Файл: Имущественное страхование и его значение в экономике (Актуальные вопросы правоприменительной практики имущественного страхования).pdf

Исходя из этого определения, можно сделать вывод о том, что договор имущественного страхования - это возмездный, двусторонний (синаллагматический) договор.

Согласно п. 1 ст. 423 ГК РФ возмездный договор - это такой договор, по которому сторона должна получить плату или иное встречное предоставление за исполнение своих обязанностей. В исследуемой нами ситуации страхователь уплачивает в пользу страховщика при заключении договора или в предусмотренные договором сроки и в порядке, обусловленном этим договором, определенную денежную сумму (страховую премию), а страховщик, в свою очередь, обязуется возместить страхователю или указанному им лицу (выгодоприобретателю) убытки (выплатить страховое возмещение) при наступлении страхового случая, предусмотренного договором, в пределах страховой суммы. Договор страхования остается возмездным и тогда, когда страховой случай не наступает, так как в силу своей алеаторности договор рассчитан на возможное наступление страхового случая и на встречное в связи с этим удовлетворение со стороны страховщика в виде получения от него страховой суммы. Если посмотреть на договор имущественного страхования несколько шире, т.е. когда страховщик заключает множество таких договоров с большим количеством участников-страхователей на случай возникновения страхового события, т.е. такие случаи возникают в силу своей вероятности, и страховые возмещения (выплаты) за счет страховых взносов (премий) получают сам же плательщик этих же денежных средств или другие плательщики - страхователи, в отношении которых возник страховой случай. В этом и заключается суть страхования, рассчитанная на факторы случайности и вероятности, но требующая в обязательном порядке независимо от реального наступления страхового случая (события) уплаты страховой премии (полностью или частично) страхователем.

Больше трудным сложным вопросом считается отнесение соглашений имущественного страхования к количеству настоящих соглашений. В юридической литературе данный вопрос продолжает оставаться в некий степени дискуссионным, при этом собственные точки зрения научные работники выдвигают, основываясь на действовавшем или же деятельном страховом законодательстве.

Так, ещё ст. 389 ГК РСФСР 1922 г. обязывала страхователя уплачивать страховщику страховую премию в условленные сроки и в условленном пространстве. До уплаты премии или же первого взноса контракт страхования не вступал в мощь, в случае если другое не было учтено в договоре. В ст. 388 ГК РСФСР 1964 г. отмечалось, собственно, что страхователь обязуется заносить поставленные контрактом страхования платежи.

В связи с изложенным О.С. Иоффе отмечает, что хотя норма ст. 389 ГК РСФСР 1922 г. являлась диспозитивной, действовавшие по отдельным видам страхования правила не допускали отступлений от нее, и заключение договора страхования происходило фактически в форме реального договора См.: Иоффе О.С. Советское гражданское право. Отдельные виды обязательств: Курс лекций. Л., 1961. С. 428.. В 1975 г. ученый, опираясь на Гражданский кодекс РСФСР 1964 г., писал, что согласно всем правилам договорного страхования отдельных видов страхования, включая обязательное страхование, требующее заключения договора, страховой договор вступает в силу после уплаты первого взноса страхователем, т.е. является реальным договором См.: Иоффе О.С. Обязательственное право. М., 1975. С. 735..

М.И. Брагинский и В.В. Витрянский отмечают, что «сама по себе указанная норма (ст. 388) вряд ли давала основания истолковать ее как признание того, что «договор страхования является реальным. Он считается заключенным с момента уплаты первого взноса. Указанная статья не могла служить основанием для суда признать незаключенным договор страхования, по которому не была уплачена страховая премия» Брагинский М.И., Витрянский В.В. Договорное право. Книга третья: Договоры о выполнении работ и оказании услуг. М., 2002. С. 571..

