Файл: Правовое положение унитарного предприятия.pdf

Цена договора составила 569 747 руб., требования истца были удовлетворены. На момент написания статьи по сведениям Единого Федерального Реестра сведений о банкротстве, упомянутое унитарное предприятие находится в стадии банкротства [1]. Данный пример, показателен тем, что зачастую размер уставного фонда не способен гарантировать интересы кредитора. Представляется, что наличие уставного фонда в подобном размере в настоящих правовых и финансовых реалиях вообще не способно в полной мере гарантировать интересы кредиторов. Однако, по мнению авторов, проблема состоит не только в недостаточном размере уставного фонда, но и в самом механизме -ответственности унитарного предприятия.

Унитарное предприятие отвечает по своим обязательствам всем принадлежащим ему имуществом, говорится в ч. 6 ст. 113 ГК РФ. В дальнейшем уточняется, что если унитарное предприятие не является казенным, то собственник не отвечает по обязательствам предприятия. Если предприятие является казенным, то собственник несет субсидиарную ответственность по обязательствам такого предприятия при недостаточности его имущества.

Таким образом, может существовать два типа унитарных предприятий. Государственное унитарное предприятие, основанное на праве хозяйственного ведения, и казенное унитарное предприятие, основанное на праве оперативного управления. Вернемся к механизму ответственности унитарного предприятия.

Рассмотрим механизм образования имущества предприятия, так как, по сути, только имущество может в полной мере гарантировать интересы кредиторов. В соответствии с законом, имущество унитарного предприятия может формироваться за счет: ‒ имущества, закрепленного собственником этого имущества; ‒ доходов унитарного предприятия от его деятельности; ‒ иных не противоречащих законодательству источников.

Обращает на себя внимание положение ст. 20 ФЗ № 161 о том, что «собственник имущества казенного предприятия вправе изымать у казенного предприятия излишнее, неиспользуемое или используемое не по назначению имущество».

Аналогичное правило содержится в ст. 296 ГК РФ. Представляется, что приведенные правила в совокупности не способны в должной мере гарантировать интересы кредиторов. Представим ситуацию, лицо выполнило для государственного предприятия строительные работы на общую сумму один миллион. Унитарным предприятием было оплачено только 300 000 рублей. В дальнейшем унитарное предприятие отказалось оплачивать выполненные работы по причине отсутствия денежных средств^[10]. Возникает вопрос, на что вправе рассчитывать кредитор?

Очевидно, что на средства уставного фонда и имущество предприятия. Средства уставного фонда способны покрыть только часть имущественных потерь подрядчика. Остается рассчитывать на имущество предприятия, которое собственник мог уже изъять. При этом, если речь идет о государственном предприятии, то собственник не несет ответственности по его обязательствам. Предположим ситуацию, когда к унитарному предприятию с требованием об оплате исполненных обязательств обратились несколько кредиторов.

Тогда порядок расчетов с кредиторами будет напоминать детскую игру в стулья, когда количество участников больше, чем стульев. Тогда риск невозможности удовлетворения требований кредиторов возрастает в зависимости от количества кредиторов. Данная ситуация стала предметом рассмотрения Конституционного суда. В частности, АО «Научно- производственная компания "Катрен"» обратилось в Конституционный суд с требованием признать не соответствующими Конституции РФ положения Федерального закона от 5 мая 2014 года № 99-ФЗ «О внесении изменений в главу 4 части первой Гражданского кодекса Российской Федерации и о признании утратившими силу отдельных положений законодательных актов Российской Федерации», в той части, в какой они отменяют право юридического лица — кредитора обратиться в суд с требованием о привлечении к субсидиарной ответственности собственника имущества ликвидируемого автономного учреждения при недостаточности у него имущества, на которое может быть обращено взыскание, а также лишают кредитора, надлежащим образом исполнившего свои договорные обязательства перед автономным учреждением, прав, предусмотренных гражданским законодательством. (Определение Конституционного суда РФ от 09.02.2017 № 219-О^[11])

Несмотря на то, что унитарное предприятие и автономное учреждения — различные организационно-правовые формы, правила о невозможности привлечения собственника имущества при недостаточности имущества юридического лица у них идентичны. Конституционный суд не согласился с позицией АО «Научно- производственная компания «Катрен» указав, что «… участники гражданско-правовых отношений, несут риск неудовлетворения своих имущественных требований.

