Файл: Легальность.pdf

Оно ᅟнапрямую ᅟведет ᅟк ᅟпотере ᅟсвязи ᅟмежду ᅟвластью ᅟи ᅟнаселением ᅟи ᅟв ᅟитоге ᅟ- ᅟк ᅟснижению ᅟуровня ᅟлегитимности ᅟвласти. ᅟПричины ᅟпотери ᅟсвязи ᅟмежду ᅟизбирателями ᅟи ᅟполитическими ᅟсилами ᅟимеют ᅟмного ᅟаспектов ᅟи ᅟотличаются ᅟв ᅟзависимости ᅟот ᅟстран. ᅟНас ᅟбольше ᅟинтересуют ᅟособенности ᅟукраинских ᅟпроцессов, ᅟнапрямую ᅟсвязанных ᅟс ᅟкризисом ᅟлегитимности. ᅟВыделим ᅟдве ᅟтенденции: ᅟпервая ᅟскорее ᅟкасается ᅟвласти, ᅟвторая ᅟ- ᅟсамого ᅟнаселения. ᅟПри ᅟэтом ᅟих ᅟинтенсивность, ᅟа ᅟтакже ᅟвозможность ᅟоставаться ᅟвлиятельными ᅟво ᅟвременной ᅟперспективе ᅟможет ᅟотличаться, ᅟоднако ᅟобе ᅟони ᅟво ᅟмногом ᅟопределяют ᅟхарактер ᅟотношений ᅟмежду ᅟвластью ᅟи ᅟгражданами. ᅟХотя, ᅟконечно, ᅟникакая ᅟтеоретическая ᅟконструкция ᅟне ᅟможет ᅟучесть ᅟвсе ᅟразнообразие ᅟи ᅟрискует ᅟупустить ᅟважные ᅟаспекты ᅟреальности. ᅟИтак, ᅟпервая ᅟтенденция ᅟкасается ᅟв ᅟпервую ᅟочередь ᅟвластной ᅟверхушки. ᅟМожно ᅟутверждать, ᅟчто ᅟлюбая ᅟполитическая ᅟсила ᅟв ᅟпроцессе ᅟполитической ᅟборьбы ᅟсоздает ᅟсобственный ᅟобраз ᅟмира, ᅟв ᅟкотором ᅟотводится ᅟместо ᅟей ᅟи ᅟее ᅟполитическим ᅟоппонентам. ᅟТаким ᅟобразом ᅟпроисходит ᅟборьба ᅟза ᅟэлекторат. ᅟСимволические ᅟобразы ᅟмира, ᅟприсущие ᅟлюбой ᅟполитической ᅟсиле, ᅟимеют ᅟобоснование ᅟ(на ᅟрациональной ᅟили ᅟэмоциональной ᅟбазе) ᅟтого, ᅟпочему ᅟименно ᅟона ᅟлучше ᅟдругих, ᅟкакими ᅟпреимуществами ᅟв ᅟсравнении ᅟс ᅟдругими ᅟобладает. ᅟМодели ᅟтаких ᅟобразов ᅟмогут ᅟбыть ᅟразными, ᅟоднако ᅟобычно ᅟони ᅟимеют ᅟпохожую ᅟсхему: ᅟс ᅟодной ᅟстороны, ᅟпо-своему ᅟобъясняют ᅟполитическую ᅟреальность ᅟв ᅟтом ᅟили ᅟином ᅟобществе, ᅟс ᅟдругой ᅟ- ᅟсвое ᅟместо ᅟв ᅟнем, ᅟкоторое ᅟсовершенно ᅟнеотделимо ᅟот ᅟпротивопоставления ᅟсебя ᅟсвоим ᅟполитическим ᅟоппонентам. ᅟПомня ᅟо ᅟтом, ᅟчто ᅟв ᅟоснове ᅟполитики ᅟкак ᅟособенной ᅟсферы ᅟобщественных ᅟотношений ᅟвсегда ᅟлежит ᅟконфликт ᅟ(в ᅟмарксистском ᅟили ᅟв ᅟлюбом ᅟдругом ᅟпонимании), ᅟтакое ᅟпротивопоставление ᅟ- ᅟабсолютно ᅟзакономерное ᅟявление. ᅟСражаясь ᅟза ᅟвласть, ᅟполитические ᅟсилы ᅟвыстраивают ᅟтакие ᅟобразы ᅟдействительности, ᅟкоторыми ᅟпытаются ᅟпривлечь ᅟвнимание ᅟнаселения.

