Файл: Понятие, сущность, признаки юридической ответственности.pdf

Ну а в-третьих, понятие конституционно-правовой ответственности способствует обесцениванию целей применения мер ответственности, что влечет за собой у правонарушителей, а также у лиц, которые применяют соответствующие санкции, относятся к конституционной ответственности как к несерьезному наказанию.

Институт ответственности законодательного регулирования в первую очередь контролирует способы применения специальных мер принуждения, которые реализуют уполномоченные компетентные государственные органы. Законодатель совершенно не контролирует устранение всех последствий правонарушения по инициативе самого правонарушителя и возмещение причиненного вреда.

И так, по нашему мнению, конституционно-правовая ответственность представляет собой требование, которое находится в норме конституционного права. Обращение к субъекту, нарушившему предписания норм конституционного права, и обладающего конституционной правосубъектностью, подвергается государственному осуждению с применением государственно-принудительных средств в виде лишений организационного, личного характера, утрате юридической силы или приостановлении действия правового акта, или в прямом восстановлении нарушения правопорядка государством с использованием средств государственного принуждения в виде ограничений прав граждан или юридических лиц вследствие введения специальных чрезвычайных режимов.

С нашей точки зрения необходимо нормативно закрепить понятие конституционного правонарушения, а также понятие вины и ее форм в конституционном праве, предложенные ниже.

Конституционным правонарушением признается неправомерное действие (бездействие) государственного органа, должностного лица, общественной ассоциации, органа местного самоуправления, а также физического лица, наделенного особым конституционно-правовым статусом, за которое законом или отдельными федеральными законами, и на их основании законами субъектов РФ установлена конституционно-правовая ответственность.

Если лицо, совершившее конституционное правонарушение, признается должностным лицом государственного органа (органа местного самоуправления) или физическим лицом, преднамеренно сознавало противоправный характер своего действия (бездействия), предвидев его вредные последствия, и допускало наступления таких последствий или сознательно относилось к ним безразлично.

Правонарушение признается совершенным физическим лицом по неосторожности, если это лицо предвидело возможность наступления вредных последствий своего действия (бездействия), но без достаточных к тому оснований самонадеянно рассчитывало на предотвращение таких последствий, либо не предвидело возможности наступления таких последствий, хотя должно было и могло их предвидеть^[34].

В конечном итоге необходимо узаконить вину коллективного субъекта конституционного права (государственного органа, общественного объединения и иных лиц) с целью установления единого государственного воздействия на правонарушителей, исключая случай произвольного применения этого юридического критерия при возложении мер конституционно-правового принуждения.

Государственный орган, орган местного самоуправления, общественное или избирательное объединение признаются виновными в совершении конституционного правонарушения, если будет установлено, что у них имелась возможность для соблюдения правил и норм, за нарушение которых настоящим специальным законом или иными законами, в том числе законами субъекта РФ предусмотрена конституционно-правовая ответственность, но данными лицами не были приняты все зависящие от них исходя из обычно существующих обстоятельств меры по их соблюдению.

На основании перечисленного, означает, что приведенные выше определения будут верными, другое дело, что дефицит законодательного закрепления основных категорий конституционно-правовой ответственности ведет к серьезному снижению роли конституционно-правовых средств воздействия в механизме конституционно-правового регулирования, к падению авторитета и значения Конституции в глазах граждан и должностных лиц, а это недопустимо. Поэтому соблюдение конституционных норм и их регулирование свидетельствует об уважительном отношении граждан страны к праву. И достичь этого – важная актуальная задача для любой власти^[35].

В заключении, мы считаем, что, до внесения поправок в Конституцию РФ регулирование указанных противопоказаний допустимо на уровне федерального закона «О конституционно-правовой ответственности органов государственной власти Российской Федерации и органов местного самоуправления». Так же, возможно ввести в законодательный оборот конституционного права понятия конституционно-правовой ответственности, конституционного деликта, форм вины, обстоятельств, исключающих возникновение конституционно-правовой ответственности.

2.2. Уголовная ответственность как вид юридической ответственности

Рассматривая уголовную ответственность как один из видов юридической ответственности, следует осознавать, что юридическая ответственность в литературе определяется как психологические, имущественные и иные лишения, которые по решению компетентного государственного органа претерпевает гражданин или иное лицо за совершенное им правонарушение.

Уголовная ответственность, являясь одним из видов юридической ответственности, обладает всеми необходимыми свойствами, сохраняя при этом сущность и основные характеристики ответственности как социальной категории. Помимо этого уголовная ответственность имеет и свои особые признаки, воспроизводящие аналогичные характеристики юридической ответственности, определяющие ее как специфическое проявление последней.

Понятие уголовной ответственности является одним из фундаментальных понятий в уголовном праве и является связующим звеном юридической триады: преступление — уголовная ответственность — наказание, в которой, по сути дела, выражается смысл всего уголовного законодательства. Это понятие не раз упоминается во многих нормах действующего УК РФ, однако сам УК РФ не содержит его определения^[36].

Так, И. Я. Козаченко считает, что «уголовная ответственность — это возникающее с момента совершения преступления правоотношение, в котором государство имеет право ограничивать правовой статус лица, совершившего преступление, с целью его исправления и перевоспитания, общего и специального предупреждения, а виновный обязан при наличии возможности претерпеть лишения личного, имущественного или иного характера, вытекающие из осуждения его от имени государства и применения к нему в необходимых случаях только предусмотренного уголовным законом наказания за совершенное преступление»^[37].

