Файл: Понятия и границы суверенитета государства (Суверенитет государства как постулат независимости).pdf

1. Признание верховенства и независимости государственной власти как ее абсолютного и неотъемлемого качества может иметь силу аргумента в условиях, когда носителем власти является одно лицо – монарх. Однако такая концепция перестает работать с развитием социально-политических отношений, а также когда общество и само государство испытывают необходимость ограничения государственной власти. Юридическое решение вопроса об ограничении государственного суверенитета невозможно без того, чтобы не признать носителем суверенитета иного субъекта, не совпадающего или не в полной мере совпадающего с самим государством.

Власть в современных государствах является верховной и независимой по отношению к власти любого должностного лица или любого иного государства [20, с. 53]. Однако независимой от народа, учреждающего власть, последняя быть не может. Практически все современные государства в своих конституциях провозглашают народ носителем суверенитета и источником власти. Органам государства народ передает именно власть (т. е. полномочия по предметам ведения), а не суверенитет (т. е. право на власть). При этом в ряде случаев и сам народ выступает не только как источник, но и как носитель власти.

Конституция РФ закрепила именно этот подход к суверенитету народа и государства. Так, положение о государственном суверенитете (ст. 4) следует за статьей, в которой провозглашен принцип суверенитета народа, его абсолютный характер, чем подчеркивается их неразрывная связь. С позиции этого современного подхода к данной проблеме государство может считаться суверенным только при условии, что оно реализует волю народа и что его система управления демократична. Государство имеет право на максимально полное осуществление политической власти в объемах и способами, установленными народом. Ограничение государственного суверенитета возможно в форме непосредственной демократии.

2. Суверенитет Российской Федерации распространяется на всю ее территорию, что предполагает верховенство и единство власти Федерации и обязательность актов ее органов для всех физических лиц, находящихся на территории государства, а также для власти субъектов Федерации, с установленными ограничениями, предусмотренными в гл. 3 Конституции «Федеративное устройство». Получается, что федеративное устройство и связанное с ним ограничение суверенитета Федерации – одна из его особенностей и особенностей осуществления деятельности Федерацией и ее субъектами, участия их в реализации функций государства и др.

---

Поэтому вторым фактором, определяющим границы верховенства власти внутри страны, выступают условия и правила Конституции РФ о разграничении предметов ведения и полномочий власти между федеральным центром и регионами, а также двусторонних договоров о разграничении предметов ведения [17, с. 106]. Вообще надо сказать, что там, где есть договорный способ регламентации отношений, в том числе между властвующими субъектами, там разговоры о верховенстве власти должны вестись весьма осторожно и с имеющими большое значение оговорками.

3. Верховенство, единство, самостоятельность, полнота законодательной, исполнительной и судебной государственной власти по смыслу ст. 3–5, 67 Конституции РФ и независимость в международном общении по смыслу ст. 79 Конституции РФ, образующие содержание государственного суверенитета, представляют собой необходимый качественный признак, характеризующий конституционно-правовой статус России [15, с. 23].

Реальность развития международных отношений и осуществления внешнеполитической деятельности не позволяет говорить о стопроцентной независимости государства при определении и реализации внутренней политики. И дело не только в суверенитете народа, о котором говорилось ранее и который на сегодняшний день является единственным нормативно закрепленным на уровне Основного Закона страны средством, ограничивающим государственный суверенитет.

Международным сообществом и сферой практической реализации внешних отношений выработан ряд способов вмешательства во внутренние дела государства, независимо от его согласия, как независимого участника международных отношений и верховного субъекта в пределах своей территории [9, с. 6]. Вот некоторые из них, наиболее часто применяемые и имеющие формальное выражение и процедуры.

Во-первых, объем внутреннего суверенитета государства существенно уменьшился за счет международных договоренностей по правам человека. В западной политической практике и теории, где, собственно, и была сконструирована современная модель восприятия прав человека, универсальность этой модели не вызывает сомнения. Именно она положена в основу так называемого деонтологического подхода к построению системы обеспечения суверенитета, который культивирует идею вмешательства во внутренние дела государств экономически развитых стран путем реагирования на прямые и косвенные угрозы в соответствии с критериями целесообразности [7, с. 93], что находит свое подтверждение в практике построения современного мироустройства.

---

Во-вторых, в последние двадцать лет довольно часто имеют место так называемые гуманитарные интервенции – мероприятия, проводимые под эгидой ООН, связанные с применением военной силы в отношении государств, для предотвращения уничтожения национальной, религиозной, культурной этнической группы, гуманитарной катастрофы, геноцида и т. д. В свете обеспечения мирового порядка указанные мероприятия, конечно, необходимы. Однако важен и другой аспект проблемы – осуществление гуманитарных интервенций происходит на территории государства, часто без его согласия [10, с. 23]. Получается, что власть его не верховная и не независимая.

В-третьих, способом вмешательства во внутренние дела государства и ограничения верховенства его власти выступают миротворческие операции, для планирования, разработки и координации которых в 1992 г. при ООН был создан специальный Департамент операций по поддержанию мира. Следует отметить, что количество подобных операций и миссий с каждым годом возрастает. Так, за все время существования ООН было проведено 69 миротворческих миссий, причем 56 – после 1988 г.1 , из них 16 – текущие операции, которые поддерживаются и управляются названным Департаментом [4].

