Добавлен: 14.06.2023
Просмотров: 168
Скачиваний: 2
Он пишет: «Идентичность обязана вниманием, которое она к себе привлекает, и страстями, которые она порождает, тому, что она выступает суррогатом сообщества, естественного обиталища, которое более недоступно в быстро приватизируемом и индивидуализируемом, стремительно глобализирующемся мире, и потому она может представляться в виде удобного прибежища, обеспечивающего безопасность и уверенность и поэтому столь желанного. Идентичность пускает корни на кладбище сообществ, но процветает благодаря своему обещанию оживить мертвецов».[7]
В силу специфики своего предмета социология уделяет более пристальное внимание не процессу индивидуализации личности, а скорее социализации, что соответствовало условиям развития объективной науки на Западе в XVII-XIX вв. Причем, представление о социализация имеет порой неоправданно широкую трактовку. Так, под социализацией Э. Гидденс понимает обеспечение регулярных контактов и безопасности ребенку на ранних стадиях его развития[8], что впрочем, имеет место и в среде животных и обеспечивает выживание вида. Важно отметить, что в восточной и западной культурах по-разному во времени протекают процессы индивидуализации и социализации. В восточной культуре формируется раннее эго и идентификация человека с группами происходит после того, как ребенок научится осознавать свое тело, чувства, поступки, элементарные потребности и интересы. В западной индустриальной культуре под воздействием требований рыночных отношений и с их развитием возобладал обратный процесс, – ребенка, осознавшего свое тело и пол, активно вовлекают в социальные стандарты семьи, подчиняют ценностям, чувствам, распорядку и правилам взрослых, а уж только в юношеском возрасте предоставляют некоторую свободу действия под контролем семьи. Именно это влияние общественных установок и отразилось в социологической науке как основное условие формирования личности, т.е. человека общественного. Подобное суждение достаточно ясно демонстрирует мнение Т. Парсонса, у которого личность – «... это усвоенная в процессе обучения организация индивида...», и «... процесс социализации имеет решающее значение для ее формирования и функционирования...»; а социализация как отношение социальной системы к системе личности «... касается усвоения, развития и утверждения в процессе жизненного цикла адекватной мотивации для участия в социально значимых и контролируемых образцах действия».[9]
В общественном сознании и объективной науке процесс индивидуализации, проходящий на уровне индивида и менее всего поддающийся рационализации, долгое время ассоциировался с господством психических процессов, личного или коллективного бессознательного, и рассматривался как «черная дыра» в науке, не поддающаяся прояснению. Подобное мнение хорошо выразил Р. Дарендорф, – «Psychological man – это такой человек, который даже если он все время совершает благо, все-таки хочет как можно больше зла, это человек, руководствующийся скрытыми мотивами, и он не становится к нам ближе оттого, что мы приукрашиваем его, отдавая его обществу. Разумеется, социология – это наука о человеке, но она не единственная такая наука, и ее цель не в том, чтобы разрешить проблему человека во всей глубине и широте. Человек в целом не только не поддается захвату одной единственной дисциплиной, но и вероятно, должен вообще оставаться призрачной фигурой на фоне усилий разных наук».[10]
Таким образом, оставив за психологической наукой исследование психических процессов у индивида, имеющих неустойчивый характер, социологическая наука изначально взяла на себя сегмент объективного, поддающегося анализу в человеке, и именно в этом контексте длительное время и рассматривалась личность. В этой связи можно отметить, что исследования социологов, так или иначе касающиеся этой проблемы, априори идентичность рассматривают в контексте социальной идентичности. Индивидуальная же идентичность видится скорее как участь потерянного человека в секуляризованном обществе, надолго не связанного с общностями.
И все же в условиях ломки общественных систем конца XIX-XX вв., сопровождающейся ростом опустошенности и отчаяния человека, социология в разных аспектах исследований обратила на него свое внимание. Так, была поднята проблема достижений наук в процессе изучения человека.
