Файл: Гражданско-правовое регулирование залога..pdf

Участники залоговых отношений делали попытки квалифицировать залог будущей вещи как недействительную сделку путем признания ее мнимой.

Между А. и ООО СК "Диалог" был заключен договор залога имущества (транспортных средств), который предполагалось истцом - ООО "Альтерр Групп" признать мнимой сделкой, совершенной лишь для вида. Кроме того, по мнению истца, указанный договор не соответствовал требованиям закона, поскольку ООО СК "Диалог" передало А. не принадлежащие ему на момент заключения договора транспортные средства. По предварительному договору, заключенному 7 февраля 2013 года между ООО "Альтерр Групп" и ООО СК "Диалог", транспортные средства были в залоге у истца. Ответчик А. заявленные требования не признал, ссылаясь на то, что он передал денежные средства ООО СК "Диалог", обеспечением обязательств является заключенный им с ООО СК "Диалог" договор залога транспортных средств. Судом в признании недействительным договора залога отказано, поскольку указанный договор залога соответствует требованиям закона и не является мнимой сделкой, совершенной без намерения создать соответствующие правовые последствия, так как был заключен в целях обеспечения исполнения обязательств по договору займа между А. и ООО СК "Диалог"^[27].

Норма п. 2 ст. 339 ГК, позволяющая обременить залогом все имущество предпринимателя, ставит перед практикой вопрос определения состава этого имущества залогодателя (без идентификации). При этом формулировка анализируемой статьи позволяет сделать вывод, что заложенным оказывается все имущество предпринимателя, принадлежащее ему на праве собственности или ином праве, допускающем залог, на момент обращения на его имущество взыскания. Аналогичным образом может быть обременено имущество определенного рода или вида, а также часть имущества залогодателя^[28].

Отчасти аналогом такого изменчивого по составу предмета залога может являться залог товаров в обороте (ст. 357 ГК). Ведь, насколько можно судить, введение этой нормы и преследовало цель не "кристаллизировать" залоговые права до момента обращения взыскания на имущество залогодателя, а установить наиболее полное по объему изменяющегося имущества обременение. В то же время правило о залоге всего имущества не создает какого-либо отдельного самостоятельного вида залога и, как представляется, подчиняется непосредственно общим правилам параграфа 3 главы 23 ГК, а также специальным нормам об отдельных видах залога. То есть, если в состав имущества входят исключительные права, обязательственные права, к ним должны применяться правила о соответствующих видах залога. Правда, ГК также не дает ответ на вопрос, нужно ли соблюдать ограничения, связанные с залогом различного вида имущества. Например, видимо, потребуется получать согласие или разрешение другого лица на залог (п. 3 ст. 335 ГК) или уведомлять кредитора при залоге имущественных прав (ст. 358.4 ГК)^[29].

Правила об установлении залога всего имущества залогодателя также не дают представления о том, как будет в данном случае реализовываться принцип старшинства залогов, ведь залог устанавливается на имущество, которое можно идентифицировать в качестве предмета залога на момент обращения взыскания. Представляется, что установление залога на все имущество ранее любого иного залога ограничит возможности последующих залогодержателей в реализации права на обращение взыскания за счет имущества залогодателя, поскольку любое имущество, таким образом, может оказаться в составе заложенного ранее всего имущества залогодателя.

Следует учитывать, что в данном случае по общему правилу действует требование закона о необходимости уведомлять последующих залогодержателей об имеющихся обременениях передаваемого в залог имущества. Более того, залоговые кредиторы имеют преимущественное право при удовлетворении своих требований по сравнению с любыми иным. Следовательно, заложив все имущество дружественному залогодержателю, можно исключить для других кредиторов возможность обратить взыскание хоть на что-то из этого имущества. Усилить эффект сохранения имущества за недобросовестным залогодателем или его залогодержателем можно, установив внесудебный порядок взыскания, позволяющий сохранить за кредитором вещи и иное имущество, минуя реализацию его на торгах^[30].

