Файл: Понятие и виды толкования правовых норм (Понятие и особенности нормы права).pdf
Добавлен: 30.03.2023
Просмотров: 327
Скачиваний: 1
Казуальное толкование права выражается в разъяснении смысла норм для применения к конкретным общественным отношениям, ситуации, спору, делу.
Казуальное толкование даётся правоприменительными органами по рассматриваемым юридическим делам. Акты казуального толкования, сделанные по принципиальным делам, имеют значение прецедента толкования. Аналогично может приобрести нормативное значение казуальное толкование в условиях пробела в праве.
Неофициальное толкование – это такое разъяснение права, которое может быть дано любым лицом и не имеет обязательного характера.
Неофициальное толкование не обязательно, осуществляется учёными, адвокатами, гражданами. Значение неофициального толкования зависит от авторитета интерпретатора, знаний и убедительности толкования.
По субъектам толкования выделяют следующие виды неофициального толкования: обыденное и профессиональное, научное, доктринальное.
Основным объектом толкования выступает норма права, текст или фрагмент текста нормативного правового акта. Среди учёных-юристов иногда идёт спор по поводу того, что является объектом толкования: воля законодателя или воля закона. Данный спор носит во многом формальный характер, так как воля законодателя выражается в законе или ином акте и именно этот текст и служит объектом толкования. Воля законодателя, воплощённая в тексте закона, является объектом толкования. Однако, элементы замысла законодателя могли не найти прямого закрепления в нормативном правовом акте. Дискуссионным остаётся вопрос о том, можно ли (должно ли) учитывать эти замыслы при толковании.
Волевое содержание нормативного правового документа имеет большое значение. В процессе толкования устанавливается основная цель и социальная направленность толкуемого акта, возможные последствия его действия, устанавливается историческая обстановка его принятия, условия, сравниваются с условиями, в которых происходит толкование. Это и есть выявление воли законодателя.
Это особенно актуально при революционной или принципиальной, глубинной реформационной смене политического, экономического строя, доктрины, идеологии в стране. Вот как об этом пишет В. О. Лучин в своей книге «Указное право в России»: «Б. Н. Ельцин, с момента своего избрания Президентом Российской Федерации, начал активные действия по отмене Конституции, коренному пересмотру законодательства. Это отвечало общей стратегии тех политических сил, которые привели его к власти: полному отказу от социализма, кардинальному изменению всего уклада общественной и государственной жизни. Не имея возможности осуществить эти цели легитимным путём и желая придать своим акциям видимость правомерности, он параллельно с существующей системой законов начал создавать систему собственных конкурирующих нормативных актов – указов. Президент активно использовал «указное право» для изменения политического строя России, устранения своих основных оппонентов – КПСС и КП РСФСР. В этих целях он издал серию указов: от 23.08.1991 г. «О приостановлении деятельности Коммунистической партии РСФСР», от 25.08.1991 г. «Об имуществе КПСС и Коммунистической партии РСФСР» и от 06.11.1991 г. «О деятельности КПСС и КП РСФСР»[41].
Этими актами, вопреки действовавшей тогда Конституции, законодательству и международным пактам о политических и социальных правах человека и гражданина, приостанавливалась деятельность названных организаций, а затем прекращалось функционирование партий, объявлялся роспуск их руководящих структур и конфисковалось имущество, находящееся в собственности и владении КПСС и KП РСФСР. «Взяв на себя ответственность решить судьбу партии, Президент России присвоил себе дискреционную власть, основанную на преобладании целесообразности над законностью, и для достижения поставленной цели использовал непредусмотренные законом меры и санкции в отношении политической партии. Подобные действия высшего должностного лица России означали игнорирование им конституционного принципа разделения властей, вторжение Президента в сферы законодательной и судебной властей»[42].
