Файл: Американизмы в английском языке (Исторические аспекты в формировании американизмов).pdf

Введение

В 1607 году английские колонизаторы обосновались на берегах Америки, и это дало начало распространению их родного английского языка. 3 сентября 1783 года после войны между Великобританией и Северной Америкой за независимость США и против диктатуры Англии (1775-1783 гг.) Великобритания вынуждена была признать независимость Соединенных Штатов Америки. Именно это великое историческое событие стало причиной возникновения и развития американизмов.

Американизмы - фонетические, морфологические, синтаксические и лексикологические особенности, изменения, внесенные американцами в английский язык. Это слова, отражающие свои особенности политического, общественного, экономического, культурного, государственного устройства; а также названия растений, животных.

С 1950 годов замечается интенсивное проникновение американизмов в стиль общения британцев. В силу обширного распространения в Великобритании североамериканской литературы, американизмы бесконечно попадают в британские издания и вводятся в британскую речь. В ходе заимствования многие американизмы подвергаются изменению значении. Например, широко известное слово caucus - "закрытое собрание партийных лидер" получило в Великобритании новый смысл: "политика подтасовки выборов", "давление на избирателей"

При всей большой известности британского английского языка преобладающее воздействие на мировой английский язык на сегодняшний день оказывает американский вариант английского языка. Замечается вторжение американизмов в говор не только жителей Англии, но и других стран. Этому способствует ряд причин:

1) количество говорящих на американском английском составляет 70%, в то время как на британском английском - 17% от общего количества носителей языка, т.е. американская вариация английского - самая популярная.

2) экономика США - превалирует в обществе;

3) несравнимый размах печатной индустрии, киноиндустрии, эстрады США и их господство в обществе.

4) притягательность американской культуры и ее воздействие на язык и на образ жизни людей во всем мире.

Исходя из вышесказанного, целью нашей работы является: изучение американизмов в современном английском языке. Поставленная нами цель подразумевает решение последующих задач:

1) изучить историю развития американизмов на начальном этапе их становления

2) выявить особенности американизмов с точки зрения языкознания.

3) показать основные достоинства и недостатки американизмов

Для решения поставленных нами задач в предоставленной работе используются последующие методы и приемы: метод сравнительно-сопоставительного анализа, метод логического анализа, метод лингвистических объяснений, метод обобщения фактов, анализ.

При проведении исследования данной курсовой работы, которое содействовала бы осмысливанию единства и комплексности вопросов проявления американизмов в английском языке, мы склонялись к трудам в области лексикологии, фонетики, теоретической грамматики, истории английского языка и переводоведения таких отечественных и зарубежных ученых: Аракин В.Д., Вейхман Г.А., Душенко, К.В. Иванова, Н.К., Киреева А.А., Клименко А.В., Крапп Г., Кук А.,. Московцев Н.Н., Нестерчук Г.В., Смирницкий А.И., Третьяков Ю.П., Томахин Г.Д., Ушакова Т., Фефилова, Чжан Б., А.В., Шевченко С., Энгел М.

Объектом исследования данной работы являются американизмы в английском языке.

Предмет исследования - индивидуальность, особенность и вопросы употребления американизмов в английском языке.

Научная актуальность и новизна данной работы заключается в рассмотрении различных лексических единиц американского варианта английского языка в контексте языковой системы и проблема употребления американизмов в речи и письме.

Теоретическая и практическая значимость курсовой работы определяется возможностью использования материалов данной работы в области переводоведения, лингвострановедения, лингвокультурологии и т.д.

Глава 1. Исторические аспекты в формировании американизмов

1.1 История английского языка - как основоположника американизмов

Анализ эмпирического материала, нацеленный на выявление особенностей перевода в условиях дискур­сов различных экспертных

Так, детальное изучение умственной деятельности переводчика-лингвиста и специалиста, взаимодействую­щих в дискурсивном экспертном сообществе, показало, что профессиональная маркированность языкового со­знания базируется на полном цикле «эволюции познания» [3, с. 7] (через освоение дискурса различий и дискур­са согласований). Вершиной эволюции является термин, манифестирующий дискурс экспертного сообщества. Однако, профессиональная маркированность языкового сознания лингвиста, ведущего переводческую деятель­ность в дискурсивном экспертном сообществе, и профессиональная маркированность языкового сознания спе­циалиста, члена этого сообщества, лежат в разных плоскостях познания. При этом не отрицается наличие общих профессиональных маркеров, которые появляются в языковом сознании обоих субъектов в результате их посто­янных профессиональных взаимодействий и, как результат, пересечений их контекстов интерпретации.

