Негативная позиция антиинтеллектуализма по от-
ношению к античной культуре отчасти объяснялась и тем,
что в христианских общинах на первом этапе абсолютное
большинство составляли неграмотные, малообразованные
люди. Положение о том, что возвещенная в христианстве
истина — полная и окончательная, достаточная для реше-
ния всех проблем человеческого существования в извест-
ной мере удовлетворяла его приверженцев и обеспечива-
ла функционирование христианства в обществе. Однако
идеологи христианства постоянно стремились к расшире-
нию социальной базы новой религии. Они хотели склонить

Средневековая христианская философия 87

---

на свою сторону образованные слои римского общества:
патрициев, интеллигенцию. Решение этой задачи требо-
вало изменения политики по отношению к античной куль-
туре, перехода от конфронтации к ассимиляции.

Представители интеллектуализма считали, что по-
нятийно рациональные средства воздействия не следует
отбрасывать в сторону, а тем более оставлять в руках вра-
гов. Их необходимо поставить на службу христианству.
Как отмечает В. В. Соколов, уже у Юстина наметилась при-
мирительная линия по отношению к эллинистической фи-
лософии (см.: Соколов В. В. Средневековая философия. —
М., 1979. -С. 40).

Ориентация на приобщение к античной культуре
свое высшее выражение находит в равзработанной Авгус-
тином теории о гармонии веры и разума. Августин высту-
пает с требованием признания двух путей приобщения лю-
дей к религии: понятийно-рационального (логического
мышления, достижения наук и философии) и нерацио-
нального (авторитета «Священного писания» церкви, эмо-
ций и чувств). Но эти пути, с его точки зрения, неравноцен-
ны. Августин отдает бесспорный приоритет нерациональ-
ным средствам. «Не учением человеческим, а внутренним
светом, а также силой высочайшей любви мог Христос об-
ратить людей к спасительной вере». Согласно воззрениям
Августина, религиозная вера не предполагает рациональ-
ного обоснования в том смысле, что для принятия тех или
иных положений религии необходимо обязательно знать,
понимать, располагать доказательствами. В сфере рели-
гиозной жизни следует просто верить, не требуя никаких
доказательств.

Вместе с тем, Августин отчетливо сознает ту важную
роль, которую играют рациональные средства воздейст-
вия. Поэтому он считает необходимым усилить веру дока-
зательствами разума, ратует за внутреннюю связь веры и
знания. Врачевание души, по его словам, распадается на
авторитет и разум. Авторитет требует веры и подготавли-
вает человека к разуму. Разум приводит к пониманию и
знанию. Хотя разум не составляет высшего авторитета,
познанная и уясненная истина служит высшим авторите-
том. Послушный религии разум и подкрепленная разум-
ными доводами вера — таков идеал августиновской аполо-

88

гетики. Однако следует отметить, что представленная Ав-
густином теория о гармонии веры и разума не допускает и
возможности, хотя бы в какой-то степени, поставить веру
в зависимость от разума. Решающее значение в его систе-
ме без всякого сомнения отдается откровению.

Августин создавал свою теорию гармонии веры и ра-
зума в IV—V вв. в ранний период христианской истории.
В XI—XII вв. в борьбе за идейное господство в обществе на-
чинает оказывать все возрастающее влияние зародившее-
ся в недрах феодальной культуры свободомыслие. Появле-
ние средневекового свободомыслия связано с рядом объек-
тивных факторов: выделение из крестьянского хозяйства
ремесла и развитие на этой основе городов, которые посте-
пенно становятся существенным фактором средневековой
жизни. В городах начинает формироваться светская куль-
тура. Одним из важнейших следствий этого фактора явля-
ется то, что церковь перестала быть абсолютным носителем
образования и образованности. В связи с развитием ремес-
ла и торговли среди городского населения возрастает по-
требность в знании права, медицины, техники. Возникают
частные юридические школы, которые находятся под кон-
тролем церкви, городского управления.

---

Средневековое свободомыслие складывается как
движение за десакрализацию определенных сфер жиз-
недеятельности человека, за признание их автономии по
отношению к религии и церкви. Представители средне-
векового свободомыслия Пьер Абеляр (1079—1142 гг.),
Жильбер Порретанский (ок. 1076—1154 гг.), Сигер Бра-
бантский (ок. 1235—1282 гг.), Боэций Даккийский и другие
не отвергали религию. Это было невозможно в западноев-
ропейских условиях того периода и не отвечало их настро-
ениям в качестве верующих христиан. Поэтому они при-
знавали существование сверхъестественного порядка,
подчиняющегося руководству сверхприродного Бога. В
своих работах средневековые свободомыслящие постоян-
но ссылаются на авторитет «Священного писания», «отцов
церкви». Вместе с тем, они отстаивают права и возможнос-
ти человеческого разума, максимальную самостоятель-
ность рационально-философского исследования и, тем са-
мым, объективно подрывают устои ревеляционистского
| догматизма.

