Файл: Chernikova-OTD.pdf

ГЛАВА 5. Система журналистских жанров

признаку (алфавитный порядок, возраст, место жительства и др.), легко понять и легко изменить.

Все естественные классификации вызывают у исследователей проблемы — по причине сложности окружающего нас мира и всеобщей изменчивости вещей101. А при создании искусственной классификации неизбежны споры. Трудности в современной классификации жанров возникли, как мы уже отмечали, при переносе акцента в соотношении «факт — автор» с факта на автора, происшедшем в начале 90-х гг. ХХ в.

Рецензия, некогда чрезвычайно популярный жанр с четкими видовыми характеристиками, свободно заскользила по поверхности любых классификаций именно потому, что роль автора и раньше была в рецензиях значительной, а теперь стала огромной. Автор может выступить рецензентоминформатором, рецензентом-исследователем, рецензентомэссеистом — словом, создать любой жанровый гибрид и при этом не исказить замысла рецензируемых произведений и не уронить себя. Почему так удобна рецензия?

Во всех ее видах должны присутствовать характеристика и оценка явления.

Для журналиста-рецензента, желающего заявить о своем видении мира, оба эти компонента чрезвычайно привлекательны: ведь прежде чем охарактеризовать явление, его надо выбрать из множества родственных, а давая оценку, следует подобрать доводы, сделать выводы, можно порассуждать о перспективах оцениваемого явления. Получается, что рецензирование — это творчество, индивидуализированное в несколько большей степени, чем в иных жанрах.

Разумеется, каждый рецензент теоретически должен стремиться к объективной характеристике и взвешенной оценке явления (книги, спектакля, фильма, программы, картины и т. д.), но и в этих вопросах объективность — вещь условная. При любой степени приближенности к оригиналу зеркало будет только зеркалом.

101  См.: Ивин А.А. Логика для журналистов. М.: Аспект Пресс, 2002. С. 40.

5.5. Основы художественной критики. Рецензия

Отражение уже отраженной действительности — это относится и к рецензии, и к художественно-критическому обзору каких-либо произведений, и к любому подвиду этих жанров, если в журналистском материале речь идет не о явлениях жизни непосредственно, а об изображении действительности другими авторами.

Рецензент обязан определить жанрово-видовую принадлежность рассматриваемого им произведения, его место в потоке аналогичных, отметить характерные особенности именно этого произведения, высказать свое отношение на основе представлений и норм, принятых для оценки произведений этого типа в культурно-профессиональном сообществе. Запомните это.

Подразумевается, что рецензент знаком со многими другими аналогичными произведениями, анализировал их публично и имеет право высказывать свои оценки. Рецензент — уважаемая фигура, имеющая авторитет в своем профессиональном сообществе, знаток, эрудит, специалист, о котором известно, что он действительно разбирается в теме.

Мы описали идеальную ситуацию. В чем же ее отличие от реальной?

Главным образом в том, что далеко не все современные рецензии пишутся профессионалами, отличившимися в своей области. Довольно часто рецензию, например, на книгу пишет не критик-литературовед, а редакционный работник, которому понравился этот жанр по каким-либо уважительным причинам. Довольно часто книго- и литературоведением в глянцевых массовых журналах занимаются не критики, не библиографы и даже не библиофилы, а просто те журналисты, у которых это, с точки зрения главного редактора, получается бойко, хлестко и пр.

Неспроста в «Литературной газете» в 2003 г. долго, из номера в номер, шла дискуссия с участием критиков и литературоведов: почему у нас мало критики? почему наступил кризис критики? На первый взгляд это странно: критики рассуждают на тему, почему нет критики. На самом же деле парадокса особого нет, поскольку два других фактора временно вытеснили возможность расцвета художественной критики:

ГЛАВА 5. Система журналистских жанров

отсутствие общепонятных критериев истины и красоты вкупе с увеличившейся ролью рекламы. Всех критиков, начиная с тех же девяностых годов, стали подозревать в создании скрытой рекламы (под видом рецензирования) или в отстаивании сугубо групповых интересов.

Критерии пошатнулись и пересматриваются почти уже четверть века в связи с тотальными изменениями в идеологии, структуре общества и в общественной мысли, а также в художественных стилях и направлениях. Расцвет интернеттехнологий внес свои поправки в распространение любых мнений. Все что угодно может сказать кто угодно. Найти действительно профессиональное суждение о новинках нелегко.

Повсеместность рекламы невольно настраивает читателей на подозрения в отношении всех рецензий вообще — в том смысле, что рецензент, написавший что-то хвалебное о каком-то произведении, может быть заподозрен в корысти.

