Файл: Субъекты банкротства, их права, обязанности и ответственность.pdf

Введение

Актуальность темы исследования. Право частной собственности в настоящее время является важнейшим институтом экономических отношений. В Конституции РФ закреплено право каждого по своему усмотрению использовать свое имущество и способности для ведения экономической деятельности.

Институт несостоятельности (банкротства) является одним из главных элементов правовой системы любого государства с рыночной экономикой. Существование института банкротства необходимо для того, чтобы из экономического оборота удалить тех его участников, которые не могут выполнять свои обязательства, а их неспособность работать эффективно имеет стойкий характер. Но, необходимо также и пытаться сохранить субъект экономической деятельности.

При этом в обоих случаях, следует предотвратить обращение всего или большей части этого имущества на удовлетворение требований одного либо нескольких наиболее расторопных кредиторов и лишение остальных возможности получить хотя бы частичное удовлетворение. Наряду с этим нужно защитить интересы самого несостоятельного должника, и решение вопроса о его сохранении или ликвидации подчинить установленным законом процедурам.

В связи со сказанным исследование правового положения субъектов процедуры банкротства представляется актуальным.

Объектом настоящей работы являются общественные отношения, связанные с реализацией субъектами банкротства своих право и обязанностей.

Предметом исследования является законодательство Российской Федерации, определяющее правовой статус субъектов процедуры банкротства.

Цель исследования – изучить правовое положение субъектов процедуры банкротства.

Для достижения поставленной цели необходимо выполнить следующие задачи:

– рассмотреть понятие банкротства в законодательстве и научной литературе.

– описать признаки банкротства.

– исследовать правовое положение длжника как субъекта банкротства.

– исследовать правовое положение кредитора как субъекта банкротства.

– рассмотреть правовое положение арбитражного управляющего.

Нормативной основой работы стали: Конституция Российской Федерации, Гражданский кодекс РФ, ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)», а также иные нормативные акты, регулирующие вопросы осуществления процедуры банкротства.

Теоретической основой работы являются труды отечественных ученых в области гражданского, гражданского процессуального права и иных смежных дисциплин таких, как: Дихтяр А.И., Дорохина Е.Г., Заболоцкая И,В., Зайцева В.В., Карелина С,А., Касьянов А.В., Никитина О.А., Петрушин В.А. и др.

Методологическую основу исследования составляет теория познания, ее всеобщий метод материалистической диалектики. В качестве общенаучных методов исследования применялись: формально-логический и системный методы научного познания, описание, наблюдение, сравнение, анализ и синтез.

Структура работы. Курсовая работа состоит из введения, двух глав, разбитых на параграфы, заключения, списка использованных источников.

1. Понятие и признаки банкротства

1.1. Понятие банкротства в законодательстве и литературе

Термин «банкротство» берет свое происхождение от староитальянского «banca rotta», что в дословном переводе означало «разбитая, сломанная скамья, конторка». Причудливое происхождение слова этимологи связывают с отношением общества к банкротам, выражающееся в погроме контор объявленных банкротами банкиров и иных лиц.

Русскому языку слово знакомо с Петровской эпохи, причем изначально использовалось понятие «банкрутство», затем уже «банкротство». Юриспруденция «несостоятельность» и «банкротство» трактует неодинаково. На наш взгляд, наиболее обоснованной является позиция ученых, высказывающихся за необходимость разграничения исследуемых понятий^[1].

Определение несостоятельности дано в статье 2 Федерального закона от 26 октября 2002 г. № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее Фе­деральный закон о банкротстве): несостоятельность (банкротство) (далее также – банкротство) – признанная арбитражным судом неспособность должника в полном объеме удовлетворить требования кредиторов по денежным обязатель­ствам, о выплате выходных пособий и (или) об оплате труда лиц, работающих или работавших по трудовому договору, и (или) исполнить обязанность по уплате обязательных платежей^[2].

Таким образом, российское законодательство рассматривает понятие несо­стоятельности и банкротства в качестве равнозначных. Такое использование синонимичных терминов не является исключением, например, как равнознач­ные используются термины – «финансовая аренда» и «лизинг», «залог недви­жимости» и «ипотека», «безвозмездное пользование имуществом» и «ссуда».

Следует отметить, что рассмотрение терминов «несостоятельность» и «банкротство» как равнозначных свойственно и для филологических, толко­вых словарей, в которых значение одного слова определяется через другое. Например, в Толковом словаре С. И. Ожегова под «банкротством» понимается «несостоятельность, сопровождающаяся прекращением платежей по долговым обязательствам»^[3]. В словаре В. И. Даля, «несостоятельность есть «неустойка, банкротство»^[4].

В научной литературе, посвященной правовому регулированию отношений несостоятельности, анализируется значение терминов «несостоятельность» и «банкротство» и осуществляется их разграничение по тем или иным основани­ям.

Некоторые авторы рассматривают понятия несостоятельности и банкрот­ства, как, соответственно, статическое и динамическое. Несостоятельность характеризует «состояние», придавая слову констатирующий (статический) от­тенок. Термин же банкротство отражает не только состояние, но и процесс. Банкротом принято считать не просто разорившегося должника, но и объявлен­ного или признанного таковым. Значение слова «банкрот» имеет не только «статический», но и «динамический» оттенок, передающий характер действия, что обусловливает специальную сферу его употребления^[5].Понятия банкротства, несостоятельности в современном российском законодательстве анализируются довольно традиционно как тождественные, но при этом обладающие своей спецификой. ^[6]

Довольно распространенной является точка зрения, согласно которой несо­стоятельность является понятием гражданско-правовым, а банкротство -понятием, свойственным уголовному праву.