Таким ᅟобразом, ᅟв ᅟидеале ᅟсторонники ᅟлюбой ᅟполитической ᅟсилы ᅟразделяют ᅟтот ᅟобраз ᅟдействительности, ᅟкоторый ᅟбыл ᅟею ᅟсформирован ᅟ(хотя ᅟее ᅟпредставители ᅟдалеко ᅟне ᅟвсегда ᅟверят ᅟв ᅟнего ᅟсами). ᅟЭта ᅟсхема ᅟявляется ᅟдовольно ᅟпростым ᅟвыражением ᅟсвязи ᅟмежду ᅟизбирателями ᅟи ᅟпартиями. ᅟБолее ᅟмасштабное ᅟсогласие ᅟвсего ᅟнаселения ᅟс ᅟкартиной ᅟмира, ᅟкоторую ᅟпродуцирует ᅟполитическая ᅟсистема ᅟлюбого ᅟгосударства ᅟв ᅟцелом, ᅟявляется ᅟсвидетельством ᅟлегитимности ᅟвласти. ᅟПроблемы ᅟв ᅟслучае ᅟУкраины ᅟвозникают ᅟкак ᅟраз ᅟиз-за ᅟнесоответствия ᅟчастичных ᅟкартин ᅟмира, ᅟсоздаваемых ᅟотдельными ᅟполитическими ᅟсилами, ᅟобщей ᅟкартине ᅟмира, ᅟкоторая ᅟдолжна ᅟбыть ᅟрезультатом ᅟдеятельности ᅟвсей ᅟполитической ᅟсистемы. ᅟМожно ᅟговорить ᅟо ᅟтом, ᅟчто ᅟчастичные ᅟобразы ᅟдействительности ᅟмногих ᅟукраинских ᅟполитических ᅟсил ᅟнастолько ᅟпротиворечат ᅟдруг ᅟдругу, ᅟчто ᅟне ᅟв ᅟсостоянии ᅟобеспечить ᅟсуществование ᅟцелостного ᅟобщеполитического ᅟобраза. ᅟИными ᅟсловами, ᅟукраинскому ᅟгражданину ᅟнечего ᅟразделять, ᅟкроме ᅟкак ᅟпартикулярные ᅟкартины ᅟмира, ᅟкоторые ᅟмассово ᅟпродуцируют ᅟмногочисленные ᅟукраинские ᅟпартии. ᅟСледовательно, ᅟлегитимность ᅟкак ᅟсвязь ᅟграждан ᅟи ᅟвласти ᅟстановится ᅟпроблематичной. ᅟВ ᅟсвою ᅟочередь ᅟграждане, ᅟявляющиеся ᅟсторонниками ᅟтой ᅟили ᅟиной ᅟполитической ᅟсилы, ᅟсклонны ᅟв ᅟтаком ᅟслучае ᅟне ᅟдоверять ᅟгосударству ᅟи ᅟполитической ᅟсистеме ᅟв ᅟцелом. ᅟНезависимо ᅟот ᅟтого, ᅟкакая ᅟполитическая ᅟсила ᅟнаходится ᅟу ᅟвласти, ᅟесть ᅟряд ᅟписаных ᅟили ᅟнеписаных ᅟправил ᅟигры, ᅟкоторые ᅟсоблюдают ᅟвсе ᅟучастники ᅟвластных ᅟотношений. ᅟВ ᅟтаких ᅟусловиях ᅟграждане ᅟмогут ᅟдоверять ᅟвластным ᅟструктурам ᅟнезависимо ᅟот ᅟтого, ᅟкакие ᅟполитические ᅟсилы ᅟих ᅟвозглавляют.

