Файл: основы творческой деятельности журналиста.docx

Но современное развитие масс медиа (как в России, так и за рубежом) заставляет нас вспоминать персонажа книги Р. Сильвестра «Вторая древнейшая профессия», вышедшей в Лондоне в 1950 г. Речь идет о Мистере Ходжмене –владельце газеты «Глоб», великом знатоке Обывателя: «Мистер понимал Обывателя, потому что умел мыслить, как Обыватель. Так он, в сущности, и мыслил. С некоторыми вариациями, разумеется, – за счет особенностей характера и культурных наслоений. Он знал, что нужно Обывателю, чего он жаждет и чего страшится, потому что то же нужно было и ему и он сам жаждал и страшился того же»^[24]. Опасность такого полного растворения журналиста в обезличенной массе не стоит сбрасывать со счета. Достижение подлинного доверия аудитории – процесс сложный, длительный, требующий полной творческой самоотдачи автора, ведущего или редактора.

В общении с читателями, слушателями, зрителями журналиста подстерегают и ловушки другого рода. Так, сотрудник СМИ может превратиться в механического посредника между анонимной властью и столь же анонимной аудиторией или же стать манипулятором, навязывающим массам чужое мировоззрение и ретранслирующим им псевдореальность.

Что же помогает избежать подобной профессиональной деформации?

Как уже отмечалось, среди ведущих компонентов картины мира находятся мотивационные структуры. Вопрос мотивации – животрепещущий для российских журналистов. Важно не только то, что и как человек делает, но и почему он поступает так, а не иначе. Выбор мотива бывает осознанным или неосознанным. Но в любом случае он определяет направленность деятельности, придает личностный смысл ее целям, а также входящим в нее отдельным действиям и операциям. Не следует путать реальный мотив и мотивировку, которая звучит из уст самого человека, – часто она бываетдалека от его истинных побуждений.

Различают мотивы, связанные с удовлетворением основных (био-психофизических) потребностей, а также те, которые определяют взаимодействие данного индивида с другими; особо выделяются те, что обусловлены стремлением личности к высшим ценностям. Первые называют интраиндивидными, вторые – интериндивидными, третьи –метаиндивидными.

Что же было главной побудительной силой в деятельности российских журналистов в 90-е гг. нашего столетия? Социологи выявили, что отечественные работники СМИ ориентированы прежде всего на других людей. Очень ярко проявилась трудовая мотивация, связанная с профессиональной самореализацией. Возросла роль материальных стимулов, несколько снизилась значимость духовных^[25].

Проблема выбора для сотрудника прессы связана и с определением им своих идеологических позиций. Они выражаются в приверженности к различным социально-политическим и профессиональным идеологиям. Последние соотносятся с тем, как он понимает социально-ролевые характеристики СМИ.

Если представить картину мира журналиста в виде пирамиды, то наряду с перечисленными компонентами у еевершины находятся убеждения – представления, знания, идеи, превратившиеся в мотивы поведения человека и определяющие его отношение к реальности. Убеждения синтезируют в себе глубоко усвоенные знания, их эмоциональную окрашенность, волю, иначе говоря, являются сплавом рационального, эмоционального и волевого начал в человеке.

Содержание убеждений идеального журналиста может быть различным, но, как демонстрирует опыт истории, «журналистика есть дело сначала общественное, а затем уже производственное или личное. Не осознав себя человеком, у которого в руках находится мощное средство воздействия на современников и потомков, их объединения или, наоборот, разъединения, не ощутив полноту ответственности перед обществом и людьми, сотрудник редакции не может считать себя зрелым профессионалом»^[26].

Формирование убеждений неотделимо от системы ценностей (это понятие трактуется философами как значение предмета для человека), под воздействием которых и осуществляется творческий процесс. Журналист не может замкнуться лишь в рамках чистого утилитаризма, абстрагироваться от социально-политических, познавательных, нравственных идеалов. С осознанием общецивилизационных ценностей (свобода духа, мысли, совести) связано и понимание им такого сложного и противоречивого явления, как свобода печати.

Свобода печати может быть рассмотрена в контексте личных или политических свобод. В первом случае очерчивается круг тех видов деятельности, где журналист относительно независим от государственного вмешательства, во втором – высвечивается та грань журналистской профессии, которая подлежит регламентации и ограничениям. Без определения отношения журналиста к свободе печати его профессиональная картина мира была бы неполной. Сложившиеся подходы к проблеме – революционно-демократический, предпринимательский, классово-политический и правовой – демонстрируют различное осознание ее значимости для работников прессы. Одни видят в свободе печати абсолютную независимость от власти, другие – право на промысел, третьи – привилегию класса или партии, четвертые –неукоснительное соблюдение положений закона.

Правовое рассмотрение свободы печати позволяет перекинуть мостик к осознанию журналистом того, что профессиональная журналистская деятельность осуществляется в силовом поле свободы и ответственности, подчиняется ограничениям и требует выполнения определенных обязанностей. Юридически закрепленная в форме закона свобода прессы не отменяет, а усиливает ответственность за написанное или произнесенное слово.

Правда, у теоретиков и практиков прессы возникает тревога, что в сегодняшних сложных экономических условиях сотрудник СМИ, освободившийся от необходимости интеллектуально обслуживать те или иные классы, склонен заменить прежнего господина – государство на частное лицо – спонсора.