Читая в массовой прессе рецензию на книгу, мы все чаще встречаемся со стилем изложения, близким к разговорному и даже иногда просторечному. Такие рецензии довольно много сообщают нам о словарном запасе рецензента, но не очень много о том, хороша ли рецензируемая книга и почему. Здесь перечислены далеко не все причины кризиса этого замечательного жанра. Он очень важен, этот жанр, и мы горячо советуем начинающим журналистам учиться писать рецензии качественно.

Ремесло актера учит, как выходить на сцену и играть. А истинное искусство должно учить, как сознательно возбуждать в себе бессознательную творческую природу для сверхсознательного органического творчества, говорил великий реформатор русского театра К.С. Станиславский.

Ремесло рецензента должно начинаться с нелегкого умения спрятать (лучше — убрать вовсе) собственные амбиции. Подчеркнем еще раз, что самовыражение и творческая деятельность журналиста несовместимы. Многим студентам поначалу кажется, что журналистика для того и создана, чтобы заявлять о чаяниях журналиста, но с приближением к мастерству это заблуждение обязано уйти.

5.5. Основы художественной критики. Рецензия

Искусство рецензента начинается с демонстрации такого пристального, квалифицированного и заинтересованного взгляда на рассматриваемое произведение, который продвигает всю эту сферу художественной деятельности к новым рубежам, побуждает к дальнейшему развитию, к творчеству, причем не только рецензируемого автора, но и многих его коллег.

Это действительно требует больших знаний и умений, а не только бойкости пера.

Вспомним интересный исторический сюжет. Около ста лет назад, когда Московский Художественный театр впервые выехал на гастроли за границу, в Германию, вся труппа очень волновалась. Первая пресса, которая решала судьбу театра за границей, естественно, ожидалась с великим трепетом и нетерпением. Далее было вот что: артисты утром, еще в пижамах, ворвались к Станиславскому с торжествующими лицами. Жена одного артиста, знавшая немецкий язык, перевела рецензию: написано было одобрительно и с исключительным знанием дела. Все артисты ликовали, и не только потому, что их похвалили, а потому, что сделано это было высококвалифицированно.

Позже Станиславский спросил у знающих людей, как же немцы «вырабатывают таких знатоков театра» для газет? (Действительно, квалифицированный газетный театральный критик и сейчас редкость.)

Ему открыли секрет: «Мы поручаем начинающему критику написать не ругательную, а хвалебную статью: ругать может всякий, даже не понимающий дела, а с толком хвалить может только знаток». Знаменательные слова! Это, пожалуй, универсальный рецепт, как воспитать классного критика: пусть для начала молодой рецензент похвалит кого-нибудь со знанием дела, без лести, без навязчивости, без упоения собственным стилем и возможностями, а с разбором действительных достоинств рецензируемого произведения.

Приведем фрагмент рецензии, помещенной в рубрике «Книги» массового глянцевого журнала. Как пример современного состояния жанра это любопытно.

ГЛАВА 5. Система журналистских жанров

Ленивым и невнимательным, привыкшим к пляжным романам и газетным заметкам, Бэнвилла лучше не читать. Пишет он потрясающе длинно, невероятно запутанно, по-настоящему хорошо. Зато подлинные ценители получат истинное физическое наслаждение — сравнимое разве что с тем, что мог доставить своим читателям только Набоков, великий и прекрасный. Если в двух словах и для того, чтобы блеснуть в светской беседе, то это роман про актера. Всего-навсего про отставного актера. Который жил. Любил. И, разумеется, страдал. А  вы как думали?

Далее идет цитата в шесть строк из рецензируемого романа «Затмение», не подтверждающая этих оценок. Возможно, рецензент и не стремился к созданию информационного единства в своем тексте. Может быть, ему это трудно сделать. Но фраза из цитаты: «Я обхожу ее стороной, будто взрывчатку», характеризующая отношения героя и героини, не кажется ни длинной, ни запутанной, ни по-настоящему хорошей.

К литературе вообще, к творчеству рецензируемого писателя в частности, к оценке конкретного романа «Затмение» данная рецензия не имеет никакого отношения. Об этом виде «литературоведения» специалисты миролюбиво говорят так: ну что ж, это глянцевая критика, пусть будет и такая.

И все-таки это рецензия по сути, поскольку она отражает художественно отраженную реальность: романист отразил жизнь отставного актера, журналист отразил труд романиста. Читатели журнала узнали, что есть такой роман, что он про любовь и его можно упоминать в одном ряду с Набоковым. Это, конечно, самая рискованная часть и рецензии, и перспектив светской болтовни, потому что Набоков — признанный мастер слова, а о романе «Затмение» читатель знает только то, что напечатано в этом журнале. Оперевшись на такую оценку рецензента, можно попасть впросак, особенно если в «светском обществе» вдруг окажется действительно начитанный человек.