В современном осознании, не обращая внимания на отличие воззрений, сравнительно предмета гражданско-правовых соглашений, предметом контракта имущественного страхования считаются воздействия страховщика (а не вещица, валютные средства) по предложению страховых предложений страхователю. Как уже отмечалось, по соглашению имущественного страхования страховщик обязуется за обусловленную контрактом оплату (страховую премию) компенсировать иной стороне (страхователю) или же выгодоприобретателю страховое возмещение (п. 1 ст. 929 ГК РФ). По правильному определению Ю.В. Романец, исходя из страховой направлении страхового контракта, 1 из сторон такового контракта (страхователь) обязуется заносить иной стороне (страховщику) поставленные платежи (страховую премию, страховые взносы), а страховщик обязуется при пришествии обусловленного контрактом страхового варианта выплатить страховое возмещение См.: Романец Ю.В. Система соглашений в штатском праве РФ. М., 2004. С. 132 - 133.. Предметом настоящих соглашений считаются, на наш взор, индивидуально-определенные багаж (имущество), переданные в заем, для конкретных целей сбережения, по соглашению ссуды и т.д.

Отнесение контракта имущественного страхования к количеству настоящих или же консенсуальных не содержит в конечном результате, на наш взор, большущего практического смысла, например как положения гражданско-правовых общепризнанных мерок о настоящих и консенсуальных договорах блокируются положениями страхового законодательства (федеральными законами, Правилами о всевозможных обликах страхования), которые, делая упор на общепризнанных мерок ст. 957 ГК РФ о введении в мощь контракта страхования с этапа уплаты страховой премии (ее части), закрепляют это же правило в собственных заметках, собственно, что содержит для сторон решающее смысл.

По собственному правовому содержанию (характеру) договоры имущественного страхования с ролью граждан-страхователей (выгодоприобретателей) считаются общественными договорами. Это обосновано социально-экономической тенденцией страхования, ролью со стороны страховщика, оказывающего страховую предложение, платной организации, призванной в мощь собственного правового статуса (специальной правосубъектности) и соответственной лицензии оказывать как раз такового семейства предложения гражданам-потребителям и юридическим лицам.

Являясь, в сущности, договором частноправового характера, договор имущественного страхования тяготеет и к источникам публичного права, что дает ученым некоторую надежду считать страховое право институтом публичного права. Так, еще в XIX веке О.А. Ноткин предлагал отнести страховой договор к предмету регулирования полицейского (административного) права См.: Ноткин О.А. Страхование имуществ по русскому законодательству. Киев, 1888. С. 11..

Впрочем, договорные формы, обслуживающие имущественные интересы людей и юридических лиц на базе равенства членов договорных отношений, свободы контракта, беспрепятственного воплощения штатских прав, неприкосновенности принадлежности, недопустимости случайного вмешательства в приватную работа, не имеют все шансы не быть веществами штатского (частного) права. Абсолютно, являясь традиционным адептом личного права, штатское право, как ветвь системы русского права, в одно и тоже время имеет и публично-правовые общепризнанных мерок, ибо нет в мире "незапятнанных" частноправовых секторов экономики и публично-правовых секторов экономики См., к примеру: Тихомиров Ю.А. Общественное право: Учебник. М., 1995. 496 с.. Отдельные ученые количество равно довольно большущее численность публично-правовых общепризнанных мерок в Штатском кодексе РФ, а властные общепризнанных мерок в отдельных сегментах ГК РФ в том числе и превалируют над диспозитивными общепризнанными мерками См., к примеру: Маковский А.Л. О концепции 1 части Штатского Кодекса // Вестник ВАС РФ. 1995. N 4. С. 12..

Вопросы имущественного страхования всевозможных обликов содержат в для себя эти, в частности, Федеральные законы, как Кодекс торгового мореплавания Русской Федерации от 30 апреля 1999 г., упоминавшийся Закон о неотъемлемом страховании штатской ответственности хозяев транспортных средств, Закон "О страховании вкладов телесных лиц в банках Русской Федерации" от 23 декабря 2003 г., Невесомый кодекс РФ, Закон от 21 июля 1997 г. «О промышленной защищенности небезопасных производственных объектов».

Огромную роль в регулировке страховых отношений в нашей стране (помимо отдельных федеральных законов об отдельных обликах имущественного страхования) играет подобный публично-правовой ключ страхования, как Закон РФ от 27 ноября 1992 г. «Об организации страхового дела в Русской Федерации», деятельный в реальное время с немаловажными переменами, но регулирующий значимые организационные и другие дела в сфере страхования, охватывая обеспечивание экономической прочности страховой работы страховщиков, муниципального наблюдения за данной работой, лицензирование страховой работы.

