защитному движению за свою недолгую историю удалось проде­лать огромный путь от малочисленных подпольных групп мос­ковской гуманитарной интеллигенции до относительно влиятель­ной общенациональной общественной силы, использующей для достижения своих целей различные профессиональные методы, в том числе, и во все большей степени, методы правовые.

Мы не ставим себе задачу систематического изложения исто­рии правозащитной деятельности в России. Таких исследований сделано уже немало¹. Поэтому мы лишь попытались системати­зировать имеющиеся материалы и коротко ответить на несколько вопросов:

• Как и почему зародилось и развивалось правозащитное дви­
  жение в СССР?

• В чем заключались его основные идеи и цели?

• Какие методы оно использовало для достижения этих целей?

• Какие изменения претерпело движение в новых историчес­
  ких условиях конца 80-х - начала 90-х годов и каковы причи­
  ны этих изменений?

• Каково современное состояние правозащитного движения в
  России?

• Какие методы оно использует в настоящее время?

• В каких областях общественной жизни наиболее распрост­
  ранены нарушения прав человека в современной России и
  каким образом правозащитники работают в этих областях?

• Как правозащитные организации сотрудничают с юридичес­
  кими клиниками и в чем смысл такого сотрудничества?

13.1. ЗАРОЖДЕНИЕ

Датой рождения правозащитного движения в СССР принято счи­тать 5 декабря 1965 г., когда несколько десятков человек собрались в Москве на Пушкинской площади, чтобы публично выразить свой протест против ареста двух писателей - Андрея Синявского и

¹ См. Алексеева Л.М. История инакомыслия в СССР. Новейший Период. Вильнюс -Москва. 1983. Это издание, широко использовавшееся автором мри подготовке данной главы, в печатном виде малодоступно, однако с ним можно ознакомиться на сайте общества "Мемориал" по адресу: http://vvvvvv.memo.ru/ history/diss/books/Al.EXEEWA/index.htm.

²См.: Пятое декабря 1965 года в воспоминаниях участников событий, мате­риалах самиздата, документах партийных и комсомольских организаций и в

368

Юлия Даниэля. Казалось бы, событие это не слишком значитель­ное, если сравнить его со столь многочисленными в XX в. рево­люциями и войнами, которые трагически сказались на судьбах сотен миллионов людей. Кроме того, люди и раньше протестова­ли против тех или иных действий советской власти. Однако именно этот "митинг гласности" заложил основу новой идеологии, кото­рая и стала вскоре называться правозащитной.

До 1965 г. протест обычно выражался в двух основных фор­мах. Во-первых, это были письма людей, занимающих высокие посты в той или иной сфере советской иерархии (скажем, в науке или литературе), в различные инстанции в защиту конкретного лица, подвергнутого репрессиям. Причем аргументация в боль­шинстве случаев сводилась к указанию властям на происшедшую в данном конкретном случае ошибку. Практика подавления оппо­зиции при этом ни в коем случае не подвергалась сомнению. "За­ступник" лишь подтверждал своим авторитетом, что арестован­ный человек на самом деле "наш", советский, и что он принес и еще принесет немалую пользу делу построения коммунизма. Та­кое "правозаступничество'\ практиковавшееся по большей части в ленинские и сталинские времена (да и впоследствии тоже), слож­но назвать протестом. Единственной преследуемой им целью была попытка спасения человека из жерновов тоталитарной системы. Надо признать, что такие попытки иногда были успешными, хотя зачастую позволяли лишь выиграть какое-то время, а иногда сто­или свободы и жизни самому заступнику.

---

Во-вторых, формой выражения протеста была подпольная ан­тисоветская деятельность различных общественных групп, в том числе религиозных общин и "'неомарксистских" молодежных кружков, которые считали существующий строй извращением ис­тинных идей марксизма-ленинизма. Такая деятельность прини­мала разные формы ~ от призывов к насильственному свержению существующего строя до распространения философских или пуб­лицистических произведений, которые не могли быть опублико­ваны в открытой печати. В любом случае эффективность такой деятельности была минимальной, так как она подпадала под дей­ствие уголовного законодательства и жестоко пресекалась, как только выходила за рамки узкого круга друзей и знакомых, а не­записках Комитета государственной безопасности в ЦК КПСС. /Под ред. А.Да­ниэля и А.Рогинского. М.. 1995. Издание можно найти на веб-сайте общества ■•Мемориал": hltp://\vvvvv.memo.ru/history/diss/books/5dec/inclex.htm. См. также: Цена метафоры. Преступление и наказание Синявского и Данюля. М.. 1990.

