посягают  на  государственную  власть,  ин-

тересы государственной службы или службы в органах местного 

самоуправления,  интересы  службы  в  государственных  или  му-
ниципальных  учреждениях  либо  в  государственных  корпораци-

91

  Определение  Верховного  Суда  Рос.  Федерации  от  29  марта  2002  г. 

№ 46-о01-105.  

122 

ях.  И злоупотребление  должностными  полномочиями  и  их  пре-

вышение  влекут  уголовную  ответственность  лишь  в  случае  су-
щественного нарушения прав и законных интересов граждан или 
организаций либо охраняемых законом интересов общества или 

государства. Оба преступления совершаются умышленно, специ-
альным субъектом — должностным лицом. 

Превышение должностных полномочий — преступление, ко-

торое может быть совершено только путем действий, что следует 
из  диспозиции  ст.  286  УК  РФ.  Следовательно,  вопрос  о  разгра-
ничении  злоупотребления  должностными  полномочиями  и  пре-

вышения должностных полномочий встает в случае совершения 
должностным лицом активных действий. 

Позиции  ученых  по  вопросу  разграничения  должностного 

злоупотребления  и  превышения  должностных  полномочий  схо-
дятся, пожалуй, только в одном: разграничить эти преступления 
очень сложно, и законодателю целесообразно отказаться от двух 

самостоятельных  составов  уголовно  наказуемого  злоупотребле-
ния властью должностными лицами.

 92

Полагаем  целесообразным  подробнее  остановиться  на  суще-

ствующих в теории уголовного права предложениях о критериях 
разграничения злоупотребления должностными полномочиями и 
превышения должностных полномочий. 

Б.  В.  Волженкин  считает  норму  об  ответственности  за  пре-

вышение должностных полномочий специальной по отношению 
к  норме  о  злоупотреблении  должностными  полномочиями,  пре-

вышение  должностных  полномочий  —  видом  злоупотребления 
полномочиями, заключающегося в их превышении.

 93

С этим можно было бы согласиться, если бы в действующем 

Уголовном  кодексе  сохранилась  редакция  статей  Уголовного 

кодекса РСФСР 1960 г., когда был установлена ответственность 

за 

злоупотребление  властью  или

служебным  положением 

(ст. 

170 УК РСФСР) и за 

превышение власти или служебных полно-

мочий

 (ст. 171 УК РСФСР), поскольку служебное положение  — 

92

  См.,  например:  Борков  Н.  В.  Уголовно-правовое  значение  использования 

должностных  полномочий  и  их  превышения  //  Уголовное  право.  2005.  №  2. 
С. 11—13; Волженкин Б. В. Служебные преступления. С. 154; Яни П. Разграни-

чение должностного злоупотребления и превышения должностных полномочий 

// Законность. 2007. № 12. С. 11—14. 

93

 Волженкин Б. В. Служебные преступления. С. 154. 

123 

понятие  более  широкое, чем  должностные  полномочия.  В  соот-

ветствии  с  содержанием  статей  в  редакции  УК  РФ  1996  г.  зло-

употребление  должностными  полномочиями  и  превышение 

должностных  полномочий  можно  рассматривать  только  как 

смежные составы преступлений, ни один из которых не является 

специальным  по  отношению  к  другому.  При  совпадении  других 

признаков  субъективная  сторона  превышения  должностных  пол-

номочий шире по мотиву преступления, чем субъективная сторо-

на злоупотребления должностными полномочиями, а содержание 

действия  при  злоупотреблении  должностными  полномочиями  не 

совпадает с содержанием действия при превышении должностных 

полномочий.  

П.  С.  Яни  приходит  к  выводу,  что  всякое  злоупотребление 

должностными полномочиями в форме действия следует рассмат-

ривать в качестве специального случая превышения должностных 

полномочий,  поскольку  одна  из  форм  превышения  (совершение 

действий,  которые  могли  быть  совершены  самим  должностным 

лицом  только  при  наличии  особых  обстоятельств,  указанных  в 

законе или подзаконном акте) специализирована путем выделения 

такого признака субъективной стороны преступления, как мотив в 

виде корыстной или иной личной заинтересованности.

