Файл: Юридическая сущность предпринимательского права РФ.pdf

Четвертая группа предпринимательских отношений — это внутрихозяйственные, внутрикорпоративные отношения, возникающие в процессе предпринимательской деятельности крупных и сложных предпринимательских структур. Взаимоотношения между относительно обособленными структурными подразделениями регулируются локальными нормативными актами, составляющими значительную часть предпринимательского законодательства^[37].

Правовая база регулирования предпринимательских правоотношений достаточно организована. В нее входят: Гражданский кодекс, принятые в его развитие специальные Федеральные Законы, которые регулируют и предпринимательскую деятельность: «Об акционерных обществах»^[38], «Об обществах с ограниченной ответственностью»^[39], «О государственных и муниципальных унитарных предприятиях»^[40], «О государственной регистрации юридических лиц и индивидуальных предпринимателей»^[41], «Об организации страхового дела в Российской Федерации»^[42] и другие.

Одним из наиболее важных законодательных актов в области предпринимательской деятельности стал Гражданский кодекс Российской Федерации.

В части первой принятого Гражданского кодекса в предмет гражданского права включена предпринимательская деятельность и определен нормативно-правовой режим предпринимательства. Принятие первой части ГК РФ стало серьезным этапом развития нормативной базы о предпринимательской деятельности: более трехсот статей Гражданского кодекса закрепляют специальный режим только для случаев, когда хотя бы одной из сторон выступает лицо, осуществляющее предпринимательскую деятельность, однако нормы Гражданского кодекса относятся не ко всем, а только к горизонтальным отношениям, в которые вступают предприниматели между собой. Отношения же по вертикали, складывающиеся между предпринимателями и государством (в лице государственных органов), этим Законом не охватываются. За пределами гражданского законодательства остаются положения о государственном регулировании предпринимательской деятельности.

Отношения, регулируемые гражданским правом, составляют систему имущественных отношений вещного и обязательственного характера и связанных с ними или не связанных личных неимущественных отношений.

Имущественные отношения, регулируемые гражданским правом, определяет субъектный состав: они возникают между равноправными и независимыми друг от друга субъектами.

Если перед нами имущественные отношения, основанные на власти и подчинении, то они не относятся к предмету гражданского права и регулируются нормами иных отраслей права (административного, финансового и др.). Эти же признаки присущи и предпринимательским отношениям, что предопределено самим характером предпринимательства^[43].

Имущественные отношения, уже в силу своей природы, многочисленны и разнообразны. Как отмечал В.П. Грибанов, "с социально-экономической точки зрения они представляют собой различные формы реализации отношений собственности. Но в одном они сходны: гражданское право регулирует лишь те имущественные отношения, в которых участвуют лица, экономически независимые один от другого, являющиеся самостоятельными товаровладельцами. Разнообразие же имущественных отношений зависит от характера и степени экономической самостоятельности участников гражданского оборота"^[44].

Предпринимательские отношения имущественного характера в разных формах реализуют отношения собственности и иные вещные отношения. Отношения собственности, как известно, могут выступать в форме частной собственности отдельных граждан и юридических лиц, государственной собственности (федеральной или субъектов Российской Федерации) и муниципальной собственности административно-территориальных образований и собственности общественных организаций и их объединений.

Иные отношения вещного характера в предпринимательстве выступают как отношения также имущественные, но находящееся имущество у участников делового оборота в них не характеризуется как их собственность. Здесь имущество находится у лица (лиц) по иным основаниям.

Обязательственные отношения связаны с процессом движения вещей, благ между различными участниками гражданского оборота. Они являются выразителями динамики имущественных отношений. Поэтому трудно представить ситуацию, согласно которой имущественные предпринимательские отношения существуют, а обязательственные, как выразители динамизма делового оборота, отсутствуют. Круг этих отношений большой и каждая их разновидность имеет свою специфику^[45].

Что касается личных неимущественных отношений, входящих в предмет гражданского права, то необходимо отметить следующее.

Исходя из содержания статьи 2 и статей 150-152 ГК РФ^[46] о нематериальных благах и их защите, ряд ученых цивилистов утверждает, что неимущественные отношения лишь защищаются гражданским правом, но не регулируются им.

Однако, во-первых, такой подход не в полной мере согласуется с положением статьи 2 Конституции Российской Федерации, что "человек, его права и свободы являются высшей ценностью"^[47]. Рассматривая человека как личность, мы прежде всего сталкиваемся с его духовной сферой. Во-вторых, уже наличие этих норм в ГК Российской Федерации говорит об обратном - защищать нематериальное благо можно прежде всего, если оно урегулировано правом. В-третьих, именно учитывая значимость неимущественных отношений, они должны рассматриваться в качестве равноценных в предмете правового регулирования гражданского права и, следовательно, в ГК Российской Федерации необходимо устранить формально существующий приоритет имущественных прав перед личными неимущественными. Это тем более важно, поскольку благодаря им реализуются неимущественные права, обеспечивающие физическое благополучие (целостность) личности, автономию личности, а также неимущественные права авторов интеллектуальной деятельности и исполнителей. Все эти права, характерны и для сферы предпринимательства^[48].

Неимущественные отношения (кроме отношений в области интеллектуальной деятельности) гражданского права лишены экономического содержания, для них не характерна возмездность.

