Файл: Гражданско-правовые способы защиты права собственности (Классификация способов защиты права собственности).pdf

Таким образом, российская судебная практика выработала несколько критериев осмотрительного поведения при совершении сделки: это обращение к данным ЕГРЮЛ с целью проверки полномочий директора на совершение сделки; обращение к данным ЕГРП с целью проверки права отчуждателя на недвижимое имущество; среднерыночная цена имущества; отсутствие аффилированности продавца и покупателя; разумный срок с момента приобретения имущества продавцом до его отчуждения. Дискуссионным является включение в этот перечень необходимости обращения к сайту суда, на которым выложены судебные акты с целью узнать, не является ли приобретаемое имущество предметом спора, либо не оспариваются ли полномочия директора, который действует от имени юридического лица.

Во-вторых, возмездность или безвозмездность приобретения вещи. Возмездность определяется как ситуация, в которой приобретатель вещи уплатил за нее определен­ную цену либо предоставил иное встречное исполнение. В соответствии с Постановле­нием № 10/22 для применения п. 1 и 2 ст. 302 ГК РФ приобретатель не считается полу­чившим имущество возмездно, если отчуждатель не получил в полном объеме плату или иное встречное предоставление за передачу спорного имущества к тому моменту, когда приобретатель узнал или должен был узнать о неправомерности отчуждения.

В-третьих, характер выбытия вещи из владения истца. В соответствии со статьей 302 ГК РФ собственник вправе истребовать свое имущество от возмездного, добросовестного приобретателя в случае, когда имущество утеряно собственником или лицом, которому оно было передано собственником во владение, либо похищено у того или другого, либо выбыло из их владения иным путем помимо их воли.

Эта формулировка является основанием для вывода о том, что удовлетворение виндикационного иска, предъявленного к добросовестному приобретателю, зависит от того, как выбыло имущество из владения собственника или законного владельца - по воле или помимо их воли.

Если имущество выбыло из владения собственника или законного владельца по воле, оно остается у добросовестного возмездного приобретателя; когда имущество выбыло из владения собственника или законного владельца помимо воли - оно возвращается собственнику.

Советские ученые, анализировавшие в своих работах условия удовлетворения виндикационных исков, обращали внимание на то, что в понятие «хищение» включается ряд уголовных составов, а именно кража, грабеж, разбой. Иные виды хищения не должны давать основания для истребования собственником имущества, поскольку при любом виде мошенничества собственник сам вверяет имущество другому лицу.

Следуя этой логике, когда собственник отдал имущество в аренду, безвозмездное пользование, хранение, а арендатор, ссудополучатель, поклажеприниматель продал имущество - это тоже выбытие вещи из владения собственника или законного владельца по воле, поскольку вещь у собственника или законного владельца отобрана не была, а он добровольно вверил ее другому лицу^[13].

В результате в практике обострился вопрос о том, что такое выбытие имущества помимо воли собственника?

Учитывая правовую традицию, состоящую в том, что имущество возвращается собственнику только в том случае, если он потерял имущество, оно было украдено у него или отобрано, представляется, что для выяснения вопроса о том, как выбыло имущество - по воле или помимо воли - необходимо устанавливать, была ли воля собственника на передачу владения иному лицу. Цель и основание передачи владения (для пользования или что-то иное) значения иметь не должна.

С этой точки зрения выражение ст. 302 ГК РФ о «выбытии имущества помимо воли» следует понимать так же, как предлагалось в доктрине до революции и в советское время: это хищение в форме кражи, грабежа, разбоя или потеря имущества собственником. Вручение вещи другому лицу, которое впоследствии продало ее третьему лицу и было осуждено за это по статьям Уголовного кодекса «Мошенничество», «Присвоение или растрата», «Причинение имущественного ущерба путем обмана или злоупотребления доверением» означает выбытие имущества по воле собственника независимо от цели ее передачи^[14] .

Позиция судебных инстанций представляется справедливой, однако она опирается не столько на действующее гражданское законодатель­ство, сколько на положения доктрины.

