Файл: философия.pdf

органичная взаимосвязь традиций, методологий, познавательных стилей, а «музей», как случайная совокупность разных фактов, реликвий, образов, деталей и пр.

Вторая тема – прагматическая. Суть ее состоит в том, что постмодернизм в целом разделяет инструментальную установку познания, согласно которой оценка идеи или интеллектуальной новации осуществляется не на основе истинностной ее интерпретации, а в соответствии с критериями успеха и достижения задуманного. По мнению Р. Рорти, еще со времен Ницше стало ясно, что истина есть вовсе не соответствие наших знаний действительности, а представляет собой лишь «стремление к власти над множеством ощущений», т.е. к их упорядочиванию для достижения необходимой цели.

Третья тема – агностическая. Она выражается в принципиальной констатации истины как сугубо лингвистического феномена. Ни одно значение, говорит Ж. Деррида, не существует вне языка. Знание распадается на вербальные конструкции, используемые различными субъектами, которые преследуют свои познавательные и социокультурные цели. Эти конструкции можно только интерпретировать, но не оценивать по неким всеобщим и универсальным стандартам. Познание, таким образом, превращается в «гибкие сети языковых игр».

Четвертая тема – анархо-демократическая. Постмодернизм отвергает любые метанарративы еще и потому, что они – есть проявление власти над индивидом, они унифицируют, упорядочивают, подавляют и ограничивают. Поэтому, необходимо выступать против них, поддерживать любую «инаковость», многообразие, различие, плюрализм. Отсюда, эпатажные версии демократии, выражающейся в солидарности с любыми формами оппозиции привычному и традиционному (движения феминизма, нетрадиционные ориентации в отношении полов, рас, профессиональных групп и т.д.). Принципиальный плюрализм, горизонтальные связи между индивидами и в противовес вертикальным, сотрудничество и координация, но не власть и принуждение – таковы социальные лозунги постмодернизма.

Таким образом, постмодернистский философский дискурс заменяет рациональную деятельность – игрой, порядок и иерархию – анархией, централизацию – рассеиванием и произвольным комбинированием, этику – эстетикой, метафизику – иронией.

Было бы слишком просто и наивно расценивать эти постмодернистские идеи только как проявление экзотической экстравагантности современного философского мышления. Их возникновение отнюдь не случайно. Оно связано с новыми познавательными и социокультурными феноменами, которые принесла с собой постиндустриальная эпоха. Своеобразным символом этой эпохи является проблема фронтальной критики разума, которая породила феномен своеобразной антиинтеллектуальной моды. Постмодернизм весьма преуспел в следовании этой моде. Его представители произнесли немало обвинительных речей в адрес разума, якобы «тоталитарно» подчинившего себе тело, чувства и действия человека. Логос, наука, закон

– эти и многие другие понятия, выражающие традицию рационального отношения к действительности, ответственны за «диктаторское влияние» на общество, человека и историю. Именно поэтому они должны подвергнуться критике, деконструкции и замене иными понятиями и ценностями. Эти и подобные им суждения о тоталитарной природе разума не могут не вызывать обоснованных сомнений. Сегодня, как и раньше, весьма непросто оспорить утверждение Гегеля о том, что человеком и обществом правят скорее неразумие и недомыслие, а вовсе не разум и научная обоснованность.

Чем же предлагает постмодернизм заменить традиционные для эпохи классической философии познавательные ориентиры и ценности? Как правило, это весьма экзотические, периферийные и маргинальные образования культуры. Они зыбки, неустойчивы и ненадежны. М. Хайдеггер связывает их с некими архаическими «первоистоками» метафизики. М. Фуко – изысканиями «археологии» гуманитарных наук. Ж. Деррида – едва уловимой «техникой прочтения письма» и т.д. При этом почти всегда провозглашается особая роль, принадлежащая «сверхавангардному» искусству, которое

символизирует собой наиболее суверенную форму бытия свободы. В итоге позитивная программа постмодернизма оказывается весьма уязвимой для критики, неконструктивной и ориентированной на маргинальные общественные явления и социальные силы. И как только речь заходит о необходимости поиска и обоснования реальных решений научных, технологических, социальных проблем, эвристические возможности символов деконструкции и клиповой культуры оказываются более, чем скромными. В таких ситуациях, по-прежнему, востребуются научно и рационально обоснованные методологии решения указанных проблем. Причем это относится не только к сфере теоретического познания, но и к области современных социальных технологий. Поэтому инициированные постмодернизмом феномены радикальной критики научного разума и размывания философской рациональности в формах художественно-дискурсивных практик следует рассматривать и оценивать как кризисные и транзитивные явления в современной культуре.

