Файл: Реорганизация юридических лиц (Сущность реорганизации).pdf

Т. е. А. В. Коровайко в качестве субъектов правоотношений рассматривает участников, а в качестве объекта – реорганизуемые юридические лица (как имущественные комплексы).

И если имущественный комплекс рассматривать в качестве объекта отношений, возникающих в процессе реорганизации, то неуместно говорить о смешении понятий субъекта и объекта, поскольку по логике ученого целью будет являться правопреемство (а не изменение субъектного состава существующих гражданских правоотношений, как заявляется им в вводной части работы [11, с. 12]).

Интересные выводы относительно цели реорганизации можно найти и в судебной практике. Так, в Постановлении ФАС Уральского округа от 14.12.2006 № Ф09-11080/06-С5 установлено, что цель действий по реорганизации не соответствует цели, определенной ст. 153 ГК РФ для гражданско-правовых сделок [4].

То есть, по мнению суда, реорганизация не может иметь целью возникновение, изменение либо прекращение гражданских прав и обязанностей, что также подтверждает мнение о том, что с позиции права правопреемство не может являться объектом и целью реорганизации. Большинство авторов видит основное назначение либо само существо реорганизации в прекращении юридического лица.

Встречаются научные труды именно с таким названием, как в случае со статьей М. В. Телюкиной под названием «Реорганизация как способ прекращения деятельности юридических лиц» [22, с. 40].

Реорганизация юридического лица в смысле ст. 57 ГК РФ − это прекращение юридического лица, влекущее возникновение новых организаций или значительное изменение характера юридического лица существующих организаций [21]. Подобные выводы содержатся и в комментариях к ГК РФ. Так, в одном из комментариев к ст. 57 ГК РФ указано, что реорганизация рассматривается как одна из форм прекращения существования юридических лиц [14, с. 117].

Безусловно, должное регулирование прекращения юридического лица важно ввиду необходимости защиты прав и интересов определенного круга лиц. И эта необходимость сопряжена со «смертью» субъекта права. Между тем следует согласиться с мнением А. В. Габова и Д. Федорчука о том, что признак прекращения юридического лица не может выступать определяющим для понимания реорганизации [6, 11, 14].

Объект гражданского правоотношения может существовать во времени до возникновения соответствующей гражданско-правовой связи, появиться в период ее существования или реализации [20, с. 178].

Объектом в исследуемых правоотношениях являются действия, направленные на возникновение качественно нового юридического лица.

Нельзя считать объектом действия, направленные на прекращение юридического лица либо правопреемство, поскольку процесс прекращения одного лица является действием, обеспечивающим новообразование другого лица, как бы его предпосылкой, а правопреемство – следствием. Иначе говоря, все остальное является не целью реорганизации с правовой точки зрения и не ее объектом, а либо предпосылкой к созданию юридического лица, либо последствием. Все правоотношение нацелено на создание нового лица (лиц) в соответствии с законом и заявленными характеристиками: организационно-правовая форма, имущество, наименование и др. Подобный подход мы находим в судебной практике. Так, решением Арбитражного суда Пермского края от 09.12.2011 по делу № А50-10847/2011 установлено, что реорганизация является одной из форм организации нового участника (субъекта) правовых отношений [4].

В правоотношениях, возникающих в процессе реорганизации, верным будет не ограничиваться в поисках фактических целей. К примеру, если говорить о коммерческих организациях, невозможно представить, что цель реорганизации лишена расчета на определенные блага, тем более что главной особенностью реорганизации является создание новой организации на основе уже существующей [16, с. 93].

Говоря об основе, мы имеем в виду как имущественную основу, так и имеющийся у нее потенциал, в некоторых случаях и зарекомендованное имя. Поэтому не стоит обольщать себя мыслью о том, что одно (лицо) мыслимо без другого (имущества).

Тем не менее следует согласиться с профессором С. Н. Братусем в том, что юридическое лицо всегда предполагает определенным образом организованную связь людей. Так называемый имущественный субстрат не является решающим для характеристики юридического лица, но есть лишь проявление этой связи [4, с. 65].

