Файл: Методологические основания истории психологии и педагогики.pdf

Одним из серьезных ограничений использования теории погрешностей для обработки психологических данных на рубеже веков являлось то, что в 1900-е годы только началась разработка выборочного метода [8-9]. Первые опыты его применения, осуществленные в отечественной экономической статистике в 1880-е годы, использовали выборочный метод как вспомогательный. Сначала осуществлялись сплошной сбор данных и вычисление описательных статистик, а затем часть из них выбиралась механическим или случайным образом (например, бралось каждое десятое значение признака) и проводился дополнительный анализ [10-11]. В психологии такой подход к дизайну исследований в большинстве случаев методологически бесплоден, поэтому распространения не получил.

С появлением другого направления статистической теории — учения об изменчивости [4] — в экспериментальной психологии стали применяться не только меры центральной тенденции, но и меры изменчивости. Дальнейшее развитие учения об изменчивости привело к появлению корреляционного анализа, позволяющего описывать взаимную изменчивость нескольких величин [12]. В рамках этого учения статистические коллективы, в состав которых входит несколько переменных, назывались многомерными.

Важно отметить, что многомерный статистический коллектив не сводится к понятию «выборка». Под выборкой понимают некую совокупность объектов, отобранных определенным образом из генеральной совокупности, а анализ статистических коллективов такой процедуры не требует. Впрочем, к 1930-м годам терминология теории погрешностей начала сближаться с понятиями выборочного метода. В. Романовский разделял статистические коллективы на конкретные (то есть реальные конечные совокупности объектов) и абстрактные (аналогичные генеральным совокупностям) и говорил о возможности рассматривать последние как генеральные коллективы, анализ параметров которых можно осуществлять с помощью случайных выборок [13].

В основе учения об изменчивости лежит закон нормального распределения, который используется для оценки вероятных ошибок эмпирических статистик. С его помощью оценивалось расхождение эмпирического значения статистики и теоретического. Теоретическое значение статистики определялось на основе теоретической кривой распределения (Т, х² или z) значений статистического критерия. В учебниках по математическим методам для психологов в 1920-1930-е годы предлагался именно этот способ проверки достоверности значения. Анализ тенденциозных и случайных ошибок при обработке экспериментальных данных в психологических исследованиях не проводился.

Разработка выборочного метода в начале ХХ в., уже с учетом учения об изменчивости, позволила определить выборочные нормы, которые должны были учитываться при разработке дизайна психологических исследований. Эти нормы основывались на идее вероятности a priori и формулах расчета вероятных ошибок. Значение статистического коэффициента и уровень его значимости задавались заранее.

Интенсификация математизации отечественной психологии пришлась на 1920-е годы, то есть на то время, когда обе статистические теории — погрешностей и изменчивости — уже имели всеобщее признание, а выборочный метод, описательные статистики и корреляционный анализ стали необходимыми атрибутами научных исследований. С распространением в СССР метода тестов и, как следствие, исследований на больших выборках возникла необходимость массового обучения психологов математическим методам в психологии.

Анализ учебных пособий по статистике, опубликованных в указанный период, показывает, что уже к концу 1920-х годов для психологов стало обязательным владеть рядом процедур статистической обработки данных: способами стандартизации шкал, методами визуализации цифровой информации, вычислением описательных статистик и коэффициентов взаимодействия переменных (параметрических и непараметрических) и др. Кроме того, советские психологи были знакомы с многомерными математическими моделями (факторным и множественным регрессионным анализом) [14-15].

Однако, как мы знаем, в середине 1930-х годов произошел разгром сначала психотехники, а затем педологии. После известных событий процесс математизации отечественной психологии остановился. И хотя мы не можем сказать, что математические методы были прямо запрещены после постановления «О педологических извращениях в системе наркомпросов», методологические ориентиры, несомненно, были изменены. Многие авторы прямо указывали на необходимость качественного анализа экспериментальных данных [напр., 16]. Нередко дело доходило до использования только процентов и интерпретации таблиц частот, даже без применения одномерных статистик. Также были прекращены массовые исследования на больших выборках.

Поэтому можно с уверенностью сказать, что первый этап математизации отечественной психологии закончился в середине 1930-х годов. В методологическом плане основными итогами этого процесса, во-первых, является использование в дизайне психологических исследований выборочного метода, во-вторых, широкое распространение применения для обработки данных двумерных статистик. Однако значение данных методологических приобретений для психологии практически обесценено процессом ее дематематизации во второй половине 1930-х годов.

Следующий этап математизации отечественной психологии приходится на 1960-е годы и связан с появлением математической психологии. Широкое распространение математического моделирования традиционно соотносится с использованием системного подхода в психологии [17]. Использование системного подхода подразумевает, что функционирование человеческой психики исследуется комплексно, с учетом характеристик среды, с которой взаимодействует испытуемый, и направлено на выявление системных качеств, возникающих в результате этого взаимодействия [18-19]. Применение математического моделирования позволило создавать теоретические и эмпирические модели таких систем (нормативные и дескриптивные).

Качественным отличием используемых в математической психологии математических моделей от моделей, традиционно применяемых для анализа данных психологических исследований, является то, что они в большинстве своем нелинейны и всегда многомерны. Еще одно отличие заключается в том, что «построение моделей или каких-либо принципов измерения и счисления ни в какой мере не детерминировано требованиями экспериментальных методов, которые здесь (в математической психологии. — С. М.) могут в свою очередь рассматриваться в качестве “вспомогательных”» [20, с. 191]. То есть второй этап математизации психологии привел к расширению понимания методологического значения математики в психологии, в определенном смысле вернув ей статус, который она имела в начале первого этапа математизации (об этом ниже).

