ВУЗ: Не указан
Категория: Не указан
Дисциплина: Не указана
Добавлен: 16.08.2019
Просмотров: 13404
Скачиваний: 2
<2> См., например, разд. IV ч. III Договора, устанавливающего Конституцию для Европы (The Treaty establishing a Constitution for Europe), и приложение II к нему, а также приложение I к Договору об учреждении Европейского сообщества 1957 г. (не вступили в силу).
"Заморские страны и территории" не подпадают автоматически под территориальную юрисдикцию государств-участников. Юрисдикция государств-участников над этими территориями возникает только при наличии специального заявления, требуемого ст. 56 Конвенции.
Вместе с тем, если какая-либо "заморская страна и территория" включена в состав государства-ответчика как метрополии и утратила статус несамоуправляемой территории, то Конвенция и Протоколы применяются к ней автоматически без специального заявления согласно ст. 56 Конвенции. Ответственность за данную территорию возлагается на государство-ответчика, в состав которого она включена. Например, в деле "Организация "Хингитак 53" и другие против Дании" (Hingitaq 53 and others v. Denmark) <1> Европейский суд признал государство-ответчика ответственным за территорию Гренландии, которая с 1953 г. стала его составной частью <2>.
--------------------------------
<1> Decision of the European Court of 12 January 2006 as to the admissibility of application N 18584/04 Hingitaq 53 and others v. Denmark.
<2> В 1954 г. Генеральная Ассамблея ООН утвердила интеграцию Гренландии в состав Дании и исключила Гренландию из списка несамоуправляющихся территорий.
Заявление, согласно ст. 56 Конвенции, является единственным основанием для распространения юрисдикции государств-участников на их "заморские страны и территории", так как оно выражает согласие государств-участников на распространение Конвенции на эти территориальные образования.
Например, в деле "Мэтью против Нидерландов" (Mathew v. the Netherlands) <1> рассматривалось нарушение Конвенции на территории острова Аруба <2>, имеющего статус заморской территории Нидерландов. Европейский суд решил, что Нидерланды несут ответственность за нарушение Конвенции на этой территории, поскольку сделали в отношении ее соответствующее заявление (ст. 56 Конвенции).
--------------------------------
<1> Judgment of the European Court of 29 September 2005 on the merits of the application N 24919/03 Mathew v. the Netherlands. См. также Decision of the European Court of 13 January 2005 as to the admissibility of application N 62023/00 Emesa Sugar N.V. v. the Netherlands.
<2> Остров Аруба расположен в Карибском море недалеко от побережья Венесуэлы. Его площадь составляет всего 193 кв. км. До 1 января 1986 г. Аруба входил в состав другой заморской территории Нидерландов - Нидерландские Антильские острова. С 1 января 1986 г. Аруба вышел из федерации Антильских островов и получил статус самостоятельной заморской территории Нидерландов с внутренним самоуправлением. Аруба имеет собственную валюту, законодательную и исполнительную власть. Королеву Нидерландов в Арубе представляет назначаемый ею губернатор, который стоит во главе исполнительной власти.
В деле "Макканн и другие против Соединенного Королевства" (Maccann and others v. the United Kingdom) <1> несколько участников ИРА были убиты на Гибралтаре специальным подразделением воздушно-десантной службы (SAS). Жалоба была подана на нарушение британскими военными ст. 2 Конвенции (запрет лишения жизни) на территории Гибралтара <2>. Европейский суд счел, что государство-ответчик ответственно за события, произошедшие на Гибралтаре, поскольку им было сделано заявление в отношении Гибралтара согласно ст. 56 Конвенции.
--------------------------------
<1> Judgment of the Grand Chamber of the European Court of 27 September 1995 on the merits of the application N 18984/91 Maccann and others v. the United Kingdom.