Познакомиться с рецензиями, написанными более или менее в традициях этого жанра, можно сейчас в толстых литературных журналах — «Новый мир», «Дружба народов»,

5.5. Основы художественной критики. Рецензия

«Октябрь», «Москва» и др. Их тираж уменьшился до нескольких тысяч экземпляров, но журналы все-таки уцелели в рыночной обстановке, выходят в свет, имеют свои сайты. В советское время, когда эти журналы имели миллионные тиражи, а подписаться на них было трудно, даже одна небольшая рецензия в таком издании могла привлечь внимание аудитории к произведению. Сейчас положение изменилось радикально: качественная культура имеет маргинальное по объему представительство в прессе, а массовая культура пока лидирует с непреодолимым отрывом. Поскольку такое положение вряд ли может быть в России устойчивым и длительным, мы рекомендуем молодым журналистам научиться писать классические рецензии: точная характеристика плюс адекватный анализ. Освоив классические подходы, вы заметите, что рецензия в упрощенно-разговорно-глянцевом варианте, при необходимости, получится у вас без особых усилий.

Говоря о художественной критике, следует назвать еще один чрезвычайно богатый по своей истории и именам жанр: литературно-критическую статью.

В истории русской литературы ХIХ в. оставили свой след критики, повлиявшие своими статьями не только на литературу, но и на ход общественно-политических процессов в стране. Журналистика журнальная, а в ней литературная критика развивались бурно. Это было связано с целым комплексом причин:

а) развитие печати и вообще словесности происходило, понятно, в отсутствие электронных СМИ;

б) художественное словесное творчество не было массовым в том понимании и объеме, в каком оно выступает сейчас: оно было уделом преимущественно образованных людей;

в) многие журналистские жанры (из числа ныне распространенных) тогда еще не сложились (например, интервью); г) отношение читающей публики к печатному слову было внимательным и глубоким, публику интересовало развитие

национальной культуры; д) распространение информации любого типа происходи-

ло в условиях цензуры, т. е. каждое печатное выступление представительствовало не только от автора и редакции, но и

ГЛАВА 5. Система журналистских жанров

как бы от государства, что влияло и на выдаваемые оценки, и на общественный вес рецензентов;

е) само государство было структурировано гораздо более четко, чем сейчас, вследствие чего читатель почти всегда чувствовал, с какого социального этажа к нему обратились с печатным словом.

Полагать, что качественная художественная критика ныне прекратила свое существование, конечно, не следует. Она жива, в частности в зарубежных русскоязычных изданиях,

вэмигрантской литературе, хотя и сильно политизирована;

вупомянутых выше толстых литературных журналах, в исследовательских работах по искусству. Выросла плеяда молодых литературных критиков, что можно заметить, например, по литературной премии «Дебют». Такая критика является, безусловно, специализированным видом творчества и требует огромных знаний и умений. В Литературном институте им. М. Горького есть соответствующее отделение, небольшое по численному составу студентов, но все-таки регулярно выпускающее специалистов.

Прогнозировать развитие этих жанров в этом веке сложно, однако призвать студентов факультета журналистики к изучению богатейшего отечественного наследия мы считаем необходимым, поскольку профессионалы так или иначе всегда будут востребованы.

Главное для журналиста, склоняющегося к художественной критике сейчас, — любовь к чтению и изучению произведений словесности. Потом придут навыки, а может быть, и мастерство, но первое, что требуется такому журналисту, — умение постоянно интересоваться тем, что делают в художественном творчестве другие. Это очень важно — различать, что умеют другие и чего не умеешь ты сам, но хочешь понять других и объяснить публике, что за произведение литературы вышло в свет, какова его роль и вес, контекст, и как ты это понимаешь. Настоящему критику самой этой стезей буквально предписывается быть фанатом чужого творчества. Это психологически нелегко, поэтому хороших рецензентов и тем более первоклассных критиков много не бывает.

5.6. Интервью как особый жанр журналистского произведения

Характерен образ знаменитого русского критика ХIХ в. Виссариона Белинского, воссозданный современником:

В такую же «лихорадку» впадал Белинский, когда «денно и нощно» бился над решением какого-нибудь проклятого вопроса. «Сомнения его именно мучили его, — вспоминает Тургенев, — лишали его сна, пищи, неотступно грызли и жгли его; он не позволял себе забыться и не знал усталости… я ослабевал… мне хотелось отдохнуть, я думал о прогулке, об обеде, сама жена Белинского умоляла и мужа, и меня немножко погодить, хотя на время прервать эти прения, напоминала ему предписание врача… но с Белинским сладить было нелегко. «Мы не решили еще вопроса о существовании Бога, — сказал он мне однажды с горьким упреком, — а вы хотите есть!..»