369

---

редко и до этою - благодаря хорошо развитой системе тайного доносительства. Кроме того, во многом именно по этой причине подпольная антисоветская деятельность не находила широкого от­клика в массах, которые, разумеется, не могли поддерживать тер­рористов и "вредителей".

Какие-либо другие формы выражения протеста в сталинские годы просто были невозможны, что легко объяснимо. Быстро и жестоко расправившись в 20-е и 30-е годы сначала с военной, а затем и с иной реальной оппозицией, тоталитарный режим сумел весьма эффективно изолировать советское общество от внешнего мира. Для этого применялись различные средства - от тотальной цензуры до фактического запрета на выезд за границу.

Воспитанные на трудах классиков марксизма-ленинизма и офи­циальной пропаганде, отрезанные от любых иных источников информации, советские граждане, даже если они враждебно от­носились к существующему строю, не могли представить себе иной образ действий, чем методы ведения борьбы, почерпнутые из опыта народовольцев, нечаевцев, большевиков и т.п.

Кроме того, тоталитарное государство в корне истребило лю­бые возможности ведения легального диалога с властью. В со­ветском обществе полностью отсутствовали гражданские инсти­туты, а свободной прессы не существовало еще с 20-х годов; депутаты Верховного Совета, хотя формально и избирались граж­данами (обычно большинством в 99,99%), на деле назначались партией и правительством; профсоюзы, да и все иные существо­вавшие объединения и ассоциации были частью партийно-госу­дарственного аппарата. Провозглашенная Конституцией 1936 г. свобода собраний и митингов на деле принадлежала лишь партий­но-государственным органам и осуществлялась ими в форме парт­собраний и митингов в "поддержку" осуждения очередных вра­гов народа или акул империализма. Гарантируемая той же Конституцией свобода уличных шествий и демонстраций выра­жалась лишь в форме организованных демонстраций трудящихся в ходе празднования дней 1 мая и 7 ноября. Таким образом, выбор был невелик - официальную идеологию можно было либо цели­ком и полностью принять (и быть относительно полноправным членом общества, хотя в сталинские годы никаких гарантий на этот счет не было), либо целиком и полностью от нее отказаться (и в лучшем случае стать изгоем, а в худшем - потерять свободу и даже жизнь).

370

Что же изменилось в 60-е годы? Государство вроде бы призна­ло необоснованные репрессии 30-х годов незаконными; многие жертвы были реабилитированы за отсутствием состава преступ­ления. Это, несомненно, было значительным достижением. Од­нако реабилитация коснулась по большей части тех граждан, ко­торые и в самом деле ничем не запятнали себя перед советской властью: ни словом, ни делом не помышляли о противостоянии ей. Что же касается оппозиции, причем даже необязательно по­литической, го здесь политика режима осталась прежней (с той только разницей, что массовые репрессии и расстрелы сменились лишением свободы и незаконными помещениями в психиатри­ческие лечебницы "специального типа"). Оставалась в силе ст. 70 УК РСФСР ("антисоветская агитация и пропаганда"), к которой в 1966 г. в качестве реакции на первые выступления правозащит­ников добавились две новые - 190¹ и 190³. Критиковать власть (и то не слишком сильно, чтобы не подрывать ее основ) было позво­лено только самой власти, гражданам же оставалось лишь повто­рять дозволенное.

---

Тем не менее ценой огромных усилий множества людей были немного ослаблены жесткие тиски цензуры - стали публиковать­ся ранее запрещенные произведения советских и зарубежных пи­сателей, бурно развивалась новая литература и искусство. В Ле­нинграде существовал поэтический кружок, сформировавшийся вокруг Анны Ахматовой, куда входили Иосиф Бродский, Анато­лий Найман, Евгений Рейн и другие. В Москве несанкциониро­ванные поэтические чтения на площади Маяковского проходили еще с 1958 г., а подлинным возмутителем спокойствия стало не­формальное молодежное литературное общество СМОГ (эту аб­бревиатуру расшифровывали по-разному, например "Союз моло­дых гениев"), образованное в 1964 г. "Смогисты" не ставили перед собой никаких политических целей, они лишь довольно радикаль­ными для того времени методами протестовали против эстетики советского официального искусства. Скажем, в апреле 1965 г. они устроили у Центрального дома литераторов шествие под лозун­гами "Лишим соцреализм невинности!" и "Спорем пуговицы цен­зуры со сталинского френча советской литературы!". Либераль­ной интеллигенцией "смогисты" воспринимались по большей части как этакие хулиганы от культуры, как сказали бы сегодня, маргиналы и люди несерьезные. Однако после декабрьских со­бытий, в которых "смогисты" сыграли немалую роль, отношение к ним изменилось, о чем будет сказано ниже.

