Файл: Художественное своеобразие повести Толстого Казаки.docx
ВУЗ: Не указан
Категория: Не указан
Дисциплина: Не указана
Добавлен: 06.12.2023
Просмотров: 174
Скачиваний: 1
ВНИМАНИЕ! Если данный файл нарушает Ваши авторские права, то обязательно сообщите нам.
Тема: «Художественное своеобразие повести Толстого «Казаки».
Лукашка — смелый и наблюдательный джигит. Недаром именно он заметил абрека под корягой, плывущей по воде. Автор восхищается им: «Лукашка, стоявший на вышке, был высокий красивый малый лет двадцати... Лицо и все сложение его, несмотря на угловатость молодости, выражали большую физическую и нравственную силу».В том мире, в котором живет Лукашка, традиции имеют очень большое влияние. Это видно даже из небольших фрагментов на протяжении всего повествования. Одним из примеров власти вековых обычаев является эпизод, когда Лукашкина мать приходит свататься. «Хорунжиха... отклоняется от этого разговора... Главное же потому, что приличие того требует».Важность традиций для жизни казака подтверждает и другой эпизод. Лукашка привез чихирю дяде Ерошке и заодно решил посоветоваться с ним. Несмотря на старческую болтовню, дядя Ерошка дает молодцу немало дельных советов. «За ружьем не стой, - сказал старик,- ружья не дашь-награды не будет» или «Только слушай дядю, я тебе худу не научу: вели ему ( Гирей-хану) клятву взять, тогда верно будет; а поедешь с ним, все пистолеты на готове держи». Несмотря на легкость, которая видна в поведении Лукашки во время разговора, он «внимательно слушал старика». Здесь, среди гор, вдали от цивилизации человек моет выжить, только используя весь опыт, накопленный его предками.Оленин порой снисходительно относится к дяде Ерошке. светский молодой человек не принимает во внимание слова старика о том, что «когда палка лежит, ты через нее не шагай, а или обойди, или скинь так-то с дороги да молитву прочти: " Отцу и сыну и святому духу", и иди с богом». Дмитрий Андреевич называет подобные поучения вздором.И вот, наконец, две противоположности все-таки находят точку соприкосновения. У них появляются общие темы для беседы. Тон Лукашки немного помешлив. «Что ж вы сюда приехали, волей или неволей?- спросил Лукашка, все как будто посмеиваясь». Своим поведением казак выражает не только собственное отношение к персоне Оленина, но и мнение многих своих товарищей. Среди них Оленин оказывается «белой вороной». Для того чтобы еще более подчеркнуть несоответствие одного из своих героев окружающему большинству, Толстой вводит в повесть фигуру Белецкого. Дмитрий Андреевич и с его помощью не принимает и не пытается принять законы чужого быта. Поэтому он остается для окружающих загадкой. Чем скрытее его действия или, наоборот, значительнее(подарок), тем еще менее понятным Оленин становится для окружающих.
Однако для него Кавказ - это не только отдаленное место, куда можно сбежать. Он чувствует, что «тут в станице его дом, его семья, все это счастие и что никогда и нигде он не жил и жить не будет так счастливо, как в этой станице».Оленин находит здесь самое главное, чем в избытке владеют жители гор, — свободу. Именно это чувство молодой человек «заберет с собой» из «кавказской» жизни. Не потому ли казаки так прекрасны и «беспечны», что они свободны в своих чувствах, эмоциях, действиях? Для Оленина подобная свобода до сих пор была незнакома. «Люди живут, как живет природа». Именно эту гармонию человека и природы встречает Оленин в новом периоде своей жизни. «Он с каждым днем чувствовал себя здесь более свободным и более человеком».Мне кажется, нельзя сравнивать двух главных героев повести, чтобы решить, кто из них — Оленин или Лукашка — является отрицательным персонажем. Они представляют две различные стихии. Кавказ стал местом, где они столкнулись. И для обоих столкновение стало драматическим. Лукашка ранен, а Оленин вынужден возвращаться назад. «В конфликте Оленина с казачьим миром обе стороны правы, — пишет Л. Опульская. — Обе утверждают себя: и эпически величавый строй народной жизни покорный своей традиции, и разрушающий все традиции. Жадно стремящийся к новому, вечно не успокоенный герой Толстого».