Интерпретатор для правильного выявления воли, выраженной в нормативном правовом акте, должен проанализировать сам текст нормативного акта, преамбулу, официальные и неофициальные разъяснения, другие близкие по содержанию нормы. Дополнительно интерпретатором используются материалы периодической печати, научные работы и другие источники. Тем не менее, главным объектом толкования при строгом режиме законности должен быть текст нормативного правового акта, поскольку в нём находит своё выражение воля законодателя. Следует отметить, что пока недостаточно используются при толковании права документы, разработанные в процессе принятия нормативного правового акта. Например, к законопроекту прилагается концепция закона, финансово‑экономическое обоснование и другие документы, зафиксировавшие процесс зарождения документа, этапы его развития, обсуждения, принятия.
Объектом толкования является закон, то есть воплощённая воля легитимной власти. Закон как воплощённая воля предполагает в себе два элемента: мысль законодателя, то, что хотел сказать законодатель, и оболочку, форму, в которую он облёк эту мысль. Выяснение того, какая законодательная мысль вылилась в данной форме, составляет задачу толкования.
Сказанное не исключает возможности искажения истинного замысла законодателя. С одной стороны, замыслы законодателя, не нашедшие выражения в тексте закона, не составляют закона: что не закреплено, то не может быть и выяснено. С другой стороны, текст закона, его оболочка, насколько она не соответствует разуму закона, не соответствует долженствующей проявиться в этой оболочке воле законодательной власти, не может иметь значения закона, так как в нём нельзя видеть выражения авторитетной воли, запрещающей или приказывающей что-либо. Закон составляет только воссоединение обоих элементов, потому что он – выраженная вовне воля законодателя. Интерпретатор должен выявлять сущность закона, мысль и идею законодателя, воплотившуюся в слове документа.
Итак, можем ли мы, основываясь на изложенной информации определить является ли объектом толкования воля законодателя («дух» закона) или воля закона («буква» закона)? Иными словами, вопрос заключается в том, чем должно ограничиваться толкование – уяснением действительной воли законодателя, которую он хотел выразить, но по тем или иным причинам не сумел выразить достаточно чётко, либо той воли, что получила непосредственное закрепление в тексте закона. Разрешение этого вопроса напрямую зависит от выбора того или иного варианта правопонимания интерпретатора, а также в значительной степени зависит от типа правовой системы, в идеологической системе которой осуществляется толкование.
Результаты интерпретационной работы должны сводиться к выявлению воли законодателя, выраженной в текстах закона или иного нормативного правового акта. В ином случае, создаётся возможность отхода от действительного содержания нормы права под тем предлогом, что действительные намерения её творца были иными. Кроме того, попытки найти «истинный» смысл, заключённый законодателем в правовой норме, могут привести к противоположному результату.
Воля и мысль законодателя не всегда находят полное и точное выражение в нормах права. То, что думал законодатель и хотел выразить в правовой норме, может не совпадать с тем, что в действительности закреплено в тексте нормативного правового акта. В связи с тем, что граждане обязаны соблюдать волю законодателя лишь постольку, поскольку она воплощена в законе и обнародована, значит, задача толкования состоит в раскрытии того, что в норме выражено, а не того, что законодатель хотел в ней выразить, но не выразил.
В советской цивилистической науке профессор О. С. Иоффе предлагал соединить в себе оба указанных подхода. Он подчёркивал одинаковую важность как воли, так и волеизъявления, утверждая, что закон ориентируется на единство воли и волеизъявления. В юридической науке сложились два подхода к толкованию права – статический и динамический.
При статическом подходе в качестве основной ценности правовой действительности рассматривается стабильность и определённость права. В соответствии с этим подходом интерпретатор не должен корректировать, изменять смысл закона под каким-либо предлогом, а должен установить только тот смысл закона, вложенный в него правотворческим органом. При динамическом подходе интерпретатор, исходя из изменившихся обстоятельств, стремится в ходе толкования максимально приблизить закон к жизни, приспосабливая его потребности к современным потребностям. Проблема эта особенно актуальна в переходные периоды развития государства и общества, особенно когда между временем издания закона и временем его применения лежит значительный отрезок времени, насыщенный преобразованиями политического характера. Изменившиеся общественные условия могут создавать представления о разрыве между волей законодателя и волей самого закона.
Например, в действующем законодательстве сохранились документы, принятые до 1991 г., то есть в совершенно иных общественно-политических, экономических обстоятельствах. В связи с тем, что они не отменены и сохраняют юридическую силу, то субъекты права и правоприменители неизбежно прибегают к историческому толкованию, объясняя, что имел ввиду законодатель, издавая эту норму, и как можно понимать её в текущий момент.