Средневековая христианская философия 89

---

Первые шаги средневекового свободомыслия связа-
ны с проникновением в религиозное вероучение диалекти-
ки как науки о законах правильного мышления. Яркий
представитель этого периода — Пьер Абеляр. В период аб-
солютного господства теологического авторитаризма Абе-
ляр предпринял попытку поднять голос в защиту фило-
софского разума. Исходной посылкой концепции Абеляра
служит отождествление Христа с Логосом. «Христос как
Логос (слово, рассуждение), так и мудрость отца — София.
И подобно тому, как от Христа возникло название «хрис-
тиане», так и логика получила название от Логоса. После-
дователи ее тем истинней называются философами, чем
более истинными любителями этой высшей мудрости они
являются. Эта величайшая мудрость наивысшего этапа,
когда она облекается в нашу природу для того, чтобы про-
светлять нас от мирской любви к любви в отношении его
самого, конечно, делает нас в равной степени христианами
и истинными философами... Сам Господь Иисус Христос
побеждал Иудеев в частых спорах и подавил их клевету
как писанием, так и раздумьем, доказательством укрепить
веру в себя не только могуществом чудес, но особенно си-
лой слов. Мы должны привлекать к вере при помощи
разумных доказательств, тех, кто ищет мудрости...» (Абе-
ляр П. Возражение некоему невежде в области диалекти-
ки//Антология мировой философии. В 4-х тт. Т. 1. —
С. 802). Оценка Абеляра роли разума в религиозной жизни
выглядит, может быть, даже скромнее, чем у Климента
или Августина, но в XI веке она звучала крайне революци-
онно, и не в последнюю очередь за эту оценку Абеляр был _чподвергнут жестоким преследованиям.

Свое наивысшее выражение рационалистические
моменты идеологии средневекового свободомыслия нашли
в теории двух истин или «двойственной истины». Эта тео-
рия переносит проблему соотношения веры и разума, ре-
лигии и знания в сферу взаимоотношений теологии и фи-
лософии. Главный смысл теории «двух истин» утвердить
независимость науки и философии от вероисповедных
догм теологии.

В средневековой мысли существовали различные ва-
рианты теории «двух истин». Один из них, представлен-
ный Шартрской школой, сводился к утверждению разли-

90

чий предмета и методов теологии, с одной стороны, науки и
философии, с другой. Теологии отдавалась область
сверхъестественного, науке и философии — область зна-
ния, относящаяся к естественному миру. Истина сверхъе-
стественного откровения в силу авторитета «Священного
писания» и церкви должна быть принята на веру. Филосо-
фия же в своем исследовании опирается на разум и опыт.
Основные усилия представителей Шартрской школы бы-
ли направлены на то, чтобы доказать положение об отсут-
ствии противоречий между теологией и философией в си-
лу различия их предметных областей и методов, хотя не-
сомненный примат отдавался теологии.

---

Более радикальным выглядит вариант теории «двух
истин», представленный латинскими аввероистами Сиге-
ром Брабантским и Боэцием Даккийским. Представители
данного направления свободомыслия действуют в новых
исторических условиях. К этому времени были переведе-
ны на латинский язык произведения Авиценны, Альфара-
би, Мамоннида, Ибн-Геброля, ряд произведений арабо-
язычной науки — медицины, астрономии, математики, оп-
тики. Еще большую роль сыграли переводы античных
философов Платона, Плотина, Прокла. Особое значение
имел перевод «Метафизики» Аристотеля.

В отличие от представителей Шартрской школы, Си-
гер Брабантский и Боэций Даккийский уже борются, по
возможности, за полную автономию научно-философско-
го знания и доходят до признания возможности полной
противоположности теологии и философии по ряду важ-
ных вопросов. В своем учении о нуметрическом единстве
разума Сигер Брабантский выдвинул идею вечности мира
и вечности разума как природного качества человека. Со-
гласно учению Сигера всеобщий и вечный разум обеспечи-
вает адекватное познание мира каждому человеку, по-
скольку он причастен этому разуму. Отдельный человек
может ошибиться, разум же, как таковой, никогда не оши-
бается. В сущности, здесь высказывается уверенность в
объективной ценности человеческого знания, накопленно-
го веками и проверенного опытом людей. Данные науки и
исследования человеческого разума, по Сигеру, находятся
как бы вне сферы веры, основываясь на законах мышле-
ния и природы. Важным средством обоснования автоно-

Средневековая христианская философия 91

---

Смотрите также файлы

• 12-19 в.doc

• 13-20 век.docx

• 6-Культура зап-евр средн.doc

• 8-Карнавал по Бахтину.doc

• 1-Хрон.справка.doc