Философское стремление Оленина «жить для других» постепенно разрушается. Возможно и потому, что этого он не встречает ответной реакции. И Оленин снова начинает жить для себя. Лукашка же считает, что все время живет только для себя. Он был свободен и останется свободным навсегда.И этих двух людей, таких разных и противоречивых, неожиданно объединяет одно — счастье жить. Подобную мысль Толстой вкладывает в уста Оленина: «Ведь надо жить, надо быть счастливым... Все равно, чтобы я ни был: такой же, зверь, как и все, на котором трава вырастет и больше ничего, или я рамка, в которой вставилась часть единого божества — все-таки надо жить наилучшим образом». И примером этой жизни становится в повести именно Лукашка. Так два столь далеких образа через ощущение свободы и счастья, стремление к которым свойственно каждому, приходят к единому пониманию смысла человеческой жизни.2. Психологическая точность и верность в повести «Казаки».Однажды, в глубокой старости, Толстой записал в дневнике: «Произведение искусства только тогда настоящее, когда воспринимающий не может себе представить ничего иного, как именно то самое, что он видит, или слышит, или понимает» (XX, 369). В «Казаках» все происходит именно так, как пишет Толстой, и в этом и заключается особенный характер психологизма повести. Оленин объяснялся в любви Марьяне: ««Пойдешь за меня?.. А любишь ли ты меня? Скажи ради бога?..» — «Отчего же тебя не любить, ты не кривой!» — отвечала Марьяна, смеясь и сжимая в своих жестких руках его руки.— «Какие у тебя руки бее-лые, бее-лые, мягкие, как каймак»,— сказала она. — «Я не шучу. Ты скажи, пойдешь ли?» — «Отчего же не пойти, коли батюшка отдаст?» — «Помни ж, я с ума сойду, ежели ты меня обманешь. Завтра я скажу твоей
матери и отцу, сватать приду». Марьяна вдруг расхохоталась.— «Что ты?» — «Так, смешно».— «Верно! Я куплю сад, дом, запишусь в казаки...» — «Смотри, тогда других баб не люби! Я на это сердитая...»». Художественный эффект слов Марьяны таков, что, когда они произнесены, мы воспринимаем их одновременно и как неожиданные, и как единственно возможные для нее и в ее положении. Мы вдруг (именно вдруг!) со всей ясностью начинаем понимать, что Марьяна, с присущей ей простотой и естественностью характера и поведения, иначе просто и не могла бы ответить. Как удивительно органично и уместно для нее в том спокойном и, очевидно, веселом расположении духа, в котором она находится, это неожиданно простое и по-своему очень верное: «Отчего же тебя не любить, ты не кривой!» Как естественно и психологически правдиво то внимание, которое она прежде всего обращает на руки Оленина: «бее-лые, бее-лые, мягкие, как каймак». У нее самой они не белые, и у Лукашки тоже, и у других казаков. Она обращает внимание на то, что в ее глазах больше всего отличает Оленина от хорошо знакомых ей людей. Эти и подобные слова Марьяны точно соответствуют ее характеру и хорошо передают в ней свойства ее личности, ее индивидуально-неповторимое. Они словно высвечивают ее перед нами, помогают создать живой, очень пластический образ. И не только живой и пластический — прекрасный.В «Казаках» у Толстого не психологический анализ, . а психологическая точность и верность. По художественным результатам это оказывается однозначным «диалектике души». По отношению к людям цельным, какими являются и Марьяна, и Ерошка, и Лукашка, и большинство других казаков, диалектика души оказывается невозможной. Но, не пользуясь ею, Толстой остается верным своим общим психологическим задачам. В повести о казаках, как и в ранее написанной повести «Утро помещика», Толстой показывает себя тончайшим психологом в изображении не вообще человеческой души, а в изображении народной души.В конце толстовской повести Марьяна узнает о несчастии, которое случилось с казаками, в том числе и с Лукашкой. Когда с Лукашкой беда, когда он оказался в опасности, Марьяна предельно остро осознает свое чувство к нему. Теперь она знает, кто ей по-настоящому дорог, и ведет себя в соответствии со своим знанием и чувством. Всего этого Толстой нам прямо не говорит. Читатель сам узнает об этом из последнего объяснения Оленина с. Марьяной. Оленин приходит к Марьяне. «Она была в хате и стояла спиной к нему. Оленин думал, что она стыдится.
