Файл: Курсовой проект по По специальности 23. 02. 04 Техническая эксплуатация подъемнотранспортных, строительных дорожных машин и оборудования.docx

МИНИСТЕРСТВО ЛЕСНОГО ХОЗЯЙСТВА РЕСПУБЛИКИ БАШКОРТОСТАНГОСУДАРСТВЕННОЕ БЮДЖЕТНОЕ ПРОФИССИОНАЛЬНОЕОБРАЗОВАТЕЛЬНОЕ УЧРЕЖДЕНИЕ«УФИМСКИЙ ЛЕСОТЕХНИЧЕСКИЙ ТЕХНИКУМ»Очная форма обученияГруппа 31 ТЭМКурсовой проектпо По специальности 23.02.04 Техническая эксплуатация подъемно-транспортных, строительных дорожных машин и оборудованияСтудент С.Х. БикметовПреподаватель С.П. Окунев Содержание

ВВЕДЕНИЕ

Личность Бориса Годунова всегда пользовалась вниманием историков и беллетристов. После смерти Ивана Грозного восемнадцать лет судьба страны и народа была тесно связана с этим человеком. Личные свойства и деяния этого политического деятеля вызывали как похвалы, так и осуждение современников. Дьяк Иван Тимофеев, автор «Временника», человек, давший Борису интереснейшую характеристику, в конце концов, так и не смог понять, что же преобладало в царе: добро, или зло. Красивый собой, он отличался замечательным даром слова, был умен, расчетлив, но в высокой степени себялюбив. Вся деятельность его клонилась к собственным интересам, к своему обогащению, к усилению своей власти, к возвышению своего рода. Он умел выжидать, пользовался удобными минутами, оставаться в тени или выдвигаться вперед, когда считал уместным то или другое, надевать на себя личину благочестия и всяких добродетелей, показывать доброту и милосердие, а где нужно - строгость и суровость. Постоянно рассудительный, никогда не поддавался он порывам увлечения и действовал всегда обдуманно Можно встретить такой отзыв о его главном недостатке, как царя: «цвёл он, как финик, листвием добродетели и, если бы терн завистной злобы не помрачал цвета его добродетели, то мог бы древним царям уподобиться. От клеветников изветы на невинных в ярости суетно принимал и поэтому навёл на себя негодование чиноначальников всей Русской земли: отсюда много ненасытных зол на него восстали и доброцветущую царства его красоту внезапно низложили

---

¹». Действительно, поощрение Борисом всякого рода доносов имело страшные последствия, пострадало огромное количество людей, совершенно не повинных в том, в чём их обвиняли. Однако современники повсеместно хвалят Бориса, говоря, что «он цвёл благолепием, видом и умом всех людей превзошёл; муж чудный и сладкоречивый, много устроил он в Русском государстве достохвальных вещей, ненавидел мздоимство, старался искоренять разбои, воровство, но корчемство не мог искоренить; был светлодушен и милостив и пищелюбив!²». Разносторонние высказывания говорят о двойственности понимания личности Бориса и его политики.До сих пор исторический материал, касающийся личной деятельности Бориса, настолько неясен, а его политическая роль настолько сложна, что не представляется возможным уверенно и однозначно высказываться о мотивах и принципах его деятельности и дать безошибочную и справедливую оценку его моральных качеств. Абсолютно негативное описание Бориса, преобладающее ранее, связано с тем, что в старые времена, писавшие о нём не выходили из круга преданий, внесённых в летописи. Картина начала меняться, когда, вместе с изменением научных интересов, внимание историков обратилось от личности Бориса к изучению той эпохи в целом. Свободное от стереотипов исследование времени Бориса повело к тому, что выяснился его большой правительственный талант, и его характеристика пополнилась новыми, до этого неосвещёнными, благоприятными для его оценки чертами. Далеко не всех историков новые данные расположили в пользу Годунова. Но после перехода от летописных источников к документальным данным, у Годунова появились защитники и почитатели. Первым открытым защитником Бориса был историк Николаевского времени М. П. Погодин, который доказывал, что Борис Годунов не был, и не мог быть убийцей царевича Дмитрия. После Погодина следовал А. А. Краевский с панегирической характеристикой Бориса, П.В. Павлов указывал на важное положительное значение политической деятельности Годунова. В пользу Бориса высказывались многие писатели, такие как Е.А. Белов, А.Я. Шпаков, К.С. Аксаков и многие другие. Однако такие авторитетные исследователи, как В.О. Ключевский и С.М. Соловьёв по отношению к Борису достаточно холодны, но, тем не менее рассматривают его не только как тирана и злодея, но и как талантливого политика. Изучение материалов о такой противоречивой и удивительной исторической фигуре как Борис Годунов является позновательным и интересным процессом, позволяющим составить собственное мнение о человеке, однозначной характеристики которому по сей день не могут дать даже самые видные научные деятели.