В юридической литературе неоднократно обосновывалась позиция, согласно которой исковая давность по виндикационным требованиям (а также по деликтным требованиям) должна исчисляться с момента, ког­да субъект нарушенного права узнал не только о факте нарушения, но и личности нарушителя. И. Б. Новицкий отмечал, что «пока собственнику неизвестно, кто является нарушителем его прав, он лишен возможности предъявить иск к нарушителю права.поэтому следует признать, что пока собственнику неизвестно, в чьем фактически владении находится его вещь, не может начаться и течение давностного срока, хотя о самом факте потери вещи собственнику известно»^[15]. Подобной точки зрения при­держивался и Б. Б. Черепахин^[16], который утверждал, что по отношению к виндикационным искам исковая давность должна исчисляться с того дня, когда субъект нарушенного права узнал о факте нарушения и личности нарушителя, и сожалел, что данная позиция все же не нашла отраже­ния в действовавшем на тот момент законодательстве. Сходные точки зрения содержатся и в современной юридической литературе^[17].

Определив начало течения исковой давности днем обнаружения иму­щества, находящегося в незаконном владении конкретного лица, судеб­ные инстанции расширили содержание императивного правила, закреп­ленного в п. 1 ст. 200 ГК, изъятия из которого могут быть установлены лишь ГК и иными законами. Преследуемая ими цель — гарантировать лицу, право собственности которого нарушено, возможность его судеб­ной защиты — не может служить основанием для создания судебными инстанциями норм права. В связи с этим выработанное судебной практи­кой и обоснованное доктриной правило исчисления исковой давности по виндикационным требованиям должно найти отражение в положениях действующего гражданского законодательства.

В заключении хотелось бы сформулировать следующие выводы:

Виндикационный иск представляет собой вещно-правовой способ защиты права собственности, направленный на истребование иму­щества собственника в натуре от фактического владельца. Предме­том иска всегда будет являться индивидуально-определенная вещь, существующая у фактического владельца в натуре. Данный иск мо­жет быть предъявлен собственником или титульным владельцем вещь, чье право владения вещью вытекает из закона или договора. Ответчиком по данному иску будет фактический незаконный владе­лец вещи. Наряду с виндикационном иском собственником могут предъявляться к ответчику другие требования по поводу того же имущества, такие как: требования, о возмещении ущерба или требо­вания о возвращении неосновательного обогащения. При этом они выступают как самостоятельные требования и не зависят от отказа в удовлетворении виндикации.

В случае существования по поводу вещи обязательственного отно­шения между сторонами вместо виндикационного требования при­меняются иные обязательственно-правовые способы защиты права собственности.

Существуют определенные ограничения истребования имущества из чужого незаконного владельца. Важные ограничения обусловлены необходимостью защиты добросовестного приобретателя, а также гражданского оборота движимого и недвижимого имущества. Мо­дель ограниченной виндикации построена таким способом, чтобы недопустить ущемления прав и интересов ни одной из сторон, а так­же обеспечить наиболее доступную и эффективную возможность за­щиты своих имущественных прав и интересов. Так, собственник не может истребовать свою вещь у добросовестного приобретателя, ко­торый приобрел эту вещь возмездно, в случае если вещь выбыла по его воле. Однако в данном случае собственник не лишается иного способа защиты своего права. Так, собственник может потребовать возмещения вреда, причиненного незаконным отчуждением его имущества лицом, которому собственник вверил данное имущество.

Итак, рассмотрение виндикационного иска на разных временных отрезках показы­вает, что формальное выражение притязания было постепенно подвержено существен­ным изменениям в сторону технического упрощения, а суть притязания оставалась неизменной. Как и сейчас, правом на предъявление виндикационного иска обладает только титульный владелец; истребованию подлежали только индивидуально опреде­ленные вещи от лица, у которого они фактически находятся во владении; истребование вещей, определенных родовыми признаками, не допускается, за исключением случаев, когда такие вещи могут быть индивидуализированы и идентифицированы; истец по виндикационному иску должен доказать наличие у него права собственности на спор­ную вещь.

