Файл: Особенности защиты чести, достоинства и деловой репутации по гражданскому законодательству Российской Федерации.pdf

Так, решением Пресненского районного суда города Москвы от 13 августа 2010 г. в отношении иска Правительства Москвы к ФГУП «ВГТРК», Федеральной миграционной службе, Полторанину К.М. о признании несоответствующими действительности, порочащими деловую репутацию Правительства Москвы сведений, распространенных на телеканале «Россия» в эфире программы «Вести» суд признал, что распространенные сведения являются порочащими, поскольку спорные высказывания содержат в себе утверждения о нарушении норм этики, морали или закона, а именно поощрение приезда иностранцев для работы в рабских условиях и извлечение из этого сверхприбыли, что может быть расценено неопределенным кругом зрителей программы «Вести», как злоупотребление Правительством Москвы своими полномочиями, и может впоследствии негативно отразится на отношении граждан Москвы к органам власти этого субъекта РФ. Определением Судебной коллегии по гражданским делам Московского городского суда от 1 декабря 2010 года указанные выводы суда первой инстанции были подтверждены^[28].

К не соответствующим действительности сведениями Верховный Суд РФ относит утверждения о фактах или событиях, которые не имели места в реальности во время, к которому относятся оспариваемые сведения.

При рассмотрении дел о защите чести, достоинства и деловой репутации судам следует различать имеющие место утверждения о фактах, соответствие действительности которых можно проверить, и оценочные суждения, мнения, убеждения, которые не являются предметом судебной защиты в порядке статьи 152 Гражданского кодекса Российской Федерации, поскольку, являясь выражением субъективного мнения и взглядов ответчика, не могут быть проверены на предмет соответствия их действительности. Такой позиции придерживается Верховный Суд РФ в п. 9 постановления Пленума № 3, основываясь на гарантии каждому права на свободу мысли и слова, а также на свободу массовой информации, закрепленных статьей 10 Конвенции о защите прав человека и основных свобод и статьей 29 Конституции Российской Федерации, и решениях Европейского Суда по правам человека.

Так, Ленинский районный суд г. Томска обязал ответчика в течение 10 дней с момента вступления в законную силу решения суда разместить в газете «Вечерний Томск» в левой верхней части четвертой полосы опровержение не соответствующих действительности и порочащих честь, достоинство и деловую репутацию истца^[29].

Существуют несколько форм реализации опровержения как способа защиты чести, достоинства, деловой репутации. В законодательстве не предусмотрен исчерпывающий перечень таких форм, что является одним из проблемных вопросов. Если исходить из судебной практики, то можно заметить, что форма реализации опровержения весьма разнообразна:

• замена (отзыв) документа, содержащего сведения, порочащие честь, достоинство, деловую репутацию лица;
• обнародование (например, аудиовизуальное сообщение, выступление на собрании), не связанное с опубликованием;
• опубликование (как правило, в виде изложения в СМИ конкретного текста, в том числе, содержание которого суд привел в резолютивной части решения), включая публикацию решения суда^[30].

Некоторые ученые считают, что одной из потенциальных форм реализации опровержения является принесение извинения^[31]. Однако с таким утверждением нельзя согласиться. Принесение извинения ответчиком в отличие от опровержения не связано с воздействием на общество, которое хуже стало относиться к лицу, в отношении которого были распространены порочащие сведения, в целях реабилитации в глазах общественности первоначального состояния его чести, достоинства и деловой репутации.

В то время как другие ученые считают принесение извинения самостоятельным и полноценным способом защиты чести, достоинства и деловой репутации^[32].

Извинение как способ судебной защиты ни Гражданским кодексом РФ, ни нормами иного законодательства не предусмотрен, поэтому суд не вправе обязывать ответчика по данной категории дел принести истцу извинения в той или иной форме. Вместе с тем имеется оговорка, в соответствии с которой суд вправе утвердить мировое соглашение, где стороны по обоюдному согласию могут предусмотреть принесение ответчиком извинения, так как это не нарушает прав и законных интересов других лиц и не противоречит закону, который не содержит такого запрета.

Ленинск-Кузнецкий городской суд по гражданскому делу № 2-1886/2014 определил утвердить мировое соглашение, заключенное между истцом и ответчиком, по условиям которого ответчик. обязуется принести извинения перед истцом, путем публичного произнесения высказывания на собрании жильцов, явку на которое должен обеспечить истец^[33].

Ранее также существовало мнение о том, что удаление не соответствующей информации из сети Интернет является одной из форм реализации опровержения. Следует не согласиться с данным мнением, так как опровержение и удаление с информации из сети Интернет имеют различную правовую природу и представляют самостоятельные специальные способы защиты^[34].

Если сравнивать данные способы с теми способами, которые закреплены в ст. 12 ГК РФ, то опровержение по своей сути больше тяготеет к такому общему способу защиты гражданских прав, как восстановление положения, существовавшего до нарушения права, а удаление информации из сети Интернет – к пресечению действий, нарушающих право или создающих угрозу его нарушения.

Опровержение как способ защиты чести, достоинства и деловой репутации предусмотрен не только в ГК РФ. В соответствии со статьей 43 Закона РФ от 27.12.1991 № 2124-1 (ред. от 29.07.2017) «О средствах массовой информации» гражданин или организация вправе потребовать от редакции опровержения не соответствующих действительности и порочащих их честь и достоинство сведений, распространенных в данном средстве массовой информации^[35].

