Файл: Индивидуальное предпринимательство (понятие и правовые основы регулирования предпринимательской деятельности).pdf

В ходе проверки контролирующий орган выявил факт искажения информации, нанесенной на федеральные специальные марки, по сравнению со сведениями, зафиксированными в Единой государственной автоматизированной информационной системе (ЕГАИС). В связи с наличием оснований лицензирующий орган обратился в суд с заявлением об аннулировании выданной Обществу лицензии (дело № А31-7185/2015³⁶).

Оценивая конкретные обстоятельства дела, суды пришли к выводу, что и в этом случае применение такой меры принуждения, как аннулирование лицензии, явно несоразмерно характеру допущенного нарушения, и отказали в удовлетворении заявленного требования.

Суды учли, что на дату совершения Обществом правонарушения Федеральный закон № 171-ФЗ не устанавливал прямой обязанности организаций, осуществляющих оптовые продажи алкогольной продукции, осуществлять проверку федеральных специальных марок с использованием информационного ресурса.

Общество принимало меры, направленные на проверку марок (осуществляло визуальное исследование специальных марок, в ходе которого сомнения в их подлинности не возникли). Более того, подлинность марок, нанесенных на алкогольную продукцию, была подтверждена экспертизой.

Следует отметить, что при наличии сформированного подхода к данной категории споров некоторые контролирующие органы продолжают настаивать на том, что заявление об аннулировании лицензии подлежит удовлетворению в обязательном порядке.

При этом имеют место случаи, когда лицензирующие органы обращаются с заявлением об аннулировании лицензий вообще при отсутствии к тому оснований, предусмотренных Федеральным законом № 171-ФЗ, исходя из презумпции недобросовестности лицензиата.

Например, в ходе контрольных мероприятий было установлено расхождение сведений об объеме произведенного этилового спирта, указанных в декларациях лицензиата, и сведений, поступивших отлицензиата в ЕГАИС, что, по мнению лицензирующего органа, является основанием для аннулирования лицензии (дело № А43-3846/2015 ).

Лицензирующий орган, констатируя факт допущенного Обществом нарушения, не учел, что юридический состав нарушения как основание для аннулирования лицензии, предполагает наличие в совокупности двух условий: производство и реализацию алкогольной продукции, информация о которой не зафиксирована в ЕГАИС. Формальное нарушение установленного порядка учета алкогольной продукции, не повлекшее незаконный оборот продукции, не является основанием для аннулирования лицензии.

Действительно, производство и оборот этилового спирта, алкогольной и спиртосодержащей продукции, информация о которых не зафиксирована в установленном порядке в ЕГАИС, является одним из оснований для аннулирования лицензии.

Организации, осуществляющие производство этилового спирта, обязаны обеспечить фиксацию и передачу информации об объеме его производства и оборота в ЕГАИС (статья 8 Федерального закона № 171 -ФЗ).

Этиловый спирт, алкогольная и спиртосодержащая продукция в случае, если они реализуются без фиксации и передачи информации об объеме производства и оборота в ЕГАИС, подлежат изъятию из незаконного оборота (часть 1 статьи 25 Федерального закона № 171-ФЗ).

В рассматриваемом случае Общество представило в ЕГАИС сведения о производстве этилового спирта за третий квартал 2012 года с нарушением срока. Однако при этом Общество не допускало реализацию продукции, оборот о которой не зафиксирован в установленном порядке, в оборот поступала продукция, полностью зафиксированная в ЕГАИС.

При таких обстоятельствах суды обоснованно сочли, что у контролирующего органа отсутствовали правовые основания для обращения в суд с заявлением об аннулировании выданной Обществу лицензии.Приведенный подход к оценке меры административно -правовой ответственности применяется арбитражными судами и при рассмотрении споров, связанных с аннулированием лицензий, выданных на осуществление иных видов деятельности.

1. Федеральным законом № 171-ФЗ предусмотрено право юридических лиц, индивидуальных предпринимателей обжаловать решения лицензирующих органов, принятые в пределах их компетенции.

Практика применения указанной статьи породила вопрос о том, любой ли ненормативный акт уполномоченных органов может быть оспорен в арбитражный суд в порядке главы 24 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Так, например, в силу пункта 1 статьи 20 Федерального закона № 171 - ФЗ лицензирующий орган в случае выявления нарушения, являющегося основанием для аннулирования лицензии, принимает решение о приостановлении действия лицензии.

Указанное решение, которое может быть обжаловано в суд, действует до дня вступления в законную силу принятого судом либо уполномоченным органом исполнительной власти решения об аннулировании лицензии или об отказе в ее аннулировании.

В этот период в целях исключения производства и реализации этилового спирта, алкогольной и спиртосодержащей продукции лицензирующий орган в срок не более чем 14 дней со дня принятия решения о приостановлении действия лицензии осуществляет снятие остатков готовой продукции, сырья и полуфабрикатов, а также пломбирование оборудования и коммуникаций.

Лицензирующий орган в ходе проверки установил, что Общество допустило нарушения, совершение которых является основанием для подачи заявления об аннулировании лицензии.

По результатам проверки принято решение о приостановлении действия лицензии. Одновременно лицензирующий орган вынес решение онаправлении в суд заявления об аннулировании лицензии и приказ о назначении лиц, уполномоченных на снятие остатков готовой продукции в Обществе.

Общество, не считая себя нарушителем, обратилось в арбитражный суд с заявлением о признании указанных решений незаконными (дело № А43- 10244/2015³⁸).

Суды первой и апелляционной инстанций удовлетворили заявленные требования в полном объеме.