Поскольку законодательство не предусматривало и не предусматривает соответствующего объема гарантий для кредиторов муниципальных автономных учреждений, это ориентирует контрагентов на проявление необходимой степени осмотрительности еще при вступлении в гражданско-правовые отношения с субъектами особого правового статуса». Иными словами, суд призвал участников быть внимательными в отношениях с субъектами, «которые не позволяют в полной мере прибегнуть к институту субсидиарной ответственности», и не отчаиваться. Справедливости ради отметим, что в отношении унитарных предприятий не все так плохо.

Так в статье 7 ФЗ № 161 предусмотрено, что «Российская Федерация, субъект Российской Федерации, муниципальное образование не несут ответственность по обязательствам государственного или муниципального предприятия, за исключением случаев, если несостоятельность (банкротство) такого предприятия вызвана собственником его имущества». В указанных случаях на собственника при недостаточности имущества государственного или муниципального предприятия может быть возложена субсидиарная ответственность по его обязательствам.

Иными словами, собственник все же может быть привлечен к ответственности при условии совершения действий, приведших предприятие к банкротству. При этом обязательным условием привлечения собственника к субсидиарной ответственности является причинно-следственная связь использования собственником своих прав и возможностей в отношении унитарного предприятия-должника и его несостоятельностью (банкротством).

Возникает вопрос, что на практике понимать под действиями, приведшими к банкротству. При детальном анализе конструкции нормы статьи 7 ФЗ № 161 видно, что она скорее вводит в заблуждение, нежели расставляет точки над «i». Рассмотрим механизм действия этого положения и попробуем ответить на вопрос: относится ли изъятие имущества собственником у унитарного предприятия и передача другому унитарному предприятию к действиям, приведшим к банкротству? Ответ на этот вопрос дал Семнадцатый арбитражный апелляционный суд г. Пермь (Постановление от 24 мая 2017 г. по делу № А60-1753/2016^[12]).

Унитарное предприятие находилось в стадии конкурсного производства при проведении процедуры банкротства. Конкурсный управляющий обратился с иском о привлечении к субсидиарной ответственности собственника. По мнению истцов, собственник преднамеренно изъял у унитарного предприятия имущество, находящегося на праве хозяйственного ведения, и передал другому унитарному предприятию, ведущему аналогичную деятельность. Эти действия поставили должника в заведомо невыгодное положение, повлекли невозможность осуществления уставной деятельности. Кроме того, выбытие имущества повлекло прекращение деятельности должника, стало препятствием для принятия мер к восстановлению платежеспособности, что и привело к невозможности удовлетворения требований кредиторов. Ответчик с иском был не согласен и отметил, что должник обладал признаками банкротства до момента передачи имущества.

Унитарное предприятие добровольно отказалось от имущества. Ответчик дал согласие на передачу имущества по инициативе директора должника. Остаточная стоимость имущества составляла 4 303 737 руб. 69 коп., на собственника не может быть возложена субсидиарная ответственность в размере 32 701 522 руб. 28 коп. По мнению авторов статьи, позиция ответчиков не состоятельна. Если ответчик утверждает, что признаки банкротства были до передачи имущества, то зачем тогда оно было передано? Если с целью вернуть платежеспособность, то тогда зачем его изымать повторно. Руководитель унитарного предприятия назначается собственником, поэтому в определенном смысле является зависимым от него лицом. Нелогичным и необоснованным выглядит довод о том, что стоимость долгов больше стоимости изъятого имущества, поэтому иск не подлежит удовлетворению.