371

---

Значительным каналом распространения информации стал так называемый самиздат, т.е. подпольные публикации литературных, философских, публицистических и других произведений. Чуть приоткрылся и "железный занавес'" - в СССР стали приезжать западные деятели искусств, а советские делегации получили воз­можность выезжать за границу (хотя и те и другие были предме­том тщательного отбора). Но важнее всего, наверное, то, что мно­гие перестали испытывать тотальный страх перед системой, которая попыталась придать себе более цивилизованную форму.

Это возвращает нас к событиям 5 декабря 1965 г., точнее, к их предыстории. В сентябре 1964 г. был снят с руководящих партий­ных и государственных постов Н.С.Хрущев по официальной фор­мулировке за "волюнтаризм". С этим событием либеральная ин­теллигенция связывала неизбежное наступление перемен, хотя было неясно - к лучшему или к худшему. И когда в сентябре 1965 г. стало известно об аресте А.Д.Синявского и Ю.М.Даниэля - писа­телей и литературоведов - это было однозначно воспринято как удар по "оттепели" и возврат властей к сталинскому стилю ру­ководства страной. Одной из причин, по которым это дело получило широкую огласку, был необычный характер обвинения - писате­лям вменялось в вину то, что они публиковали свои произведения за границей под литературными псевдонимами (Абрам Терц и Николай Аржак соответственно).

Показательные процессы и кампании против литераторов про­водились властями и раньше - достаточно вспомнить газетную травлю нобелевского лауреата Бориса Пастернака и осуждение будущего нобелевского лауреата Иосифа Бродского за "тунеяд­ство" (по ст. 209 УК РСФСР, предусматривавшей уголовную от­ветственность за бродяжничество, попрошайничество "либо ведение иного паразитического образа жизни"). Но все же Пас­тернака никто не судил, а Бродскому не решились вменить поли­тическую статью.

Официально об аресте Ю.М. Даниэля и А.Д. Синявского объяв­лено не было, но новость распространилась с молниеносной бы­стротой по тем же хорошо налаженным каналам, по которым рас­пространялся самиздат. Их произведения в то время мало кто читал, однако многих возмутил сам факт, что в эпоху "оттепели" людей арестовывают только за то, что они воспользовались сво­им правом писать что угодно и публиковать написанное где угод­но, под какими угодно псевдонимами.

.572

Идея организовать "митинг гласности" в защиту Синявского и Даниэля родилась у математика и философа А.С. Есенина-Воль-пина, человека, выделявшегося весьма необычными для своего времени взглядами и столь же необычной биографией. Автор не­скольких фундаментальных работ в области математической ло­гики, Вольпин почти десять лет провел в психиатрических боль­ницах "специального типа" и ссылке за написание и хранение "антисоветских" стихов. В 1959 г. на Западе вышел сборник его поэтических и философских произведений. Вольпин также про­славился тем, что подал гражданский иск против автора клевет­нического фельетона в "Огоньке". По тем временам это был крайне необычный шаг (всем было понятно, что за публикацией стоял ЦК КПСС). Процесс, разумеется, был проигран, но прецедент использования правовых методов для сопротивления произволу получил широкую огласку.

---

Смотрите также файлы

• Ugolovno-protsessualnoe_pravo_RF_Lupinskaya_P_A (1).pdf

• Ugolovno-protsessualnoe_pravo_RF_Lupinskaya_P_A.pdf

• Ugolovny_protsess_P_A_Lupinskaya.doc

• Ugolovny_protsess_Smirnov_A_V_Kalinovskiy_K_B.pdf

• РП Уголовное преследование в досудебном производстве.pdf