Свидетельством ᅟтого, ᅟчто ᅟв ᅟгосударстве ᅟсуществует ᅟдостаточный ᅟуровень ᅟобщей ᅟлегитимности, ᅟмогут ᅟбыть ᅟмногочисленные ᅟпримеры ᅟстабильного ᅟфункционирования ᅟкоалиций, ᅟобладающих ᅟнезначительным ᅟпреимуществом ᅟнад ᅟоппозицией, ᅟи ᅟдаже ᅟправительств ᅟменьшинства, ᅟв ᅟстранах ᅟЗападной ᅟЕвропы. ᅟА ᅟв ᅟусловиях ᅟукраинских ᅟреалий ᅟфункционирование ᅟкоалиции ᅟс ᅟнесущественным ᅟпреимуществом ᅟв ᅟколичестве ᅟдепутатов ᅟсразу ᅟвызывает ᅟбезумное ᅟсопротивление ᅟоппозиционных ᅟсил, ᅟкоторое ᅟсвидетельствует ᅟоб ᅟотсутствии ᅟконсенсусного ᅟполя ᅟсотрудничества ᅟв ᅟукраинском ᅟпарламенте. ᅟКонсенсусное ᅟполе ᅟотсутствует ᅟтакже ᅟи ᅟв ᅟобразах ᅟреальности ᅟполитических ᅟсил, ᅟчто ᅟи ᅟприводит ᅟк ᅟуже ᅟназванным ᅟпоследствиям. ᅟФормирование ᅟтакого ᅟполя ᅟне ᅟпредполагает ᅟобразование ᅟширокой ᅟкоалиции ᅟили ᅟкаких-либо ᅟпопыток ᅟпсевдоконсолидации ᅟукраинских ᅟполитических ᅟсил, ᅟкоторая ᅟприведет ᅟлишь ᅟк ᅟснижению ᅟуровня ᅟлегитимности ᅟотдельных ᅟполитических ᅟсил. ᅟОно, ᅟскорее, ᅟдолжно ᅟзаключаться ᅟв ᅟмодификации ᅟобразов ᅟреальности ᅟукраинских ᅟпартий ᅟтак, ᅟчтобы ᅟони ᅟперестали ᅟбыть ᅟвзаимоисключающими, ᅟсоздали ᅟпредпосылки ᅟдля ᅟформирования ᅟобщих ᅟправил ᅟигры ᅟи ᅟобщих ᅟценностей. ᅟЭти ᅟправила ᅟмогут ᅟкасаться ᅟпринципов ᅟдиалога ᅟи ᅟвзаимодействия ᅟбольшинства ᅟи ᅟоппозиции, ᅟправительства ᅟи ᅟпрезидента ᅟи ᅟт.д. ᅟВ ᅟлюбом ᅟслучае ᅟтакая ᅟмодификация ᅟдолжна ᅟспособствовать ᅟналаживанию ᅟмежду ᅟгосударством ᅟи ᅟгражданином ᅟсвязи, ᅟкоторая ᅟбыла ᅟнарушена ᅟчрезмерной ᅟпартикуляризацией ᅟлегитимности. ᅟОднако, ᅟкак ᅟуже ᅟотмечалось, ᅟ"фрагментизация" ᅟлегитимности ᅟявляется ᅟтолько ᅟтенденцией, ᅟкоторая ᅟлишь ᅟчастично ᅟможет ᅟобъяснить ᅟсовременные ᅟпроблемы ᅟлегитимности. ᅟДля ᅟболее ᅟполного ᅟпонимания ᅟмы ᅟдолжны ᅟвыделить ᅟдругую ᅟтенденцию, ᅟкоторая ᅟбольше ᅟсвязана ᅟс ᅟнаселением, ᅟчем ᅟс ᅟвластью. ᅟОднако ᅟона ᅟтак ᅟже ᅟопределяет ᅟсостояние ᅟлегитимности ᅟи ᅟсо ᅟвременем ᅟможет ᅟстать ᅟвлиятельнее. ᅟРазочарование ᅟв ᅟспособности ᅟоказывать ᅟвлияние ᅟна ᅟполитику ᅟи ᅟпогружение ᅟв ᅟсобственно ᅟчастную ᅟжизнь, ᅟкоторые ᅟслужат ᅟглавными ᅟпричинами ᅟэтих ᅟпроцессов, ᅟстоит, ᅟнаверное, ᅟрассматривать ᅟкак ᅟвзаимодополняющие ᅟи ᅟвзаимно ᅟобусловливающие ᅟэлементы, ᅟни ᅟодин ᅟиз ᅟкоторых ᅟне ᅟявляется ᅟпервичным.

