Файл: Нотариат в РФ (Сущность и организационные принципы деятельности нотариальных контор).pdf

При этом остается не понятным, почему объем информации по данному нотариальному действию, закрепленный в пункте 27 Регламента, определяется в разделе для удостоверения сделок.

Полагаем, что в указанных случаях, в целях снижения оспаривания удостоверения данных актов, положения закона о них должны быть уточнены. Также, как, например, законодатель сделал это в отношении удостоверения завещания в части второй статьи 57 Основ, где закреплено: «При удостоверении завещаний от завещателей не требуется представление доказательств, подтверждающих их права на завещаемое имущество». По отношению же к согласиям супругов на отчуждение недвижимого имущества, согласиям супругов на залог недвижимого имущества, доверенностям на отчуждение недвижимого имущества, доверенностям на залог недвижимого имущества, односторонним сделкам в корпоративных отношениях действующее законодательство таких оговорок (не проверять правоустанавливающие документы) не содержит. Не видим мы их и в пунктах 26, 27, 29 Регламента. Любой практикующий нотариус подтвердит, что случайное наличие документов о праве у заявителей при удостоверении указанных односторонних сделок является благом. Это, как минимум, служит правильному оформлению документа, а, как максимум, проведению надлежащей правовой экспертизы документов и выявлению нарушений прав третьих лиц, выявлению обременений на имущество, ограничений, не зафиксированных государственными реестрами, о которых, и прежде всего самим заявителям, хотелось бы знать заранее, а не тогда, когда уже ничего исправить будет нельзя. В рассматриваемых случаях ссылок на общие положения Регламента о фиксации информации со слов заявителей может быть недостаточно.

То же в отношении выхода участника общества из общества. Разрешить все имеющиеся вопросы могло бы простое уточнение в рамках исполнения требований статьи 35 Семейного кодекса Российской Федерации, например, в статью 24 Федерального закона «Об Обществах с ограниченной ответственностью».

Тем самым закон предоставил бы возможность супругам участников общества защищать свои права в суде в случае злоупотребления этими правами [15, c. 9]. Думается, что правило об обязательности удостоверения выхода участника общества из общества и было закреплено с целью исключения злоупотребления правами указанных лиц [9], потому что именно удостоверение является механизмом, при помощи которого осуществляется более тщательная проверка законности переходов прав в корпоративных отношениях, исключающая нарушения прав третьих лиц.

Еще один вопрос, который, как нам кажется, не совсем четко отражен в Регламенте, это вопрос фиксирования надлежащего объема информации проведенных проверок законности по удостоверению сделок путем составления протокола фиксирования.

01 января 2018г. с внесением изменений [3] в статью 39 Основ был определен не только правовой минимум необходимых проверочных действий по удостоверению сделок, но и способы его фиксации. Одним из способов фиксирования информации, полученной в результате проверочных действий нотариуса в рамках удостоверения сделки назван протокол фиксирования информации (далее – Протокол). Положения, относящиеся к Протоколу в рамках удостоверения сделок, договоров, закреплены в подпункте 5 пункта 5, пунктах 6, 7, 9, 31, 44 Регламента.

Анализ указанных положений Регламента, особенно пунктов 31, 44, показал, что Регламентом допускается какую-то часть необходимой информации по проверке законности в рамках удостоверения сделки фиксировать в самой сделке (соответственно эта часть информации будет у всех участников сделки), какую-то часть необходимой информации дозволяется перенести в Протокол, который останется в делах нотариуса в качестве внутреннего документа (соответственно не будет являться неотъемлемой частью сделки, пусть даже и с подписями заявителей на нем).

Информацию, предписанную пунктом 30 Регламента об условиях сделки, юридически значимых сообщениях, заявлениях, заверениях об обстоятельствах участника (участников), о соответствии условий проекта сделки действительным намерениям ее участника (участников), о понимании участником (участниками) сделки разъяснений нотариуса о правовых последствиях совершаемой сделки Регламентом дозволяется фиксировать в тексте сделки и (или) в Протоколе.