Кроме того, в международном праве продолжает развиваться тенденция изменения понимания суверенитета государства или тенденция несовпадения конструкции суверенитета, формализованного в национальном праве, с конструкцией суверенитета международного права. Так, под эгидой ООН была создана Международная комиссия по вопросам вмешательства и государственного суверенитета, которая в 2001 г. предложила концепцию государственного суверенитета, названную концепцией «обязанность защищать» (The responsibility to protect (RtoP or R2P)) [4]. Официально она закреплена Резолюцией Совета Безопасности ООН 1674, 28 апреля 2006 г. и признана в качестве нормы международного права. Суть концепции сводится к тому, что суверенитет – это не привилегия государства, а его обязанность по защите людей, проживающих в пределах границ этих государств, от массовых преступных злодеяний (геноцид, военные преступления, преступления против человечности, национальные чистки). За неисполнение этой обязанности государства ответственны не только перед своими гражданами, но и перед международным сообществом. Если у государства нет возможности и/или политической воли исполнить указанную обязанность, то это делает возможным для международного сообщества вмешаться во внутреннюю политику государств для предотвращения гуманитарных катастроф [4].

---

Такое логичное решение вопроса о поведении сообщества государств в случае возникновения угроз безопасности мироустройства и национальным интересам государств не просто ставит под сомнение значение государственного суверенитета, но и идет вразрез с ним, поскольку нарушает его составляющие – верховенство и независимость.

Приведенные примеры из практики внешнеполитической деятельности делают очевидным тезис о том, что концепция государственного суверенитета как верховенства власти на своей территории, нашедшая отражение в национальном законодательстве, не соответствует реальному положению дел и требует пересмотра понимания государственного суверенитета. В современном мире, развитие которого происходит в условиях расширяющихся связей между государствами, глобализационных изменений, дающих возможность оказывать влияние на внутреннюю и внешнюю политику государства, отстаивание понимания государственного суверенитета как верховенства и независимости власти без анализа действительности в этой сфере может демонстрировать нежелание получения объективных знаний и приведения в соответствие теоретических положений с отраженными в них реальными явлениями.

2.2. Добровольное ограничение суверенитета государства в условиях глобализации (на примере интеграционных процессов в ЕАЭС)

Характерной чертой современных международных отношений являются интеграционные процессы, которые развиваются в разных регионах мира и охватывают различные сферы отношений государств. Важное значение в развитии этих процессов принадлежит региональной экономической интеграции.

Региональная экономическая интеграция предполагает сотрудничество отдельных стран в целях более рационального использования их ресурсов за счет создания благоприятных условий для осуществления эффективной предпринимательской деятельности одновременно на рынках нескольких стран (региональных рынках).

Такое сотрудничество нескольких государств приводит к созданию отдельных экономических или экономико-политических блоков/ассоциаций. В качестве наиболее успешных из них можно выделить Евросоюз (ЕС), Ассоциацию государств Юго-Восточной Азии (АСЕАН), Организацию Североамериканского соглашения о свободной торговле (НАФТА) [15, с. 32].

---

Интеграция между странами может идти на политическом или экономическом уровнях. С точки зрения экономики интеграционное объединение – это экономическое пространство со специальным (льготным) правовым режимом. В свою очередь, политическая интеграция – процесс сближения двух или более политических структур, направленный на взаимное сотрудничество (в более узком смысле это формирование некоторого целостного комплекса политических систем на межгосударственном уровне).

Современные межгосударственные союзы, созданные на условиях интеграции, допускают ограничение экономического, а порой и политического суверенитета входящих в него стран, поскольку их деятельность направлена на достижение не только национальных, но и общих целей [19, с. 34]. Характерный пример союза, ограничивающего как экономические, так и политические права входящих в него на основе добровольности государств, – Евросоюз.

Интеграционные процессы активно идут и на постсоветском пространстве. С момента распада СССР здесь был создан целый ряд интеграционных проектов. Среди наиболее известных из них – СНГ (Содружество независимых государств), СГРБ (Союзное государство России и Белоруссии), ГУАМ (Грузия, Украина, Азербайджан, Молдавия) и т. д. [14, с. 855].

Некоторые бывшие советские республики не стали участвовать в «местных» интеграционных объединениях, а «присоединились» к другим проектам – так, Эстония, Литва и Латвия стали членами ЕС.

Последним из наиболее крупных интеграционных проектов на постсоветском пространстве стал Евразийский экономический союз (ЕАЭС), начавший свою работу с 1 января 2015 года и созданный на базе Таможенного союза Евразийского экономического сообщества (ЕврАзЭС), существовавшего в 2001-2014 годах.

ЕАЭС в настоящее время – молодое интеграционное объединение, созданное с целью помочь его странам-участницам реализовать свой экономический потенциал и потенциал хозяйственных связей внутри региона, создать условия для повышения глобальной конкурентоспособности. Единый рынок товаров, услуг, капитала и труда является сердцевиной интеграционного проекта. В настоящее время ЕАЭС как региональное объединение включает пять государств: Республику Армения, Республику Беларусь, Республику Казахстан, Кыргызстан и Российскую Федерацию. Совокупная численность населения Союза – 182,1 млн человек, а его площадь занимает 14% мировой суши [14, с. 855].

Участие в ЕАЭС объективно предполагает необходимость делегирования части суверенитета наднациональным структурам. ЕАЭС изначально формировался как экономическая структура. Страны интегрируются, преследуя исключительно (или почти исключительно) экономические интересы. Соответственно, консолидация с этим региональным объединением подразумевает в первую очередь добровольное ограничение экономического суверенитета.

---