Так, Б.Ф. Скиннер, ссылаясь на выдающиеся успехи физики, биологии в области исследования своих объектов со времен античной науки, подчеркивал провал развития наук о человеке, которые, сосредотачиваясь на эффектах, состояниях, чувствах, эмоциях человека, так и не достигли уровня, на котором человек хорошо понимал самого себя. Скиннер Б.Ф. призывает ученых отойти от этих «донаучных» методов и по аналогии с теорией естественного отбора, указывающей на направление эволюции живого, сосредоточиться на исследованиях технологий поведения человека по типу «стимул-реакция», т.е. заняться моделированием поступков человека, что нашло свое отражение в развитии такого направления социологии как бихевиоризм и необихевиоризм.
Огромный вклад социологические исследования вносят в реализацию идеи эффективной социализации личности, взаимодействия в целях формирования адекватного «Я». Идею взаимодействия в социологии можно проследить в развитии двух направлений. Одно из них выбирает в качестве наиболее адекватного поведения индивида то, что укладывается в социально институализированные рамки и диктуется общественными или государственными структурами. И в этой связи уделяется пристальное внимание проблеме социальной роли, профессии, устанавливаемым человеку обществом (Т. Парсонс, Р. Дарендорф, Ч. Хьюз, Р. Мертон). Другое акцентирует внимание на повседневных практиках самой интеракции, формировании «Я» в условиях принятия другого и его мнения, эмпатии (Д. Мид, Ч. Кули, Г. Блумер, И. Гоффман).
Так, для Т. Парсонса рамки идентификации личности заданы социальными ролями, которые транслируются для ребенка взрослыми в течение его жизни.
Дарендорф Р. рассматривает человека – носителя социальных ролей как научную конструкцию, персонажа драмы, написанной обществом, и не зависящей от воли индивида. Исполнение той или иной социальной роли обусловлено наличием санкций, которые могут применяться обществом за неисполнение. Именно это делает, по мнению Р. Дарендорфа, социальную роль обязательной. Социальным механизмом, распределяющим социальные роли, является система образования, которая призвана эффективно подготовить человека к их выполнению, наряду с родителями, священниками, друзьями. Система ролей в обществе важна социологу для осуществления ролевого анализа, изучения конфликтов между ожиданиями в рамках социальных ролей. И между тем, Р. Дарендорф указывает, что человек социологический – это лишь средство рационализации, социологу не нужно забывать о реальных людях, стоящих за ролями, а значит, во всяком случае учитывать дилемму «реальный человек – социальная роль». К сожалению, в современной реальной жизни зачастую человек воспринимается как раз наоборот, – идентичность его рассматривается с точки зрения социальной роли, которую он часто связывает со своей профессией, которая якобы «обязывает» его поступать определенным образом.
Огромное влияние профессии на идентичность человека объясняется скорее особенностью общественного сознания массового общества, – превалированием больших профессиональных сообществ в конце XIX – сер. XX вв., таких как трудовые коллективы, партии, профессиональные движения. Пристальное внимание именно подобному толкованию «Я» уделял в своих исследованиях Э. Хьюз. По его мнению, «работа – это одна из тех вещей, по которым о нем судят, и, разумеется, одна из важнейших вещей, по которым он судит о самом себе».[11] Хьюз Ч. рассматривает выбор работы – единственным жизненным выбором, ценность которого сравнивает с тем же необратимым процессом, как и выбор супруга жизни (что потеряло актуальность в массовом сознании на сегодняшний день).
Мертон Р. обращает внимание на разнообразие окружающих человека социальных ролей и социальных статусов (набор социальных ролей, набор статусов). Однако, он полагает, что среда оказывает не такое определяющее влияние, как обычно думают. Вероятно, что при смене ролей так же не является превалирующим один психологический фактор. Анализ высказываний исследователя наводит на мысль, что на выбор идентичности влияет, с одной стороны, частота изменений карьеры (реальность и желаемое), так и, с другой стороны, живость человеческого ума, готового к этому выбору.[12]
Обращают на себя внимания работы, посвященные интеракциям, в ходе которых, по мнению ряда исследователей, и происходит складывание ценностей, определяющих «Я».