— Марьяна! — сказал он,— а Марьяна! Можно войти к тебе?Вдруг она обернулась. На глазах ее были чуть заметные слезы. На лице была красивая печаль. Она посмотрела молча и величаво. Оленин повторил:— Марьяна! я пришел...— Оставь, сказала она. Лицо ее не изменилось, но слезы полились у ней из глаз.— О чем ты? Что ты?— Что? — повторила она грубым и жестоким голосом.— Казаков перебили, вот что.— Лукашку? — сказал Оленин.Уйди» чего тебе надо.— Марьяна, не говори,— умолял Оленин.— Уйди, постылый!— крикнула девка, топнула ногойи угрожающе подвинулась к нему. И такое отвращение,презрение и злоба выразились на лице ее, что Оленин вдруг понял, что ему нечего надеяться...»До «Казаков» для Толстого был характерен преимущественно развернутый психологизм, психологизм в тексте; В «Казаках», особенно в этой сцене, психологическая правда как бы уходит внутрь, она оказывается запрятанном. Запрятанной и вместе с тем сильно действующей. Диапазон художественных возможностей Толстого необыкновенно широк. Быть правдивым и верным, действительности он умел по-разному. По-разному убедительно и хорошо. Нужно сказать, что в «Казаках» Толстой не вовсе отказывается от метода «диалектики души». Он остается верным ему, когда изображает Оленина — героя, в котором, в отличие от казаков, отсутствует цельность и непосредственность. И в эстетическом; смысле это противопоставление оказывается не в пользу Оленина.Однако уступая казакам в цельности натуры, Оленин некоторыми другими своими чертами оказывается близким Толстому, и это само по себе уже делает его неоднозначным и сложным.- В нем есть внутреннее движение. Он способен вобрать в себя впечатления окружающей жизни и духовно обогатиться ими. Ведь именно его глазами видим мы казачью жизнь и именно его взгляд на вещи помогает нам почувствовать всю прелесть и особую красоту этой жизни. Это позволяет нам лучше увидеть и его собственные достоинства. Противопоставление «естественных людей», казаков, и человека цивилизованного, культурного общества в повести Толстого лишено одномерности. И хотя Оленин в своих делах и мечтаниях и оказывается как бы посрамленным, с ним остается его духовный поиск, его не только возможность, но и потребность постоянного нравственного совершенствования.
-
Два типа героев в повести Л. Н. Толстого «Казаки». -
Психологическая точность и верность в повести «Казаки». -
Фольклорные мотивы и архетипический мотив дурака в образе главного героя повести Л.Н. Толстого «Казаки» . -
Художественное своеобразие повести Толстого «Казаки».
-
Бурсов Б.И. Лев Толстой: Идейные искания и творческий метод. 1847-1862. – М., 1960. -
В мире Толстого. – М., 1978. -
Гинзбург Л.Я. О психологической прозе. – Л., 1977. (Глава «Проблемы психологического романа»). -
Куприянова Е.Н. Молодой Толстой. – Тула, 1956. -
Одиноков В.Г. Поэтика романов Л.Н. Толстого. – Новосибирск, 1978. -
Фортунатов Н.М. Творческая лаборатория Л. Толстого: Наблюдения и раздумья. – М., 1983. -
Эйхенбаум Б.М. Лев Толстой. Кн. 1. 50-е годы. – Л., 1928. – Кн. 2. 60-е годы. – М.-Л., 1931.
-
Два типа героев в повести Л. Н. Толстого «Казаки»
В произведении Л. Н. Толстого представлены две яркие фигуры, которые символизируют прямо противоположные типы, два полюса личности человека. Один их них — образ светский, условный (Оленин). Другой — природный, стихийный (Лукашка). В повести полюса находят общую точку соприкосновения, вернее, место — Кавказ. События складываются таким образом, что только одна фигура — Оленин — помещается в инородную среду. Лукашке подобного случая не предоставляется.
Лукашка — смелый и наблюдательный джигит. Недаром именно он заметил абрека под корягой, плывущей по воде. Автор восхищается им: «Лукашка, стоявший на вышке, был высокий красивый малый лет двадцати... Лицо и все сложение его, несмотря на угловатость молодости, выражали большую физическую и нравственную силу».В том мире, в котором живет Лукашка, традиции имеют очень большое влияние. Это видно даже из небольших фрагментов на протяжении всего повествования. Одним из примеров власти вековых обычаев является эпизод, когда Лукашкина мать приходит свататься. «Хорунжиха... отклоняется от этого разговора... Главное же потому, что приличие того требует».Важность традиций для жизни казака подтверждает и другой эпизод. Лукашка привез чихирю дяде Ерошке и заодно решил посоветоваться с ним. Несмотря на старческую болтовню, дядя Ерошка дает молодцу немало дельных советов. «За ружьем не стой, - сказал старик,- ружья не дашь-награды не будет» или «Только слушай дядю, я тебе худу не научу: вели ему ( Гирей-хану) клятву взять, тогда верно будет; а поедешь с ним, все пистолеты на готове держи». Несмотря на легкость, которая видна в поведении Лукашки во время разговора, он «внимательно слушал старика». Здесь, среди гор, вдали от цивилизации человек моет выжить, только используя весь опыт, накопленный его предками.Оленин порой снисходительно относится к дяде Ерошке. светский молодой человек не принимает во внимание слова старика о том, что «когда палка лежит, ты через нее не шагай, а или обойди, или скинь так-то с дороги да молитву прочти: " Отцу и сыну и святому духу", и иди с богом». Дмитрий Андреевич называет подобные поучения вздором.И вот, наконец, две противоположности все-таки находят точку соприкосновения. У них появляются общие темы для беседы. Тон Лукашки немного помешлив. «Что ж вы сюда приехали, волей или неволей?- спросил Лукашка, все как будто посмеиваясь». Своим поведением казак выражает не только собственное отношение к персоне Оленина, но и мнение многих своих товарищей. Среди них Оленин оказывается «белой вороной». Для того чтобы еще более подчеркнуть несоответствие одного из своих героев окружающему большинству, Толстой вводит в повесть фигуру Белецкого. Дмитрий Андреевич и с его помощью не принимает и не пытается принять законы чужого быта. Поэтому он остается для окружающих загадкой. Чем скрытее его действия или, наоборот, значительнее(подарок), тем еще менее понятным Оленин становится для окружающих.
