Файл: Теории интеллекта: подходы и современный взгляд.pdf

Интеллект, по мнению М.А. Холодной – "форма организации индивидуального ментального опыта в виде наличных ментальных структур, порождаемого ими ментального пространства отражения и строящихся в рамках этого пространства ментальных репрезентаций происходящего".

Ментальный опыт - это система наличных психических образований и инициируемых ими психических состояний, лежащих в основе познавательного отношения человека к миру и обусловливающих конкретные свойства его интеллектуальной деятельности. [7, с. 164].

Ментальный опыт представлен автором в трех основных формах: ментальные структуры, ментальное пространство и ментальные репрезентации. [7, с.94]

В структуру ментального опыта включаются способы кодирования информации, понятийные психические структуры, «архетипичные» и семантические структуры.

Ментальные структуры рассматриваются как система психических образований, которые обеспечивают кодирование поступающей информации о происходящих событиях, контроль за ходом интеллектуальной деятельности, а также избирательность воспринимаемых данных.

В структуре ментального опыта М. А Холодная выделяет три уровня.

1. Когнитивный опыт – ментальные структуры, обеспечивающие хранение, упорядочивание имеющейся и поступающей извне информации. Основное их назначение – “оперативная переработка текущей информации об актуальном воздействии на разных уровнях отражения”.
2. Метакогнитивный опыт – ментальные структуры, осуществляющие непроизвольную регуляцию процесса переработки информации, а также не менее важную произвольную организацию интеллектуальной активности самого человека. Основное назначение – “контроль состояния индивидуальных интеллектуальных ресурсов, а также хода интеллектуальной деятельности”.
3. Интенциональный опыт – ментальные структуры лежащие в основе индивидуальных интеллектуальных склонностей. Основное их назначение – “предопределять “субъективные критерии выбора относительно определенной предметной области, направления поиска решения, определенных источников информации, субъективных средств ее представления” [7, с. 170].

По мнению В.Н. Дружинина [8], метакогнитивный опыт относится к регуляторной системе психики, а интенциональный – к мотивационной системе. Особенности организации когнитивного, метакогнитивного и интенционального опыта определяют свойства индивидуального интеллекта.

Ниже представлена модель психологического устройства интеллекта, иллюстрирующая особенности его структурной организации.

Рис.3.Модель интеллекта М. А Холодной (по Холодной, 1997)

3 ГЕШТАЛЬТ-ПСИХОЛОГИЧЕСКАЯ ТЕОРИЯ ИНТЕЛЛЕКТА

Одна из первых попыток построения объяснительной модели интеллекта была представлена в гештальт-психологии, в рамках которой природа интеллекта трактовалась в контексте проблемы организации феноменального поля сознания. Предпосылки такого подхода были заданы В. Кёлером [9]. В качестве критерия наличия интеллектуального поведения у животных он рассматривал эффекты структурности: возникновение решения связано с тем, что поле восприятия приобретает новую структуру, в которой схватываются соотношения между элементами проблемной ситуации, важные для ее разрешения. Само решение при этом возникает внезапно, на основе практически мгновенного переструктурирования образа исходной ситуации (это явление получило название инсайта). Впоследствии М. Вертгеймер [10], характеризуя «продуктивное мышление» человека, также на первый план вывел процессы структурирования содержания сознания: группирование, центрирование, реорганизацию наличных впечатлений.

Основной вектор, по которому идет перестройка образа ситуации, - это его переход к «хорошему гештальту», то есть предельно простому, ясному, расчлененному, осмысленному образу, в котором в полном объеме воспроизводятся все основные элементы проблемной ситуации, в первую очередь, ее ключевое структурное противоречие. В качестве современной иллюстрации роли процесса структурирования образа можно использовать известную задачу «четыре точки»: «даны четыре точки. Нужно перечеркнуть их тремя прямыми линиями, не отрывая карандаша от бумаги, и вернуться при этом к начальной точке». Принцип решения данной задачи состоит в том, чтобы перестроить образ: уйти от образа «квадрата» и увидеть продолжение линий за пределами точек. Короче говоря, отличительным признаком включенности в работу интеллекта является такая реорганизация содержания сознания, благодаря которой познавательный образ приобретает «качество формы». Но вот тут-то и возникает любопытная теоретическая коллизия, связанная с естественно возникающим желанием узнать о том, откуда берутся эти ментальные формы?