Одной из характерных особенностей современной эпохи является глобализация всех сфер общественной жизни. Термин «глобализация» обозначает процесс изменения всех сторон жизни общества под влиянием общемировой тенденции к взаимодействию и открытости. Социально-философское осмысление этого процесса предполагает выявление как объективных изменений социальной реальности, так и тех культурных форм в которых происходит их осознание.

Истоки глобализации уходят в далекое прошлое. Объективными историческими предпосылками процесса всемирной интеграции выступают единая биологическая природа человека и его деятельностное, преобразовательное отношение к миру. Формирование единого человеческого общества, развившегося в перспективе в современную цивилизацию, началось в эпоху осевого времени (в 1-м тысячелетии до н.э.). Непосредственным толчком к глобализации явилась научно-техническая революция, развернувшаяся в середине ХХ века. Именно с этого времени многообразие исторического процесса уступило место таким объективным тенденциям, как глобализация и интеграция человечества. Сегодня глобализация затрагивает все области общественной жизни: экономическую, политическую, социальную сферу, культуру.

Основанием общеисторического процесса глобализации стала мировая экономическая интеграция. В области политики глобализация предполагает снижение роли национальных государств и возрастание значения международного сообщества и международных организаций в решении социально-экономических, культурных, политических проблем – развития демократических институтов, утверждения прав человека, борьбы с терроризмом, преступностью и т. д.

Глобализация является комплексной тенденцией, затрагивающей не только экономические и политические, но и культурные, информационно-коммуникационные аспекты. Мощным двигателем глобализации в настоящее время становится процесс информатизации и медиатизации общества.

Результаты глобализации весьма противоречивы. Очевидно, что всеобщая интеграция может стать как основной предотвращения глобальных угроз, так и предпосылкой уничтожения человеческой цивилизации. Реакцией на угрозу обществу со стороны мировых глобализационных процессов стало антиглобалистское движение, которое начало развиваться с середины 90-х годов во Франции, Германии, Англии США и др. странах западного и восточного полушария. В сфере теоретической мысли антиглобалистское движение возглавила философия постмодернизма. Критика современной социальной практики «шизоидного» капитализма, анализ процессов децентрации и децентрализации социальных пространств, утверждение хаоса как онтологического основания бытия и состояния современной культуры позволяют утверждать, что постмодернистская философия обладает высокой чувствительностью к противоречиям социального бытия. Однако, отрицая позитивный характер предшествующего исторического опыта, он не дает оснований для формирования

эффективной программы выхода из состояния мирового системного кризиса, настаивая на антиинтеллектуальных констатациях «смерти человека», «смерти философии», развала цивилизационной целостности.

Иным вариантом анализа современного состояния общества, обусловленного, в частности, процессом глобализации, стал комплекс таких идей и концепций, как, например, теория «мировой системы» И. Валлерстайна, критическая теория позднего модерна Э. Гидденса, теория «глокализации» Р. Робертсона, в которых представлены разнообразные модели и сценарии глобализации. Наряду с концепцией нелинейного типа цивилизационного развития, теорией цивилизационного поворота к постиндустриальному (информационному) обществу, концепцией устойчивого развития, они предлагают мировому сообществу конструктивную альтернативу, задающую иную матрицу ценностей и приоритетов, способных стать основной для перехода современного мира на рельсы нового – устойчивого – цивилизационного развития.

Таким образом, в современном философском дискурсе вырисовывается новое пространство идей и смыслов, которые призваны сформировать приоритеты философии в культуре XXI в. Некоторые из этих приоритетов уже достаточно отчетливо артикулированы в философских дискуссиях последних десятилетий, некоторые же еще только обозначают свои концептуальные и тематические очертания, способствуя, таким образом, все более осязаемому вычленению четвертого этапа в развитии современной постклассической философии.

ЛЕКЦИЯ 1.4. ФИЛОСОФИЯ И НАЦИОНАЛЬНОЕ САМОСОЗНАНИЕ. ФИЛОСОФСКАЯ МЫСЛЬ БЕЛАРУСИ. РУССКАЯ ФИЛОСОФИЯ

(2 часа)

ПЛАН ЛЕКЦИИ:

1.Социокультурные основания и этапы развития русской классической философии,

2.Основные темы русской классической философии.

3.Социально-философские идеи и национальная культура Беларуси.