Суд округа пришел к выводу о том, что решение о направлении в суд заявления об аннулировании лицензии и приказ о назначении лиц, уполномоченных на снятие остатков готовой продукции в Обществе не относятся к ненормативным актам, которые могут быть оспорены в порядке главы 24 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Эти решения являются внутренними документами лицензирующего органа, содержат информацию для его сотрудников о порядке совершения действий в рамках принятого решения о приостановлении действия лицензии, не возлагают на Общество каких-либо прав и обязанностей, поэтому не могут быть самостоятельным предметом обжалования в арбитражном суде.

С учетом изложенного суд кассационной инстанции прекратил производство по делу в данной части.

В частях 2 - 4 статьи 14.1 КоАП РФ предусмотрена ответственность за осуществление предпринимательской деятельности: без специального разрешения (лицензии), если такое разрешение (лицензия) обязательны; с нарушением условий, предусмотренных лицензией; с грубыми нарушениями условий, предусмотренных лицензией. Данная норма является общей.

При квалификации противоправных действий (бездействия) следует учитывать, что существуют и специальные нормы, устанавливающие административную ответственность лиц, осуществляющих деятельность, связанную с производством и оборотом алкогольной продукции.

Например, статья 14.17 КоАП РФ предусматривает ответственность за нарушение требований к производству или обороту этилового спирта, алкогольной и спиртосодержащей продукции; статья 14.18 КоАП РФ - за использование этилового спирта, произведенного из непищевого сырья, и спиртосодержащей непищевой продукции для приготовления алкогольной и спиртосодержащей пищевой продукции; в статье 14.19 КоАП РФ предусмотрена ответственность за нарушение установленного порядка учета этилового спирта.

В каждом конкретном случае вопрос о квалификации правонарушения должен решаться по правилам конкуренции общей и специальной норм. В тех случаях, когда административная ответственность за совершение противоправных деяний установлена не статьей 14.1 КоАП РФ, а другими статьями, действия лица подлежат квалификации по специальной норме.

Споры, связанные с применением норм об административной ответственности за нарушение Федерального закона № 171 -ФЗ, носили единичный характер и не вызывали у судов каких-либо затруднений, поэтому не были проанализированы в рамках данного обобщения.

В качестве иллюстрации конкуренции общей и специальной норм можно привести дело № А82-14388/2015 , в рамках которого рассматривался спор о привлечении Общества к административной ответственности за нарушение Федерального закона от 07.07.2003 № 126-ФЗ «О связи» (далее - Федеральный закон № 126-ФЗ).

В этом законе установлены правовые основы деятельности в области связи на территории Российской Федерации, полномочия органов государственной власти в области связи, а также права и обязанности лиц, участвующих в указанной деятельности или пользующихся услугами связи.Согласно части 1 статьи 24 Федерального закона № 126-ФЗ право на использование радиочастотного спектра предоставляется посредством выделения полос радиочастот и присвоения (назначения) радиочастот или радиочастотных каналов. Использование радиочастотного спектра без соответствующего разрешения не допускается, если иное не предусмотрено данным законом.

В части 1 статьи 46 Федерального закона № 126-ФЗ предусмотрено, что оператор связи обязан оказывать пользователям услуги связи в соответствии с законодательством Российской Федерации, национальными стандартами, техническими нормами и правилами, лицензией, а также договором об оказании услуг связи.

Суды установили, что Общество осуществляет деятельность по предоставлению услуг телематической связи на основании лицензии. Согласно лицензии лицензиат в процессе оказания услуг обязан выполнять условия, установленные при выделении полос радиочастот и присвоении (назначении) радиочастоты или радиочастотного канала.

Административный орган в ходе проверки установил, что Общество не выполнило условия при выделении полос радиочастот и присвоении (назначении) радиочастоты или радиочастотного канала, в результате чего нарушило требования пунктов 1 статей 24, 46 Федерального № 126-ФЗ. В свою очередь, по мнению органа, это привело к нарушению лицензионных условий.

В связи с этим административный орган счел, что действия Общества должны быть квалифицированы по части 3 статьи 14.1 КоАП РФ (осуществление предпринимательской деятельности с нарушением условий, предусмотренных лицензией).

Однако нарушение правил эксплуатации радиоэлектронных средств и (или) высокочастотных устройств, правил радиообмена или использования радиочастот либо несоблюдение государственных стандартов, норм или разрешенных в установленном порядке параметров радиоизлучения, образует состав административного правонарушения, ответственность за совершение которого установлена частью 2 статьи 13.4 КоАП РФ.

Следовательно, административный орган неверно квалифицировал совершенное Обществом деяние.

Учитывая, что в соответствии с надлежащей квалификацией рассмотрение дела о привлечении к административной ответственности согласно части 3 статьи 23.1 КоАП РФ не отнесено к подведомственности арбитражного суда, суд, руководствуясь пунктом 1 части 1 статьи 150 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, прекратил производство по делу.

Суд округа согласился с выводом суда.

Анализ дел, рассмотренных Федеральным арбитражным судом Самарской области 2015 года в порядке кассационного производства, показал, что в арбитражных судах округа в целом сложилась единообразная практика по применению лицензионного законодательства.

2.2. Юридическая практика применения административной ответственности в области предпринимательской деятельности

Административное судопроизводство не укладывается в стандартную схему искового производства, где истец и ответчик не просто процессуально равны, но это процессуальное равенство основано на равенстве их правового статуса как субъектов гражданских (частных) правоотношений. Отсюда берут свои начала общие функциональные принципы гражданского (искового) судопроизводства: состязательность, диспозитивность, процессуальное равноправие сторон.

Статус же участников административных (публично -правовых) отношений заранее не одинаков.