С одной стороны, В. Кёлер [9] утверждал, что в зрительном поле есть формы, которые заданы непосредственно характеристиками объективной ситуации.

С другой стороны, В. Кёлер отмечал, что форма наших образов не является зрительной реальностью, поскольку это скорее правило организации визуальной информации, рождающееся внутри субъекта. Например, по его словам, первое восприятие среза мозга под микроскопом у студента отличается от восприятия опытного невролога. Студент не может сразу реагировать определенным образом на различие структур тканей, которые доминируют в поле зрения профессора, потому что он не в состоянии увидеть поле организованным должным образом. Следовательно, по словам В. Кёлера [9], не всякому сознанию ситуация подсказывает решение, а только такому, которое может «подняться до уровня этого разумения». В какой-то момент гештальт-психологические исследования вплотную подошли к проблеме механизмов интеллекта. Ведь главный вопрос как раз и заключается в том, за счет чего возможен тот или иной уровень или тип организованности зрительного (феноменального) поля, обусловливающий возможность приобретения последним «качества формы»? И почему одну и ту же объективную ситуацию разные люди видят различным образом?

Однако в контексте гештальт-психологической идеологии постановка подобного рода вопросов не имела смысла. Утверждение, что умственный образ фактически внезапно переструктурируется сам по себе в соответствии с объективно действующим «законом структуры», по сути дела означало, что интеллектуальное отражение возможно вне интеллектуальной активности самого субъекта (теория интеллекта без интеллекта).

Как известно, в гештальт-психологии особенности структурирования феноменального зрительного поля впоследствии оказались сведенными к действию нейрофизиологических факторов. Тем самым была окончательно потеряна для объяснительного психологического анализа чрезвычайно ценная идея о том, что сущность интеллекта заключается в его способности порождать и организовывать субъективное пространство познавательного отражения.

Особое место в гештальт-психологической теории занимали исследования К. Дункера [11], которому удалось описать решение задачи с точки зрения того, как изменяется содержание сознания испытуемого в процессе нахождения принципа (идеи) решения. Ключевая характеристика интеллекта - инсайт (внезапное, неожиданное уяснение сути проблемы). Чем глубже инсайт, то есть чем сильнее существенные черты проблемной ситуации определяют ответное действие, тем более интеллектуальным оно является. По словам Дункера, глубочайшие различия между людьми в том, что мы называем умственной одаренностью, имеют свою основу именно в большей или меньшей легкости переструктурирования мыслимого материала. Таким образом, способность к инсайту (то есть способность быстро перестраивать содержание познавательного образа в направлении выявления основного проблемного противоречия ситуации) и является критерием развития интеллекта.

4 ТЕОРИЯ ТВОРЧЕСКОГО ИНТЕЛЛЕКТА

Человеческое мышление имеет преимущественно двойственный характер - это логическое, словесное и образное, невербальное. Множество исследований в области нейропсихологии подтверждают разделение функций и в работе самих полушарий мозга [18]. Так левое полушарие ответственно преимущественно за словесно-логический, а правое за образный способ мышления, если человек является левшой, функции полушарий, как правило, меняются местами.

Рис. 4

Привычная нам двузначная логика с непреложным законом отрицания третьего возникла не случайно. Ведь наш мир в основных проявлениях всегда парен: день и ночь, правое и левое, мужское и женское, верх и низ, плюс и минус, и т.д. Древнекитайская философия называет этот принцип разделения жизни "ИНЬ" и "ЯН", которые следуют друг за другом, переходят друг в друга и чередуются, подобно дню и ночи, лету и зиме, и непрерывно продолжаясь, образуют связующую нить любого развития и эволюции жизни в целом. Неизбежно впитав этот принцип, человек закономерно приобрел и развил логический ум. "Либо это, либо то" - хорошее или плохое, вперед или назад, направо или налево, сделал или не сделал, причина или следствие и многое другое, причем существенным всегда является утверждение или отрицание того или иного в определенный фиксируемый момент времени. Это позволяет людям, быть конкретными и действовать в пределах установленных ими логические законов.

