Файл: Презумпции и фикции в праве ( Понятие правовых презумпций и фикций ).pdf
Добавлен: 31.03.2023
Просмотров: 298
Скачиваний: 2
Например, в гражданском процессе можно обозначить следующую правовую фикцию: Ч. 1 ст.68 ГПК РФ - в случае если сторона, обязанная доказывать свои требования или возражения, удерживает находящиеся у нее доказательства и не представляет их суду, суд вправе обосновать свои выводы объяснениями другой стороны[27].
В гражданском праве: при невозможности установить день получения последних сведений об отсутствующем, началом исчисления срока для признания безвестного отсутствия считается первое число месяца, следующего за тем, в котором были получены последние сведения об отсутствующем, а при невозможности установить этот месяц – первое января следующего года (ч. 2 ст. 42 ГК РФ[28]).
Большое значение правовая фикция имеет при регулировании семейных отношений.
Велика роль правовой фикции в институте усыновления (глава 19 Семейного кодекса РФ[29]): генетически не родные усыновитель и усыновляемый в результате произведенной процедуры усыновления считаются идентичными родным, а при надлежащем соблюдении тайны усыновления, считаются таковыми и неопределенным кругом лиц, непосвященным в тайну усыновления.
Стоит отметить, что в различных отраслях права используются схожие юридические технические механизмы для достижения определенных целей[30]: в гражданском праве - фикция применяется в случае вероятного наступления каких-либо неопределенных, неясных ситуаций в гражданско-правовых отношениях. В семейном праве – применение юридических фикций возможно в особых случаях, когда основой выступает человечность и гуманность. В трудовом праве - фикции применяются в случае, когда путем применения других средств юридической техники невозможно достичь результат правового регулирования трудовых отношений.
Выводы.
Правовая презумпция – это прямо или косвенно закрепленное в нормах права предположение о наличии или отсутствии юридических фактов, основанное на эмпирических, логических и теоретических обобщениях, и выступающее в качестве средства процессуальной экономии. Под правовой презумпцией следует понимать модель поведения, основанную на предположении, закрепленную в норме права или в договоре, сущность которой состоит в признании юридического факта достоверным за исключением случаев, когда будут доказаны обстоятельства, указывающие на невозможность использования такой модели.
Под правовой фикцией понимается несуществующее положение, признанное законодательством существующим и ставшее в силу этого общеобязательным. Фикции закрепляются и охраняются правом, они конструируют условную реальность. Правовая фикция - это прием юридической техники, с помощью которого, несуществующее положение признается законодательством существующим, что необходимо для регулирования определенных общественных правоотношений, в силу признания законодательством и нормативно-правовым закреплением, является общеобязательным предписанием.
Правовые фикции являются вспомогательным звеном и одним из элементов механизма правового регулирования, являются одним из важнейших и распространенных приемов юридической техники в действующем российском законодательстве.
Глава 2. Сравнение правовых презумпций и фикций
В теории и на практике возникают ситуации, когда правовую презумпцию отождествляют с фикцией, диспозитивной нормой, аксиомой, что может нести в себе негативные последствия. Чтобы избежать этого, необходимо на теоретическом уровне сравнить между собой правовые категории, выявляя демаркационные линии между ними.
Сравнение правовых презумпций с иными правовыми категориями полезно также тем, что позволяет определить самостоятельность и независимость такой категории, как правовые презумпции.
В словаре Ф. А. Брокгауза и И. А. Ефрона фикции характеризуются как представления и понятия, которыми мы оперируем таким образом, как если бы им соответствовало в действительности то, чего на самом деле не существует, например, ставим лицо в положение, которое оно не занимает в действительности, и распространяем на него последствия этого положения[31]. В. И. Даль определил фикцию как «мнимое, вымысел, плод воображения, морока»[32].
З. М. Черниловский отмечал, что смысл юридический фикций выражается вводными словами: «как бы», «как если бы», «допустим»[33]. Это свидетельствует о том, что формулируется ложное суждение.
В. К. Бабаев дает определение правовой фикции с позиций юриспруденции: это «применяемый в праве технико-юридический прием, которым несуществующее положение (отношение) объявляется существующим и приобретает обязательный характер в силу закрепления его в правовой норме»[34].
У правовых презумпций и фикций есть ряд сходных признаков, которые при определённых обстоятельствах могут привести к ошибкам в квалификации правовых явлений.
Фикции, как и правовые презумпции, могут использоваться в любых сферах правового регулирования и используются для устранения неопределённости в правоотношениях. Фикция также, как и правовая презумпция, формально определена и закреплена в нормативном правовом акте, она является правовым явлением.
В связи с этими особенностями некоторые авторы рассматривают презумпции и фикции как явления однопорядковые и синонимичные, обладающие лишь видовыми отличиями друг от друга. В то же время у фикций есть признаки, которые позволяют нам без труда отграничивать их от правовых презумпций.
Фикции в отличие от презумпций имеют в себе суждение, которое не основано на вероятности. В. И. Каминская отмечает, что «для фикции характерно объявление в качестве истины положения, заведомо никогда не соответствующего истине»[35].
Различаются процесс и причины закрепления правовых презумпций и фикций в нормативных правовых актах.
Правовые презумпции часто возникают на основе фактических предположений, складываются естественно из подмечаемых наукой и практикой закономерностей. В связи с этим справедливой будет позиция Л. А. Душаковой, которая указывает, что правовая презумпция - это понятие, связанное с познавательной деятельностью, своеобразный синтез опыта[36]. Фикции же основаны исключительно на практике регулирования общественных отношений, они не связаны с познавательной деятельностью. Фикции, придающее значение заведомо несуществующему, создаются законодателем искусственно и целенаправленно вводятся в правовую жизнь.