Важно иметь в виду, что носителями личных неимущественных прав являются не только граждане, но и их коллективы, организации. Так, к личным неимущественным благам организаций относятся деловая репутация, фирменная марка, товарный знак и т.д.

В работах цивилистов обоснованы основные положения концепции об интеллектуальной собственности, которая в ряду объектов гражданского права занимает некое среднее положение между объектами абсолютно материальными и объектами абсолютно нематериальными. Так, Е.Ю. Малышева правильно полагает, что "интеллектуальная собственность имеет двойственную сущность, которая проявляется в одновременном наличии критерия "нематериальности", имеющего место в первоначальной природе создания, и критерия "материальности", выражаемого через существующую условную стоимость, и связанные с ней имущественные интересы участников хозяйственного оборота по поводу использования интеллектуальной собственности в качестве объекта гражданского права"^[49], включающего и предпринимательские отношения. Исходя из этих доводов ею дается следующее определение данной правовой категории: "Интеллектуальная собственность это охраняемая через содержание либо через форму информация, вытекающая из интеллектуальной деятельности, имеющая определенную ценность и представляющая вследствие этого конкретный интерес для участников гражданского оборота, выраженный в использовании этой информации указанными в законе способами"^[50].

2.2. Метод правового регулирования предпринимательского права

Динамичные развитие законодательства, расширение и углубление задач и целей правового регулирования на современном этапе привели к необходимости осмысления роли и места предпринимательского права в системе российского права. Решение этой задачи связано с разработкой общих, исходных положений, к которым относится и метод правового регулирования. Вызвано это тем, что метод правового регулирования наряду с предметом является тем фактором, который обусловливает выделение отрасли права как самостоятельной структурной единицы в правовой системе. Если в предмете любой отрасли права заложена объективная необходимость обособленной нормативно-правовой регламентации определенных общественных отношений, то в методе правового регулирования посредством специфических способов и приемов воздействия правовых норм на волю участников регулируемых общественных отношений, эта объективная необходимость находит реальное воплощение^[51].

Предмет правового регулирования - это материальный признак отрасли, и, предопределяя ее содержание, он не может быть выразителем юридических особенностей и юридического содержания отрасли права. Эту функцию наиболее полно и зримо выполняет отраслевой метод правового регулирования^[52].

Все отраслевые методы сохраняют основное качество правового регулирования - установление нормативно-обеспеченных государством прав и обязанностей участников регулируемых отношений. Но в разных отраслях права установление прав и обязанностей и обеспечение их государственным принуждением осуществляется по-разному. В зависимости от характера регулируемых отношений право пользуется велениями различного содержания. В одних случаях право прежде всего дозволяет определенное поведение, в других - обязывает к какому-то поведению, в третьих - запрещает определенное действие^[53].

Правовое регулирование отношений возникающих, при осуществлении предпринимательской деятельности характеризуется определенной спецификой. Особенности проявляются в неоднородности регулирования тех или иных отношений.

В сфере правового регулирования предпринимательской деятельности присутствуют как диспозитивные, так и императивные начала. При этом нельзя назвать преобладающим какой-либо из этих двух методов.

Отношения, основанные на диспозитивности, складывающиеся между равноправными субъектами, в сфере предпринимательства складываются, как правило, между индивидуальными предпринимателями и организациями при заключении ими сделок. То есть метод дозволения преобладает в регулировании центральных отношений в предпринимательском праве, которые складываются между хозяйствующими субъектами при непосредственном осуществлении ими предпринимательской деятельности^[54].

Дозволения приобретают юридический характер в связи с тем, что они выражены в особых управомочивающих нормах или же в комплексе юридических норм. Дозволения всегда свидетельствуют о разрешенности, допустимости соответствующего поведения. Как пишет С.С. Алексеев, дозволения "призваны дать простор, возможность для "собственного", преимущественно по усмотрению, по интересу, поведения участников общественных отношений"^[55]. Именно поэтому в субъективных правах участников многочисленных гражданско-правовых отношений дозволения предполагают их активное поведение, позволяющее реализовать им свои законные права и интересы.

Метод императивных предписаний играет не менее важную роль при регулировании предпринимательских отношений. Он действует тогда, когда участниками отношений являются неравноправные субъекты, как правило, в таких случаях речь идет с одной стороны о хозяйствующем субъекте, а с другой о государстве. Хозяйствующим субъектам очень часто при осуществлении предпринимательской деятельности приходится взаимодействовать с государством: процедура государственной регистрации в качестве индивидуального предпринимателя или юридического лица, выдача лицензии на осуществление определенных видов деятельности. По сути, прохождение указанных административных процедур является важнейшим условием доступа лица к осуществлению законной предпринимательской деятельности^[56].

Достаточно много норм-запретов имеется во всех случаях, когда речь идет о юридической ответственности. Но есть и такие запреты, которые установлены законом с тем, чтобы оградить государство и интересы других лиц от недобросовестного поведения участников договорных, обязательственных и личных неимущественных отношений.

На общественные отношения в сфере предпринимательства, регулирующее воздействие оказывают и позитивные обязывания. В них обычно выражена активно действенная, принудительно обязывающая сторона правового регулирования. Фактически позитивное обязывание может рассматриваться как "новое обременение": лицам предписывается совершить то, что они, быть может и не совершили бы без такого обременения или поступили бы иным образом^[57].