Это ᅟприводит ᅟк ᅟтому, ᅟчто ᅟлюди ᅟне ᅟверят ᅟв ᅟвозможность ᅟсмены ᅟне ᅟтолько ᅟгосударственного, ᅟно ᅟи ᅟобщественного ᅟстроя, ᅟполитические ᅟманифестации ᅟили ᅟобразование ᅟразличных ᅟобъединений ᅟграждане ᅟначинают ᅟвоспринимать ᅟдовольно ᅟскептически. ᅟВ ᅟлюбом ᅟслучае ᅟпадение ᅟуровня ᅟлегитимности ᅟвласти ᅟв ᅟрезультате ᅟисчезновения ᅟинтереса ᅟк ᅟпубличной ᅟсфере ᅟявляется ᅟочевидным. ᅟЕсли ᅟснижение ᅟуровня ᅟинтереса ᅟк ᅟполитической ᅟжизни ᅟлежит ᅟна ᅟповерхности, ᅟто ᅟзначительно ᅟважнее ᅟбудет ᅟуказать ᅟна ᅟдругой ᅟаспект ᅟвлияния ᅟдоминирования ᅟчастной ᅟсферы ᅟна ᅟлегитимность ᅟвласти. ᅟОн ᅟзаключается ᅟв ᅟтом, ᅟчто ᅟуровень ᅟдоверия ᅟк ᅟполитикам ᅟи ᅟполитическим ᅟсилам ᅟвсе ᅟбольше ᅟопределяется ᅟстепенью ᅟудовлетворения ᅟсобственных ᅟчастных ᅟинтересов. ᅟИными ᅟсловами, ᅟлегитимность ᅟставится ᅟв ᅟпрямую ᅟзависимость ᅟот ᅟспособности ᅟтой ᅟили ᅟиной ᅟполитической ᅟсилы ᅟ"купить" ᅟсвоего ᅟ"клиента". ᅟВо-первых, ᅟв ᅟследствие ᅟэтого, ᅟлегитимность ᅟкак ᅟтаковая ᅟразмывается ᅟеще ᅟбольше. ᅟЕсли ᅟполитические ᅟсилы ᅟсобственным ᅟмировоззренческими ᅟконструкциями ᅟ"фрагментируют" ᅟобщеполитическую ᅟлегитимность, ᅟто ᅟтакое ᅟотношение ᅟграждан ᅟвообще ᅟразрушает ᅟее, ᅟпревращая ᅟв ᅟсвоеобразный ᅟпроцесс ᅟобмена. ᅟПонятно, ᅟчто ᅟесли ᅟпринцип ᅟобмена ᅟстановится ᅟдоминирующим ᅟво ᅟвзаимоотношениях ᅟлюдей, ᅟто ᅟи ᅟотношения ᅟнаселения ᅟи ᅟвласти ᅟначинают ᅟстроиться ᅟв ᅟсоответствии ᅟс ᅟэтим.