<2> Гибралтар находится на юге Пиренейского полуострова и граничит с Испанией. Его площадь составляет всего 6,5 кв. км. Гибралтар имеет статус заморской территории Соединенного Королевства с внутренним самоуправлением. Он имеет собственную валюту, законодательную и исполнительную власть. Королеву Соединенного Королевства на Гибралтаре представляет назначаемый ею губернатор, который стоит во главе исполнительной власти.
По делу "Йонхонг против Португалии" (Yonghong v. Portugal) <1> заявитель утверждал, что, если органы власти Макао <2> выдадут его Китаю по запросу о выдаче (экстрадиции), это составит нарушение Конвенции и Протокола N 6 к ней со стороны Португалии. Хотя Португалия не делала заявлений о распространении этих документов на территорию Макао, заявитель утверждал, что Португалия должна отвечать за территорию Макао, так как осуществляет над ней юрисдикцию. Он отметил, что суды Макао не могут принимать решение об экстрадиции без предварительного решения губернатора Макао, который является в Макао главой португальского управления. Европейский суд не согласился с данной аргументацией, указав, что ключевым элементом Конвенции является система заявлений о распространении Конвенции (ст. 56) на заморские территории государств-участников. Без этого заявления Конвенция не может применяться к действиям местных органов власти. При отсутствии такого заявления от Португалии против нее не может рассматриваться жалоба в связи с действиями властей Макао.
--------------------------------
<1> Decision of the European Court of 25 November 1999 as to the admissibility of application N 50887/99 Yonghong v. Portugal. См. также Decision of the European Court of 12 March 1990 as to the admissibility of application N 16137/90 Bui Van Thanh and others v. the United Kingdom.
<2> Макао находится недалеко от Гонконга. Его территория составляет всего 25,4 кв. км. С 1680 по 1974 г. Макао был владением Португалии в статусе ее заморской территории с внутренним самоуправлением. Португалию в Макао представлял губернатор, назначаемый португальским правительством. В 1974 г., после демократической революции в Португалии, новое португальское правительство даровало независимость всем своим заморским территориям, признав Макао частью Китая. Но Китай в 1974 г. не принял управление Макао. Согласно Конституции Португалии и Совместной декларации Китая и Португалии о Макао от 1987 г. эта территория до передачи Китаю рассматривалась как "китайская территория под управлением Португалии". После передачи Китаю 20 декабря 1999 г. Макао получил статус особого административного района (ОАР) Китая - Аомынь. Макао (ОАР Аомынь) в составе Китая имеет собственное законодательство, основанное на португальском праве, собственную валюту, законодательную и исполнительную власть. Официальными языками Макао (ОАР Аомынь) являются португальский и китайский. Согласно Совместной декларации свой особый статус Макао (ОАР Аомынь) должно сохранить минимум до 2049 г.
Если государство-ответчик сделало заявление в соответствии со ст. 56 Конвенции о применении Конвенции к его "заморским странам и территориям", это еще не означает, что на эти территории распространяются все Протоколы к Конвенции. Государство-участник должно сделать специальное заявление в отношении каждого в отдельности Протокола к Конвенции <1>, чтобы тот гарантировал закрепленные в нем права для "заморских стран и территорий" этого государства. Возможны ситуации, когда на "заморские страны и территории" распространяется Конвенция, но при этом не применим тот или иной Протокол к ней.
--------------------------------
<1> См. ст. 4 Протокола N 1 к Конвенции, ст. 5 Протокола N 4 к Конвенции, ст. 5 Протокола N 6 к Конвенции, ст. 6 Протокола N 7 к Конвенции.
