Файл: Защита чести, достоинства и деловой репутации лица по гражданскому законодательству.pdf

В этой связи заслуживает внимания практика американских судов, которые придерживаются общего правила: «если группа настолько велика, что едва ли читатель решит, что данная статья имеет отношение к какому-либо конкретному члену этой группы, то дело не носит порочащего характера в адрес какого-либо отдельного лица.

Исходя из этого правила, американские судьи единодушно решили, что дело можно принимать к производству, если в нем замешано не более 25 истцов» [30].

В силу ст. 3 ГПК РФ [8]заинтересованное лицо вправе в порядке, установленном законодательством о гражданском судопроизводстве, обратиться в суд за защитой нарушенных либо оспариваемых прав, свобод или законных интересов. Отказ от права на обращение в суд недействителен. Поэтому, если процессуальный порядок обращения в суд соблюден, то иск о диффамации должен быть принят к производству и рассмотрен по существу. Если персонифицировать истца среди неопределенного круга лиц, о которых распространены не соответствующие действительности порочащие сведения, невозможно, то в иске может быть отказано.

Развитие сети Интернет, повсеместное использование иных технологических способов производства и передачи информации создали для правоприменителя сложности при определении надлежащих ответчиков по диффамационному иску [14]. В связи с этим Пленум Верховного Суда РФ в своем Постановлении № 3 от 24 февраля 2005 г. «О судебной практике по делам о защите чести и достоинства граждан, а также деловой репутации граждан и юридических лиц» [15] ответчиками по диффамационным искам являются авторы не соответствующих действительности порочащих сведений, а также лица, распространившие эти сведения. В п. 5этого Постановления разъясняется, что «если оспариваемые сведения были распространены в СМИ, то надлежащими ответчиками являются автор и редакция соответствующего средства массовой информации. Если эти сведения были распространены в СМИ с указанием лица, являющегося их источником, то это лицо также является надлежащим ответчиком. При опубликовании или ином распространении не соответствующих действительности порочащих сведений без обозначения имени автора (например, в редакционной статье) надлежащим ответчиком по делу является редакция соответствующего СМИ, т. е. организация, физическое лицо или группа физических лиц, осуществляющие производство и выпуск данного средства массовой информации (ч. 9 ст. 2 Закона РФ «О СМИ»).[10]

В случае, когда сведения были распространены работником в связи с осуществлением профессиональной деятельности от имени организации, в которой он работает (например, в служебной характеристике), надлежащим ответчиком в соответствии сост. 1068 ГК РФ является юридическое лицо, работником которого распространены такие сведения».

Как отмечается в литературе, в судебной практике появилось много дел о защите чести, достоинства ид еловой репутации в связи с анонимным распространением порочащих истца сведений сети Интернет [28].

Анализ таких дел показал, что судьи зачастую отказывают в удовлетворении исковых требованийпо диффамационным искам по причинепредъявления иска к ненадлежащим ответчикам.

Так, например, ООО «УГМК-Холдинг»и ОАО «Святогор» обратились с иском к компаниям Google Inc. и YouTube LLC о защите деловой репутации, в котором просили признать диффамационными сведения, содержащиеся в ряде видероликов под названиями «История УГМК - история экокатастрофы», «Уральский ревизор», «Московский ревизор», размещённых на сайте«Уои1;иЬе». Истцы просили возложить обязанность по удалению спорных роликови по запрету их дальнейшего использования на Google Inc. и YouTube LLC солидарно. [24]

Ответчик Google Inc.иск не признал, ответчик YouTube LLC в суд не явился. В результате рассмотрения дела суд согласился с доводом представителя ответчика о том, что, предъявляя требование к двум ответчикам, истцы не обосновали со ссылкой на нормы права или на условия соответствующего договора основания для возникновения у компаний Google Inc. и YouTube LLC солидарной ответственности перед истцами. Как указал суд, компании Google Inc. и YouTube LLC являются самостоятельными юридическими лицами, которые не отвечают по обязательствам друг друга, что подтверждается сведениями об их регистрации. [24]

Изучив материалы дела, суд пришел к выводу о том, что требования предъявлены к ненадлежащим ответчикам - компаниям Google Inc. и YouTube LLC, которые не являются авторами и (или) распространителями оспариваемых видеоматериалов. Автор или лицо, публикующее эти сведения, не передает их ответчикам для размещения и распространения, а размещает их самостоятельно непосредственно в сети Интернет в режиме online, и ответчики не контролируют такое размещение. В итоге суд отказал в удовлетворении исковых требований, так как они были предъявлены к ненадлежащим ответчикам [924.