При этом в том же пункте делается акцент о необходимости получения данной информации нотариусом лично и непосредственно из объяснений (со слов) заявителя (заявителем), то есть подчеркивается значимость данной информации для удостоверения сделки. Думается, что если бы в Протоколе были бы отражены какие-либо заявления, заверения третьих лиц или сторон сделки, а также информация о каких либо проверках законности по сделке, не вошедшая в содержание удостоверяемой сделки, то суть их должна быть перенесена в содержание нотариально удостоверяемой сделки с обязательной ссылкой на Протокол, в противном случае данный Протокол должен быть подшит к основной сделке, как ее неотъемлемая часть.

Суть составления Протокола в рамках удостоверения сделок могла бы сохраниться в необходимости фиксирования разъяснения более полного текста статей и положений действующего законодательства. Однако и эту информацию лучше отразить в сделке, особенно о разъяснении правовых последствий, так как в этом и есть конечная суть удостоверения – снижение правовых рисков оспаривания, защита прав граждан и организаций путем оформления документов, соответствующих требованиям закона. Дублирование этой информации в Протоколе является излишним для удостоверения сделок. Даже столкнувшись требованиями кредитных организаций убрать информацию о произведенных проверках и разъяснениях в рамках удостоверения договоров с ипотекой в силу закона, эти требования не должны отразиться на нотариальной форме данных сделок [20, c. 34].

На сегодняшний день в случаях, когда нотариус полностью отразил обязательства сторон по отчуждению недвижимости на условиях ипотеки в силу закона в точном соответствии с представленным ему проектом договора, требования кредитных организаций о невключении положений о нотариальных проверках и разъяснениях являются неправомерными.

В обеспечение максимума правовых услуг и фиксации оказания юридической помощи при удостоверении сделок в Протоколе можно было бы отражать: начало переписки по вопросам оформления сделки в электронной форме, фиксация многочисленных устных консультаций в рамках удостоверения, дополнительные разъяснения по выбору форм сделки, по содержанию сделки в связи с формированием в ходе удостоверения дополнительных положений договора, мотивы сделки, продолжительность удостоверения, вопросы, которые задавались и обсуждались при подписании сделки и пр. Все указанное может быть отражено в Протоколе с фиксацией порядка и времени дополнительных проверочных действий и получения иной дополнительной информации по просьбе заявителей. Например, информации о проверке законности сделки из нескольких других источников, а не только из предписанных по Регламенту.

Таким образом, в Протоколе для удостоверения сделок могут фиксироваться только те обстоятельства, которые превысили необходимый объем проверочных действий в связи с удостоверением сделки, однако не повлияли, по мнению нотариуса, на законность перехода прав по ней, а также более полные разъяснения нотариуса, связанные обстоятельствами, имеющими значение для разрешения, могущего возникнут в будущем спора, то есть правовой максимум информации, которую возможно зафиксировать по желанию нотариуса или участников сделки.

Представляется, что результаты действий нотариуса по проверке необходимого объема информации в части удостоверения сделок, договоров (правового минимума проверочных действий, предписанного Регламентом), должны быть в полном объеме отражены в содержании нотариально удостоверяемой сделки. Протокол же предлагается использовать в обеспечении максимума правовых услуг и фиксации оказания юридической помощи по удостоверении сделок. Именно в этом качестве Протокол можно рассматривать как внутренний документ, хранящегося в делах нотариуса, по сути своей являющийся документом объяснительной на случай оспаривания данной сделки, который также мог бы использоваться для решения вопроса об определении меры ответственности сторон, нотариуса и поставщиков необходимой информации.

Составление такого Протокола, где более расширенно, развернуто отражены действия нотариуса по проверке законности сделки, выходящей за рамки предписанного минимума необходимой информации для самой сделки, значительно осложнит работу нотариусу и скорее всего не будет востребовано в нотариальной практике.