Характеристика фактических отношений, возникающих в процессе реорганизации, позволяет цели условно разделить на фактические и юридические.

Фактические (экономические) цели реорганизации могут быть разнообразны: облегчение корпоративного управления и ведения бухгалтерского учета в группе взаимосвязанных юридических лиц; концентрация капитала; увеличение размера активов; предотвращение корпоративного захвата и др.

Юридическая же цель (объект) реорганизации – создание (возникновение) нового субъекта права. Судебная практика позволяет нам говорить и о латентных целях, признание которых возможно в случае незаконной реорганизации в судебном порядке. В целях изучения и выявления содержания отношений, возникающих в процессе реорганизации, необходимо провести анализ прав и обязанностей участвующих в ней лиц (исследованию субъектного состава реорганизации посвящен следующий параграф работы) [14, с. 111].

Следует сказать несколько слов о праве на реорганизацию. Анализируя действующее законодательство, можно заключить, что правом на реорганизацию обладает любое юридическое лицо. Содержание права на реорганизацию составляют правомочия по выбору формы реорганизации (сочетания форм), объема передаваемых прав и обязанностей.

Однако закон также предусматривает и некоторые ограничения данного права.

Впервые ГК говорит прямо об ограничении реорганизации. Так, новая редакция ст. 57 ГК РФ содержит положение о том, что ограничения реорганизации юридических лиц могут быть установлены законом [19, с. 81].

В отличие от прежней редакции статьи, в которой ограничение связывалось лишь с получением согласия уполномоченных государственных органов при реорганизации в форме слияния, присоединения и преобразования в случаях, установленных законом со ссылкой на статью 27 ФЗ от 26.07.2006 № 135-ФЗ «О защите конкуренции» (создание и реорганизация коммерческих организаций с предварительного согласия антимонопольного органа), новая редакция предполагает установление и иных ограничений, оставляя решение этого вопроса специальным законам. Помимо указанных, отдельными федеральными законами в качестве ограничений можно рассматривать установления закрытого перечня форм, в которые они могут реорганизоваться.

К примеру, ФЗ «Об ООО» устанавливает строго определенный перечень видов, в которые общество может быть преобразовано (в хозяйственное общество другого вида, хозяйственное товарищество или производственный кооператив) [16, с. 93].

Новые нормы ГК РФ (п. 3 ст. 68) также устанавливают прямые ограничения реорганизации (хозяйственные товарищества и общества не могут быть реорганизованы в некоммерческие организации, а также в унитарные некоммерческие организации).

Ограничения права на реорганизацию следует отличать от ограничений, связанных с запретом совершения отдельных действий в процессе реорганизации, установленных в целях защиты прав кредиторов и участников юридического лица [16, с. 98].

В нормах, регламентирующих процесс реорганизации, перечисляются задействованные в ней лица, наделенные определенными правами и обязанностями, а также лица, на правовое или имущественное положение которых реорганизация оказывает влияние. К ним относятся: реорганизуемые юридические лица, участники, кредиторы, члены органов управления, уполномоченный на государственную регистрацию орган, работники [16, с. 99].

В зависимости от статуса лица, участвующего в реорганизационных правоотношениях, правомочия проявляются в обеспеченных правом возможностях [21, с. 103]:

1) проведения реорганизации (признается за реорганизуемыми юридическими лицами);

2) защиты от недобросовестных действий обязанных лиц (признаются за юридическими лицами, участниками, кредиторами, работниками).

Гражданско-правовыми обязанностями сообразно наделены реорганизуемые лица, участники и члены органов управления. Эти обязанности выражаются в соблюдении нормативных предписаний по проведению реорганизации. Вступая в реорганизационные отношения как носитель исключительного права на проведение реорганизации, реорганизуемое лицо одновременно становится основным обязанным лицом, поскольку его правомочие сопряжено с его же обязанностью в соблюдении требований ее проведения [17, с. 66].

И обязанности его по большей части связаны с целью обеспечения основного, на наш взгляд, принципа соблюдения прав кредиторов и участников. Воспользовавшись возможностью или своим правом на реорганизацию, организация не всегда приобретает благо, но всегда определенные обязательства, в том числе не гражданско-правового характера.