Далее, анализ переводческого опыта показывает, что изначально знания переводчика о профессиональном объекте его переводческой деятельности носят скорее декларативный, чем процедурный характер. Фактически, доминирование декларативного знания проявляется в недостаточном уровне владения переводчиком объектами практической действительности, или социальной практикой дискурса экспертного сообщества, в котором он выполняет перевод. Это затрудняет восприятие знака в соотнесении его с действительностью, ограничивает переводчика в интерпретации контекстов, и как следствие, в выборе языковых знаков при актуализации этих контекстов. Формирование процедурного знания переводчика, обеспечивающего уверенное оперирование за­кономерными соответствиями в ситуации перевода для экспертного сообщества, происходит благодаря при­ращению и упорядочиванию закономерных соответствий собственно в процессе работы переводчика.

Данные наблюдения могут оказаться ключом к пониманию специфики переводческой интерпретации, имеющей место в дискурсе экспертных сообществ. Но теоретическое обоснование, которое объяснило бы наблюдаемую ситуацию, прежде всего, упирается в необходимость однозначного толкования термина «ин­терпретация» и определения места интерпретации в действиях переводчика. Именно интерпретация сцепляет воедино референтную ситуацию, знание и язык в деятельности переводчика.

Целью данной статьи является выведение методологических оснований интерпретации как неотъемле­мой составляющей переводческого процесса путем анализа положений теории языка и теории перевода.

Несмотря на относительную «научную молодость», теория перевода сформировала свою собственную, достаточно устойчивую практику функционирования термина «интерпретация». И хотя лингвистикой, из ко­торой выделилась теория перевода как наука, «интерпретация» трактуется как «понимание», в теории пере­вода этот термин в большинстве случаев номинирует другое звено акта коммуникации - производство выска­зывания. Последнее, естественно, указывает на функцию переводчика, как отправителя текста перевода в ак­те межъязыковой коммуникации. Здесь возможно возражение, что созданию текста перевода всегда сначала предшествует понимание исходного текста, а значит, понимание смысла этого текста подразумевается в ходе интерпретации. Но если проанализировать употребление этого термина и его толкование рядом переводове- дов, то становится очевидным, что «интерпретация» раскрывает «как переводить», а не «что переводить» = «какое понимание переводить». Такое применение термина относит его к области техники перевода.

Впервые термин «интерпретация» как специальная техника перевода применен в работе И. И. Ревзина и В. Ю. Розенцвейга «Основы общего и машинного перевода» [5, с. 56-64]. Цель данной работы заключалась в том, чтобы разложить сложный процесс перевода до более простых составляющих и установить между ними связь. Интерпретации в этом процессе отведена конкретная функция в связи с другими действиями переводчика.

Рассматривая деятельность переводчика во время процесса перевода, авторы воедино увязывают дей­ствительность, действия переводчика и вербальный инструмент его действий, т.е. язык. В зависимости от того, как переводчик переходит от воспринятой речевой последовательности непосредственно к передаче переводного сообщения, этот процесс называется интерпретацией или переводом.

При интерпретации переводчик, воспринимая речь автора, рассматривает отрезок действительности (ситуацию), стоящий за этой речью. При этом он пользуется своим предшествующим опытом, знаниями о данном отрезке действительности и его связях. Затем, полностью абстрагируясь от самого сообщения, пе­реводчик передает сообщение об этой ситуации получателю этого сообщения [Там же, с. 57-59].

При переводе действия переводчика не связаны с ситуацией действительности, нет также возможности обра­щения к предшествующему опыту переводчика. «Переход от одной системы языка к другой осуществляется непосредственно по заранее установленной системе соответствий». Авторы отмечают, что эта система соответ­ствий формировалась с учетом действительности и опыта, которые отражены и в том, и другом языках [Там же].

