Файл: Реорганизация юридических лиц (Сущность реорганизации).pdf

В результате чего юридические лица вынуждены реализовывать свое право, устраняя преграды, учиняемые государственными органами, посредством долгих судебных тяжб. По характеру правомочий и обязанностей лиц, участвующих в реорганизации, можно говорить о существовании различных правовых отношений, возникающих в процессе ее осуществления.

Реорганизация не может рассматриваться ни как сделка, ни как сложный юридический состав, поскольку сущность ее затрагивает многообразие институтов (создание юридических лиц, государственной регистрации, возмещения вреда, права собственности и др.) и отношений, а в совокупности – реорганизационные правоотношения с многочисленным составом участников, различными правомочиями и обязанностями [16, с. 99].

Таким образом, реорганизация представляет собой совокупность гражданско-правовых отношений, выражающихся в реализации решения о реорганизации путем осуществления прав и исполнения обязанностей. Несмотря на многообразие точек зрения относительно определения и природы реорганизации, можно выделить некоторые характерные ей сущностные признаки:

- является результатом проявления воли юридического лица, основанным на обеспеченном государством праве;

- правопреемство (именно такую формулировку нам дает ст. 58 ГК РФ);

- автономия воли реорганизуемого лица от воли правопреемника;

- сочетание в одном действии свойств правопрекращающего (ликвидационного) и правопорождающего (учредительного) признака, поскольку при реорганизации возможно прекращение деятельности одного юридического лица и возникновение нового (новых);

- законодательное определение форм, в которых осуществляется реорганизация;

- установление справедливого баланса в вопросе защиты прав участвующих в реорганизации лиц, обеспечиваемого высоким уровнем императивности в законодательном регулировании процесса реорганизации;

- результат проявления функции управления лицом и имуществом;

- наличие гражданско-правовых обязательств и обязанностей разноотраслевого характера;

- правовая природа и содержание реорганизационных правоотношений главным образом выражается в действиях управомоченных и обязанных лиц по обеспечению реализации права на реорганизацию.

Реорганизация представляет собой гражданско-правовой институт, выражающийся в строго регламентированной законом по формам процедуре, направленной, как правило, на создание новых юридических лиц на основе существующих, порождающей гражданско-правовые (обязательственные и корпоративные) реорганизационные правоотношения, результатом которых является изменение правового положения (изменение обязательственных, вещных и корпоративных отношений) реорганизуемых юридических лиц, их участников и кредиторов.

Также реорганизация может влечь за собой изменение иных правоотношений (трудовых, административных и др.).

2. Особенности реорганизации юридических лиц

2.1. Лица, участвующие в реорганизации

Существуют различные правовые связи в реорганизационных отношениях и соответственно этому, различен их субъектный состав. Основным элементом в изучении правовых связей, возникающих в процессе проведения реорганизации, являются участники реорганизационных правоотношений [12, с. 71].

Определить состав этих участников возможно посредством ответа на вопросы о том, кто принимает решение о проведении реорганизации, кто несет риск убытков, на кого возлагается ответственность и, наконец, кто подвергается самой процедуре реорганизации. Подобный процесс позволит нам теоретически верно определить субъектный состав данного правоотношения. При изучении реорганизации через категорию правоотношения не обойтись без обращения к традиционному вопросу о субъекте.

Общественные отношения, нуждающиеся в юридическом закреплении в различных стадиях их существования, предполагают различные виды правовых отношений в качестве условия своего движения. Опосредствуя движение общественных отношений, правовые отношения в то же время выступают и в качестве способа конкретизации как субъектного состава этих отношений, так и тех функций, которые их участники должны выполнять друг перед другом [16, с. 104].