Данная точка зрения исторически обусловлена, поскольку в дореволюцион­ном российском законодательстве банкротство рассматривалось как уголовная сторона такого гражданского отношения как несостоятельность. Основываясь на положениях дореволюционного законодательства, таким образом разделяли понятия несостоятельности и банкротства русские цивилисты Г. Ф. Шершеневич, А. Н. Трайнин. Г. Ф. Шершеневич рассматривал в качестве банкротства «неосторожное или умышленное причинение несостоятельным должником ущерба кредиторам посредством уменьшения или сокрытия имущества. Банк­ротство, таким образом, является уголовной стороной того гражданского отно­шения, которое называется несостоятельностью. Оно не представляется необ­ходимым и постоянным спутником последней, но только случайным усложне­нием». Несостоятельность – это состояние имущества, официально засвидетельствованное, которое дает основание предполагать недостаточность его для покрытия всех долгов собственника»^[7].

Представители другой точки зрения рассматривают понятия несостоятель­ности и банкротства как диалектически взаимосвязанные. Несостоятель­ность рассматривается как основа и предпосылка банкротства. Эти понятия рассматриваются как причина («несостоятельность») и следствие («банкрот­ство»). Представители данной точки зрения исследуют социально -экономические основания деления несостоятельности и банкротства. Банкротство видится им как гражданско-правовое понятие.

Например, по мнению С. Э. Жилинского, все начинается с неплатежеспособности. Если она оказывается непосильной для должника и последний теряет возможность рассчитаться с кредиторами, то он тем самым приобретает новое качество несостоятельности (становится несостоятельным). Третье и завершающее качество должника -банкрот. Качеством банкрота должника наделяет арбитражный суд^[8].

Н. В. Самохвалова полагает, что необходимо полностью отказаться от тер­мина «банкротство» в российском праве, используя только понятие несостоя­тельности, в том числе и при квалификации правонарушений (например, фик­тивная несостоятельность, преднамеренная несостоятельность), объясняя такое решение следующими причинами. Во-первых, этимология самого слова «несостоятельность» более понятна и предполагает, что лицо не в состоянии что-либо сделать, обозначает бездействие лица. При этом такое бездействие вызва­но невозможностью что-либо предпринять для устранения несостоятельности. Законодатель в легальном определении для пояснения понятия несостоятельно­сти применяет термин «неспособность» (ст. 2 Закона). Неспособность объеди­няет в себе как отсутствие субъективных качеств у лица (например, неумение управлять имуществом), так и влияние объективных условий (например, воз­действие экономического кризиса). Исторически российское законодательство отдавало приоритет понятию несостоятельности. Отказ от этого понятия не имеет под собой веских оснований. Во-вторых, понятие «банкротство» ита­льянского происхождения и первоначально предназначалось для квалификации преступлений, субъектами которых были расточительные должники, а также те, кто скрывался от исполнения своих обязательств^[9].

Уголовно-правовое понима­ние банкротства, как отмечалось, превалирует в зарубежных странах. Другими словами, банкротство в этом смысле – это активные действия лица. В-третьих, если рассматривать банкротство как синоним несостоятельности, то потребует­ся вносить изменения в ряд норм права, что повлечет усложнение терминоло­гии. К примеру, помимо понятия «преднамеренное банкротство», необходимо будет также указывать на преднамеренную несостоятельность. В-четвертых, в юридической технике считается, что использование синонимов в нормативном акте оправданно только в случае, если уточняется мысль законодателя.

Понятие банкротства не способствует уточнению несостоятельности, а только усложня­ет это понятие и порождает теоретические проблемы. Более того, если в поня­тие банкротства вкладывать уголовно-правовое содержание, то вряд ли оправ­данно уточнять гражданско-правовое понятие (несостоятельность) с помощью понятия уголовного права (банкротство), а бездействие (несостоятельность) по­средством действия (банкротство). В-пятых, обозначение уголовно-правовой стороны банкротства термином «квазибанкротство» вызовет необходимость его закрепления в законодательстве. Это опять усложнение терминологии.^[10]

Таким образом, сторонники разграничения терминов «несостоятельность» и «банкротство» полагают, что, применяя понятие несостоятельности, в том чис­ле и для квалификации правонарушений, российский законодатель разрешит теоретические споры, устранит удвоение и последующее усложнение термино­логии, откажется от чуждого иностранного термина «банкротство», а также укрепит исторические традиции в отечественном гражданском праве. Реализа­ция этих предложений повлечет внесение изменений в положения действующе­го Закона, в том числе изменению должно подвергнуться название Закона, ко­торый в новой редакции будет именоваться Федеральным законом «О несостоятельности»⁷.

С нашей точки зрения, разграничение понятий «несостоятельность» и «банкротство» представляет безусловный научный интерес, позволяющий уточнить значение этих терминов, но необходимость их законодательного раз­граничения вряд ли оправданна, в силу того, что для российского законодатель­ства о банкротстве, использование данных терминов как синонимов является исторически сложившимся, традиционным, привычным, кроме того, понятным правоприменителю.

1.2. Признаки банкротства

Анализ действующего российского законодательства о несостоятельности (банкротстве), а также учебной и научной, научно-практической литературы по данному вопросу позволяет выделить следующие признаки банкротства юри­дического лица:

1) наличие денежного обязательства должника долгового характера;

2) неспособность юридического лица удовлетворить требования кредиторов по денежным обязательствам, о выплате выходных пособий и (или) об оплате труда лиц, работающих или работавших по трудовому договору, и (или) исполнить обязанность по уплате обязательных платежей в тече­ние трех месяцев с момента даты их исполнения;