Так, в деле "Компания "Куарк фишинг Лимитед" против Соединенного Королевства" (Quark Fishing Limited v. the United Kingdom) <1> Суд решил, что, если Соединенное Королевство распространило действие Конвенции на Южную Георгию и Южные Сандвичевы острова <2>, это еще не дает оснований для применения к этой территории Протокола N 1 к Конвенции. В этом деле обжаловалось нарушение ст. 1 Протокола N 1 органами власти Южной Георгии и Южных Сандвичевых островов. Компания-заявитель утверждала, что у государства-ответчика возникла экстерриториальная юрисдикция в отношении этой территории, поскольку им осуществляется "эффективный контроль" над ней. Она заявила, что предусмотренная Конвенцией система заявлений устарела, так как была предназначена для колониального порядка в мире, существовавшего сразу после окончания Второй мировой войны. Европейский суд признал, что международная ситуация с момента разработки Конвенции существенно изменилась. Однако он указал, что, если государства-участники намерены положить конец системе заявлений в ст. 56 Конвенции, это может быть сделано только путем внесения изменений в Конвенцию. Суд подчеркнул, что принцип "эффективного контроля" не может заменить систему заявлений. Он решил, что Соединенное Королевство не может нести ответственность за предполагаемое нарушение на территории Южной Георгии и Южных Сандвичевых островов Протокола N 1 к Конвенции.
--------------------------------
<1> Decision of the European Court of 19 September 2006 as to the admissibility of application N 15305/06 Quark Fishing Limited v. the United Kingdom.
<2> Острова Южной Георгии и Южные Сандвичевы острова находятся в Южной Атлантике, их население на 1996 г. составляло всего 20 человек. До 1985 г. эти острова входили в состав Фолклендских островов, имеющих статус заморской территории Соединенного Королевства. С 1985 г. острова Южной Георгии и Южные Сандвичевы острова имеют статус самостоятельной заморской территории Соединенного Королевства с внутренним самоуправлением. Королеву Соединенного Королевства представляет магистрат.
Экстерриториальная юрисдикция государства
Для случаев, когда юрисдикция государства-ответчика выходит за рамки его территории, используется термин "экстерриториальная юрисдикция" (extra-territorial jurisdiction). Из прецедентной практики Европейского суда следует, что юрисдикция государств-участников не ограничивается только их собственной территорией, а может выходить за ее пределы. Поскольку экстерриториальная юрисдикция является исключением из общего правила, ее возникновение возможно только при особых обстоятельствах дела.
Экстерриториальная ответственность государства-ответчика возникает в случае, когда действия или бездействие его органов власти повлекли нарушение Конвенции или Протоколов к ней за пределами его национальных границ. Экстерриториальная юрисдикция предполагает, что органы власти государства-ответчика осуществляют официальные полномочия в отношении лиц или имущества, находящихся на территории другого государства. При этом не имеет значения, является ли другое государство участником Конвенции. Европейский суд исходит из того, что государства-участники не вправе совершать на территории другого государства те действия, которые им не позволено совершать на своей собственной территории.
В решении о приемлемости по делу "Ассанидзе против Грузии" (Assanidze v. Georgia) <1> Европейский суд указал некоторые аспекты экстерриториальной юрисдикции государств в международном праве: действия, совершенные за границей дипломатическими и консульскими представителями государства; преступные действия частных лиц за границей против интересов государства или его граждан; действия, совершенные на борту судна, плавающего под флагом государства, или на его самолете либо космическом корабле; особенно тяжкие международные преступления.
--------------------------------
<1> Decision of the Grand Chamber of the European Court of 12 November 2002 as to the admissibility of application N 71503/01 Assanidze v. Georgia.
Прецедентная практика Европейского суда демонстрирует следующие случаи возникновения экстерриториальной ответственности:
- в результате реализации представителями государства-ответчика официальных полномочий за пределами его национальных границ;
- в результате установления "эффективного контроля" над территорией за пределами национальных границ;
- в результате установления "решающего влияния" над территорией за пределами национальных границ.
Все названные случаи представляют собой поэтапное развитие общего принципа ответственности государства-ответчика за совершенные в его интересах действия (бездействие), которые повлекли нарушения Конвенции и Протоколов к ней за рамками его территории.