ЛИТЕРАТУРА:

ОСНОВНАЯ ЛИТЕРАТУРА

1.История философии. Запад – Россия – Восток. Кн. 1-4.-М., 1995-1999.

2.История философии: Учебник/Ч.С. Кирвель и др. Под ред. Ч.С. Кирвеля. Мн., 2001.

3.Философия: Учебно-методический комплекс/А.И.Зеленков, В.В.Анохина, А.П.Ждановский и др.; Под ред. А.И. Зеленкова.-Мн.: БГУ, 2003.

4.Философия: Учеб.-метод. комплекс для студентов естественнонаучных факультетов БГУ/ А.И. Зеленков, Н.К. Кисель, И.А. Медведева [и др.]; под ред. А.И.Зеленкова. Мн.: БГУ, 2004.

ДОПОЛНИТЕЛЬНАЯ ЛИТЕРАТУРА

1.Абдзіраловіч І. Адвечным шляхам: Даследзіны беларускага съветапогляду.

2.Зеньковский В.В. История русской философии. В 2-х т. Л., 1991.

3.Короткая Т.П. Религиозная философия в Беларуси начала ХХ в. – Мн., 1983.

4.Лосский Н.О. История русской философии. – М., 1991.

5.Майхрович А.С. Янка Купала и Якуб Колас: Вопросы мировоззрения. Мн., 1987.

6.Падокшын С.А. Беларуская думка у кантэксце гісторыі і культуры. Мн., 2003.

7.Русский космизм. Антология философской мысли. М., 1993.

8.Скарына Ф. Прадмовы і пасляслоўі. Мн., 1969

9.Философская и общественно-политическая мысль Белоруссии и Литвы. Мн., 1987.

СТРУКТУРНО-СОДЕРЖАТЕЛЬНЫЙ КОНСПЕКТ ЛЕКЦИИ

1. Социокультурные основания и этапы развития русской классической философии

Первые опыты русской философии связаны с принятием христианства на Руси в X в. Философия этого периода несамостоятельна и тесно переплетена с религией, наложившей отпечаток восточнохристианского философствования. Процесс секуляризации русской культуры в XVIII в. способствовал философскому творчеству и формированию традиций: русского вольтерианства с явным интересом к философии французского Просвещения, русского гуманизма как национальной альтернативы западному влиянию, русского масонства, на основе которого формируется мистическая традиция в русской философии.

Оригинальная русская философия появляется в XIX в. Для нее характерен постепенный переход от попыток использования готовых философских систем западноевропейской философии (А. Н. Радищев, декабристы) к созданию самобытных философских достижений (славянофилы, «русский социализм» А. И. Герцена и Н. П. Огарева, религиозная философия). Русская философия в ХХ в. представлена трудами философов, связавших свою жизнь и творчество с СССР, а также трудами философов «русского зарубежья», покинувших родину в период с 1917 по 1925 г. За рубежом оказались многие видные русские мыслители: Н. А. Бердяев, о. С. Булгаков, И. А. Ильин,

Л.П. Карсавин, Н. О. Лосский, Д. С. Мережковский, П. А. Сорокин, братья Трубецкие, С.

Л.Франк, Л. Н. Шестов и др. Труды русских авторов оказали сильное влияние на формирование современных западноевропейских философских традиций, в частности французского экзистенциализма.

Русская философия крайне неоднородна. В ее контексте могут быть выделены три основные традиции: революционно-демократическая (В. Г. Белинский, А. И. Герцен, Н. Г. Чернышевский), религиозная (А. С. Хомяков, В. С. Соловьев, Н. Ф. Федоров, В. В. Розанов, Л. Н. Шестов, Н. А. Бердяев, С. Л. Франк, о. П. Флоренский, о. С. Булгаков), мистическая (В. С. Соловьев, Е. П. Блаватская). Наряду с ними имеет место большое разнообразие различных философских школ и течений. Среди них западники (П. Я. Чаадаев, В. Г. Белинский, А. И. Герцен), славянофилы (И. В. Киреевский, А. С. Хомяков, К. С. Аксаков), материалисты-нигилисты (М. А. Бакунин, Н. Г. Чернышевский, Д. И. Писарев), позитивисты (Н. К. Михайловский, К. Д. Кавелин), «почвенники» (К. Н. Леонтьев, Ф. М. Достоевский), интуитивисты (Н. О. Лосский, С. Л. Франк, А. Ф. Лосев), марксисты (Г. В. Плеханов, В. И. Ленин, Л. Д. Троцкий), символисты (Д. С. Мережковский, В. В. Розанов, А. Белый), кубофутуристы (В. Хлебников), махисты (А. А. Богданов, А. Н. Луначарский), космисты (В. С. Соловьев, Н. Ф. Федоров, К. Э. Циолковский, А. Л. Чижевский, В. И. Вернадский).