Кули Ч. в самом «Я» видит уже явную отсылку на других людей, имеющих отношение к нему. Анализируя употребление «Я» в различных контекстах в художественной литературе, он пришел к выводу, что в ней более всего значений, связанных с целями, желаниями, требованиями человека и менее всего, касающихся его тела. А поскольку мир своей сознательной деятельности человек разделяет с другими людьми, то «Социальное Я – это просто представление или система представлений, почерпнутая из общения с другими людьми, которые сознание воспринимает как свои собственные».[13] Таким образом, под идентичностью здесь будет пониматься некоторая система взглядов на человека, мир личности глазами других людей.
Мид Дж. использовал в своих исследованиях личности одну из психологических особенностей живых организмов, – способность бессознательно подражать другому, если данная особенность присутствует в нашем психическом аппарате, что обуславливает понимание, необходимое для коммуникации (например, как воробей подражает звукам голоса канарейки, так и человек может реагировать на раздражение в окружающем мире своим раздражением).
Еще один психологический механизм, близкий к подражанию, – заражение, рассматривает в своих исследованиях Г. Блумер. Изучая общественные процессы и явления, в которых участвуют большие социальные общности, ученый попытался проанализировать причины вхождения индивидов в такие общности как масса, толпа, общественность и др.
Гоффман И. обращает внимание на важнейший аспект интеракций, – способность одного человека представлять себя особым образом и другого, – расшифровывать смыслы этих представлений. Сравнивая такую повседневную коммуникацию со сценической, исследователь обращает внимание, на то, что наглядное представление человека (или его передний план), как правило, состоит из определенных социальных норм и стандартов и существенно отличается от поведения индивида за кулисами, где он более раскован, непринужден и не подвержен влиянию стереотипов.
Особенностью современных социологических исследований идентичности является то, что они строятся на более обширной междисциплинарной базе, современная ситуация с идентичностью зачастую рассматривается в сравнении с другими периодами и этапами человеческой истории, получают толчок к развитию новые направления социологических исследований, связанных с личностью.
Одним из авторов современной целостной теории идентичности является Р. Баумайстер, который, используя обширный исторический материал, обосновал истоки формирования идентичности как явления социальной жизни, основанного на влиянии социального пространства и индивидуального психического опыта человека.
Для Э. Гидденса процесс модернизации как переход от традиционного общества к индустриальному, как раз и выступает контекстом постановки проблемы самоидентичности, поскольку в этом процессе обостряется диалектика противоположных ценностей (конкретного – абстрактного, локального – глобального), здесь самоидентичность, как самое интимное, противостоит современному полюсу глобального.
Таким образом, в современной социологической науке происходят существенные изменения.
2.2 Предметное поле социальной психологии личности
Главным ориентиром в социально-психологическом исследовании личности, как отмечает Г. М. Андреева[14], является не просто взаимоотношение личности с группой, а результат этого взаимодействия. В результате включения личности в разнообразные группы, взаимодействия с ними она и формируется как субъект отношений и взаимоотношений, поэтому одной из главных социально-психологических проблем является проблема социализации и ресоциализации личности. Именно в понятии «социализация», как образно заметили Е. П. Белинская и О. А. Тихомандрицкая[15], «читается» его социально-психологическая принадлежность.
Эффекты социализации личности выступают главными инстанциями, регулирующими характер социальной активности и поведения человека, поэтому анализ этого процесса предполагает разноплановость его аспектов: это, прежде всего, динамический аспект, предполагающий изучение изменений, происходящих в личности на разных этапах ее социализации.
Системно-диахронический подход к анализу социализации[16] и направлен, прежде всего, на отслеживание этих изменений, благодаря которым происходят сдвиги в системе личности и формируются эффекты - явления, свидетельствующие о глубине социализации (по Б. Г. Ананьеву). Сегодня требуется более тонко и подробно определить важные вехи социализации личности, те периоды, когда диахрония различных составляющих личности достигает своего максимума и минимума, активизируя механизмы социализации, диахронию внешних и внутренних инстанций личности, а также внутри- и межфункциональную диахронию личности. Это знание необходимо для разработки программ, направленных на расширение возможностей личности, формирование ее субъектной позиции (как эффекта социализации), способность ориентироваться в сложных социальных процессах, учитывая разновекторность социальных воздействий в условиях изменяющегося общества.