94

Мотив  преступления  не  может  служить  критерием  разграни-

чения  злоупотребления  должностными  полномочиями  и  превы-

шения  должностных  полномочий.  Злоупотребление  должност-

ными  полномочиями  признается  уголовно  наказуемым  деянием 

только  в  случае  совершения  должностным  лицом  действий  из 

корыстных  или  иных  личных  побуждений.  Уголовная  ответ-

ственность  за  превышение  должностных  полномочий  не  обу-

словлена  мотивом,  которым  руководствовалось  должностное 

лицо.  Мотив  может  быть  любым,  в  том  числе  корыстным  или 

иным  личным.  Например,  следователь  применяет насилие к  по-

дозреваемому,  чтобы  добиться  признания  в  совершении  пре-

ступления, заведомо зная, что преступление совершено его (сле-

дователя) близким родственником. Мотив в этом случае личный, 

но  насилие  применяется  в  процессе  служебной  деятельности. 

При превышении должностных полномочий мотив может повы-

шать  степень  общественной  опасности  деяния,  но  не  влияет  на 

квалификацию преступления.  

94

 Яни П. Разграничение должностного злоупотребления... С. 12. 

124 

В. И. Емельянов полагает, что объективную сторону злоупо-

требления  полномочиями  образуют  действия  не  запрещенные 

(запрещенными  они  становятся  только  при  наличии  противо-

правной цели), а объективную сторону превышения полномочий 

— действия запрещенные.

95

И  злоупотребление  должностными  полномочиями,  и  превы-

шение  должностных  полномочий  —  действия  незаконные,  по-

этому  вряд  ли  можно  согласиться  с  критерием  разграничения 

этих преступлений, предложенным В. И. Емельяновым. Вопрос в 

другом:  нарушение  каких  правовых  предписаний,  требований, 

предъявляемых  к  управленческой  деятельности,  дает  основания 

признать  действия  незаконными?  Если  основываться  только  на 

самом факте незаконности действий должностного лица без уче-

та  того,  в  чем  именно  заключается  их  незаконность,  то  следует 

сделать  однозначный  вывод  —  совершение  преступления, 

предусмотренного  ст.  285  УК  РФ,  возможно  только  путем  без-

действия, так как любое действие, совершаемое вопреки интере-

сам службы, является незаконным. 

Н. А. Егорова утверждала, что «ситуация, в которой лицо не-

законно,  вопреки  интересам  службы,  использует  законные  пол-

номочия,  не  выходя  при  этом  за  их  пределы,  не  может  иметь 

места. Вопрос лишь в том, явным или не явным будет этот “вы-

ход”».

96

При  этом  автор  поясняла,  что  «явный  выход  за  пределы 

должностных полномочий — это очевидный, порой дерзкий по-

ступок. Явный — значит, во-первых, не скрываемый, открытый, 

во-вторых, совершенно очевидный, то есть бесспорный».

97

На наш взгляд, явность выхода за пределы полномочий отно-

сится к характеристике вины и свидетельствует о том, что долж-

ностное  лицо  со  всей  очевидность  осознавало,  что  не  обладает 

полномочиями на совершение тех действий, которые совершает. 

При  злоупотреблении  должностными  полномочиями  виновный 

также с очевидностью должен сознавать, что использует предо-

ставленные ему полномочия, нарушая правовые предписания по 

их использованию. В дальнейшем Н. А. Егорова изменила свою 

95

 Емельянов В. И. Разумность, добросовестность, незлоупотребление граж-

данскими правами. М., 2002. С. 50. 

96

 Егорова Н. А. Преступления против интересов службы. Волгоград, 1999. 

С. 65. 

97

 Там же. С. 68.