Таким образом, перевод определен как «такой процесс, который может быть полностью формализован», а интерпретация - «как такой процесс, формализация которого на современном уровне наших знаний о языке не представляется возможной» [Там же, с. 60]. Грань между переводом и интерпретацией не является ста­бильной, она зависит от того, насколько формализован язык [Там же, с. 63].

Очевидно, что разделение интерпретации и перевода в рамках данного подхода направлено на высвечи­вание основных подходов к выполнению переводчиком преобразования исходного сообщения, инвариантом которого должен остаться смысл сообщения.

Под смыслом авторы понимают некоторое выражение совокупности элементарных смысловых единиц языка-посредника, поставленных в соответствие с переводимым выражением. Такое понимание смысла, по мнению И. И. Ревзина и В. Ю. Розенцвейга, соответствует интуитивному выбору переводчика, а инвариант­ность смысла достигается закономерными соответствиями между единицами разных языков, установлен­ными на основе общности выражения ими семантического содержания. Исходя из этого, инвариантность смысла не может быть абсолютной категорией: смысл инвариантен относительно построенного переводчи­ком языка-посредника, т.е. абстрактной сетки соответствий между элементарными единицами смысла и набора универсальных синтаксических отношений, актуального для всех языков [Там же, с. 64, 68].

Важным является также выделение такого свойства исходного текста, как «интерпретируемость» [Там же, с. 76], что в принципе указывает на потенциальную ограниченность применения интерпретации. Так, при интерпретации соответствие в ходе преобразования устанавливается через референта сообщения, т.е. через отрезок действительности. Тождество смысла сообщения может нарушиться, т.е. референт тот же, а смысл другой [Там же, с. 63]. Однако, как отмечают авторы, «при разной категоризации действительности в двух языках и возникающей в связи с этим непереводимости в строгом смысле слова, происходит процесс интерпретации, т.е. передачи содержания при помощи обращения к действительности» [Там же, с. 76].

Суммируя вышесказанное, необходимо указать на то, что процесс интерпретации, как он видится авто­рами, явно подразумевает включение всех стадий посреднического акта: восприятие, обработка (анализ и синтез) - принятие переводческого решения, воспроизведение. Существенные признаки касаются только двух последних. Это же правомерно и для процесса перевода. Из описания этих двух стадий, определяющих различия перевода и интерпретации, можно предположить, что понимание смысла сообщения у переводчика при интерпретации складывается из соотнесения исходного сообщения с действительностью и его опытом непосредственно в процессе передачи сообщения. При переводе понимание не влечет за собой таких усилий переводчика на вычленение смысла благодаря уже сформированной системе соответствий с учетом факто­ров действительности и опыта переводчика.

Еще один существенный признак, лежащий в основе отличия интерпретации от перевода - степень абстрагированности переводчика от оригинального сообщения. В интерпретации, надо полагать, данная аб- страгированность ведет к довольно значительным изменениям семантического содержания сообщения.

Другой подход к определению техник перевода представлен Я. И. Рецкером в его теории закономерных со­ответствий. Отправной точкой рассуждения ученого является то, что точный перевод - это «не только то, что выражено подлинником, но и так, как это выражено в нем», и что в переводе необходимо полагаться на одни и те же логико-семантические факторы для передачи одного и того же смыслового содержания [6, с. 7-8].

Предписанные три категории соответствий определяют выбор переводчика либо в «сфере языка» (использование традиционных эквивалентов), либо в «сфере речи» (подбор вариантных и контекстуальных соответствий или применение переводческих трансформаций) (сравн. у Комиссарова - эквивалентный пере­вод и безэквивалентный перевод) [4, с. 48]. Но в любом случае критерием адекватности перевода может вы­ступать только соответствие частице действительности, описанной в оригинале. Простое проникновение в действительность со стороны переводчика не может обеспечить адекватности перевода. Только опора на текст, на то, как эта действительность отображена средствами языка, может служить предпосылкой адекват­ного перевода. Осведомленность переводчика в области перевода не сводится к нулю, но «входит в число факторов, определяющих функциональную основу закономерных соответствий» [6, с. 8-10].