Анализ других диффамационных дел показал, что в ситуации, когда порочащие сведения анонимно были распространены в сети Интернет, в качестве ответчика привлекается лицо, от чьего имени на интернет-сайте распространена информация. Если же порочащая информация была распространена на сайте анонимно, например, на интернет- форуме, вопрос определения ответчика на практике решается по разным сценариям:

Один вариант - привлечение в качестве ответчика владельца сайта, на котором распространена порочащая информация [22.C.3]. При этом владелец сайта привлекался в качестве ответчика по диффамационному иску независимо от того, зарегистрирован ли соответствующий сайт качестве СМИ или нет.

Другой вариант - когда анонимные порочащие сведения порядке особого производства признавались несоответствующими действительности, а затем иск предъявлялся к администратору сайта с требованием об удалении диффамационной информации.

Данный вопрос стал предметом обсуждения и в науке гражданского процессуального права. Так, по мнению Р.Е. Ремесленникова, «если автора порочащих сведений установить невозможно и сведения являются анонимными (а известно, что именно возможность быть анонимным выступает в качестве характерной особенности интернет- коммуникаций), надлежащим ответчиком должен выступать владелец сайта, на котором распространена порочащая информация, поскольку именно владелец сайта создал техническую возможность для анонимного присутствия» [33]. Аналогичной точки зрения придерживается и Свинцова М.В. [34.C.4].

По мнению А. Т. Боннера, в такой ситуации администратор сайта должен участвовать в разбирательстве не в качестве ответчика, а в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, на стороне ответчика либо в качестве заинтересованного лица по делу особого производства [20.C.13].

Привлечение владельца сайта к ответственности за диффамацию на том основании, что именно он создал техническую возможность для анонимного размещения несоответствующих действительности порочащих сведений, не является правильным, поскольку владелец сайта не является автором и распространителем порочащих сведений, тогда как ответственность по ст. 152 ГК РФ возложена именно на лицо, их распространившее. [7]

Кроме того, модель интернет-форума, позволяющая пользователям размещать на таком сайте свои комментарии без предварительной проверки, закону не противоречит, а его создание и поддержание нельзя признать распространением порочащей истца информации. Владельца сайта можно привлечь в качестве ответчика только в том случае, если сайт зарегистрирован в качестве СМИ. Вместе с тем, как следует из Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15 июня 2010 г. № 16 «О практике применения судами Закона Российской Федерации «О средствах массовой информации»,«если на сайте сети Интернет, зарегистрированном в качестве СМИ, комментарии читателей размещаются без предварительного редактирования, то в отношении содержания этих комментариев следует применять правила, установленные в ч. 2 ст. 24 и п. 5 ч. 1 ст. 57 Закона «О средствах массовой информации» для авторских произведений, идущих в эфир без предварительной записи [10]. Таким образом, из положений п. 5 ч. 1 ст. 57 Закона «О средствах массовой информации», следует, что редакция, главный редактор, журналист не несут ответственности за распространение диффамационных сведений, и поэтому не являются надлежащими ответчиками по делу. [10]

Вместе с тем за публикацию комментариев, содержание которых нарушает российское законодательство, интернет-СМИ все же могут понести ответственность, однако наступит она лишь в том случае, если после обращения надзорного ведомства редакция не отреагирует на претензию о злоупотреблении свободой массовой информации [10].

Исходя из этого, при определении процессуального положения администратора сайта следует учитывать степень его вовлечения в процесс передачи, хранения и обработки информации, возможность контролировать и изменять ее содержание.