В обеспечение своего права реорганизуемые юридические лица обязаны совершить определенные действия: уведомить уполномоченные государственные органы, кредиторов, составить, утвердить и представить передаточный акт, обеспечить гарантии прав кредиторов, удовлетворить требования кредиторов, соблюсти справедливое распределение активов, в соответствии со ст. 75 ТК РФ заключить трудовые договоры с работниками (либо дополнительные соглашения к имеющимся договорам об изменении стороны), решить вопрос о дальнейшей судьбе работников, с которыми невозможно продлить трудовой договор в данной должности (к примеру, при реорганизации в форме присоединения необходимо расторгнуть договор с одним или несколькими директорами и иными работниками, должности которых предполагаются в одной единице) и др.

В реорганизационном правоотношении юридическое лицо (лица), проявляя волю к его возникновению, должно своими действиями обеспечить его осуществление. Являясь лицом обязанным как по отношению к возникающим в процессе реорганизации обществам, кредиторам, участникам, работникам, так и, как ни парадоксально, по отношению к себе. Посредством осуществления его собственных действий происходит реализация права на реорганизацию [8, с. 104].

Характер отношений, возникающих в процессе реорганизации, одноотраслевым (чисто корпоративным, гражданско-правовым) не назовешь. Федеральным законом от 30.12.2012 № 302ФЗ «О внесении изменений в главы 1, 2, 3 и 4 части первой Гражданского кодекса РФ» в отношения, регулируемые гражданским законодательством, включены отношения, связанные с участием в корпоративных организациях или с управлением ими (корпоративные отношения) [18].

Включив в предмет гражданского права корпоративные отношения, законодатель окончательно отказался от их обязательственного характера. Относительно природы и состава корпоративных отношений высказывались самые разнообразные мнения. Зачастую ученые относят к ним и отношения, связанные с реорганизацией [13, с. 97].

Определенный пласт отношений, связанных с реорганизацией юридических лиц, несомненно, относится к корпоративным. Тем не менее значительная часть процедуры реорганизации выходит за рамки корпоративных отношений, носит разноотраслевой характер, связана с правами кредиторов, работников (не являющихся участниками корпоративных отношений) и обязанностью соблюдения определенной процедуры.

Придание обязательственной стороне реорганизационных правоотношений особой значимости обусловлено необходимостью защиты прав многочисленного состава участвующих лиц [16, с. 98].

Изучение проблем должного исполнения и характера обязательств при проведении реорганизации необходимо для повышения эффективности законотворческого процесса по совершенствованию норм о реорганизации. Анализ норм о реорганизации позволяет говорить о том, что гражданско-правовыми обязанностями наделены реорганизуемые общества, участники и члены органов управления, содержание которых составляет процесс формирования воли, вопросов участия, ответственности, воздержания от совершения действий, могущих причинить вред интересам субъектов правоотношения, и др. Реорганизация влияет и на правоотношения, выходящие за рамки гражданско-правовых: трудовые, административные и др.

Право юридических лиц на реорганизацию обеспечивается также определенными действиями иных лиц. Специфика содержания субъективного права состоит не в дозволенности действия, не в праве на собственные действия, а в возможности этих действий, возникающей вследствие обеспечения определенного поведения обязанных лиц [9, с. 559].

Возможность реализации права на реорганизацию в том числе обеспечивают действия государственных органов по регистрации реорганизации, призванные одновременно осуществлять контроль за законностью ее проведения.

Наличие публичных правоотношений в реорганизации обусловлено необходимостью защиты интересов общества в целом (полагающегося на достоверность данных государственной регистрации), кредиторов и самого юридического лица.

Судьба реорганизации в немалой степени зависит от добросовестного исполнения обязанностей регистрирующих органов. Как показывает судебная практика, процесс реорганизации может серьезно затянуться ввиду излишней требовательности регистрирующего органа к представляемым документам, являющейся следствием неверного толкования норм о реорганизации [15].