Процесс реорганизации характеризуется сложным юридическим составом, состоящим из множества юридических фактов (принятие решения о реорганизации, заключение договора о слиянии (присоединении), досрочное исполнение обязательств перед кредиторами (в случаях, когда закон предоставляет такое право), составление передаточного акта, государственная регистрация реорганизации и т.д.). Первостепенным этапом является формирование воли. Воля представляет ту категориальную основу, которая нам позволит выделить первую группу субъектов, участвующих в реорганизационных взаимоотношениях.

Согласно ст. 57 ГК РФ, реорганизация юридического лица (слияние, присоединение, разделение, выделение, преобразование) может быть осуществлена по решению его учредителей (участников) либо органа юридического лица, уполномоченного на то учредительными документами. Исследованию правовой природы волеобразующих органов юридического лица и их места в системе права уделено множество работ ученых [1].

А.А. Карлин в своей диссертационной работе к субъектам гражданских отношений, возникших в процессе реорганизации, относит реорганизуемые общества, их правопреемников, акционеров, кредиторов и уполномоченных государственных органов.

Органы управления юридического лица, равно как и их членов, он к ним не причисляет. Однако спорным видится его предложение о включении в состав субъектов гражданских отношений уполномоченных государственных органов, поскольку их участие сводится к осуществлению наделенных ими властных полномочий, и субъектами гражданских отношений они быть не могут. Как известно, субъектом гражданского права является юридическое лицо, и никогда его органы. Соответственно, субъектом реорганизации как института гражданского права непременно является само юридическое лицо. А, следовательно, для принятия решения о реорганизации необходима воля этого юридического лица, как целостной организации [12, с. 69].

А.Б. Бабаев считает, что отношения между юридическим лицом в целом и органом как его частью не могут быть представлены в виде правоотношений (не только гражданских, а правоотношений в широком смысле – прим.), однако нуждаются в определенном учете, и их выделение имеет важное познавательное значение.

Одним из главных препятствий для признания за органом юридического лица статуса субъекта является отсутствие закрепленного за ним имущества, а, следовательно, возможности отвечать за свои недобросовестные действия. То есть орган не отвечает главному признаку субъекта гражданского права − имущественной обособленности. Изучая природу отношений, в том числе возникающих в процессе реорганизации, не следует забывать об институте ответственности, поскольку посредством выявления правовой связи с последствиями в виде юридических лиц [16, с. 93].

Характеризуя отношения, возникающие в процессе реорганизации, через призму субъектов, видится возможным их дифференциация на отношения, складывающиеся в процессе реорганизации и охватывающие всех участвующих в ней лиц (так называемые производные), и основные (непосредственные), характеризующие взаимосвязь реорганизуемых юридических лиц, то есть тех, кто ей подвергается (правопредшественников и правопреемников) – субъектов самой реорганизации.

Поскольку в процессе осуществления реорганизации участвуют не только непосредственно юридические лица и возникают различные правовые отношения между ними (обязательственного, корпоративного характера), на наш взгляд следует разграничить субъектов реорганизации от лиц, участвующих в реорганизации. Производные правоотношения также можно классифицировать по субъекту на производные − управленческие и производные – гражданско-правовые правоотношения [7, с. 116].

Участниками производных отношений гражданско-правового характера являются члены органов управления, участники и кредиторы юридического лица в отношениях по возмещению ущерба, причиненного незаконными действиями в процессе реорганизации. Субъектами же самой реорганизации (основного правоотношения) являются реорганизуемые юридические лица и лица, созданные в результате реорганизации.

2.2. Действие реорганизации

Для изучения явления «реорганизация» и действенного практического применения законодательства важным является выработка четкого механизма реорганизации со всеми последствиями, выявление цели и существа этого действия, которые и объясняют дальнейшую судьбу реорганизации, будь то реальное возникновение субъекта права, сопровождающееся правопреемством в случае законной реорганизации, либо преступный вывод активов и дальнейшие судебные тяжбы при реорганизации незаконной, а также действенные правовые меры по защите прав кредиторов и иных лиц [7, с. 116].