Однако для него Кавказ - это не только отдаленное место, куда можно сбежать. Он чувствует, что «тут в станице его дом, его семья, все это счастие и что никогда и нигде он не жил и жить не будет так счастливо, как в этой станице».Оленин находит здесь самое главное, чем в избытке владеют жители гор, — свободу. Именно это чувство молодой человек «заберет с собой» из «кавказской» жизни. Не потому ли казаки так прекрасны и «беспечны», что они свободны в своих чувствах, эмоциях, действиях? Для Оленина подобная свобода до сих пор была незнакома. «Люди живут, как живет природа». Именно эту гармонию человека и природы встречает Оленин в новом периоде своей жизни. «Он с каждым днем чувствовал себя здесь более свободным и более человеком».Мне кажется, нельзя сравнивать двух главных героев повести, чтобы решить, кто из них — Оленин или Лукашка — является отрицательным персонажем. Они представляют две различные стихии. Кавказ стал местом, где они столкнулись. И для обоих столкновение стало драматическим. Лукашка ранен, а Оленин вынужден возвращаться назад. «В конфликте Оленина с казачьим миром обе стороны правы, — пишет Л. Опульская. — Обе утверждают себя: и эпически величавый строй народной жизни покорный своей традиции, и разрушающий все традиции. Жадно стремящийся к новому, вечно не успокоенный герой Толстого».Философское стремление Оленина «жить для других» постепенно разрушается. Возможно и потому, что этого он не встречает ответной реакции. И Оленин снова начинает жить для себя. Лукашка же считает, что все время живет только для себя. Он был свободен и останется свободным навсегда.И этих двух людей, таких разных и противоречивых, неожиданно объединяет одно — счастье жить. Подобную мысль Толстой вкладывает в уста Оленина: «Ведь надо жить, надо быть счастливым... Все равно, чтобы я ни был: такой же, зверь, как и все, на котором трава вырастет и больше ничего, или я рамка, в которой вставилась часть единого божества — все-таки надо жить наилучшим образом». И примером этой жизни становится в повести именно Лукашка. Так два столь далеких образа через ощущение свободы и счастья, стремление к которым свойственно каждому, приходят к единому пониманию смысла человеческой жизни.2. Психологическая точность и верность в повести «Казаки».Однажды, в глубокой старости, Толстой записал в дневнике: «Произведение искусства только тогда настоящее, когда воспринимающий не может себе представить ничего иного, как именно то самое, что он видит, или слышит, или понимает» (XX, 369). В «Казаках» все происходит именно так, как пишет Толстой, и в этом и заключается особенный характер психологизма повести. Оленин объяснялся в любви Марьяне: ««Пойдешь за меня?.. А любишь ли ты меня? Скажи ради бога?..» — «Отчего же тебя не любить, ты не кривой!» — отвечала Марьяна, смеясь и сжимая в своих жестких руках его руки.— «Какие у тебя руки бее-лые, бее-лые, мягкие, как каймак»,— сказала она. — «Я не шучу. Ты скажи, пойдешь ли?» — «Отчего же не пойти, коли батюшка отдаст?» — «Помни ж, я с ума сойду, ежели ты меня обманешь. Завтра я скажу твоей
матери и отцу, сватать приду». Марьяна вдруг расхохоталась.— «Что ты?» — «Так, смешно».— «Верно! Я куплю сад, дом, запишусь в казаки...» — «Смотри, тогда других баб не люби! Я на это сердитая...»». Художественный эффект слов Марьяны таков, что, когда они произнесены, мы воспринимаем их одновременно и как неожиданные, и как единственно возможные для нее и в ее положении. Мы вдруг (именно вдруг!) со всей ясностью начинаем понимать, что Марьяна, с присущей ей простотой и естественностью характера и поведения, иначе просто и не могла бы ответить. Как удивительно органично и уместно для нее в том спокойном и, очевидно, веселом расположении духа, в котором она находится, это неожиданно простое и по-своему очень верное: «Отчего же тебя не любить, ты не кривой!» Как естественно и психологически правдиво то внимание, которое она прежде всего обращает на руки Оленина: «бее-лые, бее-лые, мягкие, как каймак». У нее самой они не белые, и у Лукашки тоже, и у других казаков. Она обращает внимание на то, что в ее глазах больше всего отличает Оленина от хорошо знакомых ей людей. Эти и подобные слова Марьяны точно соответствуют ее характеру и хорошо передают в ней свойства ее личности, ее индивидуально-неповторимое. Они словно высвечивают ее перед нами, помогают создать живой, очень пластический образ. И не только живой и пластический — прекрасный.