Однако, как представляется, эти возможности залога всего имущества не могут быть применены к ипотеке, основанием и доказательством возникновения которой является государственная регистрация, за исключением залога предприятия как имущественного комплекса. В то же время, приобретая какое-либо имущество у лица, осуществляющего предпринимательскую деятельность, новый собственник вещи будет вынужден обращаться к реестру уведомлений о залоге. Иначе он не сможет получить статус добросовестного приобретателя, если информация об обременении всего имущества залогодателя содержалась в реестре уведомлений о залоге движимого имущества (п. 4 ст. 339.1 ГК)^[31].

Предметом залога не может быть имущество, на которое не допускается обращение взыскания, а также требования, неразрывно связанные с личностью кредитора, уступка которых другому лицу запрещена законом (об алиментах, о возмещении вреда, причиненного жизни или здоровью, и т.п.). Такая сделка, поскольку при ее совершении был нарушен явно выраженный запрет п. 1 ст. 336 ГК, является ничтожной как посягающая на публичные интересы (п. 75 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 № 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации"^[32]). Как вид распоряжения имуществом залог отдельных видов имущества может быть ограничен или запрещен законом. Так, не могут быть предметом залога (заложены) дома и квартиры, находящиеся в государственной или муниципальной собственности, и имущество, которое нельзя приватизировать (например, служебные жилые помещения и др.). Также не могут быть предметом залога необоротоспособные права, т.е. права, уступка которых другому лицу запрещена законом.

В ст. 446 ГПК РФ и ст. 101 Закона об исполнительном производстве^[33] установлен перечень видов имущества, на которое не может быть обращено взыскание по исполнительным документам. Установление залога в отношении такого имущества не имеет преследуемого эффекта. В то же время все чаще судебная практика исходит из того, что наличие у гражданина-должника жилого помещения, являющегося единственным пригодным для постоянного проживания помещением для него и членов его семьи, не является более препятствием для обращения на него взыскания при удовлетворении прав залогодержателя.

Важной новеллой ГК стало указание на то, что в договоре залога теперь не обязательно указывать оценку или стоимость заложенного имущества, а также то, у какой стороны находится заложенное имущество. Стороны могут позже в ходе реализации залоговых правоотношений вернуться к этому вопросу. Новелла, содержащаяся в п. 7 ст. 349 ГК, устанавливает, что соглашение сторон (залогодателя и залогодержателя) об обращении взыскания на заложенное имущество во внесудебном порядке должно содержать указание на стоимость (начальную продажную цену) заложенного имущества или порядок ее определения^[34]. А общая презумпция предполагает, что заложенное имущество остается у залогодателя, если иное не предусмотрено ГК, другим законом или договором (п. 1 ст. 338 ГК РФ).

В целом облегчая процесс установления договорного залога, законодатель считает достаточным согласовать условия, относящиеся к основному обязательству, путем указания в договоре залога отсылки к договору, из которого возникло или возникнет в будущем обеспечиваемое обязательство. Это правило воспринято законодателем из судебной практики. В Постановлении Пленума ВС РФ и Пленума ВАС РФ от 01.07.1996 № 6/8 "О некоторых вопросах, связанных с применением части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" <4> судам предлагалось исходить из того, что в случаях, когда залогодателем является должник в основном обязательстве, условия о существе, размере и сроках исполнения обязательства, обеспеченного залогом, следует признавать согласованными, если в договоре залога имеется отсылка к договору, регулирующему основное обязательство и содержащему соответствующие условия (п. 43)^[35]. Теперь данное правило в равной степени относится как к случаям, когда в роли залогодателя выступает должник по основному обязательству, так и к отношениям залога, по которым залогодателем является третье лицо, предоставившее обеспечение по обязательству должника.

Если стороны посчитают необходимым, они могут изменить общий порядок реализации заложенного имущества, закрепив в договоре собственные условия на случай обращения взыскания по решению суда или во внесудебном порядке.

При этом только для залогодателей, осуществляющих предпринимательскую деятельность, установлена конкретная возможность по соглашению с залогодержателем договориться о реализации заложенного имущества путем оставления залогодержателем предмета залога за собой или путем продажи предмета залога залогодержателем другому лицу по цене не ниже рыночной стоимости с удержанием из вырученных денег суммы обеспеченного залогом обязательства (п. 2 ст. 350.1 ГК)^[36].