---

1. ПУТЬ К ВЛАСТИ

Род Бориса Годунова происходил от татарского мурзы Чета, в крещении Захарии, который в 1329г. Выехал из Орды к московскому князю Ивану Даниловичу Калите и построил Костромской Ипатьевский монастырь. Старшая линия потомков Чета – Сабуровы в конце 15 столетия уже заняла место среди знатнейших родов московского боярства, тогда как младшая – Годуновы, выдвинулись столетием позже при Грозном, во время Опричнины. Уже два с половиной века род был православным и с 70-х годов 16 в. решительно вошёл в думу в лице Дмитрия Ивановича, Ивана Васильевича, и Бориса Фёдоровича Годуновых. Годуновы владели вотчинами, но не играли важной роли в русской истории до тех пор, пока один из правнуков первого Годунова не удостоился чести сделаться тестем царевича Федора Ивановича. Тогда при дворе царя Ивана явился брат Федоровой жены Борис, женатый на дочери царского любимца Малюты Скуратова. Царь полюбил его. Годунов стал придворным человеком, приближённым к Грозному царю. Он занимал приближённые должности и исполнял поручения исходившие от самого государя, бывал у Грозного в ближайшей свите, и «дружкою» на царской свадьбе. В тридцадь лет Борис уже получил боярский сан и важную должность «кравчего» Возвышение лиц и родов через родство с царицами было явлением обычным в московской истории, но такое возвышение было часто непрочно. Родственники Ивановых супруг погибали на наравне с другими жертвами его кровожадности. Сам Борис по своей близости к царю подвергался опасности; рассказывают, что царь сильно избил его своим жезлом, когда Борис заступался за убитого отцом царевича Ивана. Но царь Иван сам оплакивал своего сына и тогда стал еще более, чем прежде, оказывать Борису благосклонность за смелость, стоившую, впрочем, последнему нескольких месяцев болезни. Борис до самой смерти царя пребывал у него в фаворе. В час смерти царя Ивана (1584) Борис находился уже в числе первейших государственных сановников и принимал активное участие в формировании правительства при приемнике Грозного царе Фёдоре Ивановиче, неспособном вообще ни к каким делам. Непрочность престолонаследия чувствовалась народом. Русские знали, что из двух сыновей Ивана старший был не способен к самобытному царствованию, а меньший был ещё младенец; кого бы из них ни провозгласили царем - все равно на деле власть должна была бы находиться в иных, а не в царских руках. Эта мысль охватила московский народ, как только разнеслась по столице весть, что царь Иван скончался. Сделалось волнение. Богдан Бельский, которому Иван поручал Димитрия в опеку, был негласным виновником этого волнения в пользу Димитрия. Как оно происходило, не знаем, но кончилось на тот раз тем, что бояре в ночь после смерти царя Ивана приказали отправить малолетнего Дмитрия с матерью и ее родственников Нагих в Углич; разом с их отсылкой схвачено было несколько лиц, которым покойный государь перед своей кончиной оказывал милости; некоторых разослали по разным городам в заточение, других заперли в тюрьму, отобрали у них поместья и вотчины, разорили их дома.