В «Казаках» у Толстого не психологический анализ, . а психологическая точность и верность. По художественным результатам это оказывается однозначным «диалектике души». По отношению к людям цельным, какими являются и Марьяна, и Ерошка, и Лукашка, и большинство других казаков, диалектика души оказывается невозможной. Но, не пользуясь ею, Толстой остается верным своим общим психологическим задачам. В повести о казаках, как и в ранее написанной повести «Утро помещика», Толстой показывает себя тончайшим психологом в изображении не вообще человеческой души, а в изображении народной души.В конце толстовской повести Марьяна узнает о несчастии, которое случилось с казаками, в том числе и с Лукашкой. Когда с Лукашкой беда, когда он оказался в опасности, Марьяна предельно остро осознает свое чувство к нему. Теперь она знает, кто ей по-настоящому дорог, и ведет себя в соответствии со своим знанием и чувством. Всего этого Толстой нам прямо не говорит. Читатель сам узнает об этом из последнего объяснения Оленина с. Марьяной. Оленин приходит к Марьяне. «Она была в хате и стояла спиной к нему. Оленин думал, что она стыдится.
— Марьяна! — сказал он,— а Марьяна! Можно войти к тебе?Вдруг она обернулась. На глазах ее были чуть заметные слезы. На лице была красивая печаль. Она посмотрела молча и величаво. Оленин повторил:— Марьяна! я пришел...— Оставь, сказала она. Лицо ее не изменилось, но слезы полились у ней из глаз.— О чем ты? Что ты?— Что? — повторила она грубым и жестоким голосом.— Казаков перебили, вот что.— Лукашку? — сказал Оленин.Уйди» чего тебе надо.— Марьяна, не говори,— умолял Оленин.— Уйди, постылый!— крикнула девка, топнула ногойи угрожающе подвинулась к нему. И такое отвращение,презрение и злоба выразились на лице ее, что Оленин вдруг понял, что ему нечего надеяться...»До «Казаков» для Толстого был характерен преимущественно развернутый психологизм, психологизм в тексте; В «Казаках», особенно в этой сцене, психологическая правда как бы уходит внутрь, она оказывается запрятанном. Запрятанной и вместе с тем сильно действующей. Диапазон художественных возможностей Толстого необыкновенно широк. Быть правдивым и верным, действительности он умел по-разному. По-разному убедительно и хорошо. Нужно сказать, что в «Казаках» Толстой не вовсе отказывается от метода «диалектики души». Он остается верным ему, когда изображает Оленина — героя, в котором, в отличие от казаков, отсутствует цельность и непосредственность. И в эстетическом; смысле это противопоставление оказывается не в пользу Оленина.Однако уступая казакам в цельности натуры, Оленин некоторыми другими своими чертами оказывается близким Толстому, и это само по себе уже делает его неоднозначным и сложным.- В нем есть внутреннее движение. Он способен вобрать в себя впечатления окружающей жизни и духовно обогатиться ими. Ведь именно его глазами видим мы казачью жизнь и именно его взгляд на вещи помогает нам почувствовать всю прелесть и особую красоту этой жизни. Это позволяет нам лучше увидеть и его собственные достоинства. Противопоставление «естественных людей», казаков, и человека цивилизованного, культурного общества в повести Толстого лишено одномерности. И хотя Оленин в своих делах и мечтаниях и оказывается как бы посрамленным, с ним остается его духовный поиск, его не только возможность, но и потребность постоянного нравственного совершенствования.