Подобная страсть к делу — образец, ныне практически не встречающийся в журналистике, но, поверьте, обеспечить себе бессмертие в творчестве могут только полностью погруженные в свое призвание люди.

5.6.Интервью как особый жанр журналистского произведения

Мы вынесли интервью в отдельную главу по нескольким причинам.

Во-первых, популярность и многофункциональность этого жанра в современной российской журналистике чрезвычайно велика.

Во-вторых, в рядах исследователей нет единства по вопросу классификации: к каким жанровым группам отнести интервью? (Получается, что и к информационным, и к аналитическим, и к художественно-публицистическим.) Собственно говоря, в строгой классификации здесь нет особой необходимости, поскольку видов интервью действительно много, и они пересекаются, проникают друг в друга, отнюдь не свидетельствуя о намерении журналиста исказить жанр или вид.

В-третьих, практика показывает, что студентам как творческим личностям очень интересно вообще все, что касается

ГЛАВА 5. Система журналистских жанров

интервью, и вместе с тем бывает довольно-таки боязно представить себя в роли интервьюера. Поначалу, конечно.

Исходя из этих соображений, мы написали об интервью отдельную главу, в которой учли главное, что необходимо начинающему журналисту в рамках данного курса. Учесть, как будет развиваться индивидуальный опыт каждого из читателей этой главы, разумеется, невозможно. Сделать этот опыт наименее болезненным — постараемся. Классик советской журналистики сказал: «...нет более верного способа разбудить интерес человека к беседе, чем собственная разговорчивость»102.

Одновременно в журналистской среде бытует другой афоризм: «Человеку дано всего два года, чтобы научиться говорить, и вся жизнь, чтобы научиться слушать».

Так что же будем делать: говорить или слушать? Технология, психология, этика интервью — на эти темы

написано множество книг. Журналистская литература (как научно-практическая, так и мемуарная) переполнена примерами и советами. Казалось бы: бери любую авторитетную книжку, изучай опыт мастера — и все в порядке. Завтра же можно идти на любое интервью.

Почему нет?

Потому, что этот жанр, единственный из всех журналистских, можно назвать также драматургическим. Он очень близок к такому роду литературы, как драма. Ответы и вопросы в интервью — это словно реплики героев, между которыми разыгрывается уникальное действо. Особенность этой пьесы в том, что она, так сказать, для одноразового исполнения. Конечно, интересное интервью можно перечитывать многократно, но само событие (общение двух или более людей по некоему актуальному поводу) неповторимо. Эти же собеседники могут встретиться еще не раз и поговорить на столь же актуальные темы, но это новое общение будет уже новой пьесой, в которой может поменяться главный герой: событие, факт, мысль, настроение.

102  Аграновский В.А. Ради единого слова. С. 108.

5.6. Интервью как особый жанр журналистского произведения

Исходя из сказанного, даже автор этих строк, сделавший несколько тысяч интервью (и для печатных, и для электронных СМИ, и в качестве интервьюера, и в качестве интервьюента), не рискует считать свой опыт универсальным.

Все, что будет сказано об интервью далее, будет сказано на основе отношения к этому жанру как драматургическому.

Но сначала мы коротко обобщим те положения, на которых сходится большинство авторов, написавших исследования по современному интервью.

«Произошла любопытная метаморфоза. Если раньше в интервью рассказывалось о каком-то новом, неизвестном и примечательном событии, явлении, факте, то сегодня интерес интервьюера обращен к человеку, творцу этих событий»103.

Когда произошла отмеченная метаморфоза? Почему автор говорит об этом с интонацией приятного удивления? Разве могло быть когда-то по-другому? (Заметьте, процитированная книга написана почти двадцать пять лет назад.)

По-другому быть могло — и было.

Как жанр интервью сравнительно молодо: оно пришло в нашу отечественную журналистику из западноевропейской только во второй половине ХIХ в. Трудно представить это сейчас, но в начале ХVIII в., т. е. когда зародилась российская журналистика, интервью не практиковалось. Его не брали и не давали. Жанра, в рамках которого один человек напрямую спрашивает что-то у другого с целью узнать чтолибо, не известное спрашивающему, и обнародовать результат примерно в том виде, в каком происходил разговор, не было.

Хронологически появление интервью в нашей печати совпадает с расцветом русской драматургии. А к тому периоду, когда К.С. Станиславский начал реформирование русского театра, интервью в прессе уже прижилось весьма основательно. Охотно беседовали с журналистами Л.Н. Толстой, А.П. Чехов, чуть позже И.А. Бунин. Писатели одними из первых почувствовали возможности, открываемые интервью:

103  Варустин Л.Э. Вровень с героем. С. 123.