ВУЗ: Не указан
Категория: Не указан
Дисциплина: Не указана
Добавлен: 14.10.2025
Просмотров: 2784
Скачиваний: 0
злых, святость общественного договора и законов — вот положительные догматы. Что касается догматов отрицательных, то я ограничиваю их одним только догматом — нетерпимостью... (Там же. С. 573-574.)
ДЕНИ ДИДРО (1713 – 1784)
Дени Дидро — французский философ, просветитель, руководитель Энциклопедии, критик искусства, писатель. Вместе с Вольтером оказал наибольшее влияние на современную ему общественную мысль. В философии прошел путь от деизма и этического идеализма до материализма и атеизма. В механистическо-материалистическое понимание природы внес некоторые диалектические идеи: связи материи и движения, связи протекающих в природе процессов, вечной изменчивости природных форм. Развивал учение о всеобщей чувствительности материи как условии порождения специфических содержаний ощущений. В области познания Дидро был сторонником локковского критического [c.118] эмпиризма. Все человеческие умозаключения как данные чувственного опыта коренятся в природе; в познании мы регистрируем известные из опыта явления, между которыми существует либо необходимая, либо условная связь. Знание, по мнению Дидро, должно иметь своей целью достижение способности совершенствовать и увеличивать могущество человека. В области политики Дидро был сторонником просвещенной монархии.
Основные произведения: Мысли к объяснению природы», «Философские основания материи и движения» и др.
Учение о природе
Не знаю в каком смысле философы полагали, будто материя безразлична к движению и покою. Хорошо известно, что все частицы тела взаимно притягиваются; это значит, что в этом мире все либо перемещается, либо находится в состоянии напряжения, или же одновременно перемещается и находится в состоянии напряжения...
Тело, по мнению некоторых философов, само по себе бездеятельно и лишено силы: это ужасная ошибка, идущая в разрез со всякой здравой физикой, со всякой здравой химией: тело преисполнено деятельности и силы само по себе, и по природе своих основных свойств, рассматриваем ли мы [c.119] его отдельные молекулы или всю массу.
К этому добавляют: чтобы представить себе движение, надо вне существующей материи вообразить силу, на нее воздействующую. Это не так: молекула, наделенная свойством, присущим ее природе, сама по себе есть деятельная сила. Она воздействует на другую молекулу, в свою очередь воздействующую на нее... Абсолютный покой есть абстрактное понятие, в природе его не существует; движение есть такое же реальное свойство, как длина ширина и глубина...
Невозможно предположить существование чего-либо вне материальной вселенной; никогда не следует делать подобных предположений, потому что из них ничего нельзя вывести. (Дидро Д.
Сочинения: в 2т. – М. 1986. – Т.1. С. 490-491.)
Во вселенной есть только одна субстанция: и в человеке и в животном. Ручной органчик – из дерева, человек из мяса, чижик из мяса, иначе организованного; но и тот и другой одинакового происхождения, одинаковой формации, имеют одну и ту же функцию, одну и ту же цель... Животное – чувствительный инструмент, абсолютно похожий на другой, при одинаковой конструкции; если снабдить его теми же струнами, ударять по ним одинаковым образом радостью, [c.120] страдание, голодом, жаждой, болью, восторгом, ужасом, то невозможно предположить, чтобы на полюсе и на экваторе он издавал бы различные звуки. Инструмент обладающий способностью ощущения, или животное, убедились на опыте, что за таким-то звуком следуют такие-то последствия вне его, что другие животные приближаются или удаляются, требуют или предлагают; заметьте, что в сношениях между животными и людьми нет ничего кроме звуков и действий. (Дидро Д. Избр. филос. произведения. – М., 1981. С. 149.)
157
Учение о познании
Мы располагаем тремя основными средствами: наблюдением природы, размышлением и экспериментом. Наблюдение собирает факты; размышление их комбинирует; опыт проверяет результаты комбинаций. Необходимо, чтобы наблюдение природы было постоянным, размышление
– глубоким, а опыт – точным. Эти средства редко оказываются соединенными. Вот почему творческих умов не так много...
Почему же у нас так мало достоверных знаний?... Абстрактные науки слишком долго занимали лучшие умы и почти не принесли плодов; в одних случаях вовсе не изучалось то, что надлежало знать, в других случаях в исследованиях[c.121] не было ни плана, ни метода, ни отбора; без конца нагромождали слова, а знание вещей отставало.
Истинный метод философствования заключался и будет заключаться в том, чтобы умом проверять ум, умом и экспериментом контролировать чувства, познавать чувствами природу, изучать природу изобретения различных орудий, пользоваться орудиями для изысканий и совершенствования практических искусств, который необходимо распространять в народе.