Разные правовые системы по-разному понимают соотношение воли законодателя в историческом акте и современном понимании документа. Так, доктрина общего (англо-саксонского) права разрешает правоприменителю, суду «корректировать» закон, уточняя его содержание. Это, в известной степени, объяснимо тем, что в системе общего права применяются документы, которым сто и более лет. Континентальная (романо-германская) правовая система, напротив, такой подход считает не согласующимся с требованиями законности.
Выводы
Толкование права – это неотъемлемый элемент правореализационного процесса, играющий генерализирующею роль, поскольку сложно применять правовые предписания, не уяснив их точный смысл, это особенно важно в деятельности юристов «профессионалов».
Важность в толкования норм права проявляется и в правотворческом процессе, в ходе разработки новых нормативных правовых документов необходимо учитывать толкование действующих правовых предписаний в целях выяснения неточностей, противоречий, дублированности их смысла.
Без глубокого осознания сути содержания норм права представляется сложным их эффективное осуществление, систематизация, формирования правовой культуры и правосознания, разработки и принятия новых норм.
Как результат толкования права, должна быть полная ясность смысла нормы права, отсутствие двойственного понимания, деформации правосознания у субъектов права.
Заключение
Норма права — первичный элемент системы права, это исходящее от государства общеобязательное правило поведения властного характера, содержащее права, обязанности и ответственность участников общественных отношений, а также возможные последствия несоблюдения правил, обеспечиваемые принудительной силой государства.
Отличительные признаки правовой нормы:
– всеобщий характер, распространение на всех участников общественных отношений независимо от их воли и желания;
– представительно-обязывающий характер: определенная свобода действий субъектов сопровождается соблюдением интересов иных лиц, не допуская злоупотребления правом;
– реализация правовой нормы в необходимых случаях обеспечивается мерами государственного принуждения.
Норма права имеет характерное внутреннее строение (структуру): гипотезу, диспозицию и санкцию.
Гипотеза (предположение: если…) — это часть правовой нормы, в которой определяются условия и обстоятельства ее применения. Гипотеза не только описывает обстоятельства, но и придает им значение юридического факта.
Диспозиция (распоряжение: то…) — элемент юридической нормы, который содержит само правило поведения и указывает, какому поведению должны следовать участники правоотношений, устанавливает их субъективные права и обязанности.
Санкция (взыскание: иначе…) — элемент юридической нормы, который указывает на правовые последствия несоблюдения установленных требований, как правило, неблагоприятные для правонарушителя (меры государственного принуждения, юридической ответственности, наказания).
Существует несколько основных способов изложения правовых норм в статьях нормативно-правовых актов:
– прямой — излагаются все три элемента правовой нормы (гипотеза, диспозиция и санкция);
– отсылочный — содержатся не все структурные элементы правовой нормы, но имеется отсылка к другим статьям этого же нормативно-правового акта, где находятся недостающие сведения;
– бланкетный — отсылка к конкретной статье закона не дается, а недостающие сведения об элементах правовой нормы следует искать в других нормативно-правовых актах.
Неоднозначность понимания структуры нормы права юристами-теоретиками способствовала обращению к другим отраслям знания, исследующим нормативность, в частности, к логике. Сторонники логического подхода исходят из того, что полная структура состоит из четырех элементов, составляющих два нормативных высказывания, которая, по сути, содержит в себе две нормы, где отдельное нормативное высказывание является отдельной нормой. Таким образом, логический подход также не противоречит выводам, что норма права имеет два элемента.
Толкование права – это неотъемлемый элемент правореализационного процесса, играющий генерализирующею роль, поскольку сложно применять правовые предписания, не уяснив их точный смысл, это особенно важно в деятельности юристов «профессионалов».
Важность в толкования норм права проявляется и в правотворческом процессе, в ходе разработки новых нормативных правовых документов необходимо учитывать толкование действующих правовых предписаний в целях выяснения неточностей, противоречий, дублированности их смысла.