3. ᅟЛегальность ᅟгосударственной ᅟвласти

Государственная ᅟвласть ᅟиграет ᅟключевую ᅟроль ᅟв ᅟжизни ᅟсовременного ᅟобщества. ᅟЕе ᅟсоциальное ᅟзначение ᅟочевидно: ᅟв ᅟсилу ᅟспецифики ᅟгосударственно-властных ᅟполномочий, ᅟвласть, ᅟв ᅟлице ᅟгосударственно-властных ᅟорганов ᅟобладает ᅟне ᅟтолько ᅟправом ᅟиздания ᅟпредписаний, ᅟно ᅟи ᅟправом ᅟприменения ᅟпринуждения ᅟза ᅟих ᅟнеисполнение ᅟили ᅟненадлежащее ᅟисполнение. ᅟПосредством ᅟданных ᅟполномочий, ᅟвласть ᅟреализует ᅟмногочисленные ᅟмеханизмы ᅟвзаимодействия ᅟмежду ᅟгосударством ᅟи ᅟличностью. ᅟЭти ᅟмеханизмы ᅟимеют ᅟразличные ᅟнаправления. ᅟС ᅟодной ᅟстороны, ᅟэто ᅟпроцесс ᅟсамоограничения ᅟвласти, ᅟпутем ᅟустановления ᅟкомпетенции ᅟгосударственных ᅟорганов, ᅟа ᅟс ᅟдругой ᅟ- ᅟгарантии ᅟзащиты ᅟправ ᅟи ᅟсвобод ᅟчеловека ᅟи ᅟгражданина, ᅟпутем ᅟих ᅟпровозглашения ᅟи ᅟзакрепления ᅟв ᅟзаконодательных ᅟактах.[7]

По ᅟмнению ᅟС. ᅟАлексеева, ᅟс ᅟодной ᅟстороны, ᅟ"право ᅟне ᅟможет ᅟсуществовать ᅟбез ᅟвласти", ᅟт.к. ᅟтолько ᅟгосударственная ᅟвласть ᅟпо ᅟсвоей ᅟприроде ᅟспособна ᅟобеспечить ᅟстрогую ᅟи ᅟсвоевременную ᅟреализацию ᅟправовых ᅟнорм ᅟи ᅟпринципов ᅟпосредством ᅟсвоих ᅟправоохранительных ᅟучреждений ᅟи ᅟинститутов. ᅟС ᅟдругой ᅟстороны, ᅟ"власть ᅟявляется ᅟантиподом ᅟправа". ᅟ"Власть, ᅟкак ᅟподчеркивает ᅟС. ᅟАлексеев, ᅟособенно ᅟвласть ᅟполитическая, ᅟгосударственная, ᅟкоторая ᅟи ᅟделает ᅟ"право ᅟправом", ᅟв ᅟто ᅟже ᅟвремя ᅟявление, ᅟв ᅟкакой-то ᅟмере ᅟс ᅟним ᅟнесовместимое, ᅟвыступающее ᅟпо ᅟотношению ᅟк ᅟправу ᅟв ᅟвиде ᅟпротивоборствующего, ᅟа ᅟпорой ᅟи ᅟчуждого, ᅟостро ᅟвраждебного ᅟфактора". ᅟИстоки ᅟэтой ᅟвраждебности ᅟвласти ᅟправу ᅟкроются ᅟв ᅟглубокой ᅟпротиворечивости ᅟвласти, ᅟв ᅟтом, ᅟчто, ᅟявляясь ᅟнеобходимым ᅟи ᅟконструктивным ᅟэлементом ᅟорганизации ᅟжизни ᅟлюдей, ᅟуправления ᅟобществом, ᅟвласть ᅟв ᅟто ᅟже ᅟвремя ᅟобладает ᅟимманентными ᅟкачествами, ᅟкоторые ᅟв ᅟпроцессе ᅟутверждения ᅟи ᅟупрочнения ᅟвласти ᅟмогут ᅟпревращать ᅟее ᅟв ᅟсамодовлеющую, ᅟавторитарную ᅟсилу. ᅟЭта ᅟсила ᅟспособна ᅟсоздавать ᅟ"неправовую" ᅟреальность.[1]