На основании вышеизложенного можно сделать вывод, что правильное определение состава лиц, участвующих в деле, является своего рода процессуальной мерой для обеспечения эффективной судебной защиты от диффамации. Поскольку на практике при рассмотрении споров, возникших в связи с распространением диффамационных сведений в сети Интернет, серьезные затруднения вызывает вопрос определения надлежащего ответчика, представляется необходимым дополнить действующее Постановление Пленума Верховного суда РФ № 3 от 24 февраля 2005 г.«О судебной практике по делам о защите чести и достоинства граждан, а также деловой репутации граждан и юридических лиц» соответствующими разъяснениями.

2.2. Подсудность дел о защите чести и достоинства

В области обеспечения правовой защиты граждан лежит принцип, заключающийся в обеспечении неприкосновенности человеческого достоинства. Для его соблюдения необходимо правильное определение подведомственности компетентных органов юрисдикции, а также правовых требований субъектов правоотношений, подлежащих разрешению для защиты их чести, достоинства и деловой репутации. [34.C.5]

Это является наиболее выраженным проявлением данного принципа в действии. В судебной деятельности выполнение правозащитной функции является приоритетным. Для того чтобы сделать судебную защиту доступной и обеспечить ее эффективность необходимо совершенствование самих судебных процедур и судебной системы в целом. Это особенно важно для гражданского судопроизводства, поскольку гражданское законодательство в настоящее время обретает новый облик и развивается вместе с обществом, граждане все чаще обращаются за судебной защитой. Ни для кого не секрет, что пробелы и противоречия в законодательстве неизбежны, они возникают в процессе его развития и дополнения, как следствие требуется постоянное совершенствование роста судейского усмотрения, а также разработку рекомендаций непосредственно правоприменителя, что в рамках специализированных судебных структур очень целесообразно.[35.C.104]

Такого рода ситуация типична при разрешении требований о защите чести, достоинства и деловой репутации гражданина в порядке, предусмотренном статьей 152 Гражданского Кодекса Российской Федерации[7], которая описывает только общие аспекты судебной защиты указанных прав. В связи с этим, при разрешении конкретных правовых споров возникает много вопросов процессуального и материального характера: в отношении определения подведомственности требований, специфики исковых требований, круга лиц, участвующих в деле, особенность установления предмета доказывания и методов исполнения судебных решений. Зачастую теоретические и практические правила определения подведомственности не закреплены должным образом на законодательном уровне. В связи с этим, при разрешении споров, касающихся защиты чести, достоинства и деловой репутации они становятся трудно применимы, поскольку требования в этих отношениях вытекают из гражданско-правовых, которым свойственна множественная подведомственность. Для нее характерны такие разновидности, как альтернативная, условная, императивная, договорная и смешанная. В отношении исковых требований понимается, что правила условной и императивной подведомственности вообще неприменимы при рассмотрении конфликтов, связанных с отстаиванием неимущественных прав. Введение определенной законодательством последовательности разрешения таких споров, с одной стороны, существенно ограничивало бы судебную защиту этих прав, делая ее менее доступной, а с другой - противоречило бы самой природе неимущественных благ. [30]

Несколько иная ситуация обстоит с делами, стороны которых являются не граждане, а организации, поскольку в таком случае дело будет подведомственно только Арбитражному суду. В Постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 18 августа 1992 г. N 11 (ред. 25 апреля 1995 г.) прямо говорится, что законом не предусмотрено обязательное предварительное обращение с требованием об опровержении порочащих честь, достоинство и деловую репутацию сведений к ответчику, даже в тех случаях, когда иск предъявлен к средству массовой информации, распространившему такие сведения [26]. Выполнение норм договорной подсудности также недопустима, поскольку отсутствуют какие-либо договорные отношения между лицом, чьи права были нарушены и распространителем порочащих честь и достоинство сведений.

Альтернативная подведомственность имеет наиболее демократичный вид. Поскольку в её основе лежит свобода выбора, то есть диспозитивное начало. В случаях разрешения требований о защите чести, достоинства и деловой репутации, обращенных к СМИ, осуществляется выбор между судебным и внесудебным порядком разрешения этого спора. Безусловно, существует альтернатива между третейским судом и судом общей юрисдикции. При этом значимой правовой гарантией преимущества и окончательности судебной защиты является положение ст. 46 Конституции РФ, которая гарантирует каждому судебную защиту его прав и свобод, а также возможность обжалования решений органов государственной власти и должностных лиц в суде. [28]