Н. С. Каранина выдвигает интересное суждение относительно соотношения правовой презумпции и фикции. Она считает, что в ситуации «длительного несоответствия правовой презумпции конкретным случаям»[37] следует признать, что возможность опровержения предположения превращается в закономерность, правовая презумпция прекращает свое существование и приобретает сущность фикции. Следует отметить, что трудно установить, каковы критерии для определения несоответствия предположения жизненной практике. К тому же, из несоответствия предположения жизненным фактам, пускай и длительного, не обязательно следует устранение вероятности предположения, содержащегося в правовой презумпции. Л. А. Астемирова отмечает, что «маловероятность ряда презумпций, не делает их фикциями»[38].
Фикции, к тому же в отличие от правовых презумпций, не обладают «отменительным механизмом», то есть их нельзя опровергнуть.
Выводы.
«Фикция» и «презумпция» - это две юридические категории порой так близко подходят друг к другу, что их практически невозможно различить. Иногда законодатель сознательно смешивает и путает эти два понятия. Однако, к фикциям отношение всегда было более настороженное, чем к
презумпциям. Так повелось еще со времен великого насмешника Цицерона, который обвинил юристов в преднамеренной и неприкрытой лжи. Презумпции же всегда пользовались, так сказать, «большими симпатиями» юристов. Более того, порой высказывались мнения, что у фикций и презумпций вообще нет ничего общего, что это совершенно различные явления. Другая крайность — смешение фикций и «неопровержимых» презумпций в
одну категорию.
У презумпций и фикций очень много общего. Это плоды юридического мышления, искусственные явления, создаваемые в процессе нормотворчества и правоприменения. Однако в случае презумпции мы имеем дело с предположениями, причем предположениями вероятными, которые в принципе могут быть опровергнуты. Фикции же — это изначально ложные положения, которые никогда не могут быть опровергнуты, поскольку в этом просто нет смысла. Кроме того, они всегда выражены императивно, тогда как презумпции могут быть как императивными, так и диспозитивными.
Сложность разграничения, как уже было отмечено, заключается обычно еще и в том, что в основе фикции может лежать предположение. Однако если это предположение заведомо неистинное, то перед нами фикция, если же оно вероятно, то это презумпция.
Следует отметить, что в настоящее время юридическая фикция может существовать в праве только в виде специального метода юридической техники, и ее использование при конструировании норм права в некоторых случаях является единственно возможным средством регулирования общественных отношений в сложной ситуации невосполнимой неизвестности, а также, благодаря своей универсальности, юридическая фикция применяется не только при формулировании отдельной нормы права, но и при построении отдельных, весьма сложных и имеющих большое значение для отраслей права, институтов.
Видится необходимым согласиться и с рядом различий между понятиями «юридическая фикция» и «юридическая презумпция»:
1) по способу формирования: презумпции, как правило, представляют собой обобщение знаний об окружающей действительности, а фикция является творчеством законодателя;
2) по отношению к познавательному процессу: презумпции используются как познавательный прием, фикции же к процессу познания не имеют отношения, так как вымышленный факт;
3) по критерию истинности: в основе презумпции лежит та или иная степень вероятности презюмирующего явления, в основе фикции — воображение;
4) по сфере действия: фикции чаще всего содержатся в материальных нормах, в то время как презумпции — в процессуальных;
5) по логической природе: фикции представляют собой суждение, презумпции — умозаключение неполной индукции;
6) по возможности опровержения: подавляющее большинство презумпций ввиду вероятностного характера рассчитаны на возможность их опровержения, способом, закрепленным в законодательстве, заведомо ложная фикция опровергнута быть не может.
Заключение
Правовая презумпция – это прямо или косвенно закрепленное в нормах права предположение о наличии или отсутствии юридических фактов, основанное на эмпирических, логических и теоретических обобщениях, и выступающее в качестве средства процессуальной экономии. Под правовой презумпцией следует понимать модель поведения, основанную на предположении, закрепленную в норме права или в договоре, сущность которой состоит в признании юридического факта достоверным за исключением случаев, когда будут доказаны обстоятельства, указывающие на невозможность использования такой модели.
Под правовой фикцией понимается несуществующее положение, признанное законодательством существующим и ставшее в силу этого общеобязательным. Фикции закрепляются и охраняются правом, они конструируют условную реальность. Правовая фикция - это прием юридической техники, с помощью которого, несуществующее положение признается законодательством существующим, что необходимо для регулирования определенных общественных правоотношений, в силу признания законодательством и нормативно-правовым закреплением, является общеобязательным предписанием.
Правовые фикции являются вспомогательным звеном и одним из элементов механизма правового регулирования, являются одним из важнейших и распространенных приемов юридической техники в действующем российском законодательстве.
«Фикция» и «презумпция» - это две юридические категории порой так близко подходят друг к другу, что их практически невозможно различить. Иногда законодатель сознательно смешивает и путает эти два понятия. Однако, к фикциям отношение всегда было более настороженное, чем к
презумпциям. Так повелось еще со времен великого насмешника Цицерона, который обвинил юристов в преднамеренной и неприкрытой лжи. Презумпции же всегда пользовались, так сказать, «большими симпатиями» юристов. Более того, порой высказывались мнения, что у фикций и презумпций вообще нет ничего общего, что это совершенно различные явления. Другая крайность — смешение фикций и «неопровержимых» презумпций в
одну категорию.