Не всегда верно отождествление понятия действия с его реализацией. Тем более сама реорганизация представляет собой неизменное, определенного вида и формы действие. Поэтому с практической точки зрения, необходимо различать реорганизацию, облаченную в идеальную планируемую форму и реорганизацию как исполненное действие. Понятие незаконной реорганизации достаточно широкое и может включать случаи реорганизации с нарушениями процедуры реорганизации, реорганизации с противоправными целями.

Незаконность должна являться квалификационной предпосылкой для оспаривания, признания реорганизации недействительной. Долгое время существовавшая законодательная неопределенность в решении данного вопроса на практике не позволяла избежать злоупотреблений со стороны участников этого процесса [19, с. 118].

Поэтому, при решении вопроса о законности реорганизации, должно иметь место прямое указание на незаконный характер реорганизации, перечисление случаев, которые закон признает незаконными.

Гражданско-правовая ответственность является (должна являться) одним из важных средств, обеспечивающих нормальное развитие экономического оборота, как отмечал С.Н. Братусь в своей известной работе, посвященной юридической ответственности.

Урегулированность вопросов ответственности в процессе деятельности юридических лиц имеет большое значение для стабильности гражданского оборота, устойчивости корпоративных отношений. Помимо прочего, законодательно закрепленная ответственность, установление случаев и порядка ее применения, имеют воспитательную, предупредительную роль, действующую на сознание и тем самым служащую общей превенции, сдерживающим фактором, как для конкретного правонарушителя, обязанного лица, так и для общества в целом [16, с. 93].

Проблема гражданско-правовой ответственности привлекала внимание цивилистов во все времена, история исследований сопровождалась жаркими спорами и столкновением взглядов. Вспомнив высказанную с достаточной долей иронии мысль о том, что при попытке разобраться в сущности понятия юридической ответственности вообще и гражданско-правовой ответственности в частности, исследователь непременно оказывается в эпицентре научной полемики, в которой едва ли способна родиться истина, но отчетливо виден тупик, мы все же начнем свое исследование вопросов гражданско-правовой ответственности с надеждой на более менее положительный результата [6, с. 47].

В условиях современного сложного экономического оборота и огромного развития новой техники субъективным основанием гражданско-правовой ответственности является не только вина, но и риск как допускаемая деятелем участником регулируемых правом общественных отношений (владельцем источника повышенной опасности, хозяйственной организацией – должником в договорном обязательстве), непредвиденных, но «вероятностных» событий, за которые он отвечает, т.е. принимает на себя юридические последствия этих событий, повлекшие за собой нарушение субъективных прав других лиц.

В законодательстве отсутствует понятие предпринимательского риска. Анализируя выводы судов под действиями, совершенными в пределах предпринимательского риска, понимаются: действия по привлечению кредитных средств, совершение сделок купли-продажи и др.

Нормальный предпринимательский риск, оправданный условиями оборота, должен исключать ответственность указанных лиц. Т.е. под действиями, совершенными в рамках предпринимательского риска, понимаются действия, оправданные условиями оборота. Положения статьи 53.1 ГК РФ говорят не о пределах предпринимательского риска, а о соответствии действий обычным условиям гражданского оборота или обычному предпринимательскому риску [1].

Соотношение категорий вины и риска проявляется в том, что вина ограничивается пределами предпринимательского риска, т.е. ответственность за ущерб, причиненный даже виновными действиями лица, исключается в случаях, когда эти действия совершены в пределах разумного предпринимательского риска.

Аналогичные выводы встречаются в арбитражной практике.

Авторы научно-практического пособия по реорганизации юридических лиц вслед за О.И. Агаповой считают, что характерной особенностью обеспечения прав кредиторов при реорганизации юридических лиц является отсутствие правонарушения, совершенного юридическим лицом по 15305/2012; Определение Пятнадцатого Арбитражного Апелляционного суда № 15АП4779/2013 от 15.05.2013 по делу № А32-15305/2012 [5].