Вначале практика Суда в качестве основания для экстерриториальной ответственности рассматривала главным образом действия органов власти государства-ответчика, имеющие последствия и за пределами его собственной территории. Такими последствиями признаются случаи, когда на лицо или имущество, находящееся на территории одного государства, распространяется власть представителей другого государства (дело "Хесс против Соединенного Королевства" (Hess v. the United Kingdom) <1>).
--------------------------------
<1> Decision of the European Commission of 28 May 1975 as to the admissibility of application N 6231/73 Hess v. the United Kingdom. См. также Decision of the European Commission of 28 February 1983 as to the admissibility of application N 9348/81 W. v. the United Kingdom.
Экстерриториальная ответственность государства-ответчика возникает тогда, когда гарантируемые Конвенцией и Протоколами к ней права на территории другого государства нарушены в результате законных или незаконных действий, например, таких представителей государства-ответчика, как дипломатические работники, военные, сотрудники правоохранительных органов.
Так, в одном из первых дел Европейского суда, "X против Федеративной Республики Германии" (X v. the Federal Republic of Germany) <1>, было установлено, что основанием для экстерриториальной юрисдикции государства-ответчика могут стать официальные действия его дипломатических представителей на территории другого государства. В деле "X и Y против Швейцарии" (X and Y v. Switzerland) <2> Суд решил, что действия швейцарских полицейских на территории Лихтенштейна распространили юрисдикцию Швейцарии на заявителей, находящихся на территории Лихтенштейна.
--------------------------------
<1> Decision of the European Commission of 25 September 1965 as to the admissibility of application N 1611/62 X v. the Federal Republic of Germany. См. также Decision of the European Commission of 14 October 1992 as to the admissibility of application N 17392/90 W.M. v. Denmark.
<2> Decision of the European Commission of 25 September 1965 as to the admissibility of applications N 7289/75 and 7349/76 X and Y v. Switzerland.
По делу "Оджалан против Турции" (Ocalan v. Turkey) <1> основанием для экстерриториальной юрисдикции Турции послужили действия сотрудников турецкой спецслужбы в Кении. Заявитель был арестован сотрудниками спецслужбы Турции на борту зарегистрированного в Турции самолета, находившегося в международной транзитной зоне аэропорта г. Найроби в Кении <2>. Европейский суд счел, что, после того как органы власти Кении передали заявителя сотрудникам турецкой спецслужбы, он оказался под реальной властью государства-ответчика и, следовательно, под его юрисдикцией. Суд указал, что ему не было представлено доказательств того, что государство-ответчик по этому делу нарушило суверенитет Кении или международное право.
--------------------------------
<1> Judgment of the Grand Chamber of the European Court of 12 May 2005 on the merits of the application N 46221/99 Ocalan v. Turkey.
<2> Заявителем по данному делу выступил Абдула Оджалан, бывший лидер Курдской рабочей партии (Kurdistan Workers' Party), запрещенной в Турции и внесенной Европейским союзом в список террористических организаций. Длительное время он скрывался в разных странах от турецких властей. После пребывания во многих странах он был поселен в резиденции посла Греции в столице Кении г. Найроби. По результатам встречи, состоявшейся у посла Греции с министром иностранных дел Кении, он сообщил заявителю, что тот может покинуть страну и что Нидерланды готовы принять его. Заявитель согласился покинуть резиденцию посла Греции и вылететь в Нидерланды. Представитель кенийских властей отвез заявителя на автомобиле в аэропорт. Однако автомобиль подъехал к самолету, зарегистрированному за Турцией, где Оджалана ожидали сотрудники спецслужб Турции. Заявитель, подразумевая, что это самолет, который должен вылететь в Нидерланды, взошел на борт самолета и сразу был арестован.
Примером обжалования бездействия дипломатических представителей одного государства-участника на территории другого является дело "Маноилеску и Добреску против Румынии и России" (Manoilescu and Dobrescu v. Romania and Russia) <1>.