Одной ᅟиз ᅟважнейших ᅟфункций ᅟгосударственной ᅟвласти ᅟявляется ᅟобеспечение ᅟнадежного ᅟобщественного ᅟпорядка, ᅟа ᅟтакже ᅟпротиводействие ᅟантисоциальным ᅟтенденциям ᅟи ᅟантигражданским ᅟдействиям ᅟсо ᅟстороны ᅟотдельных ᅟграждан ᅟили ᅟих ᅟобъединений. ᅟДля ᅟреализации ᅟэтой ᅟфункции ᅟвласть ᅟможет ᅟиспользовать ᅟкак ᅟсредства ᅟубеждения, ᅟтак ᅟи ᅟпринуждения.

С ᅟэтой ᅟточки ᅟзрения ᅟгосударственная ᅟвласть ᅟэто ᅟорганизованное ᅟобществом ᅟправомерное ᅟи ᅟсправедливое ᅟ(или ᅟсчитающееся ᅟтаким) ᅟпринуждение ᅟи ᅟнасилие. ᅟГосударственность ᅟвласти ᅟозначает, ᅟчто ᅟпринуждение ᅟи ᅟнасилие ᅟ(вплоть ᅟдо ᅟфизического) ᅟкак ᅟспецифические ᅟсредства ᅟвласти ᅟмонополизированы ᅟи ᅟсосредоточены ᅟв ᅟспециально ᅟсозданных ᅟобществом ᅟинститутах, ᅟорганах ᅟи ᅟучреждениях, ᅟкоторые ᅟв ᅟсовокупности ᅟсоставляют ᅟгосударство. ᅟПраво ᅟна ᅟсилу, ᅟпринуждение ᅟпо ᅟотношению ᅟк ᅟвозможным ᅟантисоциальным ᅟдействиям ᅟграждан, ᅟтаким ᅟобразом, ᅟизымается ᅟу ᅟчастных ᅟлиц ᅟили ᅟгрупп ᅟи ᅟпередается ᅟгосударству, ᅟв ᅟлице ᅟкоторого ᅟпринуждение ᅟи ᅟнасилие ᅟполучают ᅟзаконность, ᅟили, ᅟпо ᅟвыражению ᅟИ. ᅟКанта, ᅟлегальность.[5]

Термин ᅟ"легализация" ᅟпроисходит ᅟот ᅟлатинского, ᅟчто ᅟв ᅟпереводе ᅟозначает ᅟзаконный, ᅟт.е. ᅟосновано ᅟна ᅟзаконе, ᅟчто ᅟнепосредственно ᅟсвязано ᅟс ᅟправом. ᅟНо ᅟправо ᅟ- ᅟэто ᅟне ᅟнормы ᅟзакона ᅟи ᅟне ᅟих ᅟосознание ᅟуже ᅟпотому, ᅟчто ᅟряд ᅟнорм ᅟи ᅟтекстов ᅟзакона ᅟпрактически ᅟнеосуществимы ᅟиз-за ᅟих ᅟабстрактности ᅟбез ᅟустановления ᅟконкретизирующих ᅟих ᅟнорм ᅟи ᅟправил. ᅟЛегальность ᅟвласти ᅟ- ᅟэто ᅟее ᅟнормативно-правовая ᅟзакрепленность ᅟи ᅟузаконенность. ᅟЛегализация ᅟгосударственной ᅟвласти ᅟкак ᅟюридическое ᅟпонятие ᅟозначает ᅟустановление, ᅟпризнание, ᅟподдержку ᅟданной