Особо важны для журналиста нравственные ценности, включающие в себя представления о достоинстве личности или группы лиц, о моральных нормах, принципах, понятиях добра и зла, справедливости, счастья. На их основе формируются нравственные качества, являющиеся для журналиста профессиональными. Из наблюдений за практикой СМИ эксперты заключают, что в развитии таких качеств как человеколюбие, порядочность, неподкупность особенно нуждаются те, кто занимается расследовательской деятельностью или работает в сфере рекламы. В этот список можно было бы добавить и сотрудников развлекательной прессы, пока что ориентированной на сенсационность, раздувание фактов, а зачастую и на явную мистификацию. Такой ракурс освещения действительности и порождаемый им стиль отношения к читателю может привести к столкновению этических позиций газетчиков и общественности.

Проблема «крепости души» журналиста приобретает особую актуальность в те моменты, когда рушится привычная система ценностей, установок, когда масса населения теряет смысл существования. Эти процессы подрывают способность человека к самоидентификации, определению себя в обществе, достижению равновесия между социальным и индивидуальным «я». Но один из парадоксов истории заключается в том, что в условиях кризисов, социальных потрясений – всего, что связано с «прерывом постепенности», – человек способен проявить и глубину интеллекта, и самые высокие качества души. Это имеет отношение и к журналистике. Правда, все чаще стали высказываться мнения о том, что журналистская профессия умирает. Но подобное мы прежде могли услышать и о «“смерти” искусства», классической философии, науки, морали. Выход ученым видится в «единстве многообразия». В плане социокультурном оно выражается в диалогическом способе связей «человека с человеком, поколения с поколением, пола с полом, класса с классом, нации с нацией, региона с регионом, как и современности с прошлым, ибо спасти человечество в этой критической фазе его развития может только сознание его единства – и социального единства, и исторического»^[27]. Потенциал СМИ в этом диалоге неисчерпаем так же, как огромны резервы человеческого мозга. Сама «неуловимость» пределов журналистской профессии, многообразие ее видов, методов, форм деятельности, ее включенность в бесконечный кругооборот информации, без которого не может обойтись общество, – все это дает возможность говорить о долгих перспективах ее развития.

^[1] Исаева В.И. Античная Греция в зеркале риторики. Исократ. М., 1994. С. 102.

^[2] Кон И.С. Размышления об американской интеллигенции//Новый мир. 1968. №1.С. 174–177.

^[3] Дживелегов А. Очерки итальянского возрождения. М., 1929. С. 13.

^[4] Лучинский Ю.В. Очерки истории зарубежной журналистики. Краснодар, 1996. С. 25.

^[5] Herd, H. The March of Journalism. London, 1952. P. 13.

^[6] Read, D. The Power of News. The History of Reuters. 1849–1984. Oxford University Press, 1992. P. 5.

^[7] См.: Гуревич С.М. Предпосылки возникновения марксистской теории журналистики М., 1972. С. 85.

^[8] Гуревич С.М. К. Маркс и Ф. Энгельс – основоположники теории коммунистической публицистики. М., 1973. С. 63.

^[9] Станько А.И. Становление теоретических знаний о периодической печати в России. (XVIII в. – 60-е гг. XIX в.). Автореф. докт. дис. Л., 1986. С 28, 30.

^[10] Соколов В.С., Михайлов С.А. Периодическая печать США. СПб., 1998. С. 61.

^[11] Свитич Л.Г. Профессия: журналист. М., 1991. С. 39–40.

^[12] Кузин И.В. Сенсатор – новый тип журналиста в информационном обществе//Журналистика и социологияۥ97. Журналист: личность, должность и долг/Ред.-сост. С.Г.Корконосенко. СПб., 1998. С 34.

^[13] Смирнов С.В. Формирование творческой личности журналиста//Логос. Общество. Знак/Отв. ред. Б.Я. Мисонжников. СПб., 1997. С. 117.

^[14] Корконосенко Н.Ф. О женском пере в мужской журналистике//Женщина в массовой коммуникации: штрихи к социокультурному портрету/Ред.-сост. С. М. Виноградова. СПб., 1998. С. 71.

^[15] Уллмен Дж. Журналистские расследования: современные методы и техника. М., 1988. С. 28.

^[16] Миллс Р. Интеллектуальное мастерство//Социологические исследования. 1994. №1. С. 111.

^[17] Дзялошинский И.М. Российский журналист в посттоталитарную эпоху. М., 1996. С. 201.

^[18] Песков В.М. Шаги по росе. М., 1964., С. 144.

^[19] Тертычный А.А. Аналитическая журналистика: познавательно-психологический подход. М., 1988. С. 9.

^[20] Адамович А. Хатынская повесть. Каратели. Л., 1986. С. 35.

^[21] Свитич Л.Г. Указ. соч. С 53.

^[22] См.: подробнее: Корконосенко С.Г. Социально-ролевая характеристика прессы//Вестн. С.-Петерб. ун-та. Сер. 2. 1992. Вып. 1.

^[23] Дзялошинский И.М. Указ. соч. С. 239; Засурский Я.Н., Колесник С.Г., Свитич Л.Г., Ширяева А.А. Журналисты о правах и свободах личности и средств массовой информации (Российско-американское исследование)//Вестн. Моск. ун-та. Сер. 10. Журналистика. 1997. №3. С. 20–36; Колесник С.Г., Свитич Л.Г., Ширяева А.А. Российский и американский журналист (опыт совместного исследования)//Вестн. Моск. ун-та. Сер. 10. Журналистика. 1995. №1. С. 20–27; Там же. №2. С. 30–42; Кузин В.И. Психологическая культура журналиста. СПб., 1997. С. 65.

^[24] Сильвестр Р. Вторая древнейшая профессия. М., 1952. С. 94–95.

^[25] Дзялошинский И.М. Указ. соч. С. 67–69.

^[26] Корконосенко С.Г Основы теории журналистики. СПб , 1995. С. 44.

^[27] Каган М.С. Философия культуры СПб., 1996. С. 404–405.