На протяжении значительного периода времени правоприменители руководство­вались фундаментальным принципом, по которому имущество, ненадлежаще и неза­конно оказавшееся во владении неуполномоченно лица, подлежит возврату при соблю­дении определенных правил. Расширительное толкование и применение принципа, по которому титульный владелец всегда имеет приоритет перед владельцем вне закона, на наш взгляд, представляет собой единственное справедливое решение спорных вещно­правовых вопросов.

2.2 Негаторный иск как способ защиты права собственности

В гражданском праве РФ негаторный иск продолжает традиции соответствующего инсти­тута как советского гражданского права (ст. 156 ГК РСФСР 1964 г.), так и права Древнего Рима.

Негаторный иск - actio negatoria (от лат. - «отрицающий иск») в соответствие со ст. 304 ГК РФ определяется следующим образом: «собственник может требовать устранения всяких нарушений его права, хотя бы эти нарушения и не были соединены с лишением впадения»^[18].

В Древнем Риме данный иск давался собственнику в тех случаях, когда он, не утрачивая владения своей вещью, имел препятствия или стеснения. Таким образом, этот иск принадлежал владеющему собственнику и был направлен против всяких серьезных и реальных посягательств с чей либо стороны на собственность в виде присвоения права сервитутного или сходного пользования^[19].

Исходя из вышесказанного видим, что негорный иск как разновидность вещно-правовых способов защиты права собственности определяется как внедоговорное требование владеющего вещью собственника к ответчику об устранении препятствий в реализации его правомочий пользования имуществом. При этом вопрос о сфере действия негаторного иска, а именно – какое именно правомочие может быть защищено негаторным иском - владение, пользование или распоряжение в является проблемным.

Следует отметить, что большинство ученых придерживаются мнения, что данный иск связан в первую очередь с сферой пользования и распоряжения. Именно такой вывод напрашивается на основании того, что в ст. 304 ГК РФ имеются в виду «всякие нарушения права собственности», то есть не только устранение помех в осуществлении самим собственником правомочия пользования, но и иных посягательств на право собственности, включая правомочия распоряжения вещью.

О.С. Иоффе отмечал, что ограничение защиты при негаторном иске только правомочия пользования не основано на законе, который говорит обо всех вообще нарушениях права собственности, не сопряженных с выходом из обладания собственника.

М.В. Зимелева отмечала, что «гражданско-правовая защита преследует цель либо возврата вещи, которой собственник неправомерно лишился, либо устранения помех в пользовании вещью... Устранение помех в пользовании вещью может быть обеспечено в порядке иска, называемого негаторным»^[20] .

В юридической литературе существует мнение, согласно которому при помощи негаторного иска может защищается в том числе правомочие владения. Так, Зевайкина А пишет: «в частности, словосочетание «хотя бы» позволяет говорить о том, что предъявление негаторного иска допускается при нарушении правомочия владения. Возможны ситуации, когда титульный владелец не наделен правом пользования либо распоряжения вещью, однако возникшие помехи препятствуют осуществлению права владения (например, вещи, переданной на хранение), в связи с этим возникает право на негаторный иск»^[21]. С данным мнением невозможно согласиться, так как несмотря на указание в ст. 305 ГК РФ на то, что титульные владельцы также вправе применять вещно-правовые иски, так например вряд ли требования хранителя или перевозчика к собственнику можно относить к вещно-правовым ведь между ними существуют обязательственно-правовые отношения которые регулируют их взаимоотношения. Также если предположить допустимость применения негаторного иска при нарушении правомочий владения имуществом, то тогда возникает заономерный вопрос а какова роль виндикационного иска, роль которго как раз и заключается в защите правомочия владения, при отсутствии фактического владения на вещь.

Все вышесказанное дает нам основание утверждать, что при помощи негаторного иска защищается именно правомочие пользования вещью.

Правом на предъявление негаторного иска обладают собственники, а также титульные владельцы (ст. 305 ГК РФ), которые владеют вещью, но лишены возможности пользоваться и распоряжаться ею. Ответчиком по данному иску является лицо, которое своим противоправным поведением создает препятствия, мешающие нормальному осуществлению права собственности (права титульного владения).