ВУЗ: Не указан
Категория: Не указан
Дисциплина: Не указана
Добавлен: 16.08.2019
Просмотров: 13597
Скачиваний: 5
--------------------------------
<1> Judgment of the European Court of 18 December 1996 the merits of the application N 21987/93 Aksoy v. Turkey.
<2> Judgment of the Grand Chamber of the European Court of 29 January 2004 on the merits of the application N 53084/99 Kormacheva v. Russia, § 61 and 62.
<3> Judgment of the Grand Chamber of the European Court of 25 March 2008 on the merits of the application N 11549/02 Falimonov v. Russia, § 50.
В том случае, если, использовав предоставленные национальным законом возможности, заявитель не достиг результата, он может обращаться с соответствующей жалобой в Европейский суд.
Если заявитель не использовал какое-либо внутреннее средство правовой защиты, то ему необходимо представить доказательства того, что такое средство в случае заявителя было неадекватно или неэффективно либо существовали особые обстоятельства, освобождающие заявителя от обязанности использовать такое средство. При этом просто наличие сомнений у заявителя относительно шансов на успех его обращения в соответствующие национальные судебные инстанции недостаточно для того, чтобы освободить заявителя от обязанности использовать подобные средства правовой защиты (дело "Ван Остервейк против Бельгии" (Van Oosterwijck v. Belgium) <1>).
--------------------------------
<1> Judgment of the European Court of 6 November 1980 as to the preliminary objections on the application N 7654/76 Van Oosterwijck v. Belgium.
В связи с этим Суд неоднократно указывал на то, что наличие сомнений относительно вероятности успеха не освобождает заявителя от применения всех предоставленных ему средств правовой защиты (см. дело "Доннелли и шестеро других против Соединенного Королевства" (Donnelly and six others v. the United Kingdom) <1>).
--------------------------------
<1> Judgment of the Grand Chamber of the European Court of 15 December 1975 on the merits of the application N 5577-5583/72 Donnelly and six others v. the United Kingdom.
Необходимо отметить важность того обстоятельства, что существо жалобы в Европейский суд должно совпадать с обращениями (заявлениями), поданными в национальные судебные органы (дело "Азинас протии Кипра" (Azinas v. Cyprus) <1>). То есть по крайней мере существо жалобы (at least in substance) в Европейский суд должно совпадать с существом обращений (заявлений) <2>, которые были поданы в национальные суды в соответствии с требованиями национального законодательства (дело "Кастеллс против Испании" (Castells v. Spain) <3>).
--------------------------------
<1> Judgment of the Grand Chamber of the European Court of 28 April 2004 on the merits of the application N 56679/00 Azinas v. Cyprus.
<2> В данном разделе под "обращениями" понимаются исковые заявления, жалобы, ходатайства, заявления и иные документы, подаваемые заявителем в ходе судебного процесса в национальные судебные органы.
<3> Judgment of the European Court of 23 April 1992 the merits of the application N 11798/85 Castells v. Spain.
При этом не требуется, чтобы в таких обращениях (заявлениях) прямо упоминалось о нарушении Конвенции, однако необходимо, чтобы прослеживалась связь между защитой прав на национальном уровне и обращением в Европейский суд. Если заявитель ссылался в национальных судах на нормы внутреннего законодательства, имеющие содержание, аналогичное Конвенции или Протоколам, то ему следует подтвердить это в разд. IV формуляра жалобы.
Вместе с тем положение заявителя будет более выигрышным, если при рассмотрении дела в национальных судах заявитель прямо ссылался на нарушения тех положений Конвенции и Протоколов, о нарушении которых он заявляет в своей жалобе в Европейский суд. В этом случае заявитель обладает убедительными доказательствами использования на национальном уровне всех средств правовой защиты от заявленных в его жалобе нарушений, при условии, что он указал на это в данном разделе IV формуляра жалобы и подтвердил это ссылками на приложенные к жалобе копии документов (о приложении документов см. комментарий к разд. VII формуляра жалобы).
