Файл: Теоретические основы перевода: понятие перевода, особенности профессии переводчика, функции перевода, роль перевода в современном мире.pdf

«For the authority of these maxims rests entirely upon general reception and usage; and the only method of proving, that this or that maxim is a rule of the common law, is by showing that it hath been always the custom to observe it» [Simpson 1973: 78].

• частотность употребления таких модальных глаголов, как shall, will:

«[…] the generality of subsection above shall not be taken to be prejudiced by any enactment […]» или «[…] he shall be removed from office as a justice of the peace in accordance with section 6 of this Act […]» [15, с. 94].

• обилие пассивных конструкций:

«It may be true that such parts of the common law […] are based upon, or (are) consistent with, ideas and values […]» [15, с. 80].

Глава 3.Особенности перевода юридических текстов

3.1 Специализированные переводы

Известно, что специализированные переводы являются самыми сложными и имеют определенные функции. Многие ошибочно полагают, что успешный перевод довольно свободно говорит о терминологии конкретного предмета. Но реальность такова, что этого недостаточно. Например, переводчик, хорошо владеющий юридической терминологией, может легко перевести такую ​​комбинацию, как therapy, peaсe officer, profiling, police discreteness, health screening, которые в юридическом тексте пересматриваются как перевоспитание, офицер полиции, психологическое тестирование заключенных, полномочия полиции, медицинское обследование.

Однако не всегда легко найти эквивалент любой комбинации фиксированного или встреченного термина. «В основном проблемы переводчика текстовой правовой ориентации возникают из-за того, что на языке отсутствуют вербальные конструкции, которые могли бы точно описать термины исходного языка» [2, с. 27]. Кроме того, «зависимость текста от культурных особенностей и менталитета людей, а также от его нынешней правовой системы может привести к тому, что смысл текста на исходном языке не будет соответствовать значению в целевом языке, даже если полностью буквальная интерпретация» [2, с. 29]. Поэтому переводчик должен обогатить свои знания, исследуя возможные лексические эквиваленты слов и целые фразы.

Рассмотрим перевод таких фраз, как limited divorce, indeterminate sentence, Department of the Interior, Index crimes, Crime index, sensibility training, verbal judo. Во всех этих случаях эти выражения представляют собой реалии, которые не существуют на практике судебной системы и поэтому требуют объективной компенсации неточности перевода культурных комментариев. Таким образом, limited divorce – это раздельное проживание супругов по решению суда, indeterminate sentence – приговор суда с неопределенным сроком лишения свободы, когда фактический срок пребывания в тюрьме определяется тюремной администрацией или специальной комиссией, принимая во внимание поведение, его здоровье и другие обстоятельства.

Department of the Interior, переведенный как Департамент (министерство) внутренних дел, обязательно «включает разъяснение о том, что в Соединенных Штатах и ​​России действуют федеральные агентства, обладающие различными полномочиями: Министерство внутренних дел США отвечает за состояние дорог, охраны окружающей среды, соблюдения природоохранного законодательства и, следовательно, не является мощным правоохранительным органом» [2, с. 32].

Crime Index – это список из 8 наиболее тяжких преступлений, среди которых 4 вида преступлений против личности (murder, sexual assault, robbery, aggravated assault murder, sexual assault, robbery, aggravated assault) и 4 – против имущества (burglary, larceny, car theft, arson). Соответственно, преступлениями Crime Index являются вышеупомянутые виды преступлений. Этот пример интересен тем, что он «наглядно демонстрирует несоответствие между некоторыми нормами уголовного правосудия в Соединенных Штатах и ​​России» [2, с. 36]. Таким образом, перевод юридических текстов экспертов был озадачен тем, почему столь серьезны с точки зрения российского законодательства, такие преступления, как kidnapping of children (похищение детей), all drug offenses (все преступления, связанные с незаконным оборотом наркотиков), unlawful use of weapons (незаконное оружие), а не среди так называемых «индексов» (т. е. самых серьезных) преступлений.

Понимание и, следовательно, представление эквивалентно переводу таких фраз, как sensibility training либо verbal judo, которые они требуют от переводчика, «это не только лингвистическая компетентность, но и проникновение в сферу профессиональной культуры полиции» [10, с. 47]. Это, скорее, самые трудные случаи для обучения переводчиков общей подготовки, не специализирующиеся на конкретных текстах, так как их собственный лингвистический контекст помогает найти эквивалентный перевод. Таким образом, sensibility training – это обучение полицейской коммуникации различным группам людей в кризисных ситуациях (ведение переговоров с террористами, интервью с жертвами в состоянии психологической травмы и т.д.). Verbal Judo, часто переводимый как словесный дзюдо, требует разъяснений, таких как «методология применения определенных лингвистических ресурсов для достижения результатов в полиции, связанной с людьми».