Обращает на себя внимание невыдержанный подход законодателя к названиям однотипных по существу статей: комментируемая статья получила название "Договор залога", а ст. 358.3 и 358.10 названы "Содержание договора залога права" и "Содержание договора залога прав по договору банковского счета". Во всех названных статьях речь идет о содержании договора залога и его видов.

Уточняя правила о договоре залога, законодатель выделил в ГК блок норм, регулирующих залог с участием залогодателя-предпринимателя (предпринимательский залог). По правилам ГК обязательство, обеспечиваемое предпринимательским залогом (в том числе будущее обязательство), можно не индивидуализировать в момент заключения договора^[37]. Достаточно, чтобы оно было описано способом, позволяющим определить обязательство в качестве обязательства, обеспеченного залогом, на момент обращения взыскания, в том числе путем указания на обеспечение всех существующих и (или) будущих обязательств должника перед кредитором в пределах определенной суммы. Появление данной новеллы было подсказано практикой. В течение длительного периода времени доминирующим являлся подход, в соответствии с которым предмет залога должен был определяться максимально конкретно, вследствие чего при отсутствии в договоре о залоге сведений, индивидуально определяющих заложенное имущество (к примеру, при установлении соглашением лишь видовой принадлежности имущества или места его расположения), такой договор не считался заключенным (см. п. 2 информационного письма Президиума ВАС РФ от 15 января 1998 г. № 26 "Обзор практики рассмотрения споров, связанных с применением арбитражными судами норм Гражданского кодекса Российской Федерации о залоге"^[38]).

Теперь закон не требует точной индивидуализации предмета залога, который может быть описан любым способом, позволяющим идентифицировать имущество в качестве предмета залога на момент обращения взыскания, в том числе путем указания на залог всего имущества залогодателя или определенной части его имущества либо на залог имущества определенных рода или вида. Это правило может распространяться на любое имущество, в том числе имущественные права, кроме недвижимого. В силу ст. 9 Закона об ипотеке^[39] и ст. 5 Закона о государственном кадастре недвижимости^[40] договор залога недвижимого имущества (ипотеки) соответствует предъявляемым к договорам залога требованиям и не подлежит признанию незаключенным, если в договоре содержатся указания на наименование объектов, адреса и кадастровые номера объектов недвижимого имущества, что позволяет достоверно индивидуализировать предмет залога^[41].

При установлении залога в силу договора залогодатель обязан предупредить залогодержателя о всех известных ему к моменту заключения договора правах третьих лиц на предмет залога (вещных правах, правах, возникающих из договоров аренды, ссуды и т.п.). Применительно к ипотеке (залогу недвижимости) такая обязанность не является новеллой и предусмотрена ст. 12 Закона об ипотеке. По распространенной практике эта обязанность может быть соблюдена, в том числе включением соответствующих сведений в договор залога. Подписавший такой договор залогодержатель считается осведомленным о всех правах третьих лиц, перечисленных в договоре. В случае неисполнения залогодателем этой обязанности залогодержатель вправе потребовать досрочного исполнения обеспеченного залогом обязательства или изменения условий договора залога. Данное правило носит диспозитивный характер и позволяет сторонам иным образом урегулировать последствия неуведомления залогодержателя о правах третьих лиц на предмет залога непосредственно в договоре.

Правила ст. 339 ГК о договоре залога распространяются как общие не случаи, когда закон устанавливает специальные правила для отдельных видов залога. Например, в договоре о залоге обязательственного права должны быть указаны: предмет залога (обязательственное право), существо, размер и срок исполнения обязательства, обеспечиваемого залогом, а также, согласно ст. 358.4 ГК, обязательство, из которого вытекает закладываемое право, сведения о должнике залогодателя и сторона договора залога, у которой находятся подлинники документов, удостоверяющих закладываемое право. В то же время для таких договоров предусматриваются и изъятия из общих правил о договоре залога. Например, ГК устанавливает дополнительное указание на случай, когда предметом залога является принадлежащее залогодателю право требовать уплаты денежной суммы. По смыслу части 2 п. 1 ст. 358.3 ГК в таком случае в договоре залога права денежного требования можно не указывать размер суммы требования или порядок ее определения^[42]. А необходимой для признания договора залога права заключенным является информация о стороне договора залога, у которой находятся подлинники документов, удостоверяющих закладываемое право.