Но важна не столько формальная ссылка в национальном суде на положения Конвенции и Протоколов к ней, сколько реальная попытка защиты в национальных судах прав, закрепленных в Конвенции. Если же заявитель ссылался в национальных судах на нормы внутреннего законодательства, затрагивающие права, закрепленные в Конвенции и Протоколах к ней, то в жалобе следует указать, каким образом он ссылался на это и чем это подтверждается (например, приложенными к жалобе копиями протоколов судебных заседаний, свидетельскими показаниями и т.п.).
Вопрос о том, были ли использованы (исчерпаны) все доступные и эффективные внутригосударственные средства правовой защиты, решается Судом в каждом конкретном деле с учетом национального законодательства (см. дело "Знаменская против России" (Znamenskaya v. Russia) <1>; дело "Бауманн против Франции" (Baumann v. France) <2>).
--------------------------------
<1> Decision of the European Court of 25 March 2004 as to the admissibility of application N 77785/01 Znamenskaya v. Russia.
<2> Judgment of the European Court of 22 May 2001 on the merits of the application N 33592/96 Baumann v. France, § 47.
Суд не применяет автоматически правило об исчерпании внутренних средств правовой защиты, а исследует все возможности защиты на национальном уровне по каждому заявленному в жалобе нарушению в отдельности.
Например, в деле "Прокопович против России" (Prokopovich v. Russia) <1> заявительница жаловалась на то, что при ее выселении из квартиры она лишилась вещей. Однако Европейский суд указал, что заявительница никогда не подавала в национальный суд иска о возврате своих утраченных вещей, поэтому жалоба была признана неприемлемой в этой части по причине неисчерпания внутренних средств правовой защиты.
--------------------------------
<1> Decision of the European Court of 18 November 2004 as to the admissibility of application N 58255/00 Prokopovich v. Russia.
Суд исходит из того, что при исследовании вопроса относительно того, использовал ли заявитель все внутренние средства правовой защиты, нужно учитывать не только формальное наличие средств правовой защиты в правовой системе государства-ответчика, но и общий правовой и политический контекст, в котором они применяются, а также личное положение самого заявителя.
В частности, Суд допускает неисчерпание всех средств правовой защиты, если в государстве-ответчике сложилась административная практика совершения несовместимых с Конвенцией действий и властные органы государства-ответчика демонстрируют свою терпимость в отношении этих действий, в результате чего разбирательство в национальных судах бесполезно или неэффективно (см. дело "Акдивар против Турции" (Akdivar and others v. Turkey) <1>).
--------------------------------
<1> Judgment of the Grand Chamber of the European Court of 16 September 1996 on the merits of the application N 21893/93 Akdivar and others v. Turkey.
Несколько слов, вероятно, надо сказать о том, как распределяется между сторонами в деле бремя доказывания факта исчерпанности внутренних средств правовой защиты.
Заявитель, как указывалось ранее, должен представить доказательства использования всех действенных и эффективных внутригосударственных средств правовой защиты.
После коммуницирования жалобы государство-ответчик может представить доказательство того, что то или иное внутреннее средство защиты, не использованное заявителем, являлось действенным и доступным в тот период, который имеет отношение к жалобе, т.е. заявитель мог использовать (но не использовал) какое-то средство, тогда как его использование могло решить дело заявителя (или давало разумные шансы на успех этого дела).
Заявитель вправе представить свои письменные замечания (меморандум), в которых должен указать (и представить соответствующие доказательства этого), что средство, о наличии которого заявляет государство-ответчик:
- на самом деле было использовано заявителем; или
- по объективным причинам было в конкретных обстоятельствах данного дела недейственным (недоступным, бесполезным, неэффективным); или
- существуют какие-то особые обстоятельства, освобождающие заявителя от исполнения обязанности по исчерпанию данного средства правовой защиты.
С учетом самой жалобы, а также названных письменных замечаний (меморандумов) заявителя и государства-ответчика Суд будет решать вопрос исчерпаемости средств правовой защиты.
