Файл: Понятие и особенности гражданского правоотношения..pdf

В литературе корпоративные отношения нередко относят к предмету предпринимательского права.

Детальный анализ вопроса о соотношении гражданского и предпринимательского права (и целесообразности / нецелесообразности выделения последнего в качестве самостоятельной отрасли права) выходит за пределы настоящего исследования.

Дивиденд I распределению прибыли / выплате ликвидационной квоты, причем только в коммерческих корпорациях, некоммерческих партнерствах и потребительских кооперативах), а организация управления соответствующим юридическим лицом (его имущественным субстратом) в целях достижения тех задач, которые ставили перед собой субъекты права при вступлении в корпоративные отношения (получение прибыли для коммерческих корпораций, достижение социально-политических и иных общественно значимых целей для некоммерческих корпораций).

Следует отметить, что тезис об организационно-имущественном характере корпоративных отношений уже выдвигался в научной литературе1. Но это было сделано только применительно к коммерческим корпорациям. В настоящей же диссертации отстаивается положение о том, что даже в некоммерческих корпорациях цели участников (например, филателистов в общественном объединении филателистов) достигаются именно при помощи организации управления имуществом соответствующей корпорации (то есть корпоративные отношения в некоммерческих организациях также являются организационно-имущественными). Естественно, имущественные отношения в некоммерческих корпорациях не являются столь значимыми для участников соответствующих правоотношений (по сравнению с имущественными отношениями в коммерческих корпорациях). Но именно организация управления имуществом позволяет достигать и некоммерческих целей (организовывать общение посредством различных средств связи с филателистами в других регионах страны / других странах, обмен марками, защиту интересов филателистов и т.д.).

Именно организационно-имущественные отношения в некоммерческих корпорациях входят в, предмет гражданско-правового регулирования. Неимущественные отношения, связанные, например, с правом получения информации о деятельности политической партии и её руководящих органов, а также с обжалованием решений и действий указанных органов, не являются корпоративными и их анализ выходит за пределы диссертационного исследования.

Закрепленные законом (ст. 50 ГК РФ) критерии деления юридических лиц на коммерческие и некоммерческие организации (направленность деятельности на извлечение прибыли и возможность её распределения между участниками) применимы только к организациям корпоративного типа.

Юридические лица, не являющиеся корпорациями, не могут быть разделены на коммерческие и некоммерческие исходя из оснований деления, предложенных в ст. 50 ГК РФ. Установленные законом критерии применимы только к организациям корпоративного типа. Некорпорации (фонды, государственные корпорации, унитарные (казенные) предприятия) объективно не могут распределять что либо между участниками, так как последних у юридических лиц, не являющихся корпорациями, не существует [7, с. 374].

Н.М. Коршунов утверждает о существовании необходимости в том чтобы отметить, что существующие в российском правопорядке организационно-правовые формы юридических лиц нельзя подразделить на коммерческие и некоммерческие даже по одному критерию направленности деятельности на извлечение прибыли. Так, согласно ст. 8 Федерального закона от 14.11.2002 г. № 161-ФЗ «О государственных и муниципальных унитарных предприятиях» извлечение прибыли не является основной целью деятельности унитарных (казенных) предприятий, отнесенных законом к коммерческим организациям. Унитарное (казенное) предприятие может быть, в частности, создано в случае необходимости осуществления деятельности по производству товаров, выполнению работ, оказанию услуг, реализуемых по установленных государством ценам в целях решения социальных задач, ведению убыточных производств, реализации товаров и услуг по минимальным ценам и т.д.

Таким образом, именно корпорации (а не все юридические лица) могут быть разделены на коммерческие корпорации, то есть преследующие извлечение прибыли в качестве основной цели своей деятельности и распределяющие полученную прибыль между участниками, и

некоммерческие корпорации, то есть не преследующие извлечение прибыли в качестве основной цели своей деятельности и не распределяющие полученную прибыль между участниками.

Следует отметить, что в литературе уже предлагалось деление корпораций на коммерческие и некоммерческие. Но это деление проводилось в рамках общего деления Гражданским кодексом Российской Федерации всех юридических лиц на коммерческие и некоммерческие. Автором же настоящей работы отстаивается точка зрения о том, что, исходя из критериев, предложенных в ст. 50 ГК РФ, коммерческими и некоммерческими могут быть только корпорации, но не юридические лица в принципе.

Исходя из специфики объекта корпоративных правоотношений (деятельность юридического лица корпоративного типа), последние можно разделить на следующие виды:

Корпоративные правоотношения, связанные с созданием, реорганизацией и ликвидацией корпорации;

Корпоративные правоотношения при формировании единой воли корпорации и выраженииеё во вне;

Корпоративные правоотношения, возникающие в рамках, распределения прибыли / иных благ, связанных с деятельностью корпорации (для коммерческих корпораций) и с достижением социально-политических и иных общественно-значимых целей для некоммерческих корпораций.

Выделение подобных видов корпоративных правоотношений позволяет объяснить различия в моментах возникновения, изменения и прекращения корпоративных правоотношений, а также при осуществлении (реализации) корпоративных прав.

Автором настоящей работы отстаивается точка зрения о том, что корпоративные отношения возникают с момента государственной регистрации соответствующего юридического лица (о чем более подробно будет сказано далее). Соответственно, под корпоративными правоотношениями, связанными с созданием юридического лица, понимаются оплата уставного капитала, формирование первоначальных составов органов управления и т.д. (то есть отношения, которые возникают непосредственно после государственной регистрации корпораций).