Отдельные аспекты использования опровержения содержатся в Постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 24 февраля 2005 г. № 3, в пункте 4 данного Постановления указано, что законом не предусмотрено обязательное предварительное обращение с требованием об опровержении к ответчику, в том числе в случае, когда иск предъявлен к редакции средства массовой информации, где были распространены не соответствующие действительности порочащие сведения^[36].

Также данное постановление указывает на то, что следует делать, если при рассмотрении исков, предъявленных к редакции средства массовой информации, его автору, учредителю за распространение не соответствующих действительности порочащих сведений, выпуск средства массовой информации, в котором были распространены такие сведения, на время рассмотрения спора прекращен. В таком случае суд вправе обязать ответчика за свой счет дать опровержение или оплатить публикацию ответа истца в другом средстве массовой информации.

Несмотря на разнообразие его форм реализации у данного способа защиты, существует ряд недостатков, которые выделил Е.В. Гаврилов:

• во-первых, с опровержением может ознакомиться не весь круг лиц, в среде которых были распространены не соответствующие действительности, порочащие сведения;
• во-вторых, опровержение может не переубедить общественность о сложившемся мнении, о лице, в отношении кого распространены не соответствующие действительности, порочащие сведения;
• в-третьих, опровержение не принесет дополнительные (в том числе финансовые) возможности для лица, в отношении кого распространены не соответствующие действительности, порочащие сведения, воздействовать на общество в целях реабилитации своей чести, достоинства, деловой репутации^[37].

Если говорить об эффективности данного способа защиты, то стоит заметить, что опровержение будет эффективным только в судебном порядке. И как отмечают некоторые ученые это возможно только в том случае, когда текст опровержения, будет опубликован в популярном периодическом издании информационного характера уровня муниципального образования, субъекта Федерации либо Российской Федерации (в зависимости от масштабов распространения порочащих сведений). Это имеет значение, потому что с опровержением может ознакомиться не весь круг лиц, в среде которых были распространены не соответствующие действительности, порочащие сведения. Ведь эти сведения могут и дальше наносить вред чести и достоинству гражданина в связи с не доведением опровержения до лиц должным образом^[38].

Подводя итог вышесказанному, следует еще раз убедиться в важности и значимости защиты нематериальных благ и личных неимущественных прав, в частности, защиты чести, достоинства и деловой репутации. Также необходимо помнить, что опровержение выступает как продуктивный с научной и практической точек зрения способ защиты нарушенных благ, позволяет человеку эффективно защитить и восстановить свои нарушенные права. Однако, опровержение как способ защиты нематериальных благ для достижения его наибольшей отдачи, безусловно, подлежит дальнейшему совершенствованию.

Особенности компенсации морального вреда, как способа защиты чести, достоинства и деловой репутации

Наряду с опровержением сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию, гражданин также может требовать возмещения убытков и морального вреда.

Так, согласно ч. 9 ст. 152 ГК РФ, гражданин, в отношении которого распространены сведения, порочащие его честь, достоинство или деловую репутацию, наряду с опровержением таких сведений или опубликованием своего ответа вправе требовать возмещения убытков и компенсации морального вреда, причиненных распространением таких сведений^[39].

В настоящее время не существует единого мнения ни в судебной практике, ни в юридической литературе в отношении возможности компенсации морального вреда юридическому лицу.

Ст. 151 ГК РФ под моральным вредом понимает физические или нравственные страдания, нарушающие личные неимущественные права, либо посягающие на принадлежащие гражданину нематериальные блага. Таким образом, законодатель установил, что физическими и нравственными страданиями обладает именно лицо. Вместе с тем, указывая в ст. 1100 ГК РФ основания компенсации морального вреда независимо от вины причинителя вреда, одним из случаев является вред, который причинен распространением сведений, порочащих честь, достоинство и деловую репутацию^[40]. Однако, в этом случае субъект, которому причинен вред, законодателем не установлен.

В связи с тем, что ГК РФ определяет понятие морального вреда достаточно абстрактно, через физические или нравственные страдания, его толкование дается в Постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 20.12.1994 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда».

В соответствии с п. 2 вышеуказанного постановления «моральный вред, в частности, может заключаться в нравственных переживаниях в связи с утратой родственников, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, потерей работы, раскрытием семейной, врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию гражданина, физической болью, связанной с причиненным увечьем, иным повреждением здоровья, и др.»^[41].

Этот перечень далеко не исчерпывающий. Изучение судебной практики показало, что суды компенсируют моральный вред и в других случаях, когда в результате неоказания услуг или непринятия своевременных мер, обязательных в силу закона, договора или добровольно взятого на себя обязательства, гражданам причиняются нравственные или физические страдания^[42].

Позиция Пленума Верховного Суда Российской Федерации в отношении компенсации морального вреда юридическим лицам изложена в п. 15 постановления № 3, в соответствии с которой правила, регулирующие компенсацию морального вреда в связи с распространением сведений, порочащих деловую репутацию гражданина, применяются и в случаях распространения таких сведений в отношении юридического лица^[43].

А.М. Эрделевский в свою очередь отмечает о неприменимости института компенсации морального вреда к юридическим лицам. Юридическое лицо вправе требовать возмещения убытков, возникших вследствие опорочения его деловой репутации. В подкрепление этой позиции обращается внимание на то, что в пункте 11 ст. 152 ГК РФ указывается, что правила о защите деловой репутации гражданина применяются к защите юридического лица «соответственно», что следует понимать, как требование соответствия подлежащих применению норм правовой природе юридического лица^[44].