Исчисление шестимесячного срока
По общему правилу отсчет шестимесячного срока обращения в Европейский суд начинается с даты, когда заявителю стало известно об "окончательном решении по делу", о котором упоминается в п. 1 ст. 35 Конвенции.
День, в который вынесено "окончательное решение", не засчитывается в шестимесячный срок, предусмотренный п. 1 ст. 35 Конвенции. Его течение начинается на следующий день после оглашения окончательного решения или, если решение не оглашалось при заявителе, на следующий день после извещения заявителя или его представителя о вынесенном решении, в зависимости от того, что произошло раньше (дело "Лаверидж против Соединенного Королевства" (Loveridge v. the United Kingdom) <1>). Течение шестимесячного срока прекращается через шесть календарных месяцев (дело "Отто против Германии" (Otto v. Germany) <2>).
--------------------------------
<1> Decision of the European Court of 23 October 2001 as to the admissibility of application N 39641/98 Loveridge v. the United Kingdom.
<2> Decision of the European Court of 10 November 2009 as to the admissibility of application N 21425/06 Otto v. Germany. См. также: Decision of the European Court of 7 December 2000 as to the admissibility of application N 40442/98 Drosopoulos v. Greece; Judgment of the European Court of 29 August 1997 on the merits of the application N 22714/93 Worm v. Austria.
Следует отметить, что правило о шестимесячном сроке не применяется, если речь идет о длящихся нарушениях (о длящихся нарушениях см. комментарий к разд. II формуляра жалобы). Но это правило не действует только в том случае, если длящееся нарушение сохраняется на момент обращения заявителя с жалобой. В том случае, если длящееся нарушение прав окончилось, шестимесячный срок на обращение в Европейский суд отсчитывается с момента окончания ситуации нарушения прав.
В остальных случаях - когда правило о шестимесячном сроке действует - основной вопрос заключается в том, чтобы определить, решение какой судебной инстанции является по смыслу п. 1 ст. 35 Конвенции "окончательным решением" (final decision).
При определении того, что следует понимать под данным выражением, нужно учитывать следующее.
Во-первых, "окончательное решение" - это решение национального суда или иного органа по существу дела заявителя, а не, например, по процессуальным вопросам, поднимавшимся при рассмотрении его жалобы (например, решение о распределении между сторонами судебных расходов может быть вынесено позже решения суда по существу, но датой "окончательного решения" будет дата решения по существу).
Во-вторых, к "окончательным решениям" не относятся решения, которые не считаются действенными и вынесение которых относится к дискреционным полномочиям органов государственной власти (например, постановление прокуратуры), на них не распространяется действие п. 1 ст. 35 Конвенции, и они не влияют на порядок исчисления шестимесячного срока.
В связи с этим необходимо уделить внимание вопросу о том, решение суда какой инстанции признается Европейским судом "окончательным решением" применительно к России.
Европейский суд неоднократно отмечал, что "окончательное решение" принимается той судебной инстанцией, после вынесения которой приговор или судебное решение вступают в законную силу. В России такой инстанцией длительное время признавалась кассационная инстанция - с момента вынесения этой инстанцией решения и начинал течение шестимесячный срок. А с учетом того, что порядок производства в надзорной инстанции, как он установлен АПК РФ, ГПК РФ и УПК РФ, длительное время рассматривался Европейским судом как противоречащий положениям п. 1 ст. 6 и п. 1 ст. 35 Конвенции (см., например, дело "ОАО "Росэлтранс" против России" (Roseltrans v. Russia) <1>; дело "Алмаева против России" (Almayeva v. Russia) <2>, дело "Собелин и другие против России" (Sobelin and others v. Russia) <3>), Суд не признавал решения судов надзорных инстанций как "окончательные решения". Надзорная инстанция всех систем федеральных судов по ранее действовавшему процессуальному законодательству России <4> признавалась так называемым экстраординарным средством защиты, в силу чего обращение с надзорной жалобой не учитывалось Судом при отсчете шестимесячного срока.