---

Имена их неизвестны, но эти люди были, вероятно, сторонники Димитрия, покушавшиеся провозгласить его царем. Вся власть находилась тогда в руках дяди Федора Ивановича - Никиты Романова, шурина - Бориса Годунова и двух князей - Ивана Мстиславского и Петра Шуйского. Первые два, естественно стояли за Федора как его близкие свойственники; два последних также не находили для себя выгодным пристать на сторону Дмитрия, так как в то время, в случае успеха, властвовали бы не они, а Нагие и Богдан Бельский. На самого Богдана Бельского в то время не решались наложить руки. Быть может, он ловко умел остаться в стороне во время расправы, хотя прежде заправлял делом, за которое другие отвечали. Но прошло несколько дней, и Богдан был схвачен и сослан в Нижний Новгород. Это произошло после смуты, о которой сохранились противоречивые известия. Иностранцы говорят, что между Бельским и боярами произошло открытое междоусобие: Бельский со своими сторонниками был осажден в Кремле и принужден был сдаться. Одно русское известие показывает, что народ, вообразив, будто Бельский хочет извести царя и бояр, бросился в Кремль, с оружием даже хотел пушечными выстрелами разрушить запертые Фроловские ворота, но бояре вышли к мятежникам и уверили, что царь и бояре все целы и никому нет дела опасности, а потом сослали Бельского как бы в угоду народу; другое известие повествует, что сами бояре поссорились между собой , взволновался народ и Бельскому грозила смерть , но Годунов за него заступился. Как бы то ни было, верно только то, что в Москве вскоре после погребения Грозного происходило междоусобие, тогда был поставлен к решению вопрос, кому царствовать - слабоумному Федору или малолетнему Димитрию, и сторона Димитрия на этот раз снова проиграла. За Бельским сосланы были другие. Но вопрос еще не решался; волнение не утихло, и бояре положили созвать земских людей в Думу для того, чтобы эта Дума утвердила Федора на престоле. Дума, состоявшаяся, как кажется из служилых людей, собралась 4 мая 1584 года и признала царем Федора Ивановича. Русские люди, как выражались в то время, молили его слезами сесть на Московское государство. Ход этой думы не известен, но в праздник Вознесения новый царь венчался царским венцом.

Царствовал Федор, но он не мог властвовать; властвовать могли за него другие.

Царь Федор Иванович был человек небольшого роста, опухлый , с бледным лицом, болезненный; он ходил нетвердыми шагами постоянно улыбался. Когда польский посланник Сапега представился ему, Федор, одетый в царское облачение, с короной на голове, сидел на возвышенном месте и с улыбкой любовался своим скипетром державным яблоком, а когда проговорил несколько слов тихим и прерывистым голосом, то Сапега сделал заключение: « Хотя про него говорят, что у него ума немного, но я увидел, как из собственного наблюдения, так и из слов других, что его вовсе нет». Весть об этом скоро дошла до соседей; в Польше надеялись, что при таком государе в

---

Московском государстве начнется безурядица, откроются междоусобия и государство придет в упадок.

2. Регентство

На втором году царствования Фёдора Борис Годунов добивается правительственного первенства, и, приблизительно в 1588г. делается формально признанным регентом государства. Князья Иван Федорович Мстиславский, Шуйские, Воротынские, боярские фамилии Колычевы, Головины и др. составили враждебную Борису партию. Против него были также митрополит Дионисий, тщетно старавшийся примирить Бориса с его соперниками и считавший своим долгом печаловаться перед царём за гонимых Годуновым людей. Чтобы в корне подрезать могущество Бориса, враждебная ему партия, имея на своей стороне многих московских купцов, собралась подать царю челобитную о разводе с бездетной Ириной и вступлении в новый брак «царского ради чадородия». Но Борис при своём влиянии на царя и при любви последнего к Ирине, а также, благодаря своей ловкости, осилил своих противников, и дело кончилось пострижением князя И. Ф. Мстиславского, ссылкой Шуйских, в том числе Ивана Петровича, свержением Митрополита Дионисия, и вообще опалой их сторонников. На место Дионисия был посвящен в митрополиты ростовский архиепископ Иов, вполне преданный Борису человек. Теперь у Годунова не было более соперников: он достиг такой власти, какой не имел ни один из подданных. Всё, что делалось московским правительством, делалась по его воле, он принимал иностранных послов, вёл переписку с иностранными государями: цесарем (императором австрийским), королевой английской, ханом крымским (официальное разрешение сноситься с иностранными государями было дано Борису официально в 1587г.)Внешняя политика Бориса отличалась осторожностью и приемущественно мирным направлением, поскольку Годунов был неискусен в ратном деле и не любил рискованных предприятий. С Польшей, от которой в предыдущее царствование понесли тяжёлые поражения, старались поддерживать мир, хотя и путём перимирий. В декабре 1586 года умер король Стефан Баторий. В следующем году в Польше началось обычное избрание нового короля, в котором важное участие приняло Московское государство. Борис увидел возможность посадить на польско-литовский престол Федора Иоанновича или Максимилиана, эрцгерцога австрийского, сообразно давнему желанию литовских панов соединиться с Московским государством посредством возведения на свой престол московского государя. Борис вероятно рассчитывал, что расположение к нему Польши и Литвы пригодится со временем.

---