Безусловный интерес представляют терминологические словосочетания, которые обозначают реалии «необычной российской юридической практики, но представляют большой интерес для специалистов и активно обсуждаются в профессиональном сообществе юристов» [2, с. 41]. Примерами таких фраз являются переговоры о признании вины / обвинения, сделки по признанию вины (plea/charge bargaining, plea bargain), которые переводятся на русский язык в качестве судебных переговоров. Однако такой перевод требует перевода комментария, который «должен объяснить, что это своего рода досудебные переговоры между судьей, адвокатами обвиняемого и жертвы» [2, с. 43], что в случае признания виновности в совершении преступления, обвиняемый может опираться на более мягкий приговор суда или даже избегать уголовного преследования. Судебные переговоры широко распространены в американской справедливости, у него есть и его сторонники, и ярые противники. «В последние годы она определенно интересовалась российскими юристами как способ уменьшить нагрузку на суды и судей» [2, с. 43]. Часто в переводе этой фразы переводчики предоставляют неполное соглашение об урегулировании, что существенно сужает суть американской правовой действительности.

Например, юридический перевод может быть абсолютно уверен в том, что вы должны также глубоко понимать культурные особенности носителей языка-источника, специфические для них уникальные структуры.

Еще одна трудность в юридическом переводе – это необходимость иметь глубокие знания в области исследования и понимать детали, чтобы «строить предложения в согласованном тексте без противоречий и недоразумений» [4, с. 78]. Эта область также требует особой точности в формулировке, а не какой-то фразы для перевода «приблизительно смысла». Даже небольшие ошибки и неточности в переведенном тексте могут привести к неверному истолкованию его значения и, как следствие, «поощрять любые неправильные действия» [4, с. 79], например, приступить к судебному разбирательству. Разумеется, необходимо также учитывать разницу в законодательстве стран.

Юридические переводы – в основном выполняют профессионалы с образованием в области юридических прав. «Тексты исходного и целевого языков рассматриваются в совершенно разных правовых системах, поэтому они должны использовать разные формулировки, характерные для каждого из языков» [10, с. 46]. Однако эти заявления должны быть понятны обеим сторонам и иметь то же значение. В результате «переводчик должен понимать не только правовое право на свою страну, но и страны – носители исходного языка» [10, с. 47].

Все эти факторы в совокупности определяют особенности юридического перевода и доказывают, что юридическая область требует от переводчиков большей точности, знаний и является одной из самых сложных. И это объясняет относительно высокую стоимость таких передач среди других, в том числе узкоспециализированных.

3.2 Лингвокультурные факторы перевода юридического текста

В последнее время они стали чрезвычайно актуальными для изучения языка с точки зрения его взаимодействия с культурой. «Развитие языковых и культурных направлений обусловлено стремлением к пониманию феномена культуры как конкретных форм человеческого существования и общества в мире» [9, с. 14]. Это перевод является посредником в процессе понимания и понимания различных культур, установления контактов и общения между ними. «Рассмотрение факторов при переводе любого текста с точки зрения межкультурной коммуникации учитывает основные особенности языковой культуры, тип и механизм социального кодирования родного (русского) и иностранного (английский)» [9, с. 21]. Такой подход позволяет определить новую точку зрения на решение практических задач, связанных с проблемами перевода, в частности, юридического текста. Ведущая роль играет не только обладание социальными знаниями правовых норм, юридической терминологии, судебных систем, но и личные качества переводчика, поскольку перевод любого текста предполагает взаимодействие суверенных национальных языков и, следовательно, культурных концепций. «Для достижения адекватного перевода необходимо обладать спецификой образов и связанных с ними программ деятельности тех типов сельскохозяйственных культур, среди которых общение» [9, с. 24].

По исследованиям доказано, что некоторые фрагменты реальности, общения и отношений отражены в языке как в социальном феномене. Примером этого может служить судебная речь, которая является отличительным фактором между национальными культурами. Таким образом, юридические темы США являются основной частью массовой культуры этой страны.

Американский гражданин на подсознательном уровне, верит в «справедливость и безопасность» своей правоохранительной системы. Для достижения как можно более близкого и адекватного восприятия иностранного языкового и культурного сообщества необходимо стать участником коммуникативного процесса посредством текстов-переводов соответствующих юридических (юридических) предметов. Этот перевод является одной из форм взаимодействия культур, он дает некоторое представление о зарубежной культуре.