--------------------------------
<1> Judgment of the European Court of 21 July 2005 on the merits of the application N 60974/00 Roseltrans v. Russia, § 21 - 29.
<2> Judgment of the European Court of 25 October 2007 on the merits of the application N 966/03 Almayeva v. Russia, § 25 - 29.
<3> Judgment of the European Court of 3 May 2007 on the merits of the applications N 30672/03, 30673/03 Sobelin and others v. Russia, § 56 - 61.
<4> В некоторых странах надзорная инстанция является обязательной стадией судебной процедуры (например, Словакия и Италия), а также определен конечный срок для пересмотра. В этих случаях Суд вправе принять во внимание и прохождение этой инстанции.
В АПК РФ и ГПК РФ вносились изменения в целях признания Европейским судом производства в надзорной инстанции соответствующим требованиям п. 1 ст. 6 и п. 1 ст. 35 Конвенции, а решений этой инстанции - "окончательными" (по смыслу п. 1 ст. 35 Конвенции). На сегодняшний день для Российской Федерации конечной судебной инстанцией, т.е. инстанцией, которая выносит "окончательное решение" по делу и обращение в которую рассматривается как обязательное внутригосударственное средство правовой защиты, являются:
- надзорная инстанция арбитражных судов (Высший Арбитражный Суд РФ) (о надзорном производстве, регулируемом АПК РФ, см. дело "Ковалева и другие против России" (Kovaleva and others v. Russia) <1>);
--------------------------------
<1> Decision of the European Court of 25 June 2009 as to the admissibility of application N 6025/09 Kovaleva and others v. Russia.
- кассационная инстанция - для судов общей юрисдикции в отношении гражданских и уголовных дел (т.е. Верховный Суд РФ не признается Европейским судом инстанцией, которая выносит "окончательное решение" по делу, и, соответственно, обращение в эту надзорную инстанцию не рассматривается как обязательное) (о надзорном производстве, регулируемом ГПК РФ, см. дело "Мартынец против России" (Martynets v. Russia) <1>; о надзорном производстве, регулируемом УПК РФ, см. дело "Бердзенишвили против России" (Berdzenishvili v. Russia) <2>).
--------------------------------
<1> Decision of the European Court of 5 November 2009 as to the admissibility of application N 29621/09 Martynets v. Russia.
<2> Decision of the European Court of 29 January 2004 as to the admissibility of application N 31697/03 Berdzenishvili v. Russia.
В практике Европейского суда выработаны определенные правила в отношении порядка определения даты, с момента которой начинается течение шестимесячного срока.
Во-первых, Суд нередко признавал, что шестимесячный срок следует исчислять с даты оглашения судебного акта в присутствии заявителя или его представителя (см. дело "Акалинский против России" (Akalinskiy v. Russia) <1>).
--------------------------------
<1> Judgment of the European Court of 7 June 2007 on the merits of the application N 2993/03 Akalinskiy v. Russia, § 26 - 30.
Во-вторых, Суд в некоторых случаях считал датой, с которой начинается исчисление шестимесячного срока, дату вручения копии судебного акта почтовой организацией заявителю или его представителю, независимо от того, оглашался ли он до этого устно (см., например, дело "Грошев против России" (Groshev v. Russia) <1> и дело "Сухорубченко против России" (Sukhorubchenko v. Russia) <2>). Вследствие сказанного, если заявитель пропустил шестимесячный срок, исчисляемый с момента, когда ему стало известно о существе окончательного решения, он может попробовать обосновать в своей жалобе, почему шестимесячный срок должен исчисляться с момента получения им (или представителем) копии полного текста окончательного решения.
--------------------------------
<1> Judgment of the European Court of 20 October 2005 on the merits of the application N 69889/01 Groshev v. Russia, § 20 - 24.
<2> Decision of the European Court of 15 January 2004 as to the admissibility of application N 69315/01 Sukhorubchenko v. Russia.
В-третьих, иногда Суд признавал датой начала шестимесячного срока дату предоставления реальной возможности заявителю или его представителю ознакомиться с содержанием судебного акта.