Другие авторы определяют уголовную ответственность как меру государственного принуждения, т. е. видят сущность уголовной ответственности в наказании. А. И. Марцев в своей работе дает определение: «Уголовная ответственность — есть совокупность уголовных, уголовно-процессуальных и исправительно-трудовых правоотношений, в которых одна сторона — государство в лице представительных органов — осуществляя свое право, возлагает на лицо, совершившее преступление, тяготы и лишения, содержащиеся в уголовном наказании. А другая сторона — правонарушитель — выполняя обязанности, несет эти тяготы и лишения».

Кроме того, определение уголовной ответственности содержится в работах Я. М. Брайнина^[38] и Н. С. Лейкиной, они рассматривают уголовную ответственность как совокупность прав и обязанностей участников правоотношения, где обязанности отвечать корреспондирует право привлечь к ответственности, а праву быть привлеченным к ответственности лишь в пределах и на основаниях, установленных уголовным законом — обязанность не нарушать указанные пределы и основания.

Таким образом, понятие уголовной ответственности трактуется в теории уголовного права по-разному. Это, естественно, порождает расхождение во взглядах о соотношении уголовной ответственности и уголовного правоотношения, уголовной ответственности и наказания, о содержании уголовной ответственности, о моментах ее возникновения и прекращения, и об основании уголовной ответственности.

По нашему мнению, уголовная ответственность представляет собой ограничение прав и свобод лица, совершившего преступление, предусмотренное нормами законодательства.

Статья 8 УК РФ подразумевает под собой то, что основанием уголовной ответственности является совершение деяния, содержащего все признаки состава преступления, предусмотренного настоящим Кодексом. Ответственности подлежат лица, совершившие завершенное преступление, и лица, не доведшие преступление до конца, то есть совершили подготовку или покушение на преступление. Уголовную ответственность несут все соучастники преступления, а не только исполнитель деяния.

Уголовная ответственность наступает за совершение преступления и в отличие от других видов ответственности устанавливается только законом и привлечением к уголовной ответственности обладает только суд. В Российской Федерации исчерпывающий перечень преступлений зафиксирован в Уголовном кодексе. Порядок привлечения к уголовной ответственности регламентируется Уголовно-процессуальным кодексом.

Меры уголовного наказания — наиболее жесткие формы государственного принуждения, воздействующие преимущественно на личность виновного: лишение свободы, исправительные работы, конфискация имущества и т.д.

Отличие уголовной ответственности от других видов юридической ответственности в основном заключается в том, что:

1. Уголовная ответственность наступает только за преступление;
2. Меры уголовной ответственности наиболее строги и предусмотрены только в уголовном законодательстве;
3. Влечет за собой судимость, которая сохранятся за лицом и после отбывания наказания;
4. Уголовная ответственность возлагается на виновного от имени государства и только судом или судьей, и только в строго установленном порядке.

Основным способом реализации уголовной ответственности является назначение наказания, а наказание применяется в целях восстановления социальной справедливости, а также целях исправления осужденного и предупреждения совершения новых преступлений.

2.3 Административная ответственность

В административном законодательстве Российской Федерации, на данном этапе развития злободневным представляется вопрос о правоотношениях, связанных с административной ответственностью. Само привлечение лица к административной ответственности – это процесс возникновения и развития соответствующих правоотношений. Говоря о правоотношениях, стоит отметить, что в теории права, правоотношение определяется как урегулированное нормами права общественное отношение, участники которого являются носителями субъективных прав и обязанностей. С этим нельзя согласиться.

Об урегулировании общественного отношения нормой права можно говорить только в одном случае, когда носители субъективных прав и обязанностей реализовали свои права и исполнили свои обязанности, то есть процесс урегулирования общественного отношения заканчивается достижением объекта правоотношения^[39]. Однако на практике объект правоотношений не всегда достигается, но в этом случае получается, что правоотношений, как таковых, тогда и не существует. Но это не так, поскольку существуют субъекты, которые находятся в тесной взаимосвязи друг с другом. Наиболее оптимальной является позиция, согласно которой правоотношения – это общественная связь между лицами, которая возникает на основании правовых ном, при этом такая связь характеризуется наличием взаимных прав и обязанностей, а также поддерживается принудительной силой со стороны государства.

Существует также позиция, согласно которой любое правоотношение – это средство, посредством которого происходит воплощение общих правовых норм в реальную жизнь в виде прав и обязанностей участников правоотношений. Соответственно, можно говорить о том, что правоотношения, которые связаны с возникновением административной ответственности, – это отношения между субъектами по делам об административном правонарушении, согласно похождениям КоАП РФ.

Административные правоотношения по своему содержанию носят неоднородный характер. При этом весьма острым является вопрос о том, что включается в данную неоднородность. Большая часть исследователей склоняется к позиции о наличии трех структурных элементов, к которым необходимо отнести: субъекты, объект и содержание, но есть предложения и о пятизвенной структуре правоотношений. Не стоит забывать, что структура правоотношения – это не показатель в вопросах однородности или неоднородности правоотношения. Как таковые правоотношения, связанные с административной ответственностью в рамках Российского законодательства, возникают с того момента, как будет возбуждено производство по делу об административном правонарушении. Без этого правоотношения просто не могут быть. С учетом положений ст. 28.1 КоАП РФ возбуждение дела об административном правонарушении происходит под психическим воздействием. Так, фактически запускается так называемое «психическое принижение», которое содержится во всех нормах КоАП РФ.