С целью более тщательного выявления правовой природы договора имущественного страхования следует остановиться на его отличиях от иных (смежных) договоров.

Будучи разновидностью алеаторной (рисковой) сделки, контракт имущественного страхования все же выделяется от алеаторных сделок в облике игр и пари (гл. 58 ГК РФ). Отличие меж ними произведено в том, собственно, что пришествие страхового действия владеет веществами риска в особенности для страхователя, но заточение контракта страхования выполняется как в заинтересованностях страхователя, например и в заинтересованностях страховщика, т.е. их интересы - солидарны, взаимовыгодны и идут по стопам в одном направленности. При проведении же игр, пари в обязательном порядке выигрывает раз, а проигрывает иной член данных событий, т.е. их интересы, например же как и интересы зачинщиков данных игр (пари), - обратны. Сама задача, мотивы, вещь, заглавие контракта игр (пари) говорят о плане сторон принимать участие в играх, пари увеселительного нрава, вероятных доставить какую- нибудь выгода, разбогатеть за счет иного, в то время как страхователь заключает контракт не с целью сыграть, ублаготворить свое любопытство, пристрастие, ощутить задор, испытывать отвечающее наслаждение, получить конкретный психический удобство и, вполне вероятно, валютный выигрыш, а сделать с поддержкой страхового контракта правовую вероятность компенсации вероятных в будущем имущественного вреда или же имущественных лишений, способных появиться в итоге беспристрастного ликвидирования (повреждения) имущества страхователя или же вербования его к договорной или же вежливой ответственности.

Запросы, образующиеся из последнего облика сделок не подлежат судебной обороне, за исключением притязаний лиц, принявших роль в играх или же пари под воздействием лжи, насилия, опасности или же злостного соглашения их адепта с зачинщиком игр (пари), а еще притязаний, обозначенных в п. 5 ст. 1063 (ст. 1062 ГК РФ), в то время как права членов страхового правоотношения подлежат судебной обороне в установленном законодательством порядке.

В некий мере контракт имущественного страхования припоминает контракт поручительства, при котором обещание поручителя имеет возможность появиться для последнего, а имеет возможность и не появиться: все находится в зависимости от выполнения главного обещания главным должником. Другими текстами, несоблюдение главным должником возложенного на него контрактом владеет симптомами вероятности. Впрочем, это несоблюдение не владеет симптомами варианта, не зависимого от воли человека, правильнее, несоблюдение главным должником собственного обещания не считается мероприятием, подобным страховому мероприятию (случаю): для последнего свойственна случайность, не связанная с интенсивной работой человека, в то время как несоблюдение контракта главным должником нередко связано с его интенсивными целенаправленными и в том числе и виноватыми деяниями (бездействием). Больше такого, в случае если комплект самих страховых случаев (событий) очень разнообразен, то практически единым базой ответственности поручителя считается несоблюдение (ненадлежащее исполнение) собственных обязательств главным должником.

В случае если страховые договорные обещания считаются ведущими, то обещания, вытекающие из контракта поручительства, - вспомогательные, акцессорные, вступающие в воздействие, как уже отмечалось, в связи с несоблюдением (ненадлежащим исполнением) главного обещания главным должником. В мощь собственной акцессорной дела поручительства появляются в целях обеспечения выполнения главного обещания поручителем, и недействительность главного обещания тянет за собой недействительность соглашения об обеспечивании выполнения обещания в облике соглашения о поручительстве, и с остановкой главного обещания прекращается и вспомогательное обещание, вытекающее из акцессорного контракта поручительства. При переходе прав кредитора по главному обещанию другому лицу обеспечительное обещание (поручительство) идет по стопам участи главного обещания, недействительность обеспечительного обещания не тянет за собой недействительность главного обещания. В случае если права и прямые обязанности членов страхового правоотношения появляются с этапа введения в воздействие страхового контракта, то права и прямые обязанности сторон контракта поручительства появляются не с этапа решения предоставленного контракта, а с этапа появления обеспечиваемого обещания См.: Брагинский М.И., Витрянский В.В. Договорное право. Книжка 1-ая: Совместные положения. М., 2005. С. 480.