...Каковы бы ни были факты, они составляют подлинное Богатство философа. К несчастью, рациональная философия главным образом сопоставляет и связывает факты, имеющиеся в ее распоряжении, и гораздо меньше внимания уделяет тому, чтобы собирать новые факты... Но время доныне опрокидывало почти все сооружения рациональной философии...
Мы выделили два вида философии: экспериментальную и рациональную. У одной глаза завязаны, она всегда идет ощупью, берется за все, что попадется ей под руку, и в конце концов натыкается на драгоценные вещи. Другая собирает этот драгоценный материал и старается разжечь из него факел; но до настоящего времени этот факел служил ей хуже, чем ее сопернице в поисках на ощупь; Это и не удивительно. [c.122] Опыт бесконечно умножает свои поиски и действует непрерывно, он неизменно ищет явления, в то время как разум ищет аналогии. Экспериментальная философия не знает ни того, что ей попадается, ни того, что получается из ее работы; но она работает без устали. Наоборот, рациональная философия взвешивает возможности, выносит суждения и умолкает, она самоуверенно заявляет: «свет нельзя разложить!»; экспериментальная философия прислушивается к ней, молчит целые века, затем она вдруг показывает призму и говорит: "свет разложим!". (Дидро Д. Соч.: в 2 т. Т.1. – М. 1986. С. 340-343.)
Учение о человеке
...Мы люди – инструменты, одаренные способностью ощущать и памятью. Наши чувства – клавиши, по которым ударяет окружающая нас природа и которые часто сами по себе ударяют... (Дидро Д. Избр. филос. произв. – М., 1981. С. 148.)
Ощущением называют какое бы то ни было действие души, обусловленное соединением души с телом. Ощущать значит жить.
Ощущение происходит при помощи нервов, ибо их нельзя коснуться, не вызывая ощущения. Отсюда; простое [c.123] ощущение, приятное ощущение, болезненное ощущение. Не все части тела ощущают.
Нервы существуют повсюду, но это не все, что есть в организме. Кости, сухожилия, связки, сумки не ощущают. В нерве обладают чувствительностью не все его оболочки, а его мозговые нити. Для ощущения необходимы здоровый нерв и свободное общение нерва с мозгом.
... Когда человек совершенно здоров, тогда в нем не преобладает ни одно ощущение, заставляющее его обращать внимание на какую-либо часть тела, такое состояние когда-нибудь испытывает каждый человек, – то человек существует лишь в одной точке мозга, он весь там где его мысль... Способность человека к совершенствованию происходит от слабости его чувств, из которых ни одно не господствует над органом разума. (Там же. С. 484.)
158
Ощущение и следующее за ним проявление воли телесны; это две функции мозга. проявление воли предшествует действию мышечных волокон. Ощущение – определенная форма, бытия души, сознающей эту форму... Как бы ни представляли себе душу, это – подвижное, протяженное, чувствующее и сложное бытие.
Мы сознаем начало разума или души так же, как мы сознаем свое существование, существование своей руки, [c.124] тепла, холода, страдания, удовольствия. Отвлекитесь от этих телесных ощущений и души больше не будет... Душа ничего без тела. Я утверждаю, что ничего нельзя объяснить без тела. (Там же. С. 522)
Атеистическое учение
Я говорю вам, что никакого Бога нет; что сотворение мира – пустая фантазия; что вечность мира не более затруднительна для мысли, чем вечность духа; что из-за моей неспособности постигнуть, как могло движение породить эту вселенную, было бы смешно предполагать, ради устранения этой трудности, бытие существа, которое для меня столь же непостижимо; что если чудеса мира физического обнаруживают ум, что беспорядок в нравственном мире уничтожает всякое провидение. Я говорю вам, что если все создано Богом, то все должно обладать наибольшим совершенством, какое только возможно; ибо если не все обладает наибольшим возможным совершенством, значит в Боге есть бессилие или злая воля. Именно в этом пункте для меня остается неясным вопрос о его существовании, а раз так, то помогут ли мне ваши разъяснения? Если бы даже было доказано, (а на самом деле это не доказано) что всякое зло служит источником какого-нибудь блага, – то как доказать, что нельзя [c.125] было в его небытии и живут так, как если бы они действительно были в этом убеждены; это – фанфароны атеизма. Я ненавижу фанфаронов: они лжецы, я жалею настоящих атеистов; мне кажется, что для них нет утешения; я молю Бога за скептиков: им не хватает просвещенности... (Там же. С. 173.)
КЛОД–АДРИАН ГЕЛЬВЕЦИЙ (1715 – 1771)
Клод Адриан Гельвеций — философ, представитель французского материализма 18 века. Основу философии Гельвеция составил сенсуализм Локка, из которого были исключены все идеалистические моменты. Материя, которая существует объективно, познается при помощи ощущений. Под мышлением же Гельвеций понимал лишь человеческую способность к комбинированию ощущений. Он развивал идею о необходимости гармонического сочетания личных и общественных интересов, был сторонником идеи равенства, подчеркивал роль общественной среды в воспитании человеческого характера.