ᅟвласти ᅟзаконом. ᅟЛегализация ᅟ- ᅟэто ᅟпризнание ᅟправомерности ᅟее ᅟвозникновения, ᅟорганизации ᅟи ᅟдеятельности. ᅟТакое ᅟузаконение ᅟможет ᅟосуществляться ᅟразличными ᅟпутями. ᅟТак, ᅟв ᅟсредние ᅟвека, ᅟчтобы ᅟвыглядеть ᅟзаконным ᅟпреемниками ᅟвласти ᅟсвоих ᅟпредшественников, ᅟимператоры, ᅟкороли ᅟи ᅟдругие ᅟцарствующие ᅟособы ᅟвели, ᅟа ᅟиногда ᅟи ᅟпридумывали ᅟили ᅟподделывали ᅟродословные. ᅟГосударственная ᅟвласть ᅟи ᅟее ᅟвысшие ᅟсубъекты ᅟосвящались, ᅟчто ᅟпридавало ᅟим ᅟстатус ᅟ- ᅟданный ᅟот ᅟБога. ᅟНа ᅟсегодняшний ᅟдень, ᅟодной ᅟиз ᅟнаиболее ᅟраспространенной ᅟформой ᅟприобретения ᅟлегальности ᅟвласти ᅟдолжностных ᅟлиц ᅟявляются ᅟих ᅟвыборы ᅟгражданами. ᅟНо ᅟчтобы ᅟэто ᅟосуществить, ᅟсами ᅟвыборы ᅟдолжны ᅟбыть ᅟлегальными, ᅟт.е. ᅟпроводится ᅟв ᅟустановленном ᅟзаконом ᅟпорядке ᅟи ᅟпризнаваться ᅟбольшинством ᅟчленов ᅟгосударства, ᅟчто ᅟявляется ᅟпроявлением ᅟи ᅟлегитимности. ᅟМожно ᅟвыделить ᅟтри ᅟэволюционных ᅟформы ᅟлегальности: ᅟпротогосударственная, ᅟгосударственная ᅟи ᅟконституционная.[2]

Протогосударственная. ᅟИсходным ᅟэтапом ᅟвозникновения ᅟлегальности ᅟявляется ᅟзарождение ᅟи ᅟразвитие ᅟпервых ᅟгосударственных ᅟобразований. ᅟВ ᅟсвязи ᅟс ᅟпроцессами ᅟурбанизации ᅟи ᅟтерриториального ᅟразделения ᅟпространства, ᅟпостепенно ᅟпроисходит ᅟсоциальная ᅟдифференциация ᅟобщества, ᅟв ᅟрамках ᅟкоторой ᅟвыделяется ᅟэлита ᅟ(управляющие) ᅟи ᅟподданные ᅟ(управляемые). ᅟЭтот ᅟпроцесс ᅟсопровождается ᅟтакже ᅟдифференциацией ᅟнорм, ᅟрегулирующих ᅟразличные ᅟвиды ᅟобщественных ᅟотношений. ᅟТак, ᅟиз ᅟединой ᅟмассы ᅟсоциальных ᅟрегуляторов ᅟвыделяются ᅟморальные, ᅟрелигиозные ᅟи ᅟправовые ᅟнормы. ᅟВ ᅟпериод ᅟвыделения ᅟпервичных ᅟправовых ᅟнорм ᅟактивизируется ᅟдеятельность ᅟранних ᅟгосударств ᅟпо ᅟсанкционированию ᅟобычаев, ᅟчто ᅟявляется ᅟпервым ᅟшагом ᅟк ᅟзарождению ᅟпринципа ᅟлегальности. ᅟОднако ᅟна ᅟэтом ᅟэтапе, ᅟон ᅟнедостаточно ᅟчетко ᅟвыделен.