Становление математической психологии совпало с общей либерализацией практики использования математики и статистики для описания результатов исследований. В конце 1960-х — начале 1970-х годов впервые за многие годы были изданы отечественные учебники по математическим методам для психологов [напр., 21]. В 1960-е годы также начинается процесс включения в методологический аппарат психологии тех методов математического моделирования, которые к 1930-м годам еще не приобрели широкого признания у исследователей, например, факторного анализа [22].

К концу 1960-х годов наблюдался своеобразный симбиоз набора общеупотребительных статистических приемов, сформировавшегося еще в период первого этапа математизации, и тех подходов, которые стали общепринятыми в западной методологии психологии к середине ХХ в. Например, с одной стороны, все еще бытовала практика использования оценки вероятных ошибок, с другой стороны, психологическое сообщество получило возможность использовать для оценки полученных статистик доверительные интервалы и подход Неймана—Пирсона [23].

В целом можно сказать, что на втором этапе математизации отечественной психологии математические модели стали использоваться не только для описания результатов анализа эмпирических данных, но и как теоретический исследовательский метод. К 1970-м годам обе области применения математических методов превратились в неотъемлемую часть методологии психологии [20; 24].

В завершение перечислим еще раз этапы математизации отечественной психологии. Первый этап приходится на 1920-е — первую половину 1930-х годов. В этот период формируется практика применения статистических методов в психологических исследованиях. Второй этап начинается в 1960-е годы и характеризуется становлением математической психологии и возвращением статистики в методологию психологии.

Представления отечественных психологов о месте математических методов в методологии психологии начали складываться на первом и втором этапе математизации психологии. Психологами 1920-х годов статистика воспринималась как основной метод конструирования научных фактов, в том случае, если данные были получены эмпирическим путем и были выражены в цифровой форме. При этом тот или иной статистический критерий использовался в зависимости от исследовательских задач, а не от дизайна исследования [25-26]. В методологическом плане математические методы играли большую роль, чем в настоящее время. Данное обстоятельство вызвано тем, что в указанный период проблема дизайна психологических исследований еще не была разработана. Поэтому содержательные выводы основывались только на статистике и психологической теории, без учета специфики дизайна.

После начала кампании против «математического фетишизма» вопрос о месте математических методов в психологии, педологии и психотехнике становится предметом активного обсуждения. Им отводится «сугубо подсобная, вспомогательная и служебная» роль [14, 27-29]. Важно отметить, что это изменение отношения к применению статистики сопровождалось постепенным возрастанием преобладания в психологических дисциплинах роли метода наблюдения и формирования у некоторых психологов негативной оценки лабораторного эксперимента и тестирования [16]. В целом можно сказать, что к моменту выхода постановления «О педологических извращениях в системе наркомпросов» отношение к математическим методам среди психологов было скептическим. По крайней мере, оно так декларировалось.

В 1940-е и 1950-е годы, по-видимому, проблема применения математических методов в психологии предметом обсуждения не являлась. Если мы обратимся к материалам психологических конференций и совещаний данного периода [30-31 и др.] или, например, посмотрим на стенограмму публичной лекции Б. Г. Ананьева «Основные задачи советской психологической науки» (1950 г.) [32], то увидим, что упоминания о статистике и математическом моделировании отсутствуют. Здесь важно сказать, что после Павловской сессии (1950 г.) вопрос о применении статистики в психологии было поднимать небезопасно. Поэтому не удивительно, что даже в «Принципах и путях развития психологии» С. Л. Рубинштейна, опубликованных в 1959 г., интересующая нас проблема не обсуждается [33].

С 1960-х годов начинается второй этап математизации отечественной психологии. Как уже было сказано выше, это период зарождения новой психологической дисциплины — математической психологии. Формирование новой дисциплины сопровождалось дискуссиями о роли математики в психологии. По мнению Б. Ф. Ломова, в литературе того периода можно было наблюдать две крайние точки зрения. Одни авторы полагали, что математика является своеобразной «палочкой-выручалочкой», другие, напротив, утверждали, что использование математики в психологии бесполезно. Сам Б. Ф. Ломов говорил о том, что математизация психологии — это естественный процесс, и противиться ему бессмысленно [18].

Конец 1960-х — начало 1970-х годов был временем легитимизации статистической практики в советской психологии. Выше мы характеризовали его как неоднозначный. Одной из причин данного положения дел, по-видимому, является то, что советское психологическое сообщество оказалось не готовым принять «статистический поворот» в методологии. Об этом, в частности, свидетельствуют публикации 1980-х годов в журнале «Вопросы психологии». Дискуссия о применении статистики в отечественной психологии началась с реакционных выпадов некоторых представителей психологического сообщества, объявивших «математизацию психологии» средством ее «формализации», с помощью которого осуществлялась попытка скрыть кризисное состояние науки. Понимание методов прикладной статистики и представление об истории этой науки были весьма своеобразными, изрядно приправленными теорией информации, кибернетикой и теорией систем [34-36].

Обобщая, можно сказать, что представления советских психологов о месте математических методов в психологии было неоднозначным в течение всего рассматриваемого периода. Если в начале первого этапа математизации психологическое сообщество в целом положительно относилось к данному процессу, то уже с начала 1930-х годов лишь часть сообщества воспринимала математические методы как необходимую составляющую методологии. В дальнейшем отношение психологов к использованию статистики и математического моделирования для описания психических явлений существенно не изменилось. По-видимому, во многом это связано со спецификой развития самой советской психологии.

Статистическая практика. Для того чтобы лучше разобраться в особенностях применения математических методов в советской психологии, обратимся к вопросам статистической практики. Под статистической практикой мы будем понимать использование статистики и математического моделирования в психологических исследованиях.