Основные произведения: «Об уме», «О человека». [c.126]
Овоспитании
Вкаждой стране искусство формировать людей так тесно связано с формой правления, что какое-либо значительное изменение в общественном воспитании вряд ли возможно без изменения
всамом государственном строе. Искусство воспитания есть не что иное, как знание средств для образования более крепких и сильных тел, более просвещенных умов и более добродетельных душ.
Мы столь далеки от всякой реформы воспитания, что я замечу только, что мы не соглашаемся в этой области даже на изменение наиболее глубоких и наиболее легко исправимых злоупотреблений. Кто сомневается, например, что для получения всего, что человек в состоянии дать, он должен наилучшим образом распределить время? И кто, убедившись в этой истине, не замечает с первого же взгляда, какие перемены можно было совершить в общественном воспитании?
Так, необходимо посвятить некоторое время разумному изучению родного языка. Как нелепо терять восемь или десять лет жизни на то, чтобы изучать мертвый язык, который забывается
159
тотчас же по окончании школы, потому что он почти совершенно непригоден в обыденной жизни? [c.127] Напрасно мне возразят, что молодых людей так долго держат в гимназиях не столько для изучения латыни, сколько для того, чтобы внушить им привычку к труду и прилежанию. Разве нельзя было бы для достижения этой же цели предложить им занятие менее неблагодарное? Неужели не боятся притупить в них ту природную любознательность, которая одушевляет нас в ранней молодости? Насколько укрепилась бы эта любознательность, если бы бессмысленное изучение слов заменили изучение физики, истории математики, нравственности, поэзии и т.п.?
...Образование юноши должно дать ему возможность выбирать между различными путями; гений должен быть свободен. Существуют знания, необходимые для каждого гражданина; таково знание принципов нравственности и законов своего государства. Все мои требования сводятся к тому, чтобы память молодого человека заполнялась идеями и предметами, относящимися к его вероятному поприщу...
Почему с таким пренебрежением относятся к воспитанию государей и вельмож и всех лиц, которые призваны занимать высокие должности? ...Если даже воспитание самих государей представлено случаю, то кто же позаботится о воспитании частных лиц?... В государствах деспотических нужно отказаться от надежды создать людей, выдающихся [c.128] добродетелями и талантами. Иначе в государствах монархических. Здесь можно рискнуть на такое предприятие с некоторой надеждой на успех; но в то же время приходится признать, что успех будет тем сомнительнее, чем больше монархическая форма правления будет приближаться к форме деспотической или чем испорченнее будут нравы. (Гельвеций. Соч.: в 2т. – М., 1973. С. 595-603.)
Учение об обществе
Силу истины неустанно славят, а между тем эта столь прославленная сила бесплодна, если она если она не оплодотворена интересами государства...
Говорят, что мнение правит миром. Бывают обстоятельства, когда, несомненно, общее мнение правит даже государями. Но что общего имеет этот факт с вопросом о силе истины? Доказывает ли он, что общее мнение есть ее произведение? Нет, наоборот, опыт доказывает нам, что почти все вопросы нравственности и политики решаются силой, а не разумом и что если мнение правит миром, то в конечном счете сильные мира правят мнением... Тот, кто распределяет почести, Богатства и наказания, привязывают всегда к себе множество людей. При помощи подобных средств султаны узаконивают свои нелепейшие притязания, приучают своих [c.129] подданных гордиться званием рабов и презирать звание свободных людей.
Какие взгляды наиболее широко распространены? Бесспорно, религиозные взгляды. Но устанавливаются они не разумом и не истиной, а насилием. Магомет, желая навязать свой Коран, вооружался, льстил воображению людей, пугал их. Страх и надежда побуждают в народах интерес принять его закон, и вскоре видения пророка становятся взглядами половины мира.
Но разве прогресс истины не протекает быстрее, чем успехи заблуждения? Да, если и первая, как и другое, одинаково провозглашаются властью. Истина сама по себе ясна, она доступна всякому здравомыслящему человеку. Наоборот, заблуждение, будучи всегда непонятным, всегда окутано туманом непостижимости, становится предметом презрения со стороны здравого смысла. Но что может сделать здравый смысл без силы? При образовании общепринятых взглядов насилие, мошенничество и случай всегда играли большую роль, чем разум и истина. (Там же. С. 475-476.) [c.130]
ПОЛЬ-АНРИ ГОЛЬБАХ (1723 – 1789)
Поль Анри Гольбах — французский философ-материалист и атеист. Выступал с критикой всяких форм религии и идеализма в философии, в которых видел «химеру», противоречащую здравому смыслу. Бога нет, а есть только материя, которая воздействует каким-нибудь образом на
160