Таким образом, в связи с легализацией Протокола возникают вопросы о его правовой природе в рамках удостоверения сделок. Будет ли Протокол рассматриваться, как внутренний служебный документ для прояснения положений сделки, либо он станет неотъемлемой частью сделки? Без уточнения данного вопроса неизбежно возникнут проблемы правоприменения.

При рассмотрении вопросов, связанных с осуществлением нотариусами действий по удостоверению сделок, нередко возникают актуальные спорные вопросы, которые до сих пор не имеют однозначного правового толкования в связи с отсутствием норм прямого и узкого регулирования. Одним из таких вопросов является допустимость нотариального удостоверения оспоримых сделок, не соответствующих закону, но являющихся действительными. [22, c. 105]

Исходя из норм гражданского законодательства о сделках, оспоримыми являются сделки, в которых закон предоставляет возможность лицу самому решать, прибегать ли к судебной форме защиты своего права либо найти другие пути урегулирования отношений с лицами, связанными с ним.

Подводя итог, отметим, что в настоящий момент отсутствуют законодательно закрепленные положения, жестко регламентирующие нотариуса при принятии решения об удостоверении оспоримых сделок, поэтому данное решение каждый нотариус может принимать по своему усмотрению. Кроме того, законодатели и специалисты в области юриспруденции придерживаются мнения о том, что нотариус, при осуществлении его полномочий, должен быть юридически защищен от ответственности за удостоверение подобных сделок, если на этом настаивают стороны сделки. Эти обстоятельства дают основания полагать, что в перспективе получит свое развитие идея официального закрепления права нотариуса на удостоверение подобного вида сделок.

3. Нотариат Российской Федерации: проблемы правового регулирования

3.1. Проблемы развития нотариата в настоящее время

Поскольку развитие нотариата России неразрывно связано с эволюцией данного института в мировом масштабе и является древнейшим мировым институтом: есть предположения о том, что еще в III в. до н.э. был отмечен прообраз нотариальной деятельности. Если говорить о России, то до сегодняшнего дня среди исследователей российского нотариата нет единого мнения о том, когда же он возник. Но все исследователи сходятся в одном: нотариат возник в связи с развитием гражданского оборота.

На современном этапе серьезное значение имеет изучение разных сторон правового регулирования нотариата в Российской Федерации. Если говорить об актуальности рассматриваемой проблематики, то можно выделить следующие обстоятельства.

В настоящее время действия государства направлены на формирование в России гражданского общества. Именно поэтому, нельзя забывать о том, что «латинский» (свободный) нотариат представляется в качестве важного института гражданского общества, который направлен на защиту прав и интересов граждан [25,c . 104].

Нотариальное законодательство продолжает оставаться не в полной мере соответствующим современному этапу развития: оно требует модернизации, а также, необходимо с теоретической точки зрения дать определение места нотариата в правовой системе нашей страны. При этом формирование оптимальной модели правового регулирования нотариальной деятельности, должно основываться, как на отечественном, так и зарубежном опыте.

В качестве предпосылки при изучении нотариата с точки зрения российской правовой традиции можно выделить положение о том, что институт нотариата в России появился вследствие рецепции. Как и в любой другой отрасли, для полноценного развития правовой системы необходимы иностранные заимствования. Зарубежные заимствования оказывают положительное влияние на правовую систему. В данном случае речь идет только об адаптированных к правовой системе заимствованиях, которые соответствуют историческим, экономическим, политическим и иным условиям.

Определенный интерес представляет точка зрения Д. А. Пашенцева, который отмечает, что «рецепция может приобретать различные формы: рецепция смысла, формы и содержания» [24, с. 10]. В связи с этим следует отметить, что рецепции содержания и формы могут совмещаться, что и произошло в нашей стране при создании института нотариата. В.А.Заломов подчеркивает, что когда составлялось Временное положение о нотариальной части, «за основу был взят германский опыт» [20, с.51]. И в Германии, и в России нотариусы числились на государственной службе, не имели жалования, а также права на пенсионное обеспечение, т. е. их правовое положение практически полностью совпадало.