Среди отличительных черт русской философии — подверженность религиозному влиянию, «некабинетный» стиль философствования, тесное переплетение с художественной литературой, ярко выраженный интерес к морально-этическим проблемам.

2. Основные темы русской классической философии

Русская философия — феномен мировой философской мысли. В то же время ее отличает особая глубина, самобытность и своеобразный круг исследуемых проблем. Одно из центральных мест в русской философии всегда занимала проблема выбора пути развития России, со временем оформившаяся в виде так называемой «русской идеи». Большое внимание этой проблеме уделяли славянофилы, полагавшие, что основу исторического бытия России составляют православие и общинный образ жизни, а русский народ по своему менталитету принципиально отличается от народов Запада. Славянофилы критиковали крепостничество как не отвечающее христианским заповедям и в то же

время негативно оценивали социально-политические последствия развития капиталистических отношений на Западе.

Оппонентами славянофилов были западники, с иных позиций подходившие к осмыслению исторических судеб России, ее места и роли во всемирной истории и культуре. Западники полагали, что России, отставшей от мировой цивилизации, предстоит освоить западные ценности и осуществить социально-экономические реформы по западному образцу.

Еще одной версией «русской идеи» явилось евразийство, усматривавшее единое будущее народов, населяющих пространство Евразии. Это интеллектуальное и социальнофилософское учение оформилось в 20—30-е гг. XX в. главным образом в среде российской эмиграции. Его основателями выступили Н. С. Трубецкой, Л. П. Карсавин, В. И. Вернадский. Значимую роль в процессе возрождения идей евразийства в конце XX в. сыграло творчество Л. Н. Гумилева.

Отличительные особенности классической русской философии — ее принципиальная ориентация на проблемы этико-антропологической направленности и стремление к обоснованию синтетических форм миросозерцания. Эти черты получили яркое воплощение в «философии положительного всеединства» В. С. Соловьева, создавшего софиологическую модель исторического процесса как закономерного движения человеческого общества к состоянию внутренней целостности и единства с природой.

Гносеологическая проекция этой концепции — теория «цельного знания», которую философ противопоставил как рационализму западников, так и иррационализму славянофилов, декларировав своеобразный сверхрационализм, согласно которому знание открывается непосредственно уму человека.

Оригинальный характер русской философии проявился в так называемом «русском космизме», весьма самобытно воплотившем в себе идеи космологического и социокультурного синкретизма. Человек в русском космизме наделялся особым статусом, приобретал особые полномочия. Он представлялся «устроителем и организатором Вселенной» (В. С. Соловьев), перед которым, по словам В. И. Вернадского, стоит «вопрос о перестройке биосферы в интересах свободно мыслящего человечества как единого целого».

Начиная с 20-х и вплоть до начала 90-х гг. XX в. в СССР русская философия (как и философия других народов Советского Союза) развивалась главным образом в русле марксистских идей. В то же время в российской эмиграции возникло особое философское направление, получившее название «философия русского зарубежья», представителями которого был внесен существенный вклад в развитие мировой философской мысли.

3. Социально-философские идеи и национальная культура Беларуси

Философская мысль в Беларуси представляет собой комплекс идей, сложившихся в процессе развития Беларуси как страны, белорусов как нации, белорусской культуры как уникальной целостности. Большое воздействие на развитие философской мысли в Беларуси всегда оказывала ее включенность в более широкие культурные целостности, а также ситуация социокультурного взаимодействия между Западом и Востоком. Философия в Беларуси развивалась под сильным влиянием религиозного мировоззрения, а также социально-политических и идеологических установок. Эти культурные факторы определяли кросснациональный, кроссязыковой и кроссконфессиональный характер философии в Беларуси, отличавшейся комплексностью и синкретичностью.

Предтеча философской мысли в Беларуси — просветительская деятельность Кирилла Туровского и Евфросиньи Полоцкой. Становление самобытной национальной философии связано с именем Ф. Скорины, гуманиста и первопечатника 1-й половины XVI в. Его мировоззрение отличалось веротерпимостью и патриотизмом, представляло собой синтез христианских, античных и гуманистических идей Возрождения. К этому же