По словам чешских лингвистов В. Матезиуса и В. Прохазки, перевод - это не только замена языка, но и функциональная замена элементов культуры. Такая замена не может быть полной, потому что требование «перевода должно выглядеть как оригинал» [9, с. 183] вряд ли реалистично, поскольку оно предполагает полную адаптацию текста к нормам другой культуры.

Понятие взаимодействия между культурами подразумевает существование общих/частных элементов и различий/сходств, что позволяет отличить одно языковое и культурное сообщество от другого. «Любой переводчик, работающий с юридическим текстом, должен учитывать требования использования языка и языковые навыки носителей целевого языка, не нарушая нормального восприятия правового инструмента» [10, с. 58]. Различия в лингвистическом и этническом характере между носителями языка и языком перевода носителями языка «можно носить как культурно-исторический и фактический характер» [15, с. 41].

Самая полная связь между многоязычными коммуникаторами путем создания перевода текста, коммуникативного иностранного языка, эквивалентного оригиналу, то есть его переводом. Во время перевода юридического текста достижение адекватности возможно только тогда, когда переводчик имеет «юридическую грамотность», как в иностранном, так и на вашем родном языке. Знание принципов права и особенно соответствующей юридической терминологии должно быть на кончике его языка (on the tip of his tongue).

Проиллюстрируем это на примере «юридического дискурса» [5, с. 59], который представляет собой разнообразие судебной системы государства. В разных странах действуют разные правовые системы. Язык каждой нации содержит свои юридические термины. Например, английский язык «служит» правовой системе Соединенных Штатов, Великобритании и немецкий язык – Германии, Швейцарии, Австрии. Лингвистическая эквивалентность правовых понятий часто не достижима. Сегодня для европейцев единая «Хартия прав человека» и для документов государств-членов Европейского сообщества, положения и решения этой международной организации. В результате в языках имеется ряд приблизительных эквивалентов. Например:

Article 3

Everyone has the right to life, liberty and security of person.

Каждый человек имеет право на жизнь, свободу и личную неприкосновенность.

Article 17

Everyone has the right to own property alone as well as in association with other.

No one shall be arbitrarily deprived of his property.

Каждый имеет право как на единоличное владение собственностью, так и в компании с другими.

Никто не может быть дискреционно лишен его собственности.

Article 24

Everyone has the right to rest and leisure, including reasonable limitation of working hours and periodic holidays with pay.

Каждый имеет право на отдых и досуг, включая разумное ограничение рабочего времени и оплачиваемый периодический отпуск.

Юридический язык – это, скажем, «государственный язык». Это правило очень важно, оно не может быть нарушено. Самая большая проблема в этом случае – невозможность в некоторых случаях найти точный, адекватный перевод с одного языка на другой. Это усложняет работу переводчика, создает определенные препятствия для использования иностранного юридического документа.

«Различные виды деятельности переводчика в различной степени сохраняют близость к переводу» [6, с. 13] и, следовательно, воспроизводят оригинал с большей или меньшей полнотой. Для достижения идеального перевода невозможно, переводчик должен сделать различные компромиссы.

«Степень реальной двусмысленности конвергенции с переводом на одноязычную связь, конечно, зависит от мастерства переводчика, но и от целого ряда объективных обстоятельств. К ним в последнее время относятся свойства переведенного текста и метода перевода» [6, с. 17]. Например, юридический документ является специальным переводом, в котором язык должен обеспечивать публичную цель реализации и согласованность с правовым использованием.

Как уже упоминалось, в юридическом документе есть другой письменный перевод юридической информации в средствах массовой информации, имеет текстовые особенности, своеобразное лингвистическое выражение. Текст большинства документов имеет гладкий и спокойный стиль, не вызывает дополнительных ассоциаций и не отвлекает от сути документа. Нейтральное заявление о правовых нормах повышает эффективность правового регулирования.

«Качество юридического перевода определенным образом влияет на эффективность правоприменения, уровень регулирования отдельных отношений» [4, с. 96].

По мнению Л. К. Латышевой, часто требуется корректировка нормального и обычного использования и преинформационного фонда носителей перевода. Затем переводчик прибегает к преобразованиям. При переводе юридических документов особое внимание следует уделять лексическим безэквивалентностям, так как на всех языках есть слова и идиомы иностранного языка, имеющие более или менее полное соответствие в форме лексических единиц. Переводчик очень полезен, чтобы иметь представление об этих явлениях.