Благодаря расцвету европейской науки в 19-ом и 20-ом столетии, двузначная логика прочно утвердилась в человеческом мышлении и даже стала отождествляться с интеллектом. Но уже ядерная и квантовая физика показала полную неприменимость обычной логики для своих неоспоримых научных выводов. А диалектическая логика, в свое время поставленная краеугольным камнем марксисткой теории, опрометчиво посягнувшей на всеобъемлемость, стыдливо забыта сегодня вместе с грузом печальных заблуждений марксизма-ленинизма. Можно сказать, что в системе образования и общественном сознании ее сейчас нет. И все же, именно диалектическое мышление может являться примером динамичной целостности, объединяющей различные стороны жизни, на всякий раз новом уровне их постижения, имеющего самое непосредственное отношение к творчеству.

В мыслительном акте открытия нового диалектические законы помогают обрести абстрактную форму прежде совершенно неосознаваемым, и не сводимым к какому бы то ни было осмыслению и упорядочиванию вещам и процессам. Но эта поначалу максимально возможная, почти эфемерная абстрактная форма и создает возможность для дальнейшей формализации, вновь познанного, чтобы сделать это достоянием других. Иными словами, результаты внутреннего творчества должны быть в той или иной, доступной вос­приятию форме выражены, и тогда они смогут обрести свою внешнюю осуществи­мость и материализоваться в уже не разделенной умом условно на внутреннюю и внешнюю, а в единой действительности.

Фундаментальные принципы лежащие в самом осно­вании науки сегодня, как и двести-триста лет назад базируются на модели мира, впервые математически описанной Ньютоном и Декартом и соответствующих ей законах его постижения и описания. Это представление мира, как бесконечного множества отдельных и особым образом взаимодействующих друг с другом частиц, взаимодействующих в зависимости от своей массы и расстояния между ними и по вполне конкретным законам причинности. К примеру, если существуют объ­екты А и В, то все возможные между ними отношения могут быть выражены так: +A+ В или +A-В или -A+B или -А-В и никак иначе.

Следствием такой парадигмы является только субъектно-объектный способ осмысления и описания мира, исключающий всякую иную возможность его исследования и по­стижения как не научную и поэтому не соответствующую действительности. Однако, как говорилось ранее, постулаты квантовой механики показали не­применимость такого способа для описания многих действительных физических процессов. Даль­нейшие открытия и сравнительно новые научные направления, такие как синер­гетика, теория самоорганизующихся систем, биоэнергетика, голография и фрак­тальные множества, не только подтвердили и раскрыли волновую природу и совершенную непрерывность, континуальность мира, но также определили и сформулировали основание новой научной парадигмы.

Волновое единство и структурная фрактальность или голографичность - самоподобие целого в любой из его выделившихся частей и ее развивающейся структуре, "целое - в малом", в полном смысле органическое единство еще раз доказывающее древний принцип тождественности микрокосмоса и макрокосмоса, человека и всей вселенной [19].

Таким образом, в процессе познания и творческого взаимодействия с окружающим миром, человек не просто должен в соответствии с физическим принципом «дополнительности» учитывать и вносить поправку в свое несомненное "субъективное" влияние на реальность и невозможность никакими стараниями соблюсти условия "чистого эксперимента", но всегда четко и ясно осозна­вать свое неразрывное волновое и органическое единство с миром, а также идеалисти­ческую субъективность, придуманную условность самого разделения на внутрен­нее и внешнее, субъективное и объективное, которые существуют только благодаря психическим процессам личности, ключевая роль в которых принадлежит нашему мышлению и интеллекту.

В силу вышеуказанных законов, отличительным свойством интеллекта способно­го открывать и созидать новое, сохраняя при этом неразрывную целостность внешне воспринимаемого мира и внутренней психической реальности, является его голографичность. Это качество может быть наглядно продемон­стрировано образным, ассоциативным мышлением, когда любой мыслимый образ представляется одновременно сопряженным и с любым другим, благодаря множес­тву возможных между ними ассоциативных цепочек и связей. Именно образное, целостное по своему характеру мышление, более всего соответствует искомому свойству голографичности, когда в каждой локальной части временного пережи­вания может быть отображена вся неразрывная с нею целостность единой реаль­ности.