Суд отказал в удовлетворении требований по иску конкурсного управляющего, при этом по мнению суда, изъятие имущества не оказало существенного влияния на его экономическое положение; наличие причинно-следственной связи между заявленной задолженностью и действием собственника не доказано. Также суд указал, что «до момента изъятия имущества должник уже отвечал признакам банкротства, имел предпосылки для введения процедуры банкротства». Иными словами «то, что мертво умереть не может».

Если субъект уже обладал признаками банкротства, то нельзя совершить действий, которые приведут к банкротству. Это рассуждение кажется логичным, но как быть с интересами кредиторов, которые могли рассчитывать на обращение взыскания на имущество и в итоге лишились этого. В рамках данного дела балансовая стоимость имущества составляла 26 млн, в то время как требование было заявлено на 32 млн. Кроме того суд не учел, что имущество было передано другому унитарному предприятию, занимающемуся аналогичной деятельностью. Ответчик, желая избежать наступления ответственности, предпринял предусмотренные законом действия (изъял имущество у созданного им предприятия), но тем самым осуществил незаконное уклонение от обязанности нести ответственность по гражданско-правовым обязательствам^[13].

Таким образом, представляется, что механизм ответственности унитарных предприятий в том виде, в котором он прописан в законе на данный момент, не в полной мере отвечает основным началам гражданского законодательства и нуждается в совершенствовании, разработке иных механизмов, которые бы, с одной стороны, удовлетворяли интересы публичных собственников, а, с другой, — повышали бы уровень защиты кредиторов, вступающих в обязательственные отношени с унитарными предприятиями.

Основными направлениями совершенствования законодательства в этом вопросе должны стать следующие. Во-первых, необходимо проанализировать и ответить на вопрос насколько предусмотренный законом механизм управления государственным и муниципальным имуществом позволяет государству решать поставленные задачи по реализации возложенных на унитарные предприятия функции и, одновременно, по повышению уровня конкуренции и защите интересов субъектов предпринимательских отношений^[14]. Тем более, что в настоящий момент серьезные инициативы в решении этой задачи предусмотрены в недавно принятом Указе Президента РФ «Об основных направлениях государственной политики по развитию конкуренции».

Во-вторых, с экономической точки зрения, вправе ли унитарные предприятия заниматься коммерческой деятельностью в том объеме, который предусмотрен для всех остальных коммерческих юридических лиц и если да, то не было бы справедливым лишить их преимуществ перед другими юридическими лицами при осуществлении хозяйственной деятельности, закрепив это законодательно.

В-третьих, для исключения случаев преднамеренного ухода от полной гражданско-правовой ответственности перед кредиторами путем изъятия собственником имущества унитарных предприятий видится обоснованным детально предусмотреть основания такого изъятия имущества из хозяйственного ведения и оперативного управления, поскольку, по мнению авторов статьи, оценочные критерии понятий «излишнее», «неиспользуемое», «используемое не по назначению» приводит к произвольному толкованию данных терминов в каждой конкретной ситуации.

ГЛАВА 2. МЕХАНИЗМ РЕАЛИЗАЦИИ УНИТАРНОГО ПРЕДПРИЯТИЯ

2.1 Реализация правосубъектности унитарного предприятия

Унитарность является отличительной чертой данной организационно-правовой формы, которая проявляется в специальных структурно-видовых особенностях УП, закрепленных в законодательстве РФ. Употребление в наименовании юридического лица слова «предприятие» сформировало мнение в юридической науке, что ГК РФ использует его в двух значениях: как объект гражданских прав (ст. 132 ГК РФ) и как субъект гражданских правоотношений (ч.1 ст. 113 ГК РФ). В связи с этим необходимо четко различать предприятие как имущественный комплекс и как элемент в названии организационно-правовой формы. ГК РФ в разграничении этих понятий не совсем последователен^[15].