При этом следует подчеркнуть, что исследование корпоративных отношений, связанных с созданием корпорации, невозможно без анализа гражданских (обязательственных) отношений, непосредственно связанных с первыми и направленных на их возникновение (принятие решения об учреждении корпорации, утверждении учредительных документов и т.д.).

Договор о передаче полномочий исполнительного органа, который может быть заключен хозяйственными обществами, следует рассматривать в качестве самостоятельного вида договора (наряду с договором поручения, комиссии, агентирования) в рамках группы договоров возмездного оказания услуг. При этом самостоятельность договора о передаче полномочий в системе договоров, предусмотренных гражданским законодательством, определяется, прежде всего, спецификой корпоративных правоотношений между управляющей компанией (управляющим) и соответствующей корпорацией [13, с. 247].

2.2 Вещь как объект гражданских правоотношений

На основе выявления признаков, характеризующих участие телесной вещи в отношениях, опосредуемых правом, в работе предлагается следующее определение:

По данным В.А. Белова вещь в гражданском праве - это объект гражданских правоотношений, потребительная стоимость и интерес к присвоению которого определяются в первую очередь его материальностью и телесностью (пространственной определённостью). Данное определение, как представляется, содержит именно правовую характеристику вещи, а также позволяет отличить вещь от других объектов гражданских правоотношений.

Система объектов гражданского права имеет сложную внутреннюю организацию. Во всяком гражданском правоотношении всегда имеются в наличии два объекта. Объектом субъективного права (обязанности) как приёма регулирования является поведение субъектов правоотношения. Объектом правоотношения в целом как юридической формы существования общественного отношения выступает предмет внешнего мира, вокруг которого складывается соответствующее отношение. Вещь, таким образом, является одной из возможных разновидностей объектов гражданских правоотношений.

Будучи разновидностью объектов гражданских правоотношений, вещь занимает ведущее место в системе этих объектов.

Во-первых, в сравнении со всеми прочими объектами вещь является наиболее близкой к базовым потребностям человека. Отсюда высокий удельный вес вещных отношений в обществе. Во-вторых, вещи не теряют своей значимости даже в тех отношениях, которые складываются по поводу других объектов (прав, работ, информации и т. д.). В-третьих, вещь служит образцом для всех прочих объектов гражданских правоотношений при установлении правового режима. Как режим вещи опирается на право собственности, так и режим любого другого объекта основывается на абсолютном праве. Можно утверждать, что сам метод вовлечения объектов гражданских правоотношений в сферу правового регулирования - создание абсолютного права - рождён в недрах вещных отношений.

Общий вывод о месте, занимаемом вещью в системе объектов гражданских правоотношений, конкретизируется при сопоставлении вещей с другими элементами системы. Соотношение вещи и имущества можно выразить следующим образом: вещь - это обособленная часть имущества лица. Имущество, в свою очередь, можно определить как совокупность объектов, принадлежащих лицу на праве собственности [4, с. 258].

При сравнении вещей с деньгами и ценными бумагами Н.Д. Егоров сделал два основных вывода: деньги и ценные бумаги вещами в собственном смысле слова не являются; деньги и ценные бумаги - это разновидности документов. Документ в работе определяется как формализованная информация.

Информация, обращающаяся в обществе и порождающая гражданские права и обязанности, всегда представлена в некоторой объективной форме, причём наиболее оптимальным вариантом такой формы является именно форма вещи. Информация, носителем которой является вещь, приобретает режим экземпляра, иные формы существования информации порождают другие режимы. Правовой режим информации создаётся в законодательстве путём указания его отличий от режима вещи. Кроме того, вещь может выступать в качестве предмета информации.

По результатам рассмотрения категории «гражданско-правовой режим» последний определяется как совокупность устанавливаемых нормами гражданского права, соглашением сторон или обычаем правил, определяющих порядок присвоения какого-либо объекта. Во всяком режиме приоритет принадлежит абсолютно-правой составляющей. служащей постоянной основой режима, тогда как обязательственно-правовой компонент играет вспомогательную роль, исполняя задачу трансформации режима посредством обременения или передачи абсолютного права. Определяющими факторами для формирования режима вещи являются, во-первых, природные особенности вещи, во-вторых, роль вещи в общественном отношении. Та или иная степень приближения действующего закона к оптимальному соотношению данных факторов характеризует меру совершенства законодательства.

Режимы вещей классифицируются на две основные группы. Универсальные режимы применимы ко всем или многим отношениям, в которых задействована вещь. Специальные режимы характеризуют только одну сторону участия вещи в правовом обороте - как объект собственности, предмет обязательства и т. п.

При этом именно в универсальных режимах наиболее полно проявляются типичные черты режима вещи, отличающие его от режимов иных объектов правоотношений. При исследовании положений законодательства, формирующих универсальные режимы вещей, выявлен ряд положений, которые могут быть усовершенствованы или нуждаются в этом. В частности, избранный законодателем сугубо субъективный подход к определению оснований ограничения оборотоспособности вещей потенциально опасен. Поскольку действующий закон объективным критериям предпочитает усмотрение законодателя (или даже творцов подзаконных актов), он не может препятствовать ни неограниченному расширению сферы частного присвоения, ни необоснованному сужению частной инициативы.

Общая норма ГК о режиме ограниченно оборотоспособных вещей не согласована с частными случаями ограничения оборотоспособности в самом кодексе и иных аконах. Действующее законодательство использует более широкий набор способов